ГЛАВА 26

— А они разве не с тобой? — этот гад еще имел наглость издеваться!

— Ярослав!

Муж гаденько рассмеялся.

— Я дочек уже уйму времени не видел, по твоей, кстати, милости! Откуда мне знать, где они?

— Так ты мне мстишь?

Неужели весь сырбор из-за попранного самолюбия? Ведь Ярослав зло предвещал, что я в его ногах валяться буду, молить принять меня обратно под крылышко! А когда так не вышло, он решил подкорректировать обстоятельства себе на пользу? Хорошо же знает, что в этой жизни дети для меня все и дальше больше!

Как же гадко!

Олег губами отдал мне приказ перевести разговор на громкую связь, что я незамедлительно и сделала.

— Нет, любимая, я просто преподаю тебе урок.

— Какой урок?

— О том, что со мной так нельзя.

Кто бы знал, чего мне стоило сохранять мнимое спокойствие! Хотелось дотянуться до почти бывшего мужа и… удушить! Только мысль, что если психану, Ярослав точно не станет сговорчивее, помогала держать эмоции в узде. И молчаливая поддержка всех собравшихся, конечно.

— Чего тебе от меня надо?

— Большой и светлой любви, как вариант, не считается?

Олег поморщился, я скрипнула зубами.

— У тебя все это восемь лет было, не больно-то оно тебе нужным оказалось.

— К хорошему быстро привыкаешь, милая, а теперь вот мне этого всего не хватает. Ты не думаешь, что я мог все осознать, раскаяться и исправиться?

Мне даже и нескольких секунд на раздумья не понадобилось.

— Нет, люди так быстро не меняются.

Хотя мой личный пример говорил совершенно обратное. На утро после принятия правды о изменах мужа я уже проснулась другим человеком. Вот так вот мгновенно и бесповоротно встала на путь более кардинальных изменений.

Но Ярослав? Нет, Куропаткина и могила не исправит.

— Может, отзовешь заявление и вернешься? Я обязуюсь забыть твои выходки, как страшный сон, — он уже с тысячу раз просил меня прекратить бракоразводный процесс и сейчас я ничего нового не услышала. Правда, говорил Куропаткин уже как-то без огонька, словно декламировал опостылевший заученный наизусть текст. — Будет все по-прежнему, ты, я и…

Я видела, как шеф напрягся. Неужели даже мысль допускает, что приму предложение мужа? Впрочем, откуда Соколову знать, что после всего, мне противно даже просто дышать одним воздухом с Ярославом, не то что находиться рядом.

— …и с десяток любовниц в месяц. А то и больше, зная твои аппетиты в неделю. Так ты это себе представляешь? — разрушила его фальшивую идиллию. — Нет, Ярослав. Как прежде я не хочу, не надо мне этого. Да и тебе тоже на самом деле. Держишься ты за меня только лишь по случаю многолетней привычки и ущемления гордости. Это пройдет.

Муж с полминуты молчал.

— В принципе, другого я от тебя и не ожидал, — выдал он, наконец.

— А если не ждал, то зачем спрашивал?

— Подтвердить собственную правоту.

Меня насторожил его ответ и, как оказалось совсем скоро, не зря.

— Знаешь, Варя? Ты оставалась очень выгодным вариантом, когда не умела видеть дальше собственного носа. Сейчас — это только лишние проблемы. Хватит, что я восемь лет терпел тебя ради дочек. Недостатка в бабах никогда не испытывал, а жена… понадобится для бизнеса, опять подыщу подходящую кандидатку: сговорчивую, неприхотливую и глупую. Вас таких миллион.

Ну вот. Что и требовалось доказать. Любовью и даже простой привязанностью здесь и не пахло, муж, как всегда преследовал собственную выгоду.

Олегу слова Куропаткина не понравились. Он потемнел лицом и сжал кулаки так крепко, что костяшки пальцев побелели. Андрей скривился, незнакомцы, пришедшие с ним, тоже благодушием не пылали. На лицах мамы и Дашки явно читалось отвращение.

Я же чувствовала себя оплеванной. И не так из-за сказанного Ярославом, как от того, что это услышали все.

Как это он еще мой самый большой недостаток не озвучил? Услышь Олег о моей фригидности и мне только сгореть от стыда оставалось бы!

— Привези девочек и до суда слышать обо мне не будешь, раз так устал. А там разойдемся каждый своей дорогой.

