Глава 7

К кабинету прибежала запыхавшись, и остановилась, чтобы немного отдышаться. За неплотно прикрытой дверью звучали голоса лорда Хаксли и его друга, раздавалось звяканье бокалов, а еще в коридоре отчетливо ощущался запах сигаретного дыма. В отличие от моего работодателя, который курил очень редко, лорд Уэсли предавался пагубной привычке часто и с заметным удовольствием.

Я глубоко вздохнула, как перед прыжком в холодную реку, подняла руку, чтобы постучать, да так и застыла, огорошенная услышанным.

— Ты знаешь, а ведь женитьба на нере Грей имеет свои плюсы, — громко рассуждал лорд Уэсли. — Юная, красивая девочка с редким даром и покладистым характером. Что еще нужно старому холостяку вроде меня?

— Ты серьезно? — Хмыкнул лорд Хаксли.

— А почему нет? Ты же знаешь, матушка страстно мечтает о внуках. Я уже устал отбиваться от бесконечной череды невест, которых она тасует с виртуозностью фокусника, едва я переступаю порог Тилля.

— Теперь ясно, почему ты появляешься в родовом замке не чаще двух раз в год

Маг произнес это с легкой насмешкой, а следом снова послышался стеклянный звон и звуки льющейся воды.

— Тебе не понять, — вздохнул лорд Уэсли. — Если матушка чего-то хочет, она всегда это получает. И лучше ее опередить, пока она не подключила тяжелую артиллерию в виде Эдуарда. Так что женитьба на Аделине Грей — отличная идея.

— А как же твои недавние подозрения?

— Ты ведь все проверил, и, если ты не забыл, я признал свою неправоту.

— А ты не подумал о том, что скажет леди Уэсли, когда узнает, что Грей из низших дворян? Думаешь, она примет подобную кандидатуру в невесты единственного сына?

Голос лорда Хаксли прозвучал серьезно, в нем больше не было ни капли недавней насмешки.

— Хватит, Бриан. Не заставляй меня объяснять тебе прописные истины. Аделина Грей — не та партия, которую одобрят твоя семья и король.

Он продолжал говорить еще что-то, а я стояла и не могла сдвинуться с места. Вот и все. Прочь глупые мечты. Лорд Хаксли прав. В Южном Уэбстере высший аристократ никогда не возьмет в жены девушку из низшего дворянства.

Я закусила губу и подумала о том, что, может, и неплохо, что лорд Хаксли спустил меня с небес на землю. Нельзя забывать о разделяющей нас пропасти. Как говорил нер Капстер, нужно рубить сук по себе. И то, что лорд Хаксли оказался так добр, что помог нам с Дэйвом, вовсе не означает, что маг стал ближе и доступнее. Пресветлые рукописи! Будет просто ужасно, если он поймет, что за чувства я к нему испытываю! Нет, нужно сделать все, чтобы не выглядеть в его глазах жалкой назойливой попрошайкой, или, что еще хуже, глупой легкодоступной девицей.

Я дождалась, пока разговор мужчин стихнет, пригладила растрепавшиеся волосы и решительно постучала.

— Да? — Послышался голос лорда Хаксли. — Что вы хотели, нера Грей? — Увидев меня, спросил маг.

— Лорд Хаксли, простите, можно отлучиться на пару часов? Мне очень нужно.

Я старалась говорить ровно и смотреть при этом не на лорда Хаксли, а чуть выше его головы. Сердце стучало так часто, что больно было дышать.

— Вы все-таки передумали, нера Грей? — Воспрял духом лорд Уэсли. — Желаете составить мне компанию для похода в кондитерскую? Поверьте, вы…

— Куда вы собрались? — Обрывая друга, немного резко спросил маг.

В его глазах мелькнула тревога. Казалось, он хочет что-то сказать, но сдерживается.

— Мне нужно домой, взять кое-какие вещи. Понимаете, я собиралась в спешке, и…

Голос дрогнул. Все-таки трудно было находиться рядом с лордом Хаксли и ничем себя не выдать. Те чувства, что зрели в душе с нашей первой встречи, с каждым днем становились все сильнее, и я с трудом представляла, что будет дальше. Пресветлые рукописи, ну почему я не выбрала объектом своей любви кого-то другого? Более подходящего мне по положению и достатку. «Какому достатку, Дилли? — Фыркнул внутренний голос. — Скорее уж недостатку! У тебя долгов, как букв в Магическом своде, а ты тут о любви рассуждаешь».

— Что ж, хорошо. Идите, — разрешил лорд Хаксли и спросил: — Двух часов вам хватит?

Я молча кивнула, а маг окинул меня странно задумчивым взглядом и перевел его на лорда Уэсли. А потом прищурился, и на красиво очерченных губах мелькнула кривая усмешка.

— Я ненадолго, — снова повторила я.

— Я могу вас подвезти, — с готовностью предложил лорд Уэсли.

В светлых глазах снова заиграли смешинки, будто лорда что-то очень сильно забавляло. Ну еще бы! Наверное, это весело, наблюдать за тем, как я краснею и бледнею, отпрашиваясь у мага.

— Обещаю отвезти, куда скажете, и вернуть обратно в целости и сохранности, нера Грей, — добавил лорд Уэсли, с готовностью поднимаясь с кресла.

— Бриан, ты нужен мне здесь, — остановил друга лорд Хаксли, и в его голосе появились металлические нотки. — Мы не закончили, — веско произнес маг и, не глядя на меня, добавил: — Идите, нера Грей, не задерживайтесь.

И я пошла. Дверь захлопнулась с противным нарочитым скрипом. За ней меня уже поджидал Картер.

— Я остановил пролетку, нера Грей, — негромко сказал он, как будто присутствовал при моем разговоре с лордами.

Хотя, чему я удивляюсь? Это же Картер. Эрх умудрялся знать все, что происходит в особняке. Мне даже иногда казалось, что он и мысли живущих в доме людей читает.

— Благодарю, — кивнула я ему. — Я только предупрежу Дэйва.

— Конечно, нера Грей, — невозмутимо ответил дворецкий, и я, проскользнув мимо него, припустила к лестнице.

Рональд Хаксли

Я смотрел вслед девочке, а перед глазами всплывали странные видения. Нежный румянец мягкой щеки под моими губами. Теплые глаза, чья зелень, словно морская вода, в которую так и хочется нырнуть с головой, забыв обо всем. И я ныряю, растворяюсь, пока не дохожу до самого дна, выложенного золотистым янтарем. Пухлые губы раскрываются мягко, и они невообразимо сладкие. Я отчетливо помню эту сладость. А еще — их вкус. Их нежность. Ласку тонких пальчиков, гладящих мое лицо… И то, как сминаю податливое тело, погружаюсь в него все глубже, тону…

Шасс! Почему я вижу это так, словно все происходило на самом деле? И это отчетливое ощущение бархатной кожи под моими руками. И нежный голос, зовущий меня по имени. И понимание, что Грей принадлежит мне целиком и полностью, без остатка, что она моя и только моя. Безумие. Если бы не проклятие, которое стало только сильнее, я бы решил, что все, что со мной происходит, это откат. Откат, который произошел, когда проклятие было снято. Но в том-то и дело, что оно никуда не делось! Я ведь хорошо его чувствую. Оно даже не ослабло, как мне показалось совсем недавно. Нет. Просто изменилось, забравшись глубже, в самое сердце. А те видения, что преследуют меня во снах, никогда не происходили в реальности. Как и слишком разговорчивый внутренний голос, достающий своими безумными собственническими замашками.

— Рон, с тобой все нормально?

Обеспокоенный голос друга заставил прийти в себя и отодвинуть в сторону посторонние мысли.

— Я в порядке, — закинув в рот пару миндальных орехов, ответил Бриану и поймал себя на мысли, что лгать другу становится привычкой.

— Не похоже, — с сомнением ответил тот, но не стал лезть в душу.

И за это я был ему благодарен. Хотя еще пару минут назад, когда он с серьезным видом рассуждал о женитьбе на Грей, готов был придушить собственными руками.

