ГЛАВА 3

Муж не стал включать свет. По звукам я догадалась, что он снял ветровку, обувь, положил ключи на комод — привычный ритуал, который я с закрытыми глазами уже могла узнать. А потом Ярослав тихо двинулся к лестнице на второй этаж, да так и замер на полпути. Как раз заметил меня за столом на кухне.

Верхний свет включать я не стала, оставив гореть лишь светодиодные лампы над рабочей поверхностью.

— Варя? Ты почему не спишь?

За время ожидания тысячи вариантов встречи мужа проигрывались у меня в голове. Но такого вопроса с искренним удивлением в голосе, точно не предугадала.

Высказать в ответ просилось многое, но вырвалось какое-то отчаянное и хриплое:

— Вернулся! — а ноги сами понесли меня к нему.

Лишь крепко обняв мужа, я поняла, что как-то разом успокоилась и вернулась к жизни, словно вдруг проснулась от дурного сна.

— Яр, миленький, — пробормотала ему в рубашку. — Слава Богу с тобой ничего не случилось!

Муж взял меня за плечи и отстранил от себя.

— Ты чего, Варь? — выдал недоуменно.

И вот от этого недоумения меня прорвало возмущением:

— Чего?! Да я чуть с ума не сошла, пытаясь с тобой связаться! Думала, случилось что-то!

— Ой, не преувеличивай! Что мне сделается?

— Может, в аварию попал, напал кто-то или сотню других ужасов! А ты еще спрашиваешь, чего?!

Взгляд Ярослава заледенел.

— Не ори, девочки спят.

Его жесткий тон отрезвил меня, словно сиганула в зимнюю прорубь с головой.

— Я переживала, Яр. Не знала, что и думать… — вышло оправдательно и сипло.

— Нормально все, видишь? Задержался на встрече с поставщиками, потом отметили чуток и по домам.

— А телефон?

— А что телефон?

— Ты целый день вне зоны, Яр.

— Это допрос? — он прищурился.

— Нет, — я даже отшатнулась назад, таким злым показался мне муж. Вполне возможно, что со мной просто сыграли злую шутку плохое освещение и богатая фантазия, но менее неприятно от этого не стало. — Просто я не могла дозвониться, переживала…

Он демонстративно вынул смартфон из бокового кармана пиджака, посмотрел на его темный экран:

— Наверное, разрядился.

— Но…

— Не делай трагедию из ничего, — отмахнулся муж и пошел дальше, оставив меня одну, пялиться в темноту.

— Ты есть будешь? — кинула вдогонку.

Ярослав притормозил, с минуту подумал, а потом ответил, даже не обернувшись:

— Нет, я не голоден, — стал подниматься по лестнице. — Да и у тебя, наверняка, все сытное и калорийное. На ночь такое вредно.

И пошел себе, как ни в чем не бывало, дальше.

А ведь раньше это его нисколько не напрягало… Наоборот, муж всегда был без ума от моей стряпни, называя ее домашними кулинарными изысками. Что поменялось теперь? Или это мелкая месть за то, что встретила с возмущением?

Я покачала головой: этот вечер должен был пройти не так.

Еще бабушка меня учила: вначале накормить мужика, напоить, обласкать, а потом вопросы спрашивать. С первым и вторым вышла неувязочка, приступлю сразу к третьему пункту. Ведь вопрос с поведением девочек в гимназии остался открытым. Ярослав должен знать, что он сегодня пропустил. Пусть и он с дочками поговорит, не все мне же одной?

Пока я выключила всюду свет, проверила девочек и зашла в спальню, муж уже лежал в постели — ночник горел, Ярослав еще не спал. Забрав ночнушку, я скользнула в ванную подготовиться ко сну, долго не провозилась, но когда вышла свет был погашен. Супруг же лежал спиной ко мне.

Яр всегда ворочался долго, поэтому его демонстрация меня не остановила. Не хотелось засыпать, повздорив. На душе от этого было противно и тяжело.

Скользнув под одеяло, я подвинулась ближе к мужу и обняла. По привычке, уткнулась носом между лопаток и втянула воздух, аромат его парфюма по-прежнему кружил мне голову. Девять лет со дня знакомства, восемь — в счастливом браке, а у меня до сих пор бабочки в животе порхают от одного взгляда на любимого.

Ярослава хватило на минуту, он отцепил от себя мою руку и отодвинулся.

Это что за спектакль? Неужели обиделся?

Я снова подвинулась ближе, потерлась лицом о его спину. Так просто не сдамся!

— Варя, — недовольно отозвался муж. — Я устал и хочу спать.

— А разве я мешаю? — нежно провела ладонями по его плечам.

Яр передернулся и вновь отодвинулся. С такими маневрами, он скоро с кровати свалится!