— Не так быстро, — сказал, как отрезал он. — Сначала подпиши добровольный отказ от раздела имущества, а потом я подумаю, согласиться на совместную опеку над девочками или претендовать на полную.

— Что?!

— Ладно, так и быть, не плачь, — снисходительно протянул Ярослав. — Поделимся по-честному: все оформленное на меня и бизнес — мне, дочки — тебе. Пойдешь на такое мировое соглашение? Меня вполне устроит роль приходящего раз в месяц папы. Ну и алименты буду платить, само-собой. Минимальные. Не рассчитывай, что я продолжу вас содержать. Захотела самостоятельности? Расхлебывай ее сполна.

Вот значит, во сколько он оценил общение с девочками. В бизнес? Я приняла правду, что Ярослав меня никогда не любил, но дочек… Неужели и их ему так легко заменяют деньги, статус и беспорядочные связи?

А ведь раньше мне казалось, что он дорожит отношениями с близняшками. Впрочем, мне многое казалось.

— Но я имею право на половину совместно нажитого имущества по закону!

— А разозлишь меня своей так не вовремя проснувшейся твердолобостью и вообще больше никогда дочек не увидишь!

У меня внутри все похолодело.

— Ты не посмеешь!

— Ты хочешь рискнуть и попробовать испытать границы моих возможностей?

Я прикусила язык.

Сейчас не возьмусь утверждать, будто знаю, на что именно способен муж. Оказалось, я столько лет прожила по сути с незнакомцем! Жестоким, эгоистичным и жадным!

— Верни девочек и я все подпишу.

— Нет, милая, так не пойдет, — отказался он. — Подпиши документы, пусть твой адвокат их передаст моему, а тогда счастливое воссоединение и состоится.

— Я не верю, что ты сможешь что-то сделать нашим девочкам!

— Оставить их сиротами считается?

Кто-то в комнате громко охнул. Ах да, это я сама была. Не каждый же день получаешь угрозы от мужа…

— Ты угрожаешь меня убить?

— Бог с тобой, Варвара! — рассмеялся он. — За кого ты меня принимаешь, милая?

За озлобленного м*дака?

— Я всего-то предупреждаю, что в современном мире, когда за тобой не стоит сильный мужчина, крайне опасно. Не хотелось бы, чтобы девочки остались без матери… Они тебя очень любят.

Олег решительным жестом дал мне понять, что нельзя соглашаться на такое. Я же поступила по-своему.

— Я согласна, — дочки мне дороже любых денег. На все, что им нужно будет, я заработаю. Смогу! — Жди новостей от своего адвоката.

— Ты очаровательна в своем благоразумии, милая. Правильный выбор.

Дольше я его слушать была не намерена, прервала звонок. И тут же на меня напустился Соколов:

— Варя, нельзя соглашаться! Это чистой воды манипуляция!

— Я знаю.

— Что?

— Варвара, послушайте Олега, — вклинился Андрей. — Мои знакомые спецы все сделают, через сутки, максимум двое, мы засечем его местоположение и заберем девочек.

Стоило представить, как это все будет происходить и какой стресс переживут дочери… Меня в жар бросило!

— Нет, Андрей, не стоит. Я подпишу все нужные бумаги.

— Но зачем? — покачал головой он. — Не понимаю.

— Не хочешь нас слышать, услышь своего адвоката! — оказалось Олег зря времени не терял, набрал Авдеева и теперь из динамиков слышался его глубокий тембр.

— Варвара Дмитриевна, ваше решение неразумно. По истечению суда вы вполне можете получить половину совместно нажитого имущества, хорошие алименты и большую часть акций клиники, как один из основателей и спонсоров. К тому же, это соглашение, когда уже начался бракоразводный процесс…

— Готовьте документы, Григорий.

Больше адвокат уговаривать не стал, оборвал звонок.

— Это глупо! — стукнул ладонью по журнальному столику Андрей.

И похоже все здесь присутствующие придерживались его мнения на этот счет.

— Мы сможем все сделать иначе! Вы получите деньги за половину имущества, процент от бизнеса! — распалялся он.

Нервы мои не выдержали, я тоже сорвалась на крик:

— Да как вы не понимаете? Мне не нужны его деньги! Я хочу забрать дочек!

На минуту образовалась тишина, только звук работы ноутбуков и ход часов слышались. А когда молчание стало затягиваться, неудобную паузу прервала Дашка.