— Ладно. Не буду отнимать твое время, — затушив сигарету и поднимаясь, сказал Уэсли. — Того, кто устроил ловушку, мои люди достанут, даже не сомневайся. След я засек, так что это дело нескольких дней.

Все напускное легкомыслие Уэсли исчезло, взгляд посерьезнел.

— Кто? Имя выяснил?

— Берд. Заместитель Кросби.

— Значит, все-таки королева.

— Похоже на то. Полиция давно уже ест у нее с рук, как и половина кабинета. Изабелле осталось только личную гвардию короля на свою сторону переманить.

Уэсли устало растер лицо руками и посмотрел с плохо скрытым беспокойством.

— Шасс, никак не могу понять причину. Чем ты ей мешаешь?

— Не знаю. Сколько ни думал, ничего в голову не приходит.

— Рон, ты ведь понимаешь, что дело становится слишком серьезным? Пообещай, что если нужна будет еще какая-то помощь, ты мне скажешь.

Серые глаза смотрели настороженно и пытливо.

— Скажу, — кивнул в ответ и тоже поднялся, не обращая внимания на зазвонивший магофон. — Но пока все нормально, не надумывай лишнего, — пожимая протянутую руку, успокоил друга.

— Надеюсь, — недоверчиво ответил тот и пошел к выходу. — А все-таки девочка очень хороша, — обернувшись на пороге, ехидно заметил Уэсли. — Видит Единый, женюсь!

— Еще раз посмотришь в ее сторону, и я забуду, что ты мой друг.

— Даже так? — Иронично приподняв бровь, протянул Бриан. — Что, все-таки зацепила малышка? Так ты бы сразу сказал, — продолжал ерничать так называемый друг. — Я тебе дорогу переходить не стал бы.

— Сгинь, — отмахнулся от Уэсли, и тот усмехнулся еще шире и вышел.

Дверь тихо закрылась за его спиной, а я надавил пальцами на веки, пытаясь сосредоточиться, посмотрел на трезвонящий магофон, дернул рычаг, обрывая вызов, и активировал переговорник.

— Командир?

Ломкий, стеклянный голос, из-за которого Генри и получил свое прозвище, звучал приглушенно. В динамике раздавался грохот конки и крики извозчиков.

— Докладывай, — уставившись прямо перед собой, велел Хрусту.

— Все оказалось именно так, как вы и предполагали, — ответил тот. — Кое-кто решил нагреть руки на горе сирот. Никакого долга не было, а закладные оказались подложными.

Что ж, все, как и думал. Ситуация со спором, в который с таким воодушевлением ввязалась Грей, не зря показалась мне странной. Ну не походила Аделина на большую любительницу участвовать в пари или как-либо иначе привлекать к себе внимание. Так что выводы напрашивались сами собой.

— Разобрался с виновными?

— Они сейчас в управлении, дают показания.

— Проследи, чтобы получили свое сполна.

— Есть, командир.

— Что по остальным долгам? Все проверил?

— Просрочены выплаты налогов на землю, и есть несколько мелких задолженностей врачу и булочнику. В общей сложности, чуть больше двухсот гиров.

— Погасил?

— Да, как вы и велели.

— Хорошо. Ты у Годвина был? Как там ирхи?

— Работают. Гоблин пристроил их в артель и определил на постой к Ирвину. Пока все тихо.

— Что ж, надеюсь, у них хватит ума удержаться от глупостей.

— Еще бы не хватило, — хмыкнул Хруст. — Где они такую работу найдут в нашем-то Уэбстере? Дураками будут, ежели профукают свой шанс.

— Ладно. Я на днях загляну, посмотрю, как они устроились. А ты запомни. От Грей — ни на шаг. Когда она вернется, зайдешь. У меня для тебя еще одно задание.

Я отключился, не дожидаясь ответа. Знал, что на Генри, в отличие от Хьюго, можно положиться.

На душе стало немного спокойнее. Рука снова потянулась к вазочке с миндалем. Терпкая сладость прошлась по горлу и растворила горький осадок, оставшийся после встречи с Грей.

«Девочка-девочка… Какая нелегкая столкнула наши судьбы? И как ты выживала сама, без помощи и поддержки близких?»

В душе, помимо воли, шевельнулась жалость и что-то еще, незнакомое и непривычное, не то желание оберегать и заботиться, не то нежность, не то шасс знает что. Размяк. И не поймешь, заклятие в этом виновато, или сама Аделина, с ее взглядом напуганного олененка и упрямством гирхской верблюдицы. Как она мне деньги вернула! Гордая…

Я тихо выругался, потирая бок, и подтянул к себе документы. Проявить тайный текст, расшифровать, принять решение, подписать — привычный алгоритм действий помог справиться с внутренними демонами. Время шло, часы пробили десять, потом — одиннадцать, а следом и полдень. Грей все еще не вернулась.

В душе шевельнулась тревога. Цифры расплывались перед глазами, в сердце поселилось дурное предчувствие, и нудно зудело о том, что должно случиться что-то плохое. Сам себе старую гадалку напомнил…

Я отложил бумаги и уставился в окно, надеясь увидеть на дорожке знакомую тонкую фигурку, но заметил лишь широкополую шляпу старика Хэмфри, суетящегося возле своих обожаемых георгин.

— Милорд, к вам посетитель.

Голос Джеймса пробился сквозь хор нерадостных мыслей и заставил обернуться.

— Кто?

— Профессор Эббот.

Снова этот зануда? Что он забыл в моем доме?

— Проси.

Я развернул кресло и уставился на дверь в ожидании незваного гостя.

— Добрый день, лорд Хаксли.

Профессор вошел в кабинет, и я на секунду замер, разглядывая его облаченную в парадную пару фигуру и невольно отмечая бросающиеся в глаза детали. Крупный. Мышцы под сюртуком выступают слишком явно, что удивительно при сидячем образе жизни. Или я не все знаю о книжнике? Лицо решительное, словно профессор собрался сражаться с неведомым зверем. Уж не со мной ли? А челюсть тяжелая и агрессивная, да и глаза за стеклами очков блестят сталью. Занятный экземпляр.

— Чем обязан? — Кивая на кресло, спросил гостя, но тот не стал садиться.

Замер посреди кабинета и сложил руки за спиной.

— Лорд Хаксли, я бы вас не побеспокоил. Но поскольку нера Грей проживает в вашем доме, я хотел бы поставить вас в известность, что собираюсь сделать предложение и попросить руки неры Грей.

Не знаю, какая сила подкинула меня с места. Я в два шага оказался рядом с профессором и уставился ему в глаза, пытаясь понять, что он только что сказал. Нет, я расслышал каждое слово. Вот только не мог уложить их в голове. С какой стати книжнику приспичило жениться? Да еще и на Грей?

— А нера Грей в курсе ваших планов? — Едва сдерживаясь и поражаясь тому, как сложно мне это дается, спросил Эббота.

— Пока нет, но, надеюсь, я сумею ее уговорить, — ответил тот и прерывисто вздохнул, выдавая волнение.

А я смотрел на него, и с трудом подавлял поднимающуюся внутри ярость. Что за день такой? То один сватается, то другой! И если намерение Бриана не внушало большой тревоги, то этот… Он ведь запросто добьется своего.

Я молчал, изучая гостя, а тот так же внимательно смотрел на меня, и наша безмолвная дуэль с каждой минутой становилась напряженнее. А внутри все сильнее разгорался огонь. «Он не смеет! — Рокотала та безумная часть меня, с которой никак не удавалось справиться. — Не отдам. Аделина — моя».

— Неры Грей сейчас нет, — процедил сквозь зубы, мечтая вышвырнуть незваного гостя из дома.

В душе бурлила непривычная злость.

— А где она? — не отступал Эббот.

Ты гляди, как жениться припекло…

— Ушла по делам.

— Вы позволите ее подождать?

Эббот нахмурился, а я глядел на него и не узнавал. При наших прошлых встречах он показался мне немного оторванным от реальности. Говорил только о книгах, смотрел вокруг рассеянным взглядом и часто забывал о собеседнике, погружаясь в собственные мысли. А сейчас передо мной стоял уверенный в своих действиях человек, который точно знал, чего хочет. И мне этот новый Эббот совсем не нравился.

