Глава 10.

Проснулась я уставшей и разбитой, словно после тяжелой битвы. В теле ощущалась ноющая боль, а в голове царил сумбур из вчерашних событий. Энни, моя неутомимая спасительница, уже вовсю хлопотала, открывая тяжелые занавески, впуская в комнату робкие лучи лондонского утра, и организовывала мне купание. Девушки, словно трудолюбивые пчелки, таскали воду, наполняя ванну до краев, а я, закутавшись в шелковый халат, сидела с подносом на коленках и вяло ковыряла овсянку. Тосты, яйца и джем манили своим аппетитным видом, но я, словно упрямый ребенок, решила начать с менее вкусного, откладывая удовольствие на потом.

Ела и вспоминала вчерашний вечер, всплывающие в памяти обрывки разговоров и событий, словно осколки разбитого зеркала. Да и все то, что на меня свалилось за эти дни, казалось невероятным сном. Я в Лондоне, в чопорной и туманной Великобритании. Я умудрилась угодить прямиком в Викторианскую Англию, и сейчас отчаянно спасаюсь от маньяка, чьи злодеяния леденят кровь.

– Энни, а можно мне газету? – вдруг осенило меня. В голове зародилась идея, как можно хоть немного ознакомиться с новостями этого странного и пугающего мира. Да, здесь нет привычных социальных сетей и бесконечной новостной ленты, но есть старые добрые газеты, потрепанные временем и руками читателей, которые и послужат мне скудным источником информации.

– Газету? – у горничной глаза были готовы выкатиться из орбит от изумления. Она смотрела на меня, словно я попросила принести ей луну с неба.

– Ну да, – я не поняла ее столь бурной реакции, но, вспомнив вчерашнее чтиво, поняла причину ее удивления. Юные леди обычно не интересуются серьезными новостями, которые публикуют в газетах. Для них газетные листы – это слишком серьезное хобби, а девушкам ближе сплетни и слухи, пикантные подробности из жизни высшего общества. Но светской хроники, к сожалению, пока еще не существует.

– "Таймс"? – уточнила Энни, по-прежнему пребывая в легком шоке. Ее лицо выражало крайнюю степень недоверия.

– Да, – я даже утвердительно кивнула, подтверждая свои слова. – А лорд уже встал? – поинтересовалась я из праздного любопытства, желая хоть немного развлечься и отвлечься от гнетущих мыслей.

– Нет, леди. Дуглас сказал, что лорд поздно вернулся и потому еще изволят спать, – Энни, кажется, ничего не заподозрила в моем вопросе, и я ободряюще улыбнулась горничной. Мне почему-то стало неловко, что я интересуюсь посторонним мне мужчиной.

– Какие у нас планы на день? – я попыталась изобразить энтузиазм, но голова от недосыпа была просто квадратной, словно тиски её сдавливали. Надеюсь, приготовленная ванна сможет хоть немного вернуть мне бодрость духа, прогнать остатки кошмаров и подарить ощущение легкости. Вот интересно: Ричарда смогла вылечить, а саму себя не могу. Парадокс.

– Через два часа, к десяти, подойдет леди Эмберли с помощницами. После примерок у вас обучение танцам, далее обед. Затем вы хотели на прогулку, и потому я приготовила вам уличное платье, – отрапортовала мне горничная, словно заправский солдат, докладывающий о выполненном задании.

– Лорд сказал, что мы можем заказать тебе несколько платьев у леди Эмберли или купить уже готовые, если что-то подойдет из имеющегося у нее, – я хотела обрадовать девушку, поделиться приятной новостью, но натолкнулась на недоуменный взгляд. И тут до меня дошло. От дворецкого Дугласа Энни знает, что лорд пришел очень поздно, а когда между нами состоялся этот разговор, то Ричарда уже не было в доме. В голове заметались тревожные мысли, как же выкрутиться из этой неловкой ситуации. – Мне вчера не спалось, и я случайно встретила лорда, когда он пришел домой, – попыталась я оправдаться, озвучив первое, что пришло в голову.

