Глава 6

Аделина Грей

Я открыла глаза и в первый момент не поняла, где нахожусь. Солнце мягко светило в прикрытые светлыми шторами окна, просторная комната окутывала теплом и нежным ароматом лаванды, красивая мебель казалась совершенно новой, как будто ею никто и никогда не пользовался. А георгины, стоящие в вазе на прикроватном столике, выглядели так, словно их только что срезали с клумбы.

Я спустила ноги на пушистый ковер и попыталась вспомнить, что это за место и как здесь оказалась. А уже в следующую секунду подскочила с кровати и кинулась к двери.

— Дэйв! — Выдохнула, влетев в соседнюю комнату и остановившись у постели брата. — Дэйви, — прошептала, с тревогой вглядываясь в осунувшееся лицо.

— Тш-ш, с ним все в порядке, — успокоила меня сидящая рядом с кроватью служанка.

Кажется, одна из горничных. Точно. У нее еще имя такое хорошее — Лесли Хоуп.

— Мальчик недавно пришел в себя, выпил лекарство, и теперь он просто спит.

В руках женщины споро мелькали спицы.

— Правда?

Я опустилась на колени рядом с постелью и осторожно положила ладонь на лоб Дэйва.

— Кажется, жара больше нет.

Я неверяще посмотрела на служанку.

— Конечно, — улыбнулась та, пересчитала петли своего вязания и добавила: — Если уж целитель Рейден берется за дело, то даже самые безнадежные больные выздоравливают. Не волнуйтесь, нера Грей, поправится ваш братик. И недели не пройдет, как будет скакать по дому горным козленком. Уж вы мне поверьте.

Она еще шире улыбнулась, и я почувствовала, как разжимается сковавший сердце обруч. Дэйв будет жить! Он выздоровеет и сможет бегать, играть с соседскими мальчишками, гонять мяч по улице, ходить в гимназию!

— Это хорошо, что милорд вовремя узнал, — продолжила словоохотливая Хоуп, накидывая петли. — Целитель сказал, еще бы пару часов — и все. Уже никто бы не помог.

Она дернула нить, клубок подпрыгнул в корзинке, спицы зазвенели, выплетая узор, а я поправила одеяло брата, пригладила его волосы и поднялась. Думать о плохом не хотелось. Вернее, я отодвинула эти мысли, отгораживаясь от них и не желая вспоминать то отчаяние, что одолевало душу всего несколько часов назад. Главное, что теперь с Дэйвом все будет хорошо.

— Не подскажете, лорд Хаксли у себя? — Спросила у служанки.

— Вот уж чего не знаю, того не знаю, — ответила Хоуп. — Вы лучше нера Картера спросите.

— Да, так и сделаю, — кивнула я и добавила: — Спасибо вам, что присматриваете за Дэйвом.

— Да разве ж мне сложно? — Добродушно усмехнулась Хоуп. — Такой мальчишечка славный, как не помочь?

Она говорила что-то еще, но я тихо закрыла за собой дверь и припустила к лестнице. Мне нужно было увидеть лорда Хаксли и поблагодарить его за все, что он сделал для Дэйва.

Ступени мелькнули одна за другой, коридор кинулся под ноги скользким мрамором, сделал поворот, и с разбегу бросил меня в чьи-то объятия.

— Нера Грей? — Прозвучало надо мной, и я подняла голову.

— Простите, нер Картер. Я вас не заметила.

— Ничего страшного, нера Грей, — улыбнулся дворецкий. — Куда это вы так торопитесь?

— Я хотела увидеть лорда Хаксли. Не подскажете, где мне его найти? Он в кабинете?

— Нет.

Мне показалось, что Картер замялся. На плоском лице мелькнуло смущение.

— Лорда Хаксли нет дома?

— Его милость в гостиной, — после крошечной паузы ответил дворецкий.

— О, тогда я почти пришла.

Картер странно кашлянул, но я уже открывала дверь, собираясь как можно быстрее поблагодарить человека, спасшего Дэйва от смерти. Сердце горело такой любовью, что мне казалось, еще немного, и оно воспламенит все вокруг.

— Ах, Рональд, давно я так не смеялась!

Нежный женский голос, раздавшийся из залы, заставил меня замереть и сделать шаг назад.

— Просто удивительно, как интересно вы рассказываете! Никогда бы не подумала, что в Гирхе такие забавные обычаи, — продолжала неизвестная леди.

Я попятилась и осторожно потянула на себя ручку, намереваясь закрыть дверь, но лорд Хаксли меня уже заметил.

— Нера Грей?

Голос начальника прозвучал прохладно. А прекрасная леди, сидящая с ним на одном диване и держащая его за руку, выглядела такой счастливой и уверенной в себе, что меня будто ледяной водой окатили. Я ее узнала. Вайолет Прэскотт. Дочь канцлера и светская львица. Я помнила, как лорд Хаксли разговаривал с ней на балу, как улыбался, как галантно целовал тонкие пальчики.

— Что у вас?

Я услышала требовательные нотки и поспешно ответила:

— Ничего, милорд. Я просто ошиблась.

Дверь закрылась с противным скрипом. Я опустила голову, собираясь с силами. А когда подняла глаза, наткнулась на внимательный взгляд Картера.

— Нера Грей, а хотите чаю? — Спросил дворецкий.

И что-то было в его голосе — понимание, мягкость, сочувствие, — отчего мне захотелось плакать. Ну да. Я слишком замахнулась, влюбившись в высшего аристократа и отдав ему свое сердце. Да что там? Тело я тоже отдала. Хорошо хоть, что он об этом не помнит.

— Идемте, нера Грей. — Картер взял меня под руку и, доверительно склонившись, добавил: — Сара сегодня такие бишоны испекла, просто сказка.

И он повел меня вниз. И напоил чаем с теми самыми сказочными бишонами. И я улыбалась, и что-то говорила, хвалила Сару и ее стряпню, рассказывала о Дэйве и о папе. А в это самое время у меня в душе все умирало от ревности и боли.

Рональд Хаксли

Боль накатила внезапно. Только секунду назад я развлекал Вайолет байками о своих похождениях в Гирхе, а сейчас едва мог дышать, сражаясь с грызущим внутренности демоном. Шасс! Что происходит? Откуда взялся невидимый нож, разрезающий надвое и тело, и душу? И что за странное жжение в груди?

Я бросил взгляд на щебечущую Вайолет, и беззвучно прошептал заклинание, пытаясь унять непонятный приступ, но тот не стихал. Боль накидывалась голодным зверем, рвала на части, не желала уходить. Задевала больше душу, чем тело, и это казалось странным.

— Милорд, звонок из дворца, — донесся до меня голос Джеймса, и я возблагодарил небеса.

Эрх, с его звериным чутьем, моментально чувствовал, когда мне нужна помощь.

— Леди Прэскотт, боюсь, придется прервать нашу милую беседу. Сами понимаете, неотложные дела.

Легкое сожаление в голосе далось непросто. Будь моя воля, вышвырнул бы хищницу за порог безо всяких раздумий, но приходилось изображать то, чего не испытывал и в помине, чтобы не вызывать подозрений.

— Ах, Рональд, я могла бы подождать. Вы еще не рассказали мне о своей поездке в Аранею.

Прэскотт сморщила носик и скорчила просительную гримаску, но не вызвала этим ничего, кроме раздражения.

— Увы, леди Прэскотт, разговор с министром затянется надолго. Вы ведь знаете Блэкириджа, он слишком любит разбавлять свою речь многозначительными паузами.

Прэскотт щебетала сожаления, расписывала надежды увидеться вновь, а я не мог дождаться, когда она покинет мой дом.

И вот этот благословенный миг настал. Джеймс проводил Вайолет и вернулся, а я достал из кармана гирхский эликсир и отпил из флакона щедрый глоток.

— Милорд, вам нехорошо?

Голос Джеймса звучал встревоженно.

— Я могу помочь?

— Нет. Я в порядке. Но спасибо, что выпроводил Вайолет.

Я закрыл глаза, пережидая очередной виток боли.

— Милорд, и все же, вам лучше прилечь, — не отставал эрх. — Вы же знаете, то последнее покушение в Орвене не прошло бесследно и…

Он не договорил, а я только поморщился.

— Мне кажется, будет лучше, если вас осмотрит нер Рейден.

В голосе Джеймса слышалось явное волнение, заставившее задуматься. Неужели так паршиво выгляжу?

Я уже собирался согласиться, и в этот момент боль пропала, словно ее и не было. Что за шассовы шутки?

— Джеймс, чего хотела Грей? — Все еще прислушиваясь к себе, спросил эрха.

— Не могу знать, милорд, — ответил тот.