Аделина Грей

Я шла по Сайлент-стил и все еще не могла поверить в случившееся. В душе смешались недоумение и ликование, и я раз за разом прокручивала в голове недавнюю сцену, вспоминая, как служащий управления объяснял мне, что никакого долга нет. «Произошла ошибка, нера Грей, — снова и снова повторял он, а я смотрела на него и не могла поверить. — Наши сотрудники ошиблись, приписав вам долг другого человека. К счастью, мы вовремя разобрались. Приносим извинения за случившееся. Если вы пожелаете оставить жалобу, пройдите в двадцать пятый кабинет, вам помогут правильно оформить бумаги». И я отправилась в указанный кабинет, где милая девушка с полицейским значком на груди приняла мою жалобу, а потом угостила сладким чаем и принялась расспрашивать, давно ли я живу в Уэбстере, и нравится ли мне в столице. Кто бы мог подумать, что мой кошмар закончится таким странным образом!

Я покосилась на витрину магазина и замерла, разглядывая собственное отражение. Яркие солнечные лучи безжалостно обнажили потертые лацканы жакета и желтизну поникшего пера на шляпке. И мне вдруг так захотелось примерить тот костюм, в котором щеголял выставленный за стеклом манекен! Просто до дрожи в пальцах…

«Как глупо, Дилли. И ты это прекрасно знаешь. У тебя два добротных костюма, их еще на пару лет хватит», — одернула саму себя и торопливо отвернулась от призывно повернувшегося ко мне манекена. Нет уж. Обойдусь и без обновок. Лучше Дэйву рубашку куплю. И ботинки ему нужны. И выходной костюм. Брат немного подрос, и брюки прежнего стали ему коротковаты. А ведь Дэйву в следующем месяце в гимназию идти. На днях лорд Хаксли разговаривал с директором, и тот сказал, что сделает исключение и примет Дэйва, если тот выдержит экзамен. Ну и если будут внесены необходимые пятьдесят гиров.

Пресветлые рукописи, как же хорошо, что я выиграла спор и у меня теперь есть деньги! Правда, лорд Хаксли заявил, что сам оплатит обучение, но я не собиралась идти у него на поводу. Маг и так слишком много для нас сделал. Не хватало еще сесть ему на шею!

Я решительно миновала магазин дамской одежды и вошла в соседнюю с ним лавку. И вскоре вышла из нее с большим пакетом, в котором лежали купленные для Дэйва вещи.

До самого особняка я больше нигде не останавливалась, торопясь вернуться вовремя. А когда вошла внутрь, Картер встретил меня странным взглядом и, тихо кашлянув, произнес уже традиционную фразу: — «Нера Грей, вас ждут в кабинете».

— Что-то случилось?

Я вопросительно посмотрела на дворецкого, но тот не ответил. Он быстро прошел к двери кабинета, и я шагнула следом, удерживая подмышкой объемный пакет.

— Прошу, нера Грей, — непривычно строго сказал Картер, отходя в сторону и пропуская меня в комнату.

Дверь тихо закрылась за моей спиной, а я вошла в кабинет и удивленно уставилась на застывших друг против друга мужчин. Пресветлые рукописи, что происходит? И что здесь делает профессор Эббот? А главное, зачем сюда вызвали меня?

— Вас не было три часа, — произнес лорд Хаксли.

Маг выглядел холодным и собранным, а профессор — серьезным и в то же время немного растерянным. Он мял в руках шляпу, и его глаза за стеклами очков казались какими-то беззащитными.

— Нера Грей, — взглянув на меня, произнес Эббот и вдруг неожиданно и некрасиво покраснел.

Краска залила его лицо неровными пятнами, спустилась по шее, утонула за жесткими краями накрахмаленной рубашки. И мне почему-то стало неловко.

— Добрый день, профессор Эббот.

Я посмотрела на учителя и перевела взгляд на лорда Хаксли, пытаясь понять, что все же происходит, и почему мужчины выглядят такими напряженными.

— Нера Грей, я хотел бы с вами поговорить, — после небольшой заминки произнес Эббот и торопливо добавил: — Желательно наедине, если вы не против.

— Что-то случилось?

Меня взволновало непонятное поведение профессора, да и желваки, перекатывающиеся на щеках лорда Хаксли, не предвещали ничего хорошего.

— Можете пройти в гостиную, — неохотно процедил маг и посмотрел таким странным взглядом, что мне стало не по себе. — Картер! — Позвал лорд Хаксли и велел мгновенно появившемуся дворецкому: — Проводи.

Эрх едва заметно нахмурился, глядя на гостя, но тут же вернул привычную невозмутимость и молча распахнул двери, пропуская нас с профессором.

— Нера Грей, как здоровье вашего брата? — Тихо спросил Эббот, едва мы оказались в коридоре. — Надеюсь, он поправился?

— Благодарю, Дэйву гораздо лучше. Целитель говорит, что брат сумел победить болезнь, и она больше не вернется.

— Я рад, — искренне сказал профессор и улыбнулся, но его волнение никуда не делось.

Он шел рядом со мной, нависая всей своей массивной фигурой и подавляя ростом и силой, и мне неожиданно захотелось отодвинуться. Я прибавила шаг и буквально влетела в гостиную.

— А что привело вас к лорду Хаксли? О чем вы хотели поговорить? — Пройдя к окну, спросила учителя.

Садиться не стала. Все-таки Эристон-эр мне не дом, чтобы принимать тут гостей.

Эббот подошел ближе и остановился напротив.

— Нера Грей, я…

Он запнулся, снова покраснел, но тут же взял себя в руки и уже решительно продолжил:

— Нера Грей, выходите за меня замуж.

— Что, простите?

Я так растерялась, что не смогла понять, о чем говорит Эббот. Нет, слова-то я слышала, только они ни о чем мне не говорили. Он действительно позвал меня замуж? Да нет, глупости какие-то. Зачем бы профессору это делать?

— Конечно, я понимаю, что мое предложение несколько неожиданно, и что вы слишком молоды, нера Грей, но я уверен, что смогу сделать вас счастливой. Мы с вами обладаем родственной магией, вы мне нравитесь, нет, я люблю вас, — продолжал говорить профессор, и в его голосе звучало неподдельное волнение. — Будьте уверены, я сумею позаботиться и о вас, и о Дэвиде. Я сделаю все…

Эббот запнулся.

— Слышите, нера Грей, все, чтобы вы никогда больше не чувствовали себя одинокой и беспомощной, — решительно продолжил он. — Знаете, когда я пришел к вашему дому и мне сказали, что вы уехали… Нера Грей, в тот момент я так испугался, что никогда вас больше не увижу! И я понял, что не могу этого допустить.

Профессор взволнованно посмотрел на меня и слегка сбивчиво продолжил:

— У меня есть небольшое состояние, доставшееся от отца, и дом в предместье. Мой годовой доход составляет три тысячи гиров, так что вы ни в чем не будете нуждаться. Кроме того, в моей библиотеке собраны сотни редких книг, многие из которых наделены необычными магическими свойствами, и вы сможете найти применение своим талантам. К тому же, я готов позаботиться о вашем брате и устроить его в одну из лучших гимназий в городе, а в будущем — и в университет.

Эббот торопился перечислить все плюсы, видимо, опасаясь, что сам по себе недостаточно хорош. Он шагнул вперед, взял мою руку в свои и заглянул в глаза.

— Вы выйдете за меня, нера Грей?

Профессор чуть склонился в ожидании ответа, а я глядела на его такое близкое лицо, и не могла поверить, что не сплю. Я ведь никогда не смотрела на своего учителя, как на мужчину. Он был для меня наставником, недосягаемой величиной, ученым, которым я восхищалась. Но полюбить его…

— Нера Грей, не отвечайте сразу, — видимо, прочитав что-то по моему лицу, — сказал Эббот. — Обдумайте все, взвесьте, а я подожду. Только помните, что я люблю вас и сделаю все, чтобы вы смогли стать счастливой. Обещайте подумать, нера Грей, — тихо добавил он, глядя мне в глаза проникающим в душу взглядом. — Обещаете?

— Да, — кивнула в ответ, не желая обижать профессора отказом.