– Встретили? – на лице горничной появилось еще более недоуменное выражение. Смущение обожгло щеки, словно раскаленный уголь. Глупее объяснения я придумать не могла. Правильно мне всегда говорили, что нужно думать, прежде чем что-то сказать. Обрадовала Энни, называется. И тем самым нелепо скомпрометировала себя.

– Да, я услышала шум и выглянула в коридор, а там как раз был лорд, – если не придираться к словам, то чисто технически я не наврала. Ложь во спасение.

– Я поблагодарю лорда, когда увижу, – присела в книксене девушка, демонстрируя свою признательность.

– Энни, не говори никому, что я вчера встретила лорда, а то боюсь сплетен и слухов, – попросила я девушку и встретила понимание в ее взгляде. Мне кажется, даже больше, чем рассчитывала. Но, видимо, Энни уже вовсю пофантазировала обо мне и Ричарде, рисуя в своем воображении романтические картины. Хотя если б не его реакция на мои поцелуи, то не исключено, что все случилось бы именно так, как и предположила девушка.

– Конечно, леди. Я за газетой, – девушка выскочила из комнаты, словно испуганная лань. Оставшись одна, принялась за вкусную часть завтрака и как раз с ней справилась, когда вернулась горничная. – Вот, – Энни с гордостью протянула мне сложенные газетные листы, словно вручала бесценное сокровище.

– Спасибо, – я развернула газету и принялась ее изучать, жадно вчитываясь в каждую строчку. В газете расписывали зверское убийство и все те ужасы, что может нафантазировать испуганный мозг, нагнетая панику и страх в сердцах читателей. Также упоминалось о том, что на Бейкер-Стрит кэбмен наехал на прохожего, и я словно загипнотизированная уставилась на газету. Перечитала статью еще раз и учащенно задышала от внезапного возбуждения и волнения.

– А что находится на Бейкер-Стрит? – вопрос я адресовала Энни, но девушка удивлённо посмотрела на меня, не понимая, что я имею в виду.

– Не знаю. А что там? Что-то в газете пишут? – девушка не притворялась, а я готова была себя хлопнуть по лбу от досады. У меня совсем все в голове перемешалось, и я путаю вымысел и реальность, выдуманный мир и настоящий. Великий детектив с Бейкер-Стрит был лишь выдумкой гениального писателя. Но, с другой стороны, я нахожусь в волшебном мире, где возможно все, и чем черт не шутит.

– Кэбмен наехал на пешехода, – проговариваю я немного заторможенно, словно во сне, так как мыслями уже на упомянутой мною улице, в поисках разгадок и приключений.

– Понятно, – Энни озабоченно смотрела на меня, ее взгляд выражал искреннюю тревогу. – Вы нормально себя чувствуете, леди?

– Да, Энни, – улыбнулась горничной, стараясь скрыть свое волнение. – Я пошла принимать ванну, – служанки давно уже наполнили ванну, и я, словно уставший путник, наконец-то добравшийся до оазиса, отправилась заряжаться энергией, расслабляться и избавляться от мучительной головной боли. Горничные добавили в воду соли, душистую пену и даже какие-то целебные травы. Так что я релаксировала в воде ровно до того момента, пока ко мне не ворвалась Энни и не заставила вылезти из воды.

– Вы в русалку превратиться хотите? Вон уже кожа вся сморщилась, – ворчала девушка, но в ее голосе чувствовалась забота, а я лишь улыбалась в ответ. Головная боль прошла, в теле кипит энергия, и я в самом наилучшем расположении духа, словно заново родилась. Готова принимать леди Эмберли с ее многочисленными помощницами. Энни привела меня в подобающий вид невероятно быстро, словно волшебница, взмахнувшая своей палочкой. Видимо, ей тоже не терпелось поскорее принять гостей, ведь эта гостья принесет каталог с платьями, и девушка сможет выбрать себе наряды, о которых так давно мечтала.

Леди Эмберли явилась в сопровождении вереницы девушек, и комната тут же наполнилась суетливым оживлением. Меня, словно драгоценную статуэтку, бережно поставили на подставку, а из соседних комнат словно по мановению волшебной палочки появились зеркала, отражающие меня со всех ракурсов. Я с любопытством и едва скрываемым удовольствием любовалась своим преображенным отражением.

