Глава 44

Саша Я сижу в маршрутке, держу бумажный пакет на коленках с теплыми булочками и пытаюсь выровнять дыхание. В голове теснятся чужие голоса, чужие угрозы – и два знакомых взгляда, в которых я тону уже которую ночь. Они снятся мне каждую ночь и я не знаю… Что мне делать. Пальцы очень быстро начинают ныть от того, как крепко я вцепилась в ручку пакета. Пол-вечера свободно, и я решила, что нужно провести время с семьей. Маме нужна я, Никитке нужна я. В квартиру влетаю в приподнятом настроении. Мама уже колдует у плиты: на сковородке шипит курица, пахнет розмарином. – О, моя ласточка вернулась, – улыбается она и тут же осматривает меня с головы до пят, словно рентген. Никитка выбегает из комнаты, вцепляется в мои колени. Мир сужается до его круглых глаз и горячих ладошек. Все, что было в моей голове до этого, отходит на другой план. Все не важно. Я зарываюсь носом в макушку сына и вдыхаю родной запах. – Сегодня ты рано… Наконец, нормально поужинаем? – уточняет мама, подмигивая. – Сегодня – да, – улыбаюсь, расстегивая пиджак. – Даже телефон уже выключила. Так что поехали куда-нибудь! Так и порешили. Едем в центр, выбираем ресторан с красивой террасой и заказываем вкусняшек. Мама даже разводит меня на бокальчик вина, так что мы периодически чокаемся бокалами. И наслаждаемся вкусным ужином и неплохим вином. Никитка тараторит о новом конструкторе, каждый кубик показывает, рассказывает, что это за деталька и зачем она нужна. Я поддакиваю, кладу в тарелку пюре, но мысли все равно где-то блуждают. – Ты какая-то мечтательная… Или загруженная? – шутит мама и, пока Никитка строит башню вилкой из картошки, опускает голос: – Саша, а как твоя личная жизнь? Ты же молодая красивая женщина. Я едва не давлюсь компотом. – Мам, у меня времени нет. Проект, отчеты, кредиты… – тараторю, называя сто пятьсот причин. – И Никитка, и Пашка, и… Она улыбается, но глаза внимательные, теплые. – Работа – это не все. Хочу видеть тебя счастливой. Счастливой… Перед внутренним взором вспыхивает ночной номер в отеле, янтарный свет ночника и два силуэта… Уголки губ сами подрагивают. – У меня все нормально, честно, – шепчу и отвожу взгляд. После шестого забега по «Мемори» Никитка падает на диван, смеется, мама включает мультик. Я наблюдаю за ними и чувствую, что правильно, что провожу сегодня время с ними. Пусть мировой хаос подождет. В половине восьмого собираемся: мама пристегивает внука в детском кресле, я несу пакеты с ужином Пашке и десертами. В такси моментально начинает пахнуть булочками и ванилью. Часы показывают без десяти девять, когда я наконец сижу на полу в своей спальне, опираясь спиной о дверь. Рядом стоит вино, но уже не могу его пить. Едва внутри оказывается капля алкоголя, я хочу позвонить им и признаться в своих чувствах. Рассказать все. Как мне больно видеть их с другими и как было сложно решиться оставить нашего малыша… В квартире тихо, даже Пашка уже у себя. Спит или нет, не знаю. Телефон молчит – я же выключила звук. И вдруг звонок. Глухой, уверенный. Еще. Сердце проваливается куда-то в пятки. Замок щелкает тихо, я прислушиваюсь, но никто из домочадцев так и не вышел. Открываю дверь, и на пороге – они. Ян и Феликс. Черные пальто блестят от капель дождя, в глазах какая-то странная… решимость. – Что вы оба тут делаете? Вы сказали, между нами все кончено, – проговариваю, обнимая себя руками. – Передумали. Они переступают порог квартиры, а я прислушиваюсь к шуму за спиной. – Мы так не договаривались, – голос сорвался на шепот. Феликс закрывает за собой дверь, и щелчок замка отдается раскатом грома в моем сердце. – Договоримся еще раз. Я прислушиваюсь к шуму за спиной. Там, в глубине квартиры, находится тот, о ком они ни при каких обстоятельствах не должны узнать. – Сколько надо заплатить? – Ян спрашивает нагло, будто мы вернулись на пять лет назад. Я закрываю глаза, делаю вдох – и впервые за долгое время понимаю, чего хочу действительно. Я хочу быть свободной, но свобода без них уже не кажется такой уж желаемой. И потому отвечаю не сразу. Пусть тишина повисит меж нами, пусть они тоже почувствуют, как бьется мое сердце. – Деньги здесь ни при чем, – говорю наконец и распахиваю глаза. – Здесь вопрос в нас. И то, чего не купишь ни за какие деньги. Ян улыбается едва-едва, как хищник перед прыжком. Феликс протягивает руку, будто приглашая в танец. – Тогда нам придется научиться договариваться без денег, Саша, – шепчет он. И в этот момент я понимаю: сегодня я не скажу ни «да», ни «нет». Я не могу вечно бегать. И не могу сейчас отказываться от них обоих. Мне так страшно! Кто бы знал, как мне страшно! Но, может, пора им рассказать… Что я так долго скрываю?