Мне действительно нужно было время, чтобы все взвесить. Предложение Эббота, хоть и совершенно неожиданное, могло изменить мою жизнь. И наше с Дэйвом будущее. Все это было на одной чаше весов, тогда как на второй оставались только чувства. И сердце. Глупое влюбленное сердце, неспособное забыть самого неподходящего мужчину из всех возможных.

— Я благодарна вам за предложение, профессор Эббот, — заставив себя улыбнуться, твердо сказала учителю. — Я подумаю несколько дней и дам вам ответ.

— Буду ждать, нера Грей, — поклонившись и поцеловав мне руку, ответил Эббот. — И надеяться, — чуть тише добавил он, и пошел к выходу.

* * *

Оставшееся до отъезда в Гирху время прошло в суматохе. После ухода профессора я завершила обновление еще нескольких книг, навела порядок в очередном шкафу, расставив по порядку все тома Уэбстерской энциклопедии и собрав воедино разрозненные книги Свода проклятий, а потом занялась сборами в дорогу.

И вот теперь я сидела в купе первого класса, смотрела на убегающие вдаль предместья и сменяющие их перелески, и изо всех сил старалась не обращать внимания на расположившегося напротив лорда Хаксли. Да только получалось не очень. Глаза сами косили в сторону мага. Тот даже в дороге не отдыхал, листая какие-то бумаги и делая пометки на их полях. И выглядел настолько сосредоточенным, как будто находился не в маговозе, а за рабочим столом в своем кабинете.

В купе стояли ароматы дыма, кожаных чемоданов, табака и всего того неуловимого, чем обычно пахнет воздух странствий. Колеса стучали, вагон потряхивало, газета, небрежно сунутая кондуктором за багажную сетку, тихо шелестела страницами, и этот незатейливый шум создавал удивительную атмосферу. Казалось, что мы с лордом Хаксли отрезаны от всего мира, заперты в узком пространстве купе. Точнее, оно и было нашим маленьким миром — тихим, уютным, спокойным. И так хотелось, чтобы путь до Гирхи длился вечно!

Читая очередную бумагу, лорд Хаксли нахмурился, и мне стало интересно, что могло вызвать его недовольство. И в ту же секунду я вдруг отчетливо увидела бегущие перед глазами буквы. «Доношу до сведения Вашего величества, что на раскопках в Сарониках обнаружен артефакт, датируемый приблизительно третьим веком до эры огня. Внешне артефакт напоминает те, что уже были найдены ранее на раскопках древнего храма в Сарвице, в хранилище Кербста и в подземной библиотеке Сидона, — читала я бегущие строки. — Артефакт хорошо сохранился, на нем есть несколько незнакомых нам символов, сейчас он находится под непрерывной охраной. Прошу Ваше величество прислать специалиста по шевенской цивилизации и всеподданейше заверяю, что готов оказать всяческое содействие и всю необходимую помощь. Остаюсь верным слугой Вашего величества, Гилберт Кей Рединг, граф Роуден».

Строчки исчезли, и я неслышно вздохнула, не понимая, как мне удалось прочитать бумаги, которые держал в руках лорд Хаксли. Что это за магия? Никогда раньше с таким не сталкивалась. И как документ, адресованный королю, оказался у моего начальника?

— О чем задумались, нера Грей? — Вырвал меня из размышлений голос мага.

Я подняла глаза и наткнулась на внимательный взгляд.

— Так, ни о чем, — смутившись, пробормотала в ответ.

— А мне казалось, вы хотели о чем-то спросить, — не отставал лорд Хаксли.

Он едва заметно улыбнулся уголками губ, и его лицо изменилось. Оно стало мягче, да и обычное настороженное выражение куда-то исчезло.

— Спрашивайте, не бойтесь, я ведь вижу, что вам хочется, — по-доброму усмехнулся лорд Хаксли, и я решилась.

— Вы расскажете, зачем мы едем в Гирху?

Маг встретил мой пристальный взгляд внимательным своим.

— Вы слышали, что в Сарониках проходят раскопки подземного дворца царя Валлора?

Маг вопросительно посмотрел на меня, и я кивнула. Последние два месяца все уэбстерские газеты пестрели статьями о находках из Гирхи. Валлор, известный правитель нынешней захудалой провинции, а некогда великого государства гиров, жил еще до нашей эры. Он считался одним из самых могущественных магов в мире, и сейчас, когда археологи смогли найти его таинственный дворец, только и разговоров было о том, какие несметные сокровища там спрятаны.

— Вот туда мы с вами и направляемся, — сказал лорд Хаксли.

— А для чего?

— Любопытно посмотреть на одно из чудес света своими глазами, — заявил маг, но я почувствовала, что он не договаривает.

— А зачем вы взяли меня с собой?

— Думаю, вам будет интересно взглянуть на старые манускрипты. — В глазах лорда Хаксли на мгновение мелькнули золотистые блики. — Вы же сами сказали, что владеете древнегирхским. Вот и проверим на практике, насколько хорошо вы его знаете.

— Я смогу увидеть старинные манускрипты?

Я задохнулась от удивления.

— Правда? И мне позволят их прочитать?

— Надеюсь на это, — усмехнулся лорд Хаксли и неожиданно замер, уставившись мне в глаза потяжелевшим взглядом, от которого у меня внутри все вспыхнуло, заискрило и обдало жаром.

И я будто вернулась в тот вечер во дворце, когда мы попали в ловушку. Только сейчас я уже знала, каково это, чувствовать мага рядом с собой, растворяться в его горячих ласках, ощущать, каким ярким и радостным может быть окружающий мир, и как легко и надежно в сильных, но удивительно нежных руках.

— Нера Грей.

Лорд Хаксли чуть подался вперед и сжал мою ладонь, так и не выпуская из плена своего взгляда.

— Аделина, — чуть тише прошептал он и потянул меня к себе.

И я, не раздумывая ни секунды, поддалась. А уже в следующий миг оказалась во власти горячих губ и растворилась в сладости поцелуя, возвращаясь в наше общее с магом прошлое и забывая обо всем.

Тело горело, воздух в легких закончился, но он мне был и не нужен, ведь я дышала вместе с Рональдом, упивалась им, отдавала всю себя во власть единственного мужчины, который мог заменить собой целый мир. И парила…

— Девочка моя, — звучал низкий хриплый шепот, так не похожий на обычный голос мага. — Аделина, Дилли…

И мое собственное имя, произнесенное лордом Хаксли, отзывалось в теле острыми вспышками и знакомым жаром.

— Моя арани, — еле слышно произнес лорд Хаксли.

Горячие ладони пробрались к самой кромке чулок, настойчивые губы терзали мои, мысли путались…

— Совент-Аден — врезался в мешанину чувств и ощущений грубый голос. — Стоянка десять минут!

И в ту же секунду лорд Хаксли отстранился, глядя на меня каким-то растерянным взглядом, посмотрел на свои руки, сжимающие подол моего костюма, нахмурился и медленно разжал пальцы. А потом и вовсе поднялся и застыл надо мной с таким видом, будто не понимал, что происходит.

Минуты растянулись вязким клеем, плотная тишина заполнила пространство купе, и я никак не могла сделать вдох. А лорд Хаксли все стоял и смотрел на меня тяжелым, немигающим взглядом, в котором медленно таяли золотистые искры. Они растворялись в кипящей черной глубине, пока не исчезли окончательно, и только после этого лорд Хаксли пошевелился.

— Нера Грей, я приношу свои извинения, — нарушив молчание, глухо произнес он.

Лицо его помрачнело, в глазах застыла тяжелая беспросветная тьма.

— Я не хотел вас оскорбить, — будто через силу произнес лорд Хаксли, а я смотрела на него и чувствовала, как рушатся возведенные мной воздушные замки, как осыпаются пеплом сгоревшие надежды, и как холодно и пусто становится на душе.

— Тем не менее, вы только что это сделали, — тихо прошептала в ответ, не в силах смотреть на мага.