— Варь, но ведь этого козла нужно проучить… — обычно бойкая Зимина прозвучала тихо и несколько неуверенно.

Наверняка потому что давно научилась тонко меня чувствовать и знала, как только я принимала какое-то решение, его не изменить. Почти.

— Не за счет спокойствия моих дочек, — твердо ответила я. — Пусть справедливостью занимается жизнь. Мне от Ярослава, кроме детей, ничего не нужно.

По глазам матери я видела, она одобряла мое решение. Больше того, поставь кто перед ней когда-то такой выбор и я, а не финансовое благополучие, осталась бы в приоритете.

— В наших с мужем отношениях, деньги для меня никогда не стояли на первом плане.

Андрей лишь покачал головой и смотрел на меня так ошарашенно, будто впервые видел.

— Сигареты есть? — спросил у него Олег.

— Так ты же бросил?

Шеф махнул рукой и как-то устало признался:

— Сейчас что-то тянет.

Вскоре мужчины скрылись в прихожей. Я слышала, как хлопнула входная дверь.

Ну вот, Соколов еще и закурил вновь не нервах… Эта мысль неожиданно расстроила и одновременно согрела. Неужели, чужой по сути мужчина, мог так сильно сопереживать моей личной драме?

Конечно же, спрашивать я не осмелилась, но выводы сделала. Правильные или нет?

Олег остался со мной рядом на всю долгую бессонную ночь.

Он был тогда, когда вернулся отец с работы и пришлось объяснять наличие разношерстной толпы дома. А потом успокаивать.

Странно, слабым сердцем страдала мама, а отпаивать корвалолом пришлось папу. И заверять, что Ярослав не террорист со стажем, дочерям ничего плохого не сделает. Я понимала, он просто вымогатель, умело играющий на моих нервах. Но вынуждена была отступать. Лишь бы девочек не втягивать в эти разборки.

Потом папу пришлось убеждать, что мордобоем дела не решишь. Куропаткин ведь подстраховался, даже спецы Андрея пока еще его не вычислили. Звонок с одноразовой симки оказалось не так легко пробить.

Кстати, шеф умело взял старшего Соколова на себя и очаровал его, как и мою маму. Особенно отцу понравилась фамилия Олега и его принадлежность к медицине, пусть врачевал он, основным образом, четырехлапых.

Именно Соколов как-то незаметно оказался рядом, когда мне надоела толпа сочувствующих и я спряталась в своей детской комнате. Он просто сидел плечо к плечу, молчал и держал меня за руку. И все разговоры казались какими-то лишними, уютная тишина между нами говорила вместо тысячи слов.

Рядом с тираном и деспотом мне было неожиданно хорошо… Да еще и чувство, что знаю этого мужчину сотню лет, постоянно преследовало.

Он не пытался склонить меня к единственно верному решению — своему, как всегда поступал Куропаткин, не давил и даже болезненную тему не поднимал. Просто был рядом. Я сбежала от всеобщего внимания, но его присутствие и скупую мужскую поддержку с легкостью приняла. Будто всю жизнь ждала именно этого.

А потом так же молча и как-то монументально Олег выдержал мою истерику (нервы все же сдали), вытирал слезы и гладил по волосам, словно маленькую девочку.

Занимался рассвет, когда я, обессилев, уснула у него на коленях. А в семь утра подорвалась от нового телефонного звонка.

Авдеев оперативно все устроил, за ночь. Документы прислали мне с курьером, я подписала и осталась ждать новостей от мужа. Отдать Куропаткину должное, он не заставил меня мучиться еще дольше.

К десяти была оговорена встреча возле парка, где мы часто гуляли с девочками.

Я порывалась ехать одна, но Соколов…

— Садись, Варя, и не спорь, — безапелляционным тоном приказал он и подкрепил сказанное непоколебимым взглядом.

К бабке не ходи, наш спор не принес бы никаких результатов! Поэтому я и пытаться не стала, молча уселась на переднее пассажирское сиденье его авто.

Правда, это никак не повлияло на число моих провожатых. На встречу с Ярославом мы приехали на пяти машинах. Я и Соколов, мама с папой, Дашка и Андрей на своих, плюс адвокат подъехал. Прямо целым табором!

Хорошо еще Куропаткина никто смущать не стал. Боюсь, заметь