— Но предположить ты можешь?

— Думаю, юная нера Грей хотела вас поблагодарить.

На приплюснутом лице мелькнула едва заметная улыбка.

— Очень хорошая девушка. Чистая. Таких сейчас мало, — по собственной инициативе добавил эрх.

— И где она сейчас?

— Пьет чай. Велите привести?

— Не нужно. Я сам.

Мне хотелось увидеть Грей, и я не стал отказывать себе в этом желании, хотя и понимал, что ни к чему хорошему оно не приведет. Просто тянуло снова окунуться в тепло широко распахнутых глаз, почувствовать тонкий, едва уловимый цветочный аромат, и попытаться в очередной раз разгадать загадку своей помощницы.

Боль не возвращалась, и я быстро пересек гостиную, дошел до кухни и толкнул в стороны раздвижные двери.

— А еще у нас в Гринвилле в зимние праздники принято готовить рисаламанде — пудинг из риса с дробленным миндалем, цукатами и орехами, — услышал нежный голос Аделины. — Получается очень вкусно. А тот, кто находит целый миндаль, получает подарок.

Девчонка сидела за столом, пила чай, нанизывала слова одно на другое и улыбалась Саре. Только улыбка Грей казалась вымученной. И в глазах затаилась грусть. Хотя, это-то как раз и неудивительного, после всего, что девочке довелось пережить.

— Милорд, вам тоже чай подать? — Обернувшись ко мне, спросила Сара и тут же засуетилась, выставляя на поднос тарелки. — Я сейчас, скоренько, — бормотала она, ловко передвигаясь по кухне и водружая на плиту чайник. — Мэри через пару минут все принесет в столовую.

— Сара, не суетись, — осадил кухарку. — Ничего не нужно. Нера Грей, допивайте свой чай, — велел застывшей помощнице. — Сара, ты покормила неру Грей?

— Да, милорд, — закивала кухарка и вздохнула. — Да только она ест, как птичка. Вот хоть вы ей скажите. Тоненькая, как былинка, в чем душа держится.

— Ничего. Это мы исправим.

Я посмотрел на Сару и усмехнулся. Выходит, при виде Грей не у меня одного возникает желание ее накормить. Нет, так-то у меня еще много каких желаний возникает, но о них сейчас лучше не думать. А нет. Поздно. Они уже сами… подумались. Причем, совсем не головой.

— Нера Грей, как вам бишоны? — Спросил помощницу, стараясь не пялиться слишком откровенно на яркие пухлые губы.

Девчонка подняла на меня взгляд, неожиданно густо покраснела и тут же опустила глаза.

— Не понравились? — Уточнил, усаживаясь напротив и пододвигая к себе вазочку с миндалем.

— Что вы, они очень вкусные, — вскинулась Грей, и снова смущенно потупилась.

Правда, спустя пару секунд все же подняла голову и уставилась на меня своими огромными глазищами. А я пропал. Смотрел в них и не мог оторваться. Что это за цвет такой? Зеленый? Да нет, не совсем. Вон светлых крапинок сколько. Такое ощущение, что очутился знойным летом на лесной поляне, где над яркой травой кружат золотистые мотыльки. Их танец чарует, затягивает, заставляет забыть об окружающем мире. Шасс! Куда меня понесло? Какая поляна? Какие бабочки? Не иначе, проклятие и на мозги подействовало! Эмоций не хватало? Зато сейчас с избытком.

— Я вам тоже чайку налила, милорд. Чего просто так сидеть? — Голос Сары донесся, словно издалека, и заставил очнуться. — Вот и бишончики свеженькие, с пылу-жару, — приговаривала кухарка, а я все не мог оторвать взгляда от Грей, хоть и понимал, что это неправильно.

Проклятие. Это все проклятие виновато. Приручила меня девчонка, привязала к себе крепкими нитями, сам не заметил, как увяз в ней, словно паук в собственной паутине.

— Лорд Хаксли, я хотела вас поблагодарить, — сказала Грей, но я почти не слышал, завороженный движением ее губ. — Спасибо, что помогли Дэйву. Без вашей помощи он бы не выжил. Вы не беспокойтесь, я все отработаю. И как только брат немного поправится, мы тут же съедем, — торопливо добавила помощница, и меня выдернуло из сладкого тумана.

— Куда это вы съедете?

Про то, что Грей собирается что-то отрабатывать, решил пока не выяснять. Душу снова резануло болью. И все внутри рванулось — запретить, не отпускать, запереть на крепкие замки, чтобы точно не ускользнула.

И это нетипичное желание заставило скрипнуть зубами. Никогда раньше я не терял самообладание. И никогда раньше не замечал за собой таких нездоровых собственнических замашек.

Стоило так подумать, как в тот же миг показалось, что на руках мелькнули острые когти. Секунда — и видение исчезло, заставив сомневаться в собственном разуме.

— Куда вы собираетесь съезжать? — Отложив все размышления о собственном безумии на потом, поторопил помощницу.

— Домой, — тихо ответила та.

— Даже не думайте.

Ответ прозвучал резко, но я и сам не ожидал, что меня так заденет желание девчонки поскорее убраться из Эристон-эра.

— Никуда вы не поедете. Будете жить здесь.

— Но…

Грей запнулась, глядя на меня так, словно я предлагал нечто невозможное.

— Никаких но, — с трудом сдержав невесть откуда взявшуюся ярость, ответил своей помощнице. — Это не обсуждается. Вы с братом остаетесь в Эристон-эре. Только так я могу быть уверен, что с вами все будет в порядке. А про деньги — забудьте. Не нужно ничего отрабатывать. Сара, чай я выпью в столовой, — поднимаясь и чувствуя, как катится вниз неплохое до этого настроение, заявил кухарке.

Нужно было уходить. Шассово проклятие влияло на меня слишком сильно. И я не мог с ним справляться. Хотелось схватить Грей в охапку, прижать к себе и не отпускать ни на шаг. «Мое», — отдавалось в душе. Но я-то понимал, что это всего лишь наведенный морок. И от этого почему-то было горько. Так, словно боролся не с наведенными, а с настоящими чувствами. «Мое!» — повторил кто-то внутри меня гулким эхом, и руки сами дернулись схватить Аделину и прижать к груди.

Преодолев нелепое желание, поднялся из-за стола и, не оглядываясь, пошел к выходу. Но уйти не успел.

Аделина Грей

— Что, Джеймс? — голос лорда Хаксли прозвучал раздраженно.

Дворецкий, застывший на пороге кухни, тихо кашлянул.

— Ну? — Повторил маг.

— Посетитель, милорд, — заявил Картер.

— Кто? Уэсли?

— Нет. Профессор Эббот, милорд.

Знакомое имя заставило удивленно замереть. Выходит, мой учитель общается с лордом Хаксли?

Я покосилась на мага. Тот выглядел рассерженным. Похоже, что-то испортило ему хорошее настроение, с которым он беседовал с леди Прэскотт. Вот как я об отъезде сказала, так лорд Хаксли и помрачнел. И кто меня за язык тянул? Наверное, маг решил, что я не оценила его помощь.

— Проводи в кабинет, я сейчас подойду, — ответил лорд Хаксли, и мне показалось, что он еле слышно добавил что-то еще.

— Профессор пришел к нере Грей, милорд, — невозмутимо сказал дворецкий.

— Вот как?

Лорд Хаксли недоуменно приподнял бровь и бросил на меня нечитаемый взгляд. А у меня внутри все узлом свернулось. И снова вспомнилось, как я… Как он… Пресветлые рукописи, да что же это такое? Щеки опалило жаром. Как мы будем существовать в одном доме, если я на мага спокойно смотреть не могу? Сердце любовью захлебывается и тут же падает в пропасть.

— Что ж, проводи профессора в гостиную и скажи, что нера Грей сейчас подойдет, — не сводя с меня потемневших глаз, произнес лорд Хаксли.

Он резко развернулся и вышел. Картер исчез вслед за ним, а я посмотрела на закрывшиеся двери и вздохнула. Правда, тут же спохватилась и поднялась из-за стола. Скорее всего, профессор Эббот пришел за книгами. А ведь я даже не подумала о том, что он будет волноваться, когда не застанет ни меня, ни Дэйва в нашем коттедже. Как-то не до того было. Ох…

Я торопливо поблагодарила Сару и едва ли не бегом кинулась в гостиную. И только дойдя до нее, притормозила и отдышалась. А потом постаралась придать лицу спокойное выражение и вошла в залу.

— Нера Грей.

Профессор поднялся с дивана и склонил голову в поклоне.

— Профессор Эббот, простите, вам, наверное, пришлось меня искать? Нам с братом нужно было уехать, и я не успела передать вам книги.