Тот неподвижно застыл напротив, и я буквально кожей чувствовала сгустившееся между нами напряжение. Поезд дернулся и остановился, в коридоре зашумели пассажиры, а в купе было так тихо, что я слышала потяжелевшее дыхание лорда Хаксли. И все внутри переворачивалось от отчаянной тяги, точнее, даже нужды — в теплых руках, в объятиях, которые дарили силу и уверенность, в ощущении твердой груди под моей щекой…

— Нера Грей, послушайте, я должен объясниться, — решительно произнес лорд Хаксли.

Я подняла глаза, а маг тяжело сглотнул, не сводя взгляда с моих губ. И те разом пересохли, будто их опалило жаром.

— Да, лорд Хаксли?

Голос прозвучал хрипло, как воронье карканье.

— Нера Грей, я уверен, вы не раз задавались вопросом, что происходит, и почему я бываю так… несдержан, — словно через силу сказал маг.

Он пристально посмотрел на меня, будто ожидая каких-то слов, но я молчала.

— Да, к сожалению, я не всегда владею собой, — продолжил лорд Хаксли и спросил: — Помните тот вечер, когда вы пришли наниматься на работу?

Я вздрогнула. Неужели лорд Хаксли говорит о проклятии? Но ведь его нет! Книги со всей уверенностью утверждали, что проклятие разрушено. Хотя, если судить по недавнему поведению мага, то так и не скажешь. Он ведь меня поцеловал? Поцеловал. А зачем ему это делать? Нет, ну правда, разве стал бы лорд Хаксли целовать меня по доброй воле?

От этого вывода внутри все похолодело. Это что же получается? Проклятие никуда не делось, и я зря сделала то, что сделала? Пресветлые рукописи!

— В тот день я получил письмо с проклятием, и мне пришлось перекинуть привязку на вас, — продолжил маг, слово в слово повторяя то, что говорил тем вечером во дворце, и мое сердце ухнуло куда-то вниз.

— Нера Грей?

Я молчала, не в силах выдавить ни звука. Душу затопило отчаянием. Ничего не вышло. Проклятие никуда не делось и по-прежнему действует, а я только зря пожертвовала своей честью. Но как же так? Ведь книги были уверены, что с лордом Хаксли все в порядке! Да и Герхард твердо сказал, что не почувствовал никаких посторонних наложений.

— Нера Грей? — Снова встревоженно позвал лорд Хаксли и, не дождавшись ответа, продолжил: — Я обращался к лучшему специалисту Уэбстера, в надежде избавиться от проклятия, и тот сказал, что нужно просто немного подождать, и со временем оно исчезнет.

Маг снова замолчал, видимо, ожидая от меня каких-то вопросов. А я сидела ни жива ни мертва и боялась себя выдать. Какие там вопросы? Да я готова была собственный язык проглотить, лишь бы лорд Хаксли прекратил этот разговор!

— Теперь вы понимаете, почему я вел себя так недостойно? — Не унимался маг. — Я действительно не хотел вас обидеть или оскорбить. И готов принести самые искренние извинения.

Он смотрел на меня, а я не могла вздохнуть. Если лорд Хаксли когда-нибудь вспомнит подробности того вечера… В памяти мелькнули картинки нашей близости, и щеки опалило жаром. Пресветлые рукописи! Стыд-то какой! Наверняка маг решит, что я сама к нему приставала и вешалась на шею, и у меня даже слов не найдется, чтобы его переубедить. Я будто наяву увидела, как плотно сжимаются несговорчивые губы, как наливаются презрением темные глаза, а на породистом лице появляется брезгливое недоумение. И это было так больно!

— Простите, мне нужно выйти.

Я вскочила и потянулась за сумочкой, но лорд Хаксли перехватил мою руку.

— Нет! — Непривычно взволнованно воскликнул он и уже тише добавил. — Аделина, успокойтесь. Это неразумно! Вы не должны бояться, я не причиню вам вреда.

— Я всего лишь хочу выйти на перрон, чтобы подышать воздухом, — избегая смотреть на мага, пробормотала в ответ. — Что в этом неразумного? Я не собираюсь никуда сбегать. И я вас не боюсь.

— Одну не отпущу, — рыкнул лорд Хаксли, и этот несдержанный рык лишний раз подтвердил, что проклятие никуда не делось. — Или вы пойдете со мной, или останетесь в купе.

Маг снова взял меня за руку удивительно собственническим жестом, и его ладонь показалась мне такой горячей, что я даже вздрогнула.

— Лорд Хаксли, вы хорошо себя чувствуете? Кажется, у вас жар.

Я с тревогой посмотрела на мага, разом забыв о собственных страхах.

— Ну-ка.

Мои пальцы легли на широкий лоб, и лорд Хаксли почему-то закрыл глаза.

— Хорошо, — тихо прошептал он. — Прохладно.

— Да вы весь горите!

Мне стало не по себе. Прикосновение к пылающей коже обжигало. Мне даже показалось, что жар сильнее, чем был у Дэйва, когда тот едва не умер.

— Лорд Хаксли, вам лучше сесть. Я сейчас принесу воды и попробую найти доктора.

— Какого доктора, о чем вы? — Нахмурился маг, но, тем не менее, послушался меня и сел. — Мы в поезде, нера Грей, если вы не забыли.

— Ну и что? Попробую отыскать доктора среди пассажиров.

Я упрямо вскинула подбородок и потянула на себя дверь купе.

Лорд Хаксли собирался что-то возразить, но я не стала его слушать и выскочила в коридор. А уже там нашла проводника и вместе с ним прошлась по вагону, заглядывая в купе и спрашивая, нет ли среди пассажиров врача.

И в пятом по счету мне повезло. Невысокий, похожий на суслика человек оказался доктором и, самое главное, он согласился мне помочь. Так что уже через несколько минут я наблюдала за тем, как он осматривает недовольного моим самоуправством мага.

— Со мной все в полном порядке, доктор. Простите, что зря потревожили, — первым делом заявил лорд Хаксли.

Правда, на доктора его слова не произвели никакого впечатления. Он достал из чемоданчика стетоскоп, прослушал легкие, проверил пульс и заставил мага показать язык, и лишь после этого подтвердил, что лорд Хаксли в полном порядке.

— А как же жар?

— Боюсь, вам показалось, милая леди, — улыбнувшись, ответил доктор. — Если бы жар действительно был, он бы не прошел бесследно. Слабость, потливость, спутанность сознания — ничего этого нет. Думаю, ваш супруг совершенно здоров.

Мне достался добрый взгляд, и от глаз врача разбежались лучики морщинок.

— Не волнуйтесь, леди, — сказал нер. — Вы, наверное, направляетесь в свадебное путешествие? Молодоженов сразу видно, — усмехнулся он и добавил: — Можете не беспокоиться, вашему медовому месяцу ничто не угрожает.

Я собиралась объяснить, что он ошибся и мы с лордом Хаксли никакие не молодожены, но маг поднялся и подтолкнул доктора к выходу.

— Мы вам очень благодарны, — сунув в карман врача крупную банкноту, негромко сказал он и добавил: — Надеюсь, вы извините мою… Аделину за причиненные неудобства.

— Ну что вы, никаких неудобств, — отмахнулся врач и вышел в коридор, а маг закрыл дверь купе и обернулся ко мне.

— Нера Грей, попрошу вас впредь не вмешиваться в то, что вас никоим образом не касается, — ровно произнес он, и я заметила, как дернулась жилка у него на шее.

— Я просто испугалась и хотела помочь. Вы действительно горели, уж я-то хорошо это знаю. Понимаете, когда болел Дэйв…

Я не договорила. Горло перехватило волнением.

— Ну, тихо, тихо, — привлекая меня к себе, совсем другим тоном произнес лорд Хаксли. — Нера Грей, не вздумайте плакать. Все уже позади, ваш брат поправился, теперь все будет хорошо.

Маг обнял меня и успокаивающе гладил по спине, а я понимала, что нужно отстраниться, отойти, и не могла. Мне хотелось еще хоть секундочку ощутить такие родные объятия мага, надышаться им, запомнить…

— Простите, лорд Хаксли, я не должна была, — с трудом делая шаг назад и оказываясь в холоде одиночества, пробормотала я. — Этого больше не повторится.

— Вам не за что себя корить, — тихо сказал лорд Хаксли, и что-то в его тоне заставило меня поднять глаза.