— Ты чего? — нахмурилась в его затылок.

— Жарко.

Я перевела недоуменный взгляд на окно, специально оставила на проветривании. Начало осени, а ночи уже довольно холодные. Каким боком Ярослав успел перегреться?

— Нам нужно поговорить.

— Сейчас?! Варя, полпервого ночи!

— Да.

— Вообще-то, кому-то завтра на работу, если ты не забыла, — он продолжил возмущаться, даже не оборачиваясь.

— Я не забыла.

— Причем рано! Весь день провести дома, как некоторые, я не смогу.

Пропустила обидные слова мимо ушей, я никогда не была сторонником ссор из-за пустяков.

— Это касается девочек. Сегодня мне пришлось…

Договорить не получилось, Ярослав нетерпеливо перебил.

— Варвара! — муж очень редко называл меня полным именем, так редко, что я даже вздрогнула, услышав его. — У меня болит голова! Я устал, как собака, и хочу спать! Все разговоры завтра.

— Но…

— Я все сказал.

Ну все, так все. Я громко выдохнула и прикрыла глаза. Приказала себе отпустить закипевшую в груди обиду: Ярослав действительно много работал, ему прощается быть раздражительным в конце трудового дня. Мне же стоит проявить больше терпения и не заострять внимания на мелочах. Подумаешь, не захотел выслушать! Отложим разговор до завтра, потерпит.

— Хорошо. Спокойной ночи, любимый.

— Спокойной.

Я выждала немного времени. Ярослав ворочался, выбирал удобное положение, а потом затих. Опять придвинулась ближе, положив руку на него. Рядом и сны счастливее будут.

Не прошло и минуты, как муж резко откинул одеяло и встал.

— Ты куда? — приподнялась на локтях.

— Воды хочу. И вообще, какая разница? Я что должен тебе обо всем докладывать и разрешение спрашивать?

— Нет, я… — совсем растерялась от такого злого напора.

— А если мне отлить приспичит, тоже к тебе первым делом бежать?

Я стушевалась.

— Прости.

Ярослав молча вышел из спальни, оставив меня растерянно хватать воздух. Что это только что было?

Конечно же, ответа мне никто не дал. Да и спрашивать бы не стала. Слишком муж сейчас взвинчен, раздражен и нетерпим. Пытаться вызвать его на разговор в этот момент себе дороже.

Я заставила себя успокоиться, не обижаться и не приставать к Яру, когда он вернулся. Улегся супруг спиной ко мне, больше обнимать его не решилась. Похоже, сегодня это сродни объятьям с оголенным проводом. Неприятности в клинике, что ли?

Или магнитные бури, да. Бывает же такое. На гормоны списывать не стала, не прокатит.

По тихому и спокойному дыханию вскоре поняла: супруг уснул. Мне же повезло меньше. Пролежала, пялясь в темный потолок, большую часть оставшейся ночи. Забылась тяжелым сном лишь под утро. А проснулась с будильником Ярослава — не позволительно поздно, чтобы все успеть вовремя!

Я сорвалась с постели бешеным зайцем, минуя ванную — некогда! Сразу на кухню, поставить еду на плиту, а потом к девочкам — будить, иначе проспят на занятия.

Карусель привычной жизни завертелась по новой.

— Ма, ну еще минуточку, — ныла в подушку Поля.

— Я не буду стирать носки Мориарти, — сонно пробормотала Аля.

Какой бы умилительной картиной ни была, а будить понастойчивее дочек пришлось. Хотя это оказалось трудной задачей. Любовь ко сну им передалась от меня. Мама никогда добудиться вовремя не могла. Я постоянно опаздывала: в сад, школу, универ… Даже умудрилась собственную свадьбу проспать! Яру пришлось трижды переносить время росписи, пока я приехала в ЗАГС. Правда, как бабка пошептала, стоило появиться девочкам и остальным домашним хлопотам.

Убедившись, что дочери проснулись, а не улягутся благополучно досыпать дальше, я умчалась обратно на кухню. Дело пахло керосином! Время поджимало, я катастрофически не успевала по всем фронтам.

В итоге, завтрак подала с опозданием, мои уже с минут пятнадцать как сидели за столом. И если девочки весело щебетали, рассказывая папе о учебных буднях первоклашек, то последний сидел с такой мрачной миной — без слез не взглянуть!

Настоящим спасением стали вчерашние заготовки! Не будь их, катастрофа была бы неминуемой. А так, успелось. Семья выбежала из дому хоть и с опозданием, но небольшим. Если город их не встретит пробками, то девочки даже попадут в гимназию к первому уроку почти вовремя.

— Пока, мамочка! — дружно попрощались они, на ходу целуя меня в щеки.

— Удачного дня, солнышки!

