9

Ярослав

Девочка очень сильно нервничает. Это видно по тому, как участилось ее дыхание и как она испуганно смотрит мне в глаза. Даже жаль ее стало, вдруг она ранимый одуван, которой будет сложно пережить эти выходящие за рамки эмоции? Еще сознание потеряет или что еще хуже, впадет в истерику.

— Мне кажется, — прочистив горло отвечает она, в особой своей манере, — вы забываетесь, товарищ майор.

Довольная улыбка расползается по моему лицу, честно сказать, я уже даже забыл о существовании задействованных сейчас лицевых мышц.

— Отчего же? — делаю шаг вперед, на что Кристина расценивает по своему и отходит. Сейчас она как загнанная жертва и меня это блять заводит не на шутку. — Я вроде не перешел профессиональные рамки?

— Серьезно? А это как называется? — Ангелок упирается спиной в стену и тут моя фантазия начинает подкидывать такие кадры, что уже впору поправить брюки. — Вы кидаете недвусмысленные намеки, разговариваете со мной в неподобающем тоне и, — ее голос становится еще более звонким, точно нервничает, — вклиниваетесь в мое личное пространство. Мне это не нравится, Ярослав Владимирович. Не могли бы мы перейти к более деловому тону и действиям? Так определенно будет легче работать.

Неподобающий тон. Господи, ну и зануда мне досталась в помощники.

Ладно, я и правда уже перегибаю, еще чуть нажму и она меня обвинит в сексуальных домогательствах. Просто надо было проверить, не вертит ли Кристина Викторовна в управлении хвостом, в поисках идеального кандидата.

Для меня это стало важным, да и потом, как она улыбалась Володьке Каминскому, будто он самый приятный человек здесь. Мне она так еще ни разу не улыбалась и я не буду думать, что причина во мне, это не так.

— Расслабься, Кристина, бабы на работе меня не интересуют в принципе, так что, наш маленький спектакль окончен, — возвращаюсь обратно к своему столу и беру в руки телефон. — Устраивайся поудобнее, у тебя сегодня очень тяжелый день.

— Правда? — приходит в чувства помощница. Ей не понравилось слово баба, но она проявила над собой усилие и проглотила это. — У вас еще остались тома уголовных дел, где нет описи?

Кристина решила включить суку, но у меня нет времени доносить до нее, что я такое не люблю, поэтому использую самый действенный прием, которому научился за годы службы — взглядом даю понять, чтобы заткнулась и принялась за работу. И она прекрасно это понимает. Что ж, умница. Значит не все потеряно с ней.

— Бери блокнот и записывай, что ты должна будешь сегодня сделать, — указываю на небольшой столик в своем кабинете.

Да, я заморочился вчера и пересмотрел ее роль в своей жизни. Если девчонка хочет работать здесь, то кто я такой, чтобы насиловать ее описями и нелепыми поручениями? Пусть работает. Тем более ее взял сюда главный, а он точно не подсунул бы мне не проверенного человека.

Спустя полчаса, выкладываю все, что смог вспомнить. На меня с утра навалилось еще два дела, и мне реально все не успеть. Тем более, бумажной работой я просто ненавижу заниматься, а это, если честно, семьдесят процентов моих служебных обязанностей. Если Полянская так хочет стать следователем, пора уже ей показать, на что она подписывается.

— Это нужно все сделать за сегодня? — осторожно уточняет она, будто я сам должен понять, что простому смертному никак не успеть.

— Да, — легко отвечаю я, наслаждаясь каждой новой эмоцией на ее красивом лице. — Какие-то проблемы?

Кристина отрицательно качает головой.

— Ну, вот и славно, — поднимаюсь с кресла, — через пол часа мне нужно быть в прокуратуре, затем в суд, там я планирую быть долго. После обеда у меня встреча с бывшей женой, вернусь уже ближе к вечеру. На рабочем столе твоего ноутбука есть папка, я сбросил туда все, что тебе понадобится в качестве шаблонов, будут вопросы — пиши.

Ангелок после моей речи замирает, словно статуя.

— Что не так? Не сможешь по шаблону написать? — спрашиваю я.

— Нет, простите, просто не знала, что вы были женаты, — Кристина краснеет и отворачивается.