Маг смотрел так, что у меня снова сбилось дыхание. Да что же это такое? Почему я так привязалась к чужому человеку? Откуда взялось это чувство, что он — мой, а я — его? Наверняка проклятие повлияло не только на лорда Хаксли, но и на меня.

«Дилли, лорд Хаксли — высший аристократ, — попыталась образумить саму себя. — Вам никогда не быть вместе. Имей хоть какую-то гордость и оставь его в покое».

Быстро разорвав нить взглядов, села на свое место и отвернулась к окну.

Поезд тронулся, здание вокзала поплыло влево, а вместе с ним позади остались перрон с пассажирами, дома и особняки Совент-Адена и красные всполохи растущих на окраине города осин. Колеса стучали все громче, маговоз набирал ход, а я смотрела в окно и с грустью думала о своей жизни.

* * *

В Иргу, столицу Гирхи, прибыли поздно ночью. Извозчик довез нас с магом до отеля, а утром лорд Хаксли арендовал рамобиль, и мы отправились в небольшую деревушку на востоке провинции, где проходили раскопки.

Пыльная дорога вилась среди бесконечных барханов, безоблачное небо сияло синевой, белые дома с плоскими крышами, почти по самые окна вросшие в местные пески, казались игрушечными. Как и их обитатели, люди в разноцветных бурнусах, провожающие наш рамобиль настороженными взглядами.

Раньше, когда я рассматривала магографы Гирхи, мне казалось, что изображения не отражают реальности и что не бывает такого неправдоподобно яркого неба, таких резких теней и такого красного песка. А сейчас, глядя на проплывающие за окном пейзажи, я понимала, что магографы не передают и сотой доли настоящей красоты Гирхи. И в душе что-то тоненько щемило, как будто я уже была здесь раньше, и сейчас вернулась на родину. Странное чувство. До недавнего времени я вообще не уезжала за пределы Гринвилля, а Гирха, хоть и считалась последние двадцать лет частью Южного Уэбстера, все же сумела сохранить и собственный жизненный уклад, и свою культуру, и относительную независимость, и держалась особняком от остальной страны. Папа часто рассказывал мне истории об этой части нашего королевства, и по его словам выходило, что жители Гирхи, среди которых были гиры, эрхи и скворы, так и продолжали считать себя гражданами старого государства. А назначаемых королем наместников попросту терпели, не признавая настоящей властью.

— Нера Грей, вы все помните? — Спросил меня лорд Хаксли, когда рамобиль въехал в небольшую деревушку.

— Да, — коротко кивнула в ответ.

— Повторите, что от вас требуется, — не удовлетворился моим ответом маг.

— От вас — ни на шаг, одной никуда не ходить, если что-то понадобится, говорить вам, — дословно процитировала недавний инструктаж.

— Главное, запомните, никаких разговоров с мужчинами. Здесь иначе относятся к свободным одиноким женщинам, поэтому лучше помалкивайте, чтобы не попасть в неприятности.

Об этом я не забывала и без напоминаний лорда. В Гирхе царили странные законы. Женщины здесь полностью зависели от мужчин. И без сопровождения отца, мужа или брата не могли покидать свои дома. И уж тем более не имели права работать, или путешествовать в одиночестве.

— Идем, — помогая мне выбраться из машины, тихо сказал лорд Хаксли, и, как мне показалось, неохотно отпустил мою руку.

Я поправила шляпку и пошла за магом по выложенной камнем дорожке к одному из домов.

— Лорд Хаксли.

Из низкой двери вышел коренастый мужчина с длинными закрученными усами и рыжеватыми баками.

— Мы ждали вас завтра, — подавая магу руку, не слишком приветливо произнес нер.

— Граф, — кивнул лорд Хаксли.

Лицо мага выглядело абсолютно непроницаемым, но по каким-то неуловимым признакам я сумела понять, что встречающий нас нер ему не нравится. Выходит, это и есть упоминаемый в письме граф Роуден?

— Желаете отдохнуть с дороги, или сразу приступим к делу?

Граф уставился на лорда Хаксли выпуклыми карими глазами и некрасиво дернул щекой, будто у него был нервный тик.

Я не привыкла судить людей по первому впечатлению, но граф мне не слишком понравился. Мне даже показалось, что у него, как у чемодана, есть второе дно.

— Нера Грей, вы устали? — Обернувшись, спросил маг. — Хотите отдохнуть?

— Нет.

Я говорила коротко, не желая привлекать к себе ненужного внимания, но граф прищурился и окинул меня цепким взглядом.

— Это и есть ваш специалист по шевенской цивилизации? — Даже не скрывая пренебрежения, спросил мужчина.

— Нера Грей владеет несколькими языками, — спокойно произнес лорд Хаксли, но я заметила, как недобро сверкнули его глаза. — В том числе, и древнегирхским.

— Что ж, в таком случае, я провожу вас к артефакту, — не слишком довольно буркнул граф и повернулся к вышедшему из дома мужчине в ярко-зеленом балахоне. — Селим, отгони машину, — распорядился граф и добавил на сурийском диалекте гирхского: — И проследи тут за всем.

Слуга молча направился к рамобилю, а я удивилась тому, что тот не отправился на стоянку сам.

— Эти так не умеют, — будто услышав мой незаданный вопрос, тихо сказал лорд Хаксли. — В них почти нет магии.

— А ваши?

— В моих заложена разумная часть живого пламени, — пояснил маг и, взяв меня под руку, повел вслед за графом.

Идти пришлось недолго.

Едва мы миновали последние дома деревушки и свернули к раскинувшейся сразу за узкой каменной оградой пустыне, как среди барханов открылся вид на шаткие деревянные подпорки. Они поддерживали своды огромного каменного лаза, вокруг которого суетились рабочие. Одетые в пыльные бурнусы мужчины что-то поднимали на тросах, галдели на смеси старого и нового гирхского, и создавали такую суету, что я не сразу заметила укрепленные досками траншеи. И только подойдя ближе, увидела в их глубине остатки древних каменных стен. У меня захватило дух. Легендарный дворец царя Валлора. Неужели это действительно он?

— Нера Грей!

Резкий шепот мага заставил меня вздрогнуть и оглянуться.

— Я же сказал, не отходить ни на шаг, — напряженно произнес лорд Хаксли, и до меня только сейчас дошло, что я успела вырвать у него свою руку и вплотную подойти к раскопкам. Надо же, а ведь даже не заметила. Словно какая-то сила потянула.

Я со вздохом отступила, но так и не смогла оторвать взгляд от древних стен.

— Осторожно. Тут крутой спуск, — предупредил граф, первым шагнув в жерло лаза.

Лорд Хаксли с сомнением посмотрел на мой костюм и, не говоря ни слова, подхватил меня на руки. И не успела я даже пискнуть, как маг легко, почти не касаясь неровных песчаных ступеней, спустился вниз и поставил меня на ноги.

— Дальше довольно длинный коридор, — сказал граф Роуден, беря из рук рабочего горящий факел.

А я невольно подумала о том, почему граф не воспользовался магией. Ведь это гораздо удобнее!

— Не стоит усиливать магический фон, — тихо произнес лорд Хаксли, снова «подслушав» мои мысли. — Он здесь и так довольно насыщенный.

Я молча кивнула и отправилась за мужчинами. Шли долго. Коридор, отвоеванный у песков и укрепленный деревянными подпорками, петлял, уводя нас все дальше от входа, и на какой-то миг мне стало страшно. А что, если произойдет обвал, и мы окажемся отрезанными от мира? Взгляд скользнул по низко нависающим сводам, и остановился на лорде Хаксли. И сердце тут же успокоилось. Почему-то, когда маг был рядом, все казалось нестрашным. Время шло, мы продвигались вперед, воздух оставался на удивление свежим. Будто мы находились под открытым небом.

— Осталось недолго, — заявил, наконец, граф, коридор сделал очередной поворот, и мы оказались в огромном зале.

И тут у меня пропали всякие сомнения, что это и есть подземный дворец царя Валлора. Огромная статуя правителя встречала нас на троне в самом центре круглого, как арена, зала. То самое лицо, что я видела когда-то на портретах в папиных книгах, смотрело прямо на меня. И казалось совершенно живым. Даже мрамор выглядел теплым, будто настоящая кожа.