А вот муж радушием не пылал. С утра у него было еще гаже настроение, чем ночью. Стоило дочерям спуститься с крыльца, как он резко обернулся ко мне и прошипел:

— Неужели нельзя было все сделать вовремя? — упрекнул. — Теперь из-за тебя может сорваться моя сделка! Скажи, Варя, это такая женская месть, за то что не пришел вчера на ужин?

— Яр, я…

Конечно же, дослушивать он не стал, ушел, чеканя шаг, сел в машину. Несмотря на явную злость водителя, автомобиль плавно двинулся в путь, выехал за ворота и вскоре скрылся за поворотом.

Я зашла в дом. Как сомнамбула вернулась на кухню, занялась привычной уборкой. Несколько часов пролетели незаметно: я не думала, не чувствовала, просто делала. Ни на что не отвлекалась. А когда с делами было покончено, присела на стул и… горько разрыдалась.

Обида выплеснулась слезами. Больше не хотелось искать причины такого поведения мужа или очередные оправдания ему. Лучше бы просто заглушить боль и забыть.

Второе явно я совсем не скоро смогу осуществить…

В таких вот растрепанных чувствах меня и застал звонок домофона.

— Открывай, Сова! Пух пришел! — дурным голосом завела Дарья Зимина.

Эффектная блондинка, бизнесвумен, хозяйка туристического агентства «Бриз» и моя лучшая подруга по совместительству. Единственная подруга, если быть совсем точной.

Конечно же, я ее впустила.

— Вареник, ты не поверишь! — с ослепительной улыбкой влетела в коридор она. Но тут же затормозила и нахмурилась: — Не поняла. А кто умер?

Я хмыкнула и махнула рукой, мол, не столь важно.

Дашка на мои маневры не повелась. Всегда с ней так, если уж наметила цель, то будет переть к ней напролом. И никакие преграды не остановят!

Она прошагала на кухню, водрузила на стол бутылку шампанского, фрукты, деловито подошла к холодильнику, изучая его содержимое.

— М-м-м… Сколько разносолов! Не то что у меня, мышь не только повесилась, но уже и плесенью покрылась, — хихикнула подруга. — Помоги накрыть на стол. Отмечать будем!

— А есть повод?

— Еще какой, Вареник! Еще какой!

В столовую перебираться не стали, накрыли прямо на кухне: тихо, по-домашнему. Пока Даша расставляла тарелки и бокалы, я разложила закуски.

Наконец, сели за стол.

— И-и-и? — поторопила ее я, снедаемая любопытством.

Эта мучительница выставила палец, взывая подождать, и стала откупоривать шампанское.

У меня никогда это толком не получалось, половину бутылки умудрялась разлить, могла и травму посидельцам нанести. Поэтому я всегда удивлялась, когда у Даши получалось открыть бутылку с легким хлопком: аккуратно, быстро и красиво. Как и сейчас.

Разлив шампанское, она довольно улыбнулась:

— Ну, за мою победу! — и жадно осушила бокал.

Я пригубила напиток. Полусладкое, как я люблю. Дашка знала, что именно брать.

— За нее родимую, — отсалютовала. — Подробности в студию.

— Я, наконец, обула Агатова!

И столько радости прозвучало, будто она миллион выиграла.

Хотя, вспомнив, как паршиво подруга рассталась с мужем, теперь уже бывшим, и не удивляюсь ее эмоциям.

Когда за Дашей стал настойчиво ухаживать состоявшийся бизнесмен, миллионер и завидный холостяк страны — Виктор Агатов, даже я не верила, что у этого романа есть будущее. Слишком разные они с Дашкой, и дело не в статусах. Но… я немного ошиблась. Продолжение у романа было, жаль, недолговечное.

Роскошная свадьба, медовый месяц, райская жизнь…

Виктор носил ее на руках, всячески баловал, холил и лелеял. Идиллия продлилась пять лет. А потом лопнула, как мыльный пузырь. Дашка поймала любимого на измене. С секретаршей. Банально, до зубовного скрежета, но от этого не менее больно.

В отсутствии трезвомыслия подругу нельзя обвинить. Все ждали обычную женскую истерику, а Дашка, возьми, и подай на развод. Причем по всем правилам, наняв дорогущего адвоката и предоставив суду доказательства многократных, как оказалось, измен мужа.

Из бракоразводного процесса Дашка вышла богатой дамочкой. Благодаря нарушениям условий брачного контракта, на подписании которого сам Агатов когда-то и настоял, она отсудила у изменщика кругленькую сумму. Вот так вот и заполучила начальный капитал для собственного бизнеса.

А потом мне пришлось собирать подругу почти что по частям. Выстояв в бою с предателем, после она позволила себе расклеиться. Вот тогда и случились истерики, битье посуды, вой, слезы, причитания и затяжная депрессия. Из последней помогло выйти новое дело.