– Тесновато у вас здесь, – недовольно проворчала одна из девушек, нарушая торжественную тишину. Я удивленно вскинула брови, не ожидая услышать подобное.

– Раз тебе тесно работать, значит, завтра останешься в просторной мастерской, – тут же осадила ворчунью леди Эмберли. Её голос, до этого мягкий и приветливый, вдруг стал строгим и властным. Я перевела взгляд на леди, гадая, что последует дальше. Каково же было мое удивление, когда она, заметив мой взгляд, улыбнулась мне и подмигнула. Так просто, по-дружески и совсем не как чопорная аристократка, какой она казалась мне до этого. В её глазах мелькнул озорной блеск, словно мы были сообщницами в каком-то секрете.

– Простите, леди, – уже совсем другим, виноватым тоном ответила ворчунья, опустив глаза.

– Леди Эмберли, у меня к вам конфиденциальное дело, – произнесла я, чувствуя внезапную неловкость. Отчего-то мне совсем не хотелось говорить об этом при девушках. Смущать Энни, раскрывать её стесненное положение казалось мне верхом бестактности и неуместным вторжением в её личную жизнь.

– Конечно, моя дорогая. Сейчас завершим с примерками, – леди Эмберли улыбнулась, и я ответила ей такой же открытой и искренней улыбкой, почувствовав благодарность за её понимание.

Когда спустя час мне, наконец, разрешили спуститься с подставки, и все мои наряды были аккуратно сложены по чемоданчикам, я, воспользовавшись моментом, отвела леди Эмберли в сторону. В голове роились слова извинения, и я никак не могла подобрать нужные.

– Леди Эмберли, я хотела бы извиниться за чай. Не знаю, как так произошло, – я потупила взгляд, чувствуя, как щеки заливает предательский румянец. Мне действительно было неловко и стыдно за свою несдержанность и поспешные выводы. После всего, что рассказал мне вчера лорд Ричард, я чувствовала себя обязанной извиниться за свои глупые подозрения.

– Я принимаю ваши извинения, но вы ведь не об этом хотели поговорить? – проницательность леди Эмберли поражала. Она словно читала мои мысли. Я смущенно кивнула.

– Ричард решил, что Энни подойдет на роль компаньонки, но возникла загвоздка. У девушки совершенно нет платьев, кроме униформы горничной, – я кивнула взглядом на Энни, которая скромно стояла в стороне, на тот случай, если леди Эмберли забыла, кто она такая. Я почувствовала укол совести, осознавая, насколько неловко, должно быть, Энни в этой ситуации.

– У меня есть несколько готовых платьев, я незамедлительно пошлю за ними девушек. Они привезут их, и мы обязательно подгоним по фигуре. Завтра Энни просто не узнает себя, – пообещала леди с воодушевлением, и я снова поблагодарила её, чувствуя, как тяжесть вины немного отступает. – На этом все?

– Это еще не все просьбы. Я хотела бы сегодня погулять в парках или по городу и впитать в себя атмосферу, ощутить настроение, что царит в городе, понять, чем живут его жители, – я вопросительно посмотрела на леди Эмберли, надеясь на её понимание и согласие.

– Вы хотите, чтобы я составила вам компанию? – во взгляде дамы появился лукавый блеск, словно она угадала мои мысли и забавлялась моим смущением.

– Да, вы правы, именно об этом я и хотела вас попросить, – отозвалась, чувствуя, как краска снова приливает к щекам.

– Конечно же, я буду вас сопровождать, и мы поедем, куда вы захотите. Я с удовольствием покажу вам город, и мы вместе окунемся в его жизнь, – леди Эмберли взяла меня за руку и ободряюще похлопала, словно подтверждая своё обещание. Я снова поблагодарила её, ощущая себя невероятно счастливой и благодарной за её доброту и отзывчивость.

– Тогда чаю? – я кивнула Энни, и та, с готовностью откликнувшись на мою просьбу, убежала за чаем и сладостями.