— Ничего страшного, нера Грей, — как мне показалось, немного поспешно ответил профессор и посмотрел каким-то незнакомым взглядом. — Я узнал адрес у вашей соседки.

Ну конечно. Нера Пальвиц обожала совать свой нос в чужие дела. Она просто не могла пропустить появление в нашем переулке рамобиля лорда Хаксли. А уж сложить два и два и сообразить, что это и есть мой хозяин, про которого она буквально на днях узнала у Дэйва, наблюдательной нере не составило особого труда.

— Выходит, вы нашли работу, нера Грей?

— Да. Меня взяли хранительницей библиотеки.

— Что ж, вам очень повезло. Вероятно, теперь вы откажетесь от подработки?

В карих глазах мелькнула грусть.

— Жаль, — добавил профессор. — Мой друг приобрел несколько экземпляров Сарийского свода, и я надеялся, что вы поможете привести их в порядок. Но раз вы теперь заняты…

— С радостью помогу вам, профессор Эббот, — поторопилась прервать своего учителя, пока он не передумал.

— Да? — Спросил тот и снял очки.

Без них его лицо стало выглядеть гораздо моложе, а глаза показались какими-то беззащитными. Профессор моргнул и неловко провел крупной рукой по светлым волосам, а я с удивлением поняла, что он выглядит ровесником лорда Хаксли. Просто я никогда не видела учителя без черной мантии и очков, в которых он казался гораздо старше, и сейчас с удивлением разглядывала высокого, довольно симпатичного мужчину с небольшой рыжеватой бородкой и длинными баками. Добротный костюм из шевиорской шерсти, начищенные до блеска туфли, красивый атласный жилет — за стенами университета профессор ничем не отличался от обычных зажиточных неров.

— Что ж, если это вас не затруднит, нера Грей, — сказал Эббот и посмотрел на меня задумчивым взглядом. А потом достал платок, протер очки и снова надел их, скрыв за ними выражение своих глаз. — Я буду очень признателен.

— Я сейчас принесу те книги, что вы давали.

— Неужели успели привести их в порядок? Так быстро? Нера Грей, вы могли бы не спешить. Мой… друг, — профессор сдвинул брови и уже увереннее повторил: — Мой друг совсем не торопится.

А я смотрела на него и начинала понимать, что нет никакого друга. И что Эббот давал мне собственные книги, чтобы я могла заработать.

— Ничего, мне не сложно, — проглотив возникший в горле комок, поспешно сказала учителю. — Подождите минуточку, я сейчас вернусь.

Я быстро сбегала в отведенную мне комнату, не удержавшись, заглянула к Дэйву и убедилась, что он еще спит, а потом спустилась вниз и вручила профессору стопку отреставрированных книг.

— Нера Грей, я могу вас попросить еще об одной вещи?

Мне показалось, что профессор немного смутился. А я чувствовала такую благодарность, что с трудом сдерживала эмоции. Все-таки удивительный человек профессор Эббот. Такой понимающий, такой деликатный. Он ведь знал, что я не возьму от него деньги просто так, и, чтобы не ранить мою гордость, придумал для меня работу.

— Совсем простой и несложной, — торопливо добавил Эббот, видимо, уловив что-то в моих глазах.

— Да?

— У вас ведь есть выходной?

— Конечно. В воскресенье я абсолютно свободна.

— Понимаете, я хотел бы узнать, — профессор глуховато кашлянул и продолжил: — Не могли бы мы…

Он не договорил и снова снял очки.

— Словом, я хотел бы пригласить вас на прогулку.

— Вы? Меня?

Я так удивилась, что не сразу поняла, что это значит. А когда поняла…

— Только не отказывайтесь сразу, нера Грей, — поспешно сказал профессор и посмотрел так, что я растерялась.

Это же не то, о чем я думаю? Да нет. Глупости какие. После той ночи с лордом Хаксли мне теперь всюду мерещится невесть что! Профессор — взрослый, уважаемый ученый, мой бывший преподаватель, он никогда не обратил бы на меня внимания в том самом смысле. Или я ошибаюсь?

— Понимаете, нера Грей, вся моя жизнь проходит в стенах университета, а недавно я огляделся вокруг и понял, что слишком давно никуда из него не выбирался. К тому же, осень в этом году удивительно теплая, так и манит прогуляться. И я подумал, а почему бы не взять с собой вас? Если хотите, можете захватить брата. Мы с ним успели познакомиться, и мне показалось, что он очень смышленый мальчик.

Эббот говорил торопливо, а я смотрела на него и не могла поверить, что он действительно предлагает мне совместную прогулку.

— Мне очень жаль, профессор Эббот, но Дэйв сейчас болен, а я не могу его оставить и принять ваше приглашение. Возможно, когда-нибудь потом, — я постаралась смягчить свой отказ, но профессор и не думал отступать.

— Что ж, надеюсь, ваш брат скоро поправится, — сказал Эббот и добавил: — И я все же очень рассчитываю, что вы с ним не откажетесь составить мне компанию.

Он улыбнулся, отчего его лицо озарилось теплым светом, но тут же надел очки, пригасив это сияние. Волшебные они, что ли?

— Ах да, я же не отдал вам оставшуюся часть платы!

Эббот сунул руку в карман и достал монету в пять гиров.

— Вот, возьмите, мой друг очень вам благодарен. Вы подарили его книгам вторую жизнь.

— Рада была помочь, — неловко улыбнулась в ответ.

— Значит, я могу принести еще?

— Конечно!

— Что ж, договорились, нера Грей.

Профессор снова склонил голову, зажал книги подмышкой и неожиданно поцеловал мою руку. И как раз этот момент выбрал лорд Хаксли, чтобы войти в гостиную.

— Профессор Эббот, — прохладно поприветствовал он моего учителя, не сводя взгляда с моей ладони, которую все еще держал профессор.

— Лорд Хаксли.

Эббот коротко поклонился, так и не выпустив моей руки, и только когда я потянула ее на себя, опомнился.

— Простите, нера Грей, — тихо сказал он и добавил, обращаясь к моему начальнику: — Лорд Хаксли, вам несказанно повезло, что именно нера Грей отвечает теперь за вашу библиотеку. Поверьте, она в надежных руках. Что ж, не буду задерживать хранительницу, — улыбнулся профессор. — Так мы договорились, нера Грей? Вы примете мое предложение?

— Что за предложение? — Не дав мне ответить, уточнил лорд Хаксли, и его глаза опасно блеснули.

— Я позвал неру Грей на прогулку по столице, — немного напряженно ответил профессор.

— И нера Грей согласилась? — Уточнил у него маг, по-прежнему не сводя с меня глаз.

— Да, — кивнул Эббот, и в комнате повисла тишина.

— Что ж, понятно, — после долгой паузы процедил лорд Хаксли, и у меня болезненно сжалось сердце.

Ну вот зачем маг пришел в гостиную? И почему я чувствую себя виноватой, если ничего плохого не сделала? Да я даже на прогулку толком не согласилась!

— Простите, мне нужно идти, — не желая и дальше мучиться непонятными сожалениями, тихо сказала мужчинам и попрощалась с профессором.

— Всего доброго, нера Грей, — ответил тот, и я, не глядя, прошла мимо лорда Хаксли и выскользнула из гостиной.

* * *

Следующая неделя прошла, как в тумане. Жизнь в Эристон-эре оказалась и прекрасной, и мучительной одновременно. Дэйв поправлялся прямо на глазах. Он уже вовсю носился по особняку, изучил все три этажа и успел подружиться с Картером и со слугами. А те, словно в этом не было ничего удивительного, относились к нам с братом, как к родным. Кухарка Сара подкладывала за обедом лучшие кусочки, горничная Хоуп развлекала Дэйва аранейскими сказками, а Картер, когда никто не видел, катал моего брата на спине. Я случайно застукала их на лестнице и после этого строго поговорила с Дэйвом. Правда, как ни пыталась объяснить брату, что в чужом доме нужно вести себя тихо и незаметно, толку с этого не было. Дэйв кивал, обещал исправиться, но энергия, которая его переполняла, искала выход, и брат уже несколько раз нарушал данное слово. Впрочем, никто не делал ему замечаний. Обитатели Эристон-эра воспринимали наше нахождение в особняке, как должное. А я, наблюдая за отлаженной жизнью большого дома, начинала понимать, что здесь нет привычных склок и сплетен, а слуги искренне привязаны к своему хозяину. И нисколько его не боятся. Меня это поначалу удивляло, а потом, когда увидела, как лорд Хаксли общается с Картером и Генри, как беззлобно подтрунивает над любовью Хоуп к сладкому и как внимательно выслушивает старика-садовника, я поняла, что многого не знаю о своем нанимателе.

