8

Иду за Смирновым, можно сказать практически бегу, ведь майор несется к своему кабинету, будто мы на пожар спешим.

Все еще не могу понять, чем он так недоволен? Ну, подумаешь, пришла сегодня не как всегда, а вовремя. Что ему не так, в самом деле? Не мог же он разозлиться из-за того, что я разговаривала с Владимиром?

Вообще, он меня страшно бесит. Ведет себя так, словно он пуп Земли и все остальные пришли в этот мир с одной целью — делать только так, как угодно ему. Но я же не марионетка, даже дуть на его кофе не входит в мои прямые обязанности. Я вообще ему не обязана делать кофе, так, если сама захочу — могу за компанию предложить, сугубо из-за вежливости и хорошего воспитания.

— Итак, Кристина Викторовна, — официально начинает майор, как только за мной закрывается дверь. — Почему ты опоздала?

Машинально смотрю на запястье. Ничего я не опоздала, пришла бы как раз к девяти, если бы мы все не столкнулись в коридоре. Но Смирнову рассказывать все свои мысли не обязательно, он все равно слышит только то, что хочет.

— Простите, этого больше не повторится, — с несвойственной мне покорностью, отвечаю. — Я могу приступить к своим обязанностям?

Знаю, это нелепо. Но другого выхода нет. Начни я сейчас рассказывать, как переводила бабушку через дорогу и ошиблась остановкой, он еще больше выйдет из себя. За одно утро, вполне достаточно препирательств.

Майор ничего не отвечает, лишь пристально смотрит на меня. Вот ненавижу когда он так делает, будто на мне бананы растут. Я сразу съеживаюсь от его пристального стального взгляда. Не человек, а машина для расследований, не иначе.

— Простите за вчерашнее, — извиняюсь я. — Впредь, обещаю быть более внимательной и вовремя включать мозг.

Снова слова режут горло. Я ненавижу врать. Ненавижу включать дуру и еще больше ненавижу делать вид, что человек мне приятен, когда это не так. Но ничего другого же не остается.

Мне нужна это должность? Нужна. Мне надо найти компромат? Надо. Пошло все остальное к черту! Потерплю этого жалкого циника и людоеда, ради высшего блага. Ради справедливости. Ну, и ради карьеры, раз уж на то пошло.

Нужно начать уже действовать, иначе рискую вызвать недовольство не только у майора Смирнова, но и у начальника отдела Власова. Боюсь обоих, но только от последнего зависит как скоро я стану реальным следователем.

— Почему я? — неожиданно бросает Ярослав мне.

— Простите? — подхожу чуть ближе к столу, вообще не могу понять к чему вопрос?

— В штате, тридцать пять следователей, я хочу знать, почему ты выбрала именно меня?

— Не знала, что я могла выбирать? — нервный ком застревает в горле. К чему он клонит? — Меня назначили кадры, и я пришла к вам.

Смирнов откидывается на спинку кресла и смотрит несколько долгих секунд в потолок.

— А у меня, другая информация, — медленно произносит он. — В кадрах сказали, что ты сама попросилась ко мне, вот я и понять хочу, почему?

Нервный ком становится еще больше и уже вовсю перекрывает кислород. Еще немного и я начну задыхаться. Реально.

Чертов Власов, он же обещал, что никто не узнает, что даже комар носа не подточит? Что в его понятии комар тогда? И как теперь выкручиваться? Понятия не имею. Очень трудно предпринимать какие-то меры, когда точно не знаешь, о чем именно осведомлен оппонент.

— Вы отличный специалист, работать с вами — просто счастье, — безбожно вру я. Хоть доля правды все равно в этом есть. Можно сказать я вру, лишь на половину.

— Я польщен, только вот думаю, чем ты можешь быть мне полезна? — удивленно вскидывает брови майор Смирнов. — Что может такая девушка как ты делать в следственном управлении?

Господи. Он. Знает.

Знает, что меня подослали шпионить. Знает, что я бы добровольно никогда бы не согласилась с ним работать, потому что, несмотря на его волнующую меня внешность, он все равно остается предателем великой системы правосудия.

— Я не нуждаюсь в помощнице, особенно, в той, кто мне нравится как женщина, — как-то буднично рассуждает он.

Ой, я тебя умоляю. Я здесь не для того, чтобы ты видел во мне женщину, жалкий коррупционер. Но другую часть меня, женскую часть, странно волнуют его слова. Он это действительно сейчас произнес? Или мне показалось?

Теоретически, я могу ему нравиться, и Власов предупреждал, что Смирнов падок на женщин, что может значительно упростить мои шансы на успех. Но в канцелярии, главные сплетницы говорили, что он на работе не заводит личных отношений, и я выдохнула с облегчением. Еще служебного романа мне не хватало.

Делаю шаг вперед, высоко вздернув подбородок. Я профессионал. Тут или пан или пропал.

— Я долго шла к этому, — поясняю. — Мне нравятся финансовые преступления, нравится форма и погоны. Я очень хочу стать следователем, для меня это важно.

Смирнов кивает каждому моему слову, но когда говорю за форму резко всматривается в мое лицо.

— Вариантов у вас нет, товарищ майор. Есть только я, — мне нужно приложить все усилия, чтобы он одобрил мою кандидатуру и перестал придираться. — Я буду полезна вам, уж поверьте. Просто, вы не даете мне возможности показать вам уровень моих знаний и желания здесь работать. Делать описи и прости Господи, дуть на ваш кофе, не то, ради чего я училась на красный диплом.

Смирнов немного дерзко ухмыляется и если честно, меня это ставит в тупик. Таким майора еще не видела. Что ему понравилось больше, из моего весьма амбициозного ответа?

— Знаешь, а мне уже даже стало интересно разглядеть твое желание, — поднимается с места и медленно надвигается в мою сторону. — Ощутить и распробовать его на вкус, — с хрипотцой в голосе, добавляет он.

Мои щеки моментально вспыхивают, я не маленькая девочка, чтобы не понять подтекст, этого подтекста. Может это все не на самом деле происходит? Ну, не мог же он подобное сказать вслух?

Мы встречаемся глазами и я понимаю, что это взаправду все. Смирнов больше не смотрит на меня как прежде, из его взгляда ушла некая надменность, зато появилось нечто, на что я понятия не имею, как реагировать.

Ненавижу ту минуту, когда согласилась на эту авантюру. Я итак уже пожертвовала многими принципами ради должности, но этот шаг не переступлю. И тут возникает вопрос: ну, какой из меня шпион тогда, раз я тушуюсь перед трудностями?

— Мы все еще с вами обсуждаем мою работу? — немного понервничав, решаюсь спросить. Это же сейчас архиважно.

Ярослав будто несколько секунд обдумывает мой вопрос.

— Видимо уже нет, — низким голосом отвечает он, прикасаясь костяшками пальцев к моей щеке.

Вот тут, по-хорошему нужно оттолкнуть его и бежать из этого кабинета без оглядки, но я пригвожденная его темным взглядом, лишь начинаю быстро дышать.

Не понимаю, в какой момент все пошло не так? Почему, меня начинает физически волновать Ярослав Смирнов в этих стенах?

Все же, плохая идея была бороться за эту должность. Надо было идти в канцелярию.