Девушки, закончив собирать кофры, замерли в ожидании указаний. Леди Эмберли присела за секретер и быстро написала записку в магазин, затем отдала её одной из девушек, велев возвращаться как можно скорее. К слову, это была не та, что комментировала тесноту моих комнат. Мы с леди Эмберли сели за столик. Я старалась не сутулиться и держаться прямо, как меня учили. Мы пили чай и перекинулись парой дежурных фраз, словно репетируя предстоящие выходы в свет.

Затем начались танцы. Я и представить себе не могла, что это окажется настолько сложно. В исторических фильмах все выглядело так легко и просто, движения плавные и грациозные, а по факту оказалось, что это требует невероятной координации и физической подготовки. Столько движений и па, столько сложных переходов и поворотов, что у меня просто голова пошла кругом. Я чувствовала себя неуклюжей марионеткой, пытающейся повторить движения леди Эмберли, которая, казалось, парила над полом, двигаясь с грацией и непринужденностью. После нескольких часов тренировок я чувствовала себя совершенно измотанной, но не сдавалась, стремясь освоить хотя бы несколько основных движений.

– А может, мне просто не танцевать? – просипела я, присев на ближайший диванчик, чтобы перевести дыхание. Грудь горела, словно я только что пробежала марафон, а ноги гудели от непривычной нагрузки. Кажется, мое тело отвыкло от физических упражнений.

– Ни в коем случае! – на холеном лице светской дамы даже испуг промелькнул. Правда, на долю секунды, словно тень, но я успела заметить. Неужели все так серьезно?

– Жаль, – вздохнула я. Танцы – это, конечно, весело, но не тогда, когда ты чувствуешь себя бревном на паркете. И потом, как мне успела объяснить леди Эмберли, мы разучиваем танец дебютанток, которым будут открывать сегодняшний вечер. А это значит, что я обязана там поучаствовать во что бы то ни стало. Тяжела ты, доля светской львицы.

Леди мне подробно объяснила про книжечку для записи кавалеров, про строгий этикет и про то, что нельзя слишком часто танцевать с одним и тем же партнером. Лишь с лордом Мортоном я могу позволить себе несколько танцев, так как в сегодняшнем выпуске "Таймс" объявят о нашей помолвке. Моей, то есть Барбары, помолвке. Чужая жизнь, чужие правила.

– В сегодняшнем выпуске? Но я не нашла ничего об этом, хотя прочитала ее от корки до корки, – я удивленно посмотрела на леди, которая села рядом со мной, сочувственно похлопывая по руке. Я действительно проглотила эту газету, словно она была последним источником информации в этом мире.

– Вы читали "Таймс"? – надо было видеть лицо леди. Ее глаза готовы были вывалиться из орбит от изумления, а брови взлетели так высоко, что практически соприкасались с линией роста волос. В ее взгляде читалась смесь шока и неодобрения. Неужели это настолько предосудительно?

– Да, – подтвердила я и еле сдержала улыбку, настолько мне понравилось удивленное выражение лица женщины. Кажется, я начинаю привыкать к этой роли – роли эпатажной леди, нарушающей все правила.

– Леди, я вам не сегодняшний выпуск принесла, а вчерашний. Просто свежую прессу отнесли мужчинам, – Энни покраснела и опустила взгляд, чувствуя себя виноватой. Бедняжка, думает, что ей достанется за эту оплошность.

– Ничего страшного, завтра почитаю сегодняшнюю, – я подмигнула Энни, и та расслабилась, словно груз с плеч свалился. Видимо, я для нее сейчас что-то вроде громоотвода.

– Только никому не говорите, что читаете мужские газеты, – леди Эмберли даже голос понизила и склонилась ко мне, словно раскрывала государственную тайну. – Это может повредить вашей репутации.

– Хорошо, не скажу. Это плохо? – я искренне удивилась. Видимо, изумление Энни было обусловлено тем, что чтение газет девушкой является чем-то из ряда вон выходящим, чуть ли не преступлением.

– Вы шокируете все светское общество. Юным леди принято быть немного глупенькими и недалекими, интересоваться исключительно нарядами, балами и удачным замужеством, – озвучила принятые нормы в этом странном обществе леди Эмберли. И в ее голосе слышалась легкая грусть, словно она и сама когда-то мечтала о другом.