А в последнее время маг и вовсе стал проводить немало времени с Дэйвом. И это оказалось ужасно. Нет, не в том смысле, что лорд Хаксли плохо обходился с моим братом. Наоборот. Рядом с Дэйвом маг всегда был мягким, спокойным, даже умиротворенным. И терпеливым. Он взялся учить брата игре в шахматы, и я могла наблюдать, как вечерами они просиживают над доской, двигая выточенные из камня фигурки и ведя неспешные беседы, причем маг относился к Дэйву так, будто тот был взрослым. И Дэйву это ужасно льстило. Он болтал обо всем подряд, рассказывая о нашей жизни в Гринвилле, о папе, о том, как мечтает поскорее вырасти и стать знаменитым адвокатом, о любимых игроках в крикбол и о своих успехах в арифметике.

А я… Я смотрела на лорда Хаксли, и с каждым днем влюблялась в него все сильнее. И в этом заключалось мое несчастье. Потому что лорд Хаксли относился ко мне так ровно, словно я была неодушевленным предметом. Стулом там, или тумбочкой. И от этого становилось невыносимо больно! Но ведь никто не виноват, что меня угораздило влюбиться в совершенно неподходящего мужчину? Точнее, никто, кроме меня. И нужно было как-то справляться с собственным сердцем, чтобы не выдать себя ни словом, ни жестом. Вот только я даже не предполагала, что это будет так трудно…

Поэтому, когда профессор Эббот повторил свое приглашение о прогулке, я согласилась. Мне нужно было забыть о своих чувствах. Вырваться из замкнутого круга собственного обожания лорда Хаксли и вернуть мозги на место. И в свой законный выходной, оставив Дэйва под присмотром Картера и Хоуп, я покинула Эристон-эр и шагнула в неизвестность.

— Нера Грей!

Профессор расхаживал перед воротами, но, увидев меня, остановился и его глаза за стеклами очков радостно блеснули.

— Добрый день, профессор Эббот.

Я оперлась на предложенную руку и постаралась улыбнуться, хотя не испытывала в тот момент ни радости, ни удовольствия. В ушах до сих пор стояли слова лорда Хаксли, сказанные прохладным тоном: — «Надеюсь, вы не забыли о споре, нера Грей? Срок истекает завтра». И в душе поселилась тоска. Я ведь помнила мага совсем другим. И знала, каким нежным он может быть. И не могла забыть, сколько эмоций таит его голос. А теперь лорд Хаксли смотрел все время сквозь меня, словно я и взгляда его была недостойна. Как он это процедил, когда я предупредила, что ненадолго отлучусь: — «Срок истекает завтра». Пресветлые рукописи! Можно подумать, я не знала! Да я всю минувшую неделю провела за созданием каркаса. Нет, основную работу тоже не забывала, а вот вечерами корпела над слоями матрицы, и практически завершила саркофаг. Оставалось погрузить в него книги и произнести финальное заклинание, что я и собиралась сделать сегодня вечером.

— Нера Грей, как ваш брат? Ему уже лучше? — Вывел меня из раздумий голос профессора.

— Да, благодарю, Дэйв идет на поправку. Целитель пока не разрешает ему выходить из дома, но брат чувствует себя очень хорошо.

— Я рад, — кивнул Эббот. — Жаль, конечно, что он не смог пойти с нами. Я хотел отвести вас на площадь Времени. Там сейчас идут представления заезжей труппы циркачей. Их все очень хвалят. Впрочем, мы можем пойти туда вдвоем.

Профессор посмотрел на меня, и в его глазах я заметила неуверенность. Будто он опасался моего отказа.

— Никогда не была в цирке.

Мне пришлось приложить усилие, чтобы голос звучал как обычно. Не хотелось портить настроение Эбботу. Он же не виноват, что у меня голова забита совсем другим?

— Значит, это да?

— Конечно.

— Отлично!

Мне показалось, что профессор с облегчением выдохнул, как будто и не дышал вовсе в ожидании ответа.

Эббот накрыл мою руку, лежащую на сгибе его локтя, своей, и мы не спеша отправились в сторону площади. И все было бы хорошо, вот только я мечтала совсем о другом мужчине. Мне хотелось, чтобы мою ладонь сжимал лорд Хаксли. И чтобы смотрел на меня с неподдельным восхищением тоже он.

— Нера Грей, а ведь я до последнего боялся, что вы передумаете, — неожиданно признался профессор.

— Почему же? Это ведь просто дружеская прогулка, не так ли?

Я улыбнулась идущему рядом мужчине.

— Э-э… Да, конечно. Просто дружеская прогулка, — повторил тот и едва заметно нахмурился.

Правда, уже в следующую секунду его лицо осветилось привычной доброй улыбкой, и профессор завел речь о книгах. Он рассказывал мне о необычном способе, который использовали аранейцы для определения возраста старых фолиантов. Удивительно, как много он знал! Сам не владея книжной магией в полной мере, Эббот обладал уникальной памятью и отточенными навыками волшбы, и я всегда поражалась, как легко ему удавалось договариваться с самыми упрямыми книгами. И это при том, что он их не слышал. Я ведь уже говорила, что настоящая книжная магия — большая редкость? Как и подлинные книжники. Это мне повезло унаследовать дар дедушки Эрвина. Уж и не знаю, за какие заслуги. Обычно дар передавался от отца к сыну, а в нашей семье папа не обладал магией, как и мама с Дэйвом. А вот мне почему-то повезло.

— Знаете, нера Грей, на днях мне привезли очень занятный экземпляр, — профессор говорил увлеченно, заражая своим энтузиазмом и меня.

И в этот момент я уже почти не помнила ни о своей несчастной любви, ни об Эристон-эре, ни о лорде Хаксли.

— Вы обязательно должны его увидеть, — горячо произнес Эббот, собираясь что-то добавить.

Но тут я ощутила резкий толчок в спину и споткнулась.

— Простите, леди, — послышался сиплый голос. — Ох уж эти новые мостовые! Все камни криво-косо положили! Я вас не ушиб?

Прямо перед нами вырос невысокий щуплый мужчина. Его красный нос с заметными синими прожилками лучше прочего объяснял «непроходимость» мостовых. Да и элем от нера несло за несколько футов. Странно, но в какой-то момент внешность мужчины показалась мне знакомой. Но где бы я могла его видеть?

— Уважаемый, вы бы посторонились, — вежливо сказал профессор и попытался отодвинуть мужчину, но тот неожиданно набычился и шагнул вперед.

— А чего это ты руки распускаешь, а? — Грозно насупившись, спросил он. — Да ты знаешь, кто я такой? Между прочим, Хьюго Дойла в Уэбстере каждая собака знает! Да я…

Он не договорил и пьяно покачнулся.

— Просто уйдите с дороги. Вы пугаете даму, — попытался уговорить его профессор, но незнакомец и не думал отступать.

— Даму? П-простите, леди, — уставился он на меня мутными красными глазами. — Тысяча из-з-винений. Не заметил. Виноват. Такая красотка, а я при полном без-з-зобразии!

Он протянул руку и коснулся моей щеки. Я отшатнулась, а профессор Эббот снова попытался отодвинуть пьянчужку.

— Ах ты ж, шасс разряженный! — Взревел незнакомец и вдруг высоким голосом закричал: — Полиция! Убивают! Помогите, кто-нибудь!

— Что вы несете? — Растерялся Эббот. — Да вас никто и пальцем не трогал!

— Убивают! Помогите! — Продолжал орать Хьюго Дойлл.

Вокруг нас стала собираться толпа, вскоре рядом появились полицейские, и не успела я опомниться, как профессора подхватили под руки и затолкали в черный полицейский рамобиль.

— Разберемся! — Раскатисто рыкнул на мои попытки все объяснить один из служителей порядка, и машина с задержанным Эбботом и неожиданно протрезвевшим пьянчугой покатила в сторону Сайлент-стил.

— Нера Грей, не волнуйтесь! — Успел крикнуть мне профессор. — Возвращайтесь домой, со мной все будет в порядке.

Полицейские скрылись из вида, а я оглянулась в поисках свободной пролетки. Вот только как назло, ни одной подходящей не было, и мне пришлось идти пешком. Управление находилось в восточной части города. И когда я туда добралась, оказалось, что профессора уже отпустили. И я, уставшая и расстроенная, отправилась обратно в Эристон-эр.

Рональд Хаксли

— Повтори еще раз. Что ты сделал?

Я смотрел на Хьюго и пытался понять, что чувствую. Не сказать, чтобы новость о попавшем в участок Эбботе так уж сильно меня взволновала, но то, что все это произошло при Грей… Убил бы идиота!