И только сейчас я понимаю, что сказал о встрече с Аленой. Блин. Не то чтобы я скрывал это, просто обычно я не беседую на такие темы с чужими людьми. Тем более, не хотелось бы делиться личным с Кристиной, наши немного странные отношения строятся исключительно на подколах и сарказме, а мне бы не хотелось, чтобы она чуть-что, делала вид, что хорошо меня знает.

— Да, был, — складываю в папку ходатайства. — Что тебя удивляет? Мне же вроде не двадцать лет?

И у нее правда, такое выражение лица, можно подумать, что я не мужик и сам факт того, что был женат, прям чудо.

— Просто, вы не производите впечатление мужчины, который был женат, — снова краснеет уже сама не рада, что вообще завела эту тему. А мне наоборот становится интересно, какое я там вообще произвел впечатление? — И что, у вас даже дети есть?

— Вот тут, Ангелок, Бог милостив и не послал мне детей, — с облегчением выдыхаю я.

Кстати, это действительно хорошо. Дело не в том, что я не люблю детей, или не хотел бы их, нет. Просто не от своей бывшей. Не после того, как она со мной поступила. Но Полянской я об этом не собираюсь рассказывать, ее милой головке, такое слышать не обязательно.

— Тему развивать не будем, Кристина, так что, займись делом, — указываю на ноутбук. — В твои обязанности не входит проникаться моими личными проблемами.

— Вот как раз, что входит в мои обязанности я и не знаю, — пожимает она плечами и делает такое выражение лица, будто я зря трачу ее время.

— Обсудим, когда вернусь, а пока работай, помощница, — кидаю напоследок, практически открывая уже дверь.

Она снова в шоке застывает.

— Ну, что опять не так, Кристина Викторовна? Ты сегодня просто сама не своя, честно слово.

Девчонке сразу становится неуютно, но неожиданно, переключается ее внутренний тумблер и на пост заступает боевой хомяк. Господи, да за ней наблюдать одно удовольствие, еще чуть-чуть и я начну думать, что рад ее появлению в своей жизни.

— Вы меня оставляете здесь одну? — несмело интересуется Ангелок. — В вашем кабинете?

Твою мать. Хорошо, что она напомнила, а то так бы и уехал не оставив ей ключ.

— Да, Кристина Викторовна, вот ключ, — отдаю ей в руки небольшую связку, — даже если ты захочешь выйти просто в коридор, постоять у дверей — закрывай замок. Это очень важно. Здесь столько всего интересного, что любая шавка не упустит возможности порыться в моих документах.

— Конечно, — с боевой готовностью кивает она и я понимаю, что ее желание занять должность в штате организует мне билет в отпуск. В будущем, конечно.

— Рад, что мы поняли друг друга, — выхожу из кабинета, а у самого что-то щелкает. У помощницы такой растерянно-счастливый вид, будто она получила то, чего долго очень хотела. Наверняка, для такой как она, моя снисходительность принимается за подарок судьбы. Даже приятно ее удивлять.

Но меня не покидает мысль, почему мне так хотелось с ней поговорить? Увидеть ее понимающий взгляд, послушать, что она обо мне думает, да просто пообщаться. Ни о чем. Лишь бы вступила в диалог. Странно все это, видимо я слишком много работаю, не хватает времени на простое общение и человеческие радости.

Не знаю как так получается, но с Кристиной почему-то бросает из крайности в крайность. В какой-то момент, мне хочется над ней издеваться, высмеивать, смотреть как она себя поведет в той или иной ситуации и добиться, чтобы девчонка сняла уже свои розовые очки и наконец прозрела, что ей здесь не место. А с другой, с той, которая спрятана ото всех, хочется по-нормальному себя вести: говорить, слушать, шутить.

Да, я нормальный мужик, не буду врать самому себе, что она мне нравится и я рассматриваю ее как женщину. Особенно, как сегодня, когда вырез на ее блузке просто приковывал мой взгляд.

Моей легкомысленной натуре просто хочется нагнуть ее над столом и делать с ней такие вещи, чтобы она только просила не останавливаться. Но нельзя. Не сейчас. Она по прежнему остается женщиной с претензией на должность, а я сделал себе установку, что на работе никаких отношений, даже ради секса.

Может когда она поймет, что это не ее, я смогу рассмотреть вблизи эту маленькую и аккуратную грудь, но что-то мне подсказывает, что Ангелок настолько упертая, что вопреки моим стараниям сделает по своему.