– Да уж, – я недовольно поджала губы. – Говорить о погоде, о женских романах, обсуждать кружева и платья… Суперперспективка, – не смогла сдержать свое недовольство. Эта будущее казалась мне удушающим.

– Что поделаешь, общество не исправишь, – развела плечами дама. В ее глазах мелькнула усталость.

– И вы согласны с этим? – я возмущенно пыхтела и смотрела на женщину, ожидая услышать слова протеста.

– Нет, но что это может изменить? – леди улыбнулась и снова похлопала меня по руке, успокаивая мой пыл. – Если вы хотите быть самой собой, то обзаведитесь друзьями, такими же, как и вы, – тонко намекнула мне леди, а я озадаченно посмотрела на нее. Она знает о том, кто я на самом деле? Или это была просто фигура речи, которую я восприняла слишком буквально? В ее словах прозвучала какая-то скрытая мудрость.

В этот момент раздался стук, и практически сразу же в комнату вошел лорд Мортон.

– Добрый день, леди, – поздоровался Ричард и пристально посмотрел на меня. От его взгляда по коже пробежали мурашки, и я невольно опустила глаза, чувствуя, как щеки заливаются краской. Что это? Волнение? Смущение? Или просто страх? – Леди Эмберли, останетесь ли вы на обед? – вроде вопрос самый обычный, а я заподозрила в нем подвох. Зачем ему это?

– Лорд? Мы хотели прогуляться, – я вопросительно смотрела на мужчину, надеясь, что он передумает. Мне не хотелось оставаться наедине с этим человеком, особенно после вчерашнего инцидента.

– Дядя настаивает на том, чтобы вы присутствовали на обеде. Он изъявил желание поближе познакомиться с будущей родственницей, – ответил Ричард, и я заметила, как его лицо скривилось, словно он проглотил что-то кислое. Но он быстро взял себя в руки, надев маску любезности. Неужели ему так противна мысль о нашем браке?

– Сэр Генри очень учтив, я с удовольствием приму его приглашение, – леди Анабель кивнула с таким видом, словно ее пригласили на королевский ужин, а не к джентльмену, который в меня вселял ужас и страх. В ее глазах сияло предвкушение, словно она собиралась принять участие в каком-то важном событии.

– Вы меня очень выручите, – поблагодарил Ричард, и в его голосе прозвучала искренняя признательность. – Чем вы занимались?

– Танцевали и решали вопрос с платьями, – настроение мгновенно упало, и энтузиазм в голосе пропал. Одна мысль о предстоящем обеде с сэром Генри вызывала тошноту. – А что там слышно про убийство? – задала я насущный вопрос, надеясь получить хоть какую-то информацию.

– Не стоит вам волноваться об этом, леди, – уклончиво ответил мужчина, избегая моего взгляда.

– Я все же ваша помощница и секретарь, – я напомнила о статусе, который было решено мне присвоить, чтобы хоть как-то объяснить мое присутствие в этом доме. Мне нужно знать, что происходит.

– Мне кажется, после того, как сегодня выйдет объявление о нашей помолвке, не стоит вам больше представляться моей помощницей, – замялся Ричард и немного вопросительно посмотрел на леди Эмберли, словно спрашивал ее совета.

– А вот это вы зря, – покачала головой леди. – Все общество и так перемоет вам косточки. А тот нюанс, что сразу же после помолвки вы сделали леди безработной, покажет, что вы считаете это занятие для леди предосудительным, и скомпрометирует ее в глазах общества больше, чем если бы она по-прежнему выполняла роль секретаря. Так вы можете объяснить, что так привязаны друг к другу, что не можете надолго расставаться, – напутствовала лорда дама, а я благодарно ей улыбнулась. Она права. Это идеальное решение.

– Спасибо, леди Анабель. Я с ума сойду, сидеть в четырех стенах и лишь готовиться к балу да погоду с нарядами обсуждать, – выдохнула я облегченно. Впереди замаячила перспектива хоть какой-то деятельности.

– Сама не люблю праздно проводить время, особенно после того, как у меня появился салон готового платья, – ободряюще улыбнулась леди мне и Ричарду. Она явно из тех женщин, которые сами строят свою жизнь, не полагаясь на мужчин. И это вызывало у меня восхищение.