— Так это, лорд Хаксли, я тут подумал, чего он вашу работницу выгуливает? Вы вон к ней, как к родной, а этот ученый дирижабль свои грабли расставил и под локоток ее. Того и гляди, умыкнет.

— А тебе-то что за дело? С чего ты, вообще, решил вмешаться?

— Так как же? Вы ведь сами сказали, глаз не спускать.

Старый следопыт состроил серьезную физиономию, но его взгляд блеснул хорошо знакомой хитрецой.

— Ну я и подумал, что слишком уж профессор этот хвост распушил. Идет, улыбается, девчушке по ушам ездит. А та, сразу видно, святая простота! Слушает его, в рот заглядывает, еще немного — и влюбится. Вы, можно сказать, только нормального хранителя нашли, а тут выскочит замуж — и опять библиотека без надзора. А у вас там книг этих редких, что грязи! И древние фолианты, что мы из Гирхи привезли, опять же, под угрозой.

Хьюго притворно вздохнул, вытянулся и сложил руки по швам, заставив меня усмехнуться. Когда следопыт начинал играть роль недалекого простачка, это означало одно — дело, которое попало к нему в разработку, не такое уж и простое. Хотя все, что касается Грей, не могло быть простым по определению. С этой девочкой все не так.

— А скажи-ка мне, Хьюго, с каких пор ты стал принимать решения самостоятельно? Я тебя о чем попросил? Присмотреть за помощницей. И зачем ты цирк устроил?

— А что, лучше было наблюдать, как ученый дирижабль вашу помощницу умыкнет? Знаю я таких. Сидят до сорока годков в своих кабинетах, обложившись книгами, и ничего вокруг не видят. Зато, если уж выберутся, то тут только держись. Такое учудят, что любо-дорого. Ну, или наоборот.

Хьюго помотал круглой бритой головой и жестами изобразил это самое наоборот.

И как с ним разговаривать? Отчитать? А толку? Разве я не хотел сделать то же самое? Как увидел этого профессора, так руки и зачесались. Предложение у него. Прогулки. А сам с Грей голодных глаз не сводит. И она хороша. Стоило какому-то… дирижаблю поманить, сразу побежала!

Внутри снова вспыхнула злость. И заворочалось уже знакомое, жадное, собственническое. Хотелось запереть девчонку в комнате — желательно, в спальне, — и не выпускать из нее несколько дней. Да и вообще от себя никуда не отпускать. «Правильно, — возник в голове отдаленный низкий голос. — Свое сокровище нужно охранять, чтобы никто не забрал».

— А может, мы его… того? — Осторожно поинтересовался Хьюго, и мне стало тошно.

От себя самого, от тех чувств, что бурлили внутри, от глупой ревности, поселившейся в душе, и от несвойственных мне прежде порывов.

— Что значит, того? — Спросил следопыта, и тот, мгновенно уловив мое настроение, посерьезнел и пошел на попятный.

— Так это, командировку устроим. Годика на два. Вот в Гирхе недавно курган новый нашли, там наверняка специалисты по древним языкам нужны, а у профессора, кажется, вторая специализация как раз по ним.

Хитрые глаза уставились с неприкрытым намеком.

— Забудь об этом. Никакой командировки.

— Тогда что, просто следить и не вмешиваться?

— Нет.

— Не понял? — Настороженно произнес Хьюго.

— А что тут понимать? Ты отстранен.

— Командир?

Следопыт напрягся. Кончик его красного носа заметно посинел. На плутоватом лице застыла тревога.

Что ж, раньше нужно было думать.

— Все, Хьюго. Аделина Грей больше не твоя забота, — произнес едва не по слогам.

— Выходит, ошибся?

В карих глазах мелькнула растерянность.

— И девчонка вам безразлична?

— Именно.

Я закинул в рот пару орехов и посмотрел на понурого следопыта.

— Иди, Хьюго. Если будешь нужен, позову.

— Что ж, простите, милорд, — вздохнул тот, заставив меня беззвучно выругаться.

Жалко старого дурака! Но и держать его рядом с Аделиной нельзя. Опять что-нибудь испортит. Я и сам по грани хожу, а если еще и этот «помогать» будет… Нет. Нельзя его оставлять. Слишком хорошо он меня знает. Вон как настроение считал! Все желания выполнил, каждое в жизнь воплотил, да так, что и я бы лучше не смог.

— Придешь завтра к Остину, он даст тебе другое дело, — отставив менажницу подальше, велел следопыту.

Ну да, не выдержал. Решил подсластить пилюлю. И Хьюго это понял.

— Хорошо, командир, — оставив привычное юродство, просто сказал он. — Придется мне ваше доверие заново заслужить, да?

На тонких губах мелькнула кривая усмешка.

— Раз все понял, иди уже.

Рука снова потянулась к миндалю, но я заставил себя остановиться. Все равно любимое арави не радовало.

Хьюго ушел, а я вместо того, чтобы заняться делами, еще долго сидел в кабинете и смотрел в одну точку. Из головы не шла Грей. Так и видел, как она застенчиво улыбается, как смотрит на Эббота, как щебечет что-то своим нежным голоском… Шасс! Она не смеет так смотреть на чужаков и так улыбаться! Она — моя!

«Моя» — согласно пророкотал кто-то внутри, эхом отражая мои мысли, и я уже даже не удивился. Похоже, начал привыкать к собственному безумию.

— Джеймс! — Отодвинув от греха подальше тяжелое пресс-папье, которое почему-то хотелось швырнуть в стену, позвал дворецкого.

— Милорд?

Эрх почти мгновенно возник рядом.

— Нера Грей вернулась?

— Да, милорд.

— Где она?

— В библиотеке, милорд.

— Что она там делает? У нее же выходной.

— Не могу знать, милорд.

— Ладно. Сам выясню.

Я поднялся из-за стола и направился к двери. Внутри бурлило столько эмоций, что я и сам не догадывался, что скажу или что сделаю, когда увижу девчонку. Ту самую, из-за которой все мое былое хладнокровие растаяло без следа. Вот только я и предположить не мог, что испытаю, когда увижу, чем она занимается в моей, позвольте подчеркнуть, библиотеке.

Аделина Грей.

— Что здесь происходит?

Голос лорда Хаксли прозвучал так грозно, что я вздрогнула и медленно опустила на стол книгу профессора Эббота. Ту самую, которую приводила в порядок.

— Я решила немного поработать, — ответила начальнику, не понимая, чем успела его прогневать.

— Поработать, значит, — кивнул лорд Хаксли. — В свой выходной.

Маг подошел к столу и навис надо мной черным коршуном.

— А позвольте поинтересоваться, нера Грей, что это за книга? — Вкрадчиво спросил он, и у меня от его тона мороз по коже пошел. — Что-то я не припомню, чтобы в моей библиотеке хранились подобные… экземпляры.

Пауза перед последним словом была такой многозначительной, что я подняла взгляд и уставилась в склоненное ко мне лицо. И пропала. Темные глаза пылали знакомым огнем. Такие близкие губы напоминали о недавних поцелуях. Сурово сдвинутые брови просто вынуждали протянуть руку и разгладить образовавшуюся между ними складку.

— Ну? — все так же вкрадчиво произнес маг, и я очнулась. — Я жду, нера Грей.

— Это книга профессора Эббота, — облизнув пересохшие губы, прошептала в ответ.

— А что она здесь делает?

Взгляд лорда Хаксли потемнел еще сильнее, а дыхание стало тяжелым. И мое — тоже. Я никак не могла сделать вдох, завороженная неожиданной близостью.

— Нера Грей?

— Да?

Мысли путались, и я толком не могла понять, чего добивается лорд Хаксли.

— Вы ответите на мой вопрос?

В голосе мага появилась хрипотца.

— Понимаете, я взяла небольшую подработку. Друг профессора Эббота попросил привести в порядок несколько старинных книг, и я согласилась.

— Сколько? — Напряженно спросил лорд Хаксли.

— Простите?

— Сколько он вам платит?

— Десять гиров за пять книг.

В лице мага что-то дрогнуло. Он отстранился от меня и отошел к окну.

— Значит, я плачу вам недостаточно, — тихо произнес лорд Хаксли, и от его тона мне стало не по себе. — И вы готовы трудиться день и ночь, тратить последние силы, чтобы заработать на несколько гиров больше.

Маг не смотрел на меня. Он явно злился, но я не понимала, почему.

— Лорд Хаксли, простите, наверное, я не должна была приносить в библиотеку посторонние книги. Я больше не буду. Просто не подумала, что это может вас огорчить.