Идея создать турфирму Даше пришлась по сердцу, она всегда любила путешествовать. В бизнесе подруга и нашла настоящую отдушину.

— В смысле?

— Во всех смыслах, Вареник! Оставила его с носом, провела вокруг пальца, пнула по яй…

— Все-все, о таких подробностях я знать не хочу!

Дашка рассмеялась.

— В метафорическом смысле, конечно. А жаль, я бы с удовольствием провернула все это с ним вживую.

Подруга злорадно блеснула глазами.

С развода прошло уже почти четыре года, а обида, мне кажется, ее до сих пор не отпустила. Мало того, она трансформировалась в недоверие ко всем мужчинам.

Моя Дашка — умница, спортсменка и просто красавица теперь ограничивалась только быстротечными романчиками. Чисто для пользы здоровья, как сама признавалась.

А сколько достойных мужчин за ней ухаживало! М-м-м… Так и не вспомнить сразу. И ведь ни одному не дала шанса. Стоило ухажеру заикнуться, чтобы перевести отношения на более серьезный уровень, как Даша превращалась в «глыбу льда» и спасалась бегством. Своим поведением на любовном фронте она полностью оправдывала собственную девичью фамилию, которую вернула после развода. Зимина, как есть Зимина.

— И как вы пересеклись на этот раз?

— Одна из его фирм была мне конкурентом на тендере.

— И? — вновь подтолкнула ее к ответу, хотя уже догадалась, что именно услышу.

— И, естественно, я его выиграла!

— Ну естественно, — снисходительно улыбнулась.

Поднятие фирмы с нуля Даше трудно далось. Да еще и бывший муж настойчиво ставил палки в колеса, с его-то связями!

Виктор не оставлял надежды на бурное воссоединение с Зиминой, только на своих условиях. Этому гаду непременно хотелось, чтобы подруга вернулась к нему, поджав хвост и хлебнув пуд лиха. Но… не случилось. Выплыла, всеми правдами и неправдами, встала на ноги, а теперь турфирма «Бриз» считалась по праву одной из лучших в столице.

— Наш спортивный магнат решил затеять новый пиар-ход: экстримальный туризм, слышала о таком?

— О туризме или о магнате?

— Не суть, — махнула рукой Дашка. — Своеобразная реклама снаряжений его фирм и персонала: тренеров, проводников, спортивных консультантов… А с туристической фирмы нужны хорошо проверенные маршруты, гиды и креативные решения! Я подготовила проект и Бесстужев его утвердил! Не план прихвостней Агатова, а мой, представляешь?!

— Рада за тебя, Даш, правда.

— Это же совсем новый уровень! Ты понимаешь? — светилась от радости она.

Честно говоря, ничего в этом я не смыслила, но солидарно кивала и улыбалась. Счастье Дашки — мое счастье.

— Ты это заслужила.

— Если все выгорит, я открою филиалы по всей стране! А там, глядишь, и за границей связи налажу!

— И с магнатом поближе познакомишься. Светская хроника только и трубит о твоем Бесстужеве…

— У меня на светскую хронику времени не остается.

— А я люблю фоном телик включить пока готовлю, пусть болтает.

— Так что говорят? — выдала заинтересованность Дашка.

— Ну, например, какой он завидный холостяк страны…

— С такими холостяками покончено, — резко рубанула ладошкой воздух подруга. — Накушалась уже, благодарствую. А с Бесстужевым я даже ни разу не виделась лично, все через посредников решается. И меня это полностью устраивает. Этот господин хороший мне нужен чисто для серьезных дел, а не лямуров. Так что даже не начинай.

— Ну хорошо-хорошо, — пошла на попятную я. — Как скажешь.

Когда заходил разговор о личном, Дашка могла реагировать неадекватно, резко и жестко. Словно защищалась. Наверное, это от боли, что еще не утихла.

— Твоя очередь, Вареник.

— Хм-м?

— Рассказывай, — подруга сделала мину кирпичом, мол, попробуй только соскочить с темы.

— О чем?

— О том, почему глаза красные, нос картошкой и руки трясутся. А еще взгляд такой характерный… жуть.

— Какой такой взгляд?

— Как у побитой собаки, вот какой! Не придуривайся, Варь, что случилось?

Я тяжело вздохнула, кивнула собственным мыслям и рассказала все, как есть. Про визит в гимназию, нашу ссору с Ярославом, его вчерашний поздний приход и злые слова. Даже немного полегчало, все же мне стоило выговориться.

Дашка слушала внимательно, не перебивала. Лишь потихоньку потягивала шампанское из бокала, да сверлила меня внимательным взглядом. А когда я замолкла, она заложила ногу за ногу и хладнокровно выдала:

— Так он тебе изменяет, подруга.