Рядом со статуей, как муравьи, суетились рабочие, но я не видела ничего вокруг. Только смотрела в сверкающие сапфирами глаза Валлора и не могла отвести взгляд. Минуты растянулись расплавленным янтарем, звуки исчезли, а в душе возникло незнакомое чувство. Казалось, я уже видела раньше и этот украшенный бесчисленными драгоценностями зал, и мраморное изваяние Валлора, и внимательный сапфировый взгляд.

Пока я, замерев, смотрела на правителя древнего царства, лорд Хаксли успел подойти к подножию каменного трона, на котором восседал Валлор, но остановился не рядом с ним, а отошел в сторону, к большому шестиугольному камню. Тот врос в выложенный мрамором пол и казался куском какого-то иного мира, невесть как очутившегося под этими сводами.

— Нера Грей, — позвал меня лорд Хаксли, после того, как внимательно осмотрел застывшую глыбу.

Я подошла к магу.

— Сможете прочитать? — Указывая на вьющуюся по всей поверхности древнегирхскую вязь, тихо спросил лорд Хаксли.

— Постараюсь, — так же тихо сказала в ответ и склонилась над едва заметным текстом.

Буквы выглядели нечеткими, многие оказались стерты, а те, что сохранились лучше остальных, совсем не походили на древнегирхские.

— Лорд Хаксли, мне кажется, тут смесь нескольких языков. Вот эта фраза точно написана на древнеаранейском. Тут что-то о силе могучих крыльев. А вот здесь, видите? Заглавная буква «и» с длинным хвостиком? Так сокращенно изображали свое божество иринги.

— Уверены?

Мне достался недоверчивый взгляд лорда Хаксли.

— Да. Папа рассказывал мне об этом народе. И о секретах их письменных изображений. Вы знали, что одна и та же буква у ирингов несет в себе сразу несколько значений? Все зависит от дополнительных символов. Вот здесь — длинный загнутый хвост, что означает крылья. А если вместо него добавить верхнее подчеркивание, то обычная буква превратится в угрожающий знак. Посмотрите, здесь как раз такой. А перед этим два пропущенных символа. Получается, что крылья угрожают миру. Или…

Я присмотрелась внимательнее.

— Нет, кажется, тут другое. Угрозу несут не они, а… Здесь не хватает слов.

Я забыла обо всем, проводя пальцами по полустертому тексту.

— Да, точно. Вот же и подтверждающий знак. «Р» с нижним подчеркиванием, которое относится к последнему слову. Значит, угроза не исходящая, а направленная. На самих крылатых. Только кто они?

— Сколько времени вам понадобится на то, чтобы перевести весь текст? — Напряженно спросил лорд Хаксли.

— Учитывая объем — несколько дней. Пока не могу сказать точно, — не отрываясь от камня, пробормотала в ответ и вздрогнула, ощутив руку лорда Хаксли на своем плече.

— Я распоряжусь, чтобы вам доставили сюда все необходимое, — тихо сказал маг и отошел к графу, но я уже не слышала, о чем они говорили, потому что, достав из сумки блокнот и магическое перо, полностью погрузилась в работу.

Рональд Хаксли

Слова заклинаний слетали с губ почти машинально. Среди добытых артефактов пока не было ничего важного. Предметы быта, украшения, мебель — обычные вещи, не имеющие большого значения. Ни книг, ни других интересных свидетельств прошлого, могущих пролить свет на древнюю цивилизацию, найти пока не удалось. Только артефакт с загадочным текстом, над которым билась Дилли.

Я бросил быстрый взгляд на склонившуюся над камнем фигурку и тут же отвел глаза, но не выдержал и вернулся, только теперь уже надолго.

— Красивая девушка, — послышалось совсем рядом, и отчетливо повеяло сладковатым ароматом гирхского табака. Роуден подошел слишком близко и замер за спиной. — Есть в ее внешности что-то необычное, — задумчиво продолжил он. — Цвет глаз, их разрез, черты лица, фигура, жесты — все это напоминает изображения древних танцовщиц на стенах в наместническом дворце. Изысканная красота и одновременно удивительная простота. Ничего лишнего.

Внутри плеснуло огнем. Да как он смеет оценивать Аделину?! И при чем тут какие-то гирхские танцовщицы? Еще не хватало!

А разум уже препарировал слова Роудена, цепляясь за них и пытаясь провести аналогии. Грей, Гирха, книжная магия, знание древних языков, внешность… Нет, связи я пока не видел, но что-то царапало, не давало покоя.

— Мне кажется, тут не лучшее место для курения, — не оборачиваясь, чтобы не выдать эмоций, бросил остановившемуся за спиной графу.

— Не беспокойтесь, Хаксли, я умею быть осторожным, — отозвался Роуден, и в его словах прозвучал явный намек. — В отличие от вас. Уверены, что этой девушке можно доверять?

Тон Роудена изменился, стал суше, вся лирика из него исчезла. Сейчас это снова был цепной пес короля, негласно держащий под контролем всю Гирхскую провинцию. Крепко держащий. Основательно. За последние пять лет граф умудрился раскинуть такую агентурную сеть, что нашим врагам и не снилось. И при этом никто не догадывался, что из себя представляет эксцентричный любитель древностей граф Роуден, и почему этот «археолог» уже столько лет безвылазно торчит в Гирхе.

— Она — не ваша забота, Роуден, — как можно бесстрастнее произнес в ответ. — Следите лучше за своими рабочими.

— Что ж, мое дело предупредить, — невозмутимо произнес граф. — Вам хорошо известно, что его величество возлагает большие надежды на наши находки. И если что-то пойдет не так…

Роуден не договорил. Он затянулся, и аромат табака зазвучал ярче. Во рту стало сухо.

— Уверен, с нашей стороны никаких утечек не будет. Я лично ручаюсь за свою помощницу.

— Что ж, мое дело предупредить, — холодно отозвался Роуден и уже другим, более задумчивым тоном добавил: — И все-таки есть в этой девушке нечто странное.

Граф тщательно затушил сигарету, сминая ее так, словно наступал кому-то на горло, и пошел к одному из отрытых недавно коридоров, а я задумался над тем, что он сказал о Дилли. И собственные неясные подозрения стали более осязаемыми. Что есть такого в этой девочке с доверчивым взглядом? Почему она привлекает внимание тех, кому, по сути, не должно быть до нее никакого дела?

Я снова посмотрел на Аделину. Красивая? Да, безусловно. Но это не та яркая красота, что мгновенно бросается в глаза. Другая. Нежная, мягкая, обволакивающая душу теплом и незаметно проникающая в сердце. Ее не сразу замечаешь, но когда разглядишь, уже не можешь забыть. И так и тянет смотреть, не отрываясь, касаться шелковой кожи, сминать поцелуями мягкие губы…

Шасс! В груди снова запекло, и я заставил себя отвернуться от склонившейся над камнем фигурки. И не выдержал. Еще один взгляд — и в душе все рванулось к Дилли. Захотелось подхватить на руки, зацеловать, прижать к себе так сильно, чтобы и малейшего зазора между телами не осталось. И снова ощутить полыхающий огонь, как тогда, в вагоне.

Да… Это уже никаким проклятьем не оправдаешь. Похоже, я просто схожу с ума.

Я закрыл глаза, отсекая запретный образ. А потом с трудом взял себя в руки и отошел вглубь зала. Но все равно, какое бы расстояние ни разделяло нас с Дилли, я чувствовал ее так, словно она находилась рядом. И от этого было одновременно и плохо, и до безумия хорошо.

Аделина Грей

До вечера мне удалось расшифровать пятую часть текста. Дело оказалось сложнее, чем виделось на первый взгляд. Слишком много стертых букв, слишком много незнакомых, непохожих на привычные, символов. Да и сам артефакт вызывал во мне странные эмоции. Стоило наклониться ниже, касаясь удивительно холодного камня, как я начинала слышать ровный, пробирающий до души гул. Своим ритмом и басовитым звучанием он напоминал бой огромных гирхских барабанов.