— Огорчить?

Лорд Хаксли повернулся ко мне, и я невольно отшатнулась. Его взгляд полыхал яростью.

— Вы думаете, меня огорчает, что вы принесли сюда чужие книги?

Он в два шага преодолел разделяющее нас расстояние и резко спросил:

— Сколько вам нужно денег?

— Что?

Я растерянно смотрела, как маг достает из кармана портмоне и вытаскивает из него купюры.

— Сто гиров? Пятьсот? Сколько вам нужно, чтобы вы перестали растрачивать свои силы попусту, нера Грей? Вот, возьмите.

Он ткнул мне в руку несколько банкнот.

— И скажите своему… профессору, чтобы больше не смел приносить вам книги на реставрацию. Все ваши таланты хранителя принадлежат мне. Что вы делаете?

Лорд Хаксли нахмурился, глядя, как я кладу деньги на стол и отодвигаю их в сторону.

— Что, не хотите брать?

— Нет. Я их не заработала.

— Прекратите упрямиться, — вспыхнул маг. — Берите, это ничего не значит.

— Для вас, может быть, и не значит, но для меня — очень даже.

Я опустила голову, избегая настойчивого взгляда.

— Хорошо, — после небольшой паузы сказал лорд Хаксли. — Значит, вы считаете это подачкой.

— А разве это не так?

— Нера Грей, ну почему вы такая упрямая?

Я промолчала.

— Ладно. Поступим по-другому. Не хотите брать деньги просто так, значит, отработаете.

— Как именно?

— Послезавтра я уезжаю в Гирху. Вы едете со мной.

— Но я не могу оставить Дэйва!

— За ним присмотрят, — отмел мои возражения лорд Хаксли. — Все, это не обсуждается. Вы едете — и точка.

— В качестве кого?

— В качестве моей помощницы, разумеется, — усмехнулся лорд Хаксли, и я покраснела. — И в качестве специалиста по мертвым языкам. Напомните-ка мне, какими вы владеете?

— Аранейским, гирхским, сидонским, кретским и языком ирингов, — машинально перечислила древние языки, которые знала в совершенстве.

— Что ж, решено, — твердо сказал маг и добавил: — Я заплачу вам сто гиров.

Лорд Хаксли прищурился, обвел глазами библиотеку и неожиданно спросил: — «Кстати, как там саркофаг времени? Уже готов?»

Я кивнула.

— Покажите, — распорядился маг.

— Не уверена, что это разумно, милорд.

Я вскинула взгляд на лорда Хаксли и снова почувствовала, как щеки опалило жаром.

— Почему же? Мы могли бы завершить пари.

— Но у этого пари был еще один участник. Думаю, он тоже должен присутствовать при оглашении результатов.

— Ладно. — Лорд Хаксли прищурился и посмотрел на меня так, что сердце ухнуло куда-то вниз. — Тогда до завтра, нера Грей. И не вздумайте засиживаться за работой. Джеймс! — Позвал он. — Проследи, чтобы через полчаса нера Грей покинула библиотеку и хорошо поужинала, — приказал он появившемуся дворецкому.

А потом развернулся и, насвистывая какую-то легкомысленную песенку, направился к выходу.

* * *

После ухода мага я еще несколько минут смотрела на закрывшуюся дверь, а потом опомнилась, торопливо сложила книги профессора в стопку и направилась к дальним шкафам библиотеки, где меня дожидался практически готовый саркофаг времени.

— Хм, Дилли, а ты уверена, что все сделала правильно? — Осторожно поинтересовался «пять-два-два», а книжка-малышка что-то неразборчиво пискнула и закашлялась

— Конечно, — ответила я ворчуну, проводя руками над невидимым каркасом и проверяя его на прочность.

Кажется, все слои сложились в правильном порядке. Действительно, структура выглядела однородной, и свечение отдавало золотом, оставалось добавить последний штрих в виде небольшого, но очень непростого заклинания, и ждать.

— А если все же не запустится? — Не унимался «пять два-два».

— Да что ты к девочке пристал? — Возмутилась книжная дама. — Молчи лучше, а то накаркаешь еще! Дилли, не слушай этого старого брюзгу. Все у тебя получится, даже не сомневайся.

Я и не сомневалась. Но на всякий случай еще несколько раз перепроверила матрицу, и только после этого сложила в нее ветхие книги и запустила процесс обновления.

— Нера Грей, простите, но лорд Хаксли будет недоволен, что вы так и не пошли отдыхать, — послышался от двери голос Картера.

Я оглянулась на дворецкого, и увидела на его лице немного смущенную улыбку. В умных глазах светилась доброта, которую эрх безуспешно пытался скрыть.

— Вы бы поторопились, нера Грей.

— Я уже закончила, — отряхивая с рук искры магии, ответила Картеру и вернулась к столу, чтобы забрать книги профессора Эббота.

— Дилли, доброй ночи! — Проскрипел старый фолиант, а следом за ним и остальные принялись желать мне хорошего вечера и прекрасных снов. А книжка-малышка подпрыгнула на полке и что-то еле слышно пропищала, но на нее тут же зашикали стоящие рядом книги.

— Тш-ш, тихо ты!

— Не говори лишнего!

— Закройте рот этой болтушке!

Громкий шепот доносился со всех сторон, а Леонилла торопливо оправдывалась.

— Чего вы на меня накинулись? Чего я такого сказала? — Обиженно пищала малышка. — Между прочим, если бы вы…

— Леонилла, уймись, — резко осадила ее книжная дама и совсем другим тоном обратилась ко мне: — Дилли, легких снов тебе. Иди, а то Картер уже заждался. Да и хозяин переживать будет.

Я только головой покачала. Сплошные недомолвки.

Вообще, с тех пор, как мы с Дэйвом поселились в особняке, мои подопечные вели себя немного странно. Они явно что-то скрывали, вот только я никак не могла выяснить, что. На прямые вопросы книги не отвечали, а подловить их наводящими пока не получалось.

— Доброй ночи, Дилли! — Снова повторила «два-два-шесть».

Я кивнула в ответ, не желая привлекать внимание Картера, и, оставив размышления на потом, направилась к двери.

Дворецкий закрыл ее за мной и спросил:

— Нера Грей, а хотите, я принесу вам теплого молока с медом? Говорят, оно хорошо убирает волнение.

— Так заметно, что я волнуюсь?

— Знаете, нера Грей, завтра такой день, что любой бы на вашем месте волновался. Но вы не думайте, у вас обязательно все получится.

Слегка приплюснутое лицо эрха сияло добротой, а в его словах звучала неподдельная забота, и я в который раз порадовалась тому, что меня окружают хорошие люди. Ну, или не совсем люди.

— Уверена, так и будет, — вздохнула в ответ, стараясь не думать о том, что произойдет, если все же проиграю спор.

— Вот и хорошо. Я буду за вас болеть, — слегка склонившись ко мне, заговорщически прошептал Картер и тут же принял невозмутимый вид.

Дворецкий проводил меня до комнаты, позже принес сладкое молоко, и оставил одну в тишине огромных покоев.

* * *

Ночь прошла беспокойно. Я почти не сомкнула глаз. То вспоминала недавние события, то представляла, как буду показывать лорду Хаксли и его другу саркофаг времени, то волновалась, что не учла какие-то мелочи, и все может пойти не так. Книжная магия, в отличие от любой другой, была довольно своенравной, и не всегда подчинялась общим магическим законам. Ты мог вложить кучу сил, времени и способностей в создание какого-то артефакта, но это ничего не гарантировало. Неправильное настроение, посторонние мысли, маленькая неточность — любая мелочь могла стать фатальной и свести на нет самые титанические усилия. И я в который раз перебирала в памяти последовательность своих действий, надеясь, что ничего не напутала, и что саркофаг заработает без сбоев.

Забыться сном смогла только под утро. Мне снова снилась пустыня. Красные пески простирались до самого горизонта, мягкие очертания барханов напоминали застывшие волны диковинного моря, за край которого наполовину провалился раскаленный солнечный диск, а теплый ветер трепал мои распущенные волосы и звал за собой. Мне даже казалось, что я слышу мамин голос. Такой родной, почти забытый, во сне он звучал так явственно, как будто сама матушка была где-то рядом. И я шагнула, откликаясь на зов, сделала шаг, и… проснулась.

Неяркое солнце робко заглядывало в комнату. День, от которого зависело так много, выдался теплым и безветренным. В кустах звонко пели птицы, золотистые дорожки света скользили по паркету, осторожно подбираясь к моим ногам, внизу, под окном, слышалось бормотание садовника Хэмфри. Тот беседовал со своими любимыми георгинами, соблюдая каждодневный ритуал. И то, с какой любовью Хэмфри уговаривал цветы продержаться еще немного и не поддаваться приближающимся холодам, заставило меня улыбнуться. Мне нравились люди, увлеченные своим делом и вкладывающие в него душу, хотя окружающие часто считали их немного не от мира сего. Наверное, для кого-то и я казалась такой ненормальной. Потому что, когда дело касалось книг, тут же забывала обо всем.

— Дилли, ты проснулась? — Послышался громкий шепот, и в приоткрытую дверь просунулась вихрастая голова.

— А ты чего не спишь?

Я посмотрела на брата, по привычке вглядываясь в его лицо чуть пристальнее, чем следовало. Что поделать, старые страхи так быстро не исчезают. И я все еще не могла до конца поверить, что болезнь ушла и Дэйву больше ничего не грозит.

— Рано еще, — обнимая поднырнувшего под руку брата, пробормотала в теплую макушку.

— Нер Картер сказал, у тебя сегодня испытание, — подняв голову, заявил Дэйв, и в его взгляде мелькнула тревога. — Я пришел поддержать.

— Правда? Ну, спасибо. Теперь у меня точно все получится.

Я улыбнулась брату, а тот пытливо уставился мне в глаза и спросил:

— Дилли, а кто такой лорд Уэсли?

— Друг моего начальника.

— Значит, ты вместе с ним спорила против лорда Рональда?

— Да. Но, Дэйв, ты не должен называть лорда Хаксли по имени.

— Почему?

— Потому что он нам не родственник.

— Но мы же живем в его доме.

Дэйв нахмурил светлые брови.

— Тем более, Дэйви. Ты должен понимать, что лорд Хаксли нам неровня. Он — знатный аристократ, приближенный к самому королю. Нельзя фамильярничать с теми, кто выше тебя, это выглядит нагло и невоспитанно.

— А почему тогда лорд Хаксли не высказывает своего недовольства?

В обращенных на меня зеленых глазах застыло недоумение.

— Как раз потому, что он хорошо воспитан.

Я пригладила непокорные вихры и подтолкнула брата к двери.

— Дай мне несколько минут. Я приведу себя в порядок и приду в твою комнату.

Дэйв кивнул, все еще пребывая в раздумьях, и молча вышел, а я быстро умылась, надела лучший из двух своих костюмов и замерла перед зеркалом.

«У меня все получится» — беззвучно заверила свое отражение, и, глубоко вздохнув, открыла дверь.

* * *

В особняке сегодня царила странная атмосфера. Казалось, все замерло в ожидании какого-то события. Хотя, что тут удивительного? Я даже знала, какого!

— Удачи, нера Грей, — напутствовал меня Картер, открывая двери в библиотеку, в которой уже успели расположиться лорд Хаксли и лорд Уэсли.

Не знаю, как его друг, а мой начальник был ранней пташкой, и когда я только просыпалась, он уже вовсю занимался делами. За время, проведенное в особняке, я успела узнать, что магу принадлежат несколько богатых золотых приисков и пара замков в разных частях королевства. Нет, я никого специально не расспрашивала, но и уши не закрывала, когда слуги сплетничали на кухне. И по их словам выходило, что лорд Хаксли большую часть времени проводил в разъездах. А в этот раз что-то надолго задержался в столице. Хотя все равно просыпается ни свет ни заря, и уже с утра принимает посетителей.

Вот и сегодня встал спозаранку. И лорд Уэсли тоже заявился почти с рассветом. Наверное, обоим лордам не терпелось поскорее узнать результаты пари.

— А вот и наша леди-хранительница! — Увидев меня, воскликнул лорд Уэсли, а лорд Хаксли промолчал.

Только окинул тяжелым взглядом и задержался на моих губах. А я почувствовала, как поднимающийся изнутри жар заливает щеки и поторопилась отвести глаза. Кто бы знал, как больно было разочаровываться в придуманных сказках! Зачем я вообще допустила ненужные чувства? К чему мне эта любовь с горьким привкусом несбыточности?

— Доброе утро, — произнесла со всей возможной твердостью.

— Дилли, улыбнись, у тебя все получится! — Подбодрила меня книжная дама.

— Дилли, даже не сомневайся! — Поддержал ее толстячок-фолиант.

— Главное, не волнуйся. Мы в тебя верим! — Выдал ворчун, и я действительно улыбнулась.

Какие же они милые. И как мне с ними повезло!

— Вижу, вы уверены в победе? — Расценив мою улыбку по-своему, спросил лорд Уэсли. — Слышишь, Рон, готовь деньги. Еще несколько минут, и мы с леди-хранительницей размажем тебя по стенке.

Я незаметно покосилась на мага, и наткнулась на задумчивый взгляд. Лорд Хаксли едва заметно хмурился, и я с трудом удержалась от глупого желания подойти ближе и разгладить появившуюся между его бровями морщинку. Она появлялась всегда, когда маг был чем-то озадачен или недоволен. Странно, но сейчас недовольства от него я не чувствовала. Скорее, небольшую обеспокоенность. Интересно, чем она вызвана?

— Ну что, можно начинать? — Поторопил лорд Уэсли, закидывая ногу на ногу и постукивая пальцами по подлокотнику кресла.

— Да, — кивнула в ответ и направилась к дальней стене, возле которой стоял саркофаг времени. — Только для этого вам придется подойти.

Мне не хотелось лишний раз подвергать саркофаг перемещениям. Кто знает, как отразится на нем второстепенная магия?

Я провела ладонью над невидимым каркасом и прошептала подготовительное заклинание.

Маги неслышно оказались за моей спиной. Я отчетливо ощущала присутствие одного из них, и это мешало сосредоточиться. Взгляд лорда Хаксли скользил по моей фигуре, и я чувствовала его теплое касание так, словно маг проводил ладонью по обнаженной коже. Нежно, чувственно, совсем как в вечер бала.

— Сцервио гонди, — взяв себя в руки, громко произнесла вслух первое активирующее заклинание.

Воздух едва заметно дрогнул, очерчивая грани саркофага.

— Ависто гонди, — подключила вторую активацию.

Грани наполнились светом, становясь отчетливее. Аромат старых книг проявился сильнее. Мне нравился этот запах. В нем было столько тепла, уюта, предвкушения интересных историй. Сразу вспоминалась наша библиотека в Гринвилле, теплый свет настольной лампы, шорох страниц и легкий кофейный дух, долетающий из открытой двери папиного кабинета.

— Рекриво гонди, — запустила третий блок заклинания и почувствовала, как сила устремляется по рукам, проходит через пальцы и вливается в матрицу саркофага.

В тот же миг тот вспыхнул ослепительным светом, и я затаила дыхание. Получилось. У меня получилось! Но не успела я так подумать, как сияние дрогнуло и стало таять вместе со стенками саркофага.

— Нет!

Я не могла поверить. Я ведь все сделала правильно! Ошибки быть не могло!

Мысли метались, в поисках выхода, а руки уже выплетали удерживающий слой. Я не могла позволить себе проиграть.

— Готовься выполнять мое желание, Бриан, — хмыкнул лорд Хаксли, и я закусила губу.

Значит, маг так уверен в моем провале? А ведь, между прочим, еще ничего не закончилось.

Я медленно, почти не дыша, снова соединила между собой своенравные слои, пытаясь понять, где допустила ошибку. Дело было не в заклинаниях. И не в плетении, я проверила. Тогда что не так? Почему не сработала последняя активация? И почему мне кажется, что сила куда-то утекает?

Я закрыла глаза, настраиваясь на магическое зрение. И уже в следующую минуту заметила тонюсенькую ниточку, убегающую от саркофага к одному из дальних шкафов.

— Нера Грей, что вы делаете? — Окликнул меня лорд Хаксли, но я, так и не открывая глаз, шла вперед, следуя за невидимой нитью.

И когда добралась до самого дальнего шкафа, остановилась и сняла с полки «Сборник магических правил».

— И как вы это объясните, уважаемый нер? — Строго спросила у воришки.

— Э-э… Случайностью? — Прохрипел тот.

— То есть вы хотите сказать, что случайно создали силовой аркан и присосались к саркофагу?

— Ну да, — неуверенно ответил Сборник.

— Уверены?

— А что мне оставалось делать? — Перешел в наступление воришка. — Ждать, пока ты соизволишь обратить на меня внимание и приведешь в порядок? У меня, вон, страницы рассыпаются, а тебе и горя мало. Все самому делать приходится!

Красивая кожаная обложка громко хлопнула, выражая недовольство, но мне некогда было убеждать Сборник в его неправоте.

— Что ж, о вашем поведении мы поговорим позже, а сейчас мне нужно закончить ритуал.