В первый момент я даже не поверила себе и подняла голову, прислушиваясь к окружающему гомону голосов. Рабочие галдели на смеси старого и нового гирхского, граф Роуден произносил заклинания, очищая найденные предметы от старых охранок, или отрывистым тоном отдавал приказы; повсюду раздавался скрежет кирок и грохот сгружаемых камней, но никакого гула не было и в помине.

— Что-то не так? — Тут же заметил мое недоумение лорд Хаксли.

Он все время находился поблизости, помогая Роудену разбираться с охранными заклятиями, наложенными древними гирами почти на все более-менее значимые украшения или предметы обихода.

— Нет. Показалось.

Я задумчиво мотнула головой и вернулась к тексту. Но гул никуда не делся. Он становился то тише, то громче, и, в конце концов, я к нему даже привыкла. Под странный аккомпанемент символы сливались в слова, слова — в предложения, а предложения — в строки. Я выписала на бумагу несколько из них, оставив место для пропущенных стертых букв, и погрузилась в перевод.

— Нера Грей, вам нужно отдохнуть, — послышалось сквозь гул какое-то время спустя.

Голос лорда Хаксли прозвучал будто издалека, и я, отмахнувшись, вручила магу очередной исписанный листок и повторила вслух последнюю строчку первого абзаца. Мне никак не удавалось расшифровать пару символов, и это вызывало привычный азарт.

Когда мы с дедушкой проходили азы древнегирхской письменности, он нередко посмеивался, сравнивая меня с упорным муравьем. «Ты молодец, малышка Дилли, — говорил дедуля. — Не сдаешься, даже если ноша для тебя слишком велика. Так и нужно. Терпение и труд справятся с любой, самой непростой задачей». И незаметно помогал мне одолевать сложные для восприятия буквы.

Вот и сейчас я с головой погрузилась в текст, не слыша и не видя ничего вокруг. Знакомое нетерпение поднималось внутри, требуя разгадать загадку, кончики пальцев зудели от желания прикоснуться к тайне древнего артефакта, а в голове все звучал и звучал настойчивый отдаленный гул.

— Нера Грей, вы меня слышите? — Вплелся в него знакомый голос.

— Да, — кивнула в ответ и отмахнулась от мага, почти не осознавая, как это выглядит со стороны. — Потом, позже, — пробурчала, прикусывая кончик пера и снова утыкаясь в текст.

Лорд Хаксли пробормотал что-то об упрямых девчонках, и я почувствовала, как на мои плечи опустился его сюртук.

Аромат можжевельника и цитруса пробился в сознание, окутывая теплом, но не смог отвлечь меня от артефакта. Древний камень притягивал все мое внимание, и я не могла оторваться от выбитых древним летописцем слов.

— Аделина, выпейте. — Мне в руку ткнулся стакан, и я машинально взяла его и сделала пару глотков крепкого мятного отвара. — И вот это, — вкладывая в пальцы теплую булочку и не отпуская руки, произнес лорд Хаксли.

Я отвлеклась от работы, непонимающе посмотрела на мага и встретила его встревоженный взгляд.

— Вы должны поесть, — сказал лорд Хаксли и кивком указал на сдобу.

Я качнула головой, все еще раздумывая над смыслом незнакомых символов, откусила кусок булочки, прожевала, запила чаем и только потом поняла, что лорд Хаксли так и поддерживает мою руку своей.

— Ешьте, Аделина, — тихо повторил он, и его голос прозвучал непривычно мягко.

Правда, подумать об этом я не успела. Мне нужно было вернуться к тексту.

Не знаю, сколько времени прошло. Может, час, а может, и пять. Кажется, лорд Хаксли подходил еще несколько раз. В первый — он заставил меня съесть какую-то лепешку с мясом. Потом принес разбавленное водой вино, которое в Гирхе пили все от мала до велика, о чем-то спрашивал и даже сердился, но все это проходило мимо меня. Перед глазами огненными точками вились знаки и символы древнего текста, и с каждой новой расшифрованной строкой сердце билось сильнее и чаще.

— Все, Аделина. Хватит, — словно издалека услышала я встревоженный голос и ощутила на плечах теплые ладони. — На сегодня достаточно. Идемте, вам необходимо отдохнуть.

— Нет, мне нужно расшифровать еще одну строчку, — не глядя на мага, помотала головой и снова склонилась над камнем.

— Вы говорите это последние несколько часов. Довольно. Рабочие уже уходят, вы не можете остаться здесь на ночь.

— Почему не могу? — Спросила почти машинально и закусила губу, разглядывая полустертый завиток на одном из символов.

Тот никак не хотел раскрывать свое значение. Я уже успела насчитать в тексте слова из пяти разных языков, но этого символа не было ни в одном из них.

— Вы серьезно? — Хмыкнул лорд Хаксли и тут же еле слышно добавил: — И в кого вы такая упрямая?

— Папа говорил, в маму, — не отрываясь от текста, пробормотала в ответ и запнулась, сообразив, где я и с кем говорю.

А заодно поняла, что в подземном зале стало гораздо тише и уже не слышно громких голосов рабочих и грохота тележек. Да и воздух показался гораздо прохладнее.

— А где все?

— Очнулись, наконец? — Усмехнулся маг. — Ушли. Только мы с вами остались.

— И вы все это время были рядом?

Щеки загорелись от прилившей к ним крови.

— Простите, лорд Хаксли, кажется, я увлеклась. Вечно со мной так. Когда работаю, совсем забываю о времени.

— Я заметил.

Лорд Хаксли поправил мои волосы, заправляя за ухо выбившуюся прядь, и улыбнулся. Светло и по-доброму. И мне вдруг так хорошо стало от его улыбки. И губы сами растянулись в ответную.

— Лорд Хаксли, а что это за артефакт?

Наверное, еще вчера я бы промолчала, но сегодня не смогла удержаться от вопроса. То, что удалось расшифровать, не давало никаких подсказок. Речь шла о каких-то крылатых людях. Что имели в виду древние иринги, когда писали о могучих крыльях и чистом огне? Если вспомнить историю, божество ирингов изображалось в виде мужчины с огромными распахнутыми крыльями. Но как соотнести это с тем, что написано на артефакте?

— Пока неизвестно, — ответил на мой вопрос лорд Хаксли, не отрывая от меня внимательного взгляда. — У древних гиров было слишком много секретов. И разобраться в них совсем непросто.

— Он такой один? — Вспомнив донесение графа, спросила мага.

— Есть еще несколько, найденных ранее в разных частях Гирхи.

— И на них тоже были надписи?

— Нет. Изображения.

— А какие?

Я затаила дыхание в ожидании ответа.

— Лучи, расходящиеся от центра, — сказал лорд Хаксли. — На каждом из них.

— Выходит, артефакты как-то связаны?

— Скорее всего, но пока трудно судить. Все будет зависеть от того, сумеете ли вы расшифровать текст до конца.

— А почему вы доверили это именно мне? Можно было пригласить профессора Эббота, он считается одним из лучших специалистов по мертвым языкам.

— Эббота? Ну уж нет, — хмыкнул лорд Хаксли и добавил: — Предпочитаю, чтобы вы получили свои законные сто гиров.

Он сказал это с усмешкой, как что-то несерьезное, но мне показалось, что не все так просто, и мое присутствие здесь имеет свою цель. Понять бы только, какую?

— Вы ведь меня не подведете, нера Грей? — Спросил маг и посмотрел так пристально, что я снова покраснела.

— Я постараюсь, милорд, — пробормотала в ответ и покраснела еще больше, сообразив, что именно я сказала.

«Дилли, ты сошла с ума, не иначе! Ну как можно называть постороннего мужчину милордом?! Ты ведь ему не жена и не служанка. Что он о тебе подумает?»

Но лорд Хаксли даже не дрогнул. Он сделал вид, что ничего не заметил, и протянул мне руку.

— Ну что, идем? — Спокойно спросил он.

И я вложила пальцы в его теплую ладонь.

А дальше был длинный коридор, громкий стук сердца, подъем на поверхность и возвращение прежнего лорда Хаксли — строгого, холодного и напряженного.