Я оборвала нить и, сматывая ее в клубок, вернулась к саркофагу и застывшим перед ним магам. Те молча наблюдали за моими действиями, и под их внимательными взглядами я влила украденную силу в матрицу, завершила ритуал и произнесла последнее заклинание. И буквально спустя секунду передо мной материализовался саркофаг времени. Он висел над полом, едва заметно качаясь на воздушных потоках, и светился ярким безудержным светом.

— Дилли, все получилось! — Завопила книжка-малышка. — Хоу-хоу! Мы победили!

— А я вам говорил, наша хранительница и не на такое способна, — крякнул пятый том Уэбстерской энциклопедии. — Всем хороша — и древними языками владеет, и книжную магию в совершенстве освоила, и умница, и красавица. Другую такую и не найти. Повезло лорду Хаксли!

— Молодец, Дилли! — Прогудела книжная дама. — Так им всем!

Остальные книги присоединились к поздравлениям, и в библиотеке стало шумно. Но я этого почти не замечала, напряженно глядя на стоящих напротив мужчин.

— Впечатляет, — пробормотал лорд Уэсли и шагнул ближе, разглядывая сквозь хрустальные грани лежащие на дне книги.

Но я смотрела не на него. Все мое внимание было приковано к лорду Хаксли. Мне так хотелось, чтобы он оценил мои способности, чтобы понял, что не зря дал мне работу. И чтобы мог мной гордиться.

— Откройте, — коротко приказал начальник.

Я откинула невесомую крышку.

Маг подошел к саркофагу и достал верхнюю книгу.

— Что ж, неплохо, — листая обновленные страницы, признал он. — А что было причиной заминки? — Спросил, разглядывая одну из ярких иллюстрацию, на которой изображался летящий дракон.

— Небольшое недоразумение. Я немного отвлеклась, и сила попала не туда, куда нужно.

Мне не хотелось выдавать воришку. Сначала я сама должна была разобраться. А уже потом решать, что с ним делать. Хотя, что тут решать? Просто поговорю и постараюсь внушить, чтобы научился мне доверять. Я ведь и так всегда на стороне книг.

— Ну что, нера Грей? Мы выиграли?

Лорд Уэсли повернулся ко мне и сверкнул белозубой улыбкой.

— Готовь денежки, Рон, — сказал он магу и подмигнул мне так весело, словно мы с ним были лучшими друзьями.

А я при одной мысли, что смогу, наконец, погасить долг, тоже улыбнулась и не сумела сдержать облегченный вздох. На который тут же обратил внимание лорд Хаксли.

— Радуетесь, нера Грей? — Усмехнулся он.

— Да, — не стала скрывать я.

— Что ж, заслужили. Действительно впечатляющая победа.

Он посмотрел на меня неожиданно серьезно и полез в карман.

— Держите, — сказал, вытаскивая из портмоне банкноту в пятьсот гиров.

— Эй, про меня не забудь, — хмыкнул лорд Уэсли, демонстративно протягивая руку. — Я тоже участвовал в споре.

— Сочтемся, — усмехнулся лорд Хаксли, но его друг не унимался.

— Я хочу свою половину выигрыша, Рон. Немедленно, — веско добавил он, и меня удивила такая настойчивость.

Лорд Уэсли не выглядел человеком, для которого сумма в пятьсот гиров могла представлять интерес.

— Держи, скряга, — с нарочитым вздохом вытащив из пухлого бумажника еще одну банкноту, сказал лорд Хаксли.

Лорд Уэсли выхватил деньги у него из рук и победно помахал ими в воздухе.

— Нера Грей, предлагаю отпраздновать наш выигрыш, — заявил он, поглядывая на меня совсем как в тот вечер на балу — с хищным прищуром и предвкушающей улыбкой. — Помните, вы обещали сходить со мной в кондитерскую? Приглашаю прямо сейчас. Рон, ты ведь отпустишь свою хранительницу?

— Нет, — одновременно ответили мы с лордом Хаксли.

— Что значит, нет? — Удивился лорд Уэсли. — Нера Грей, вы не можете отказаться, вы обещали.

Я только собиралась сказать, что ничего и никому не обещала, как снова вмешался лорд Хаксли.

— Похоже, нера Грей слишком легко раздает обещания.

Он говорил ровно, но мне почему-то показалось, что маг взбешен.

— Вовсе нет, — попыталась возразить в ответ, но лорд Хаксли не пожелал меня услышать.

— У неры Грей много работы, Бриан. Так что придется тебе есть пирожные в одиночестве. Хотя, если это тебя утешит, могу составить компанию. В какую кондитерскую ты собирался?

Он насмешливо посмотрел на друга, а тот вернул ему похожий взгляд.

— Ну что ж, нера Грей, раз суровый начальник не позволяет вам наслаждаться маленькими радостями жизни, поступим по-другому. Вот, держите, — он протянул мне свернутую пятисотку. — Купите сладости сами.

— Благодарю, но я не могу их взять, — покачав головой, отказала лорду Уэсли.

— Это еще почему? — С недоумением спросил тот. — Вы их честно выиграли.

— Это ваша доля.

— Ну и что? Я хочу отдать ее вам. Считайте это моим подарком.

— Простите, лорд Уэсли, я не принимаю такие дорогие подарки от посторонних.

— И что нужно сделать, чтобы вы перестали считать меня посторонним? — В глазах лорда Уэсли мелькнули смешинки. — О, кажется, придумал. Нера Грей, а выходите за меня замуж? Вы ведь сможете принимать подарки от жениха?

— Бриан, ты заигрался, — ледяным тоном осадил друга лорд Хаксли.

— Почему же? Где я найду лучшую жену? И талантливая, и скромная, и красавица. Да еще и экономная. Нет, решено, женюсь! Матушка будет просто счастлива, она так давно об этом мечтает.

Лорд Уэсли говорил немного насмешливо, но глаза его оставались странно серьезными, а мне было неловко и хотелось поскорее избавиться от общества мужчин. Для них все это выглядело обычным развлечением, а у меня душа кровью обливалась. Понятно же, что лорд Уэсли шутит, вон как на него маг смотрит. И этот его взгляд ясно говорил, что лорд Хаксли даже мысли не допускает, что идея женитьбы на мне может быть серьезной.

— Идем, жених, — хмыкнул маг, уводя друга из библиотеки, а я отвернулась и принялась доставать из саркофага обновленные книги.

Главное было чем-то занять руки и голову. И я так и не повернулась, пока не закрылась дверь библиотеки. И только потом, когда расставила старинные фолианты по местам, выдохнула и устало опустилась в кресло. День еще только начался, а я чувствовала себя так, будто на высокую гору поднялась, толкая перед собой тяжелый камень.

— Дилли, ты чего? — Тихо спросила книжка-малышка. — Ты что, расстроилась?

— Глупости какие, — фыркнул толстячок. — Было бы из-за чего. Подумаешь, замуж позвали.

— И чего людям так неймется? Все бы им жениться, — недовольно пробурчал ворчун.

— А лорд Уэсли такой красивый, — мечтательно протянула книжка-малышка и тут же пискнула: — Ой! Ты чего толкаешься?

— Леонилла, вот ты, вроде, мелкая, а язык у тебя, как огромное помело, — с укором произнесла книжная дама. — Так и мелет все подряд. И куда только помещается?

— А чего такого? Что я сказала? Ну да, лорд Уэсли красавчик! Только до хозяина ему все равно далеко. Лорд Хаксли нашей Дилли больше подходит, — заявила она и тут же снова громко ойкнула: — Да что опять не так, Кассандра? Чего ты все толкаешься?

Книжная дама что-то пробормотала, но так тихо, что я не расслышала. Слова книжки-малышки непонятно почему отозвались в сердце затаенной радостью. И я ничего не могла с собой поделать. Вроде, и понимала, что глупо мечтать о… Рональде, и всячески отгоняла от себя подобные мысли, а всего пара слов Леониллы, и я растаяла, как сливочное масло на солнце.

— Так, все, закончили дискуссию, — поднявшись с кресла, обратилась к своим подопечным. — Давайте работать, до вечера еще далеко.

И только когда произнесла эти слова, вдруг подумала, что завтра — последний день из того срока, что мне дали для погашения долга. И что лучше закрыть его сразу, не дожидаясь очередных неприятностей.

— Дилли, а ты куда? — Настороженно спросил ворчун, увидев, что я направляюсь к двери.

Похоже, всерьез обеспокоился, как бы я не приняла предложение лорда Уэсли.

— У меня есть небольшое дело. Но я скоро вернусь.

Я улыбнулась и выскользнула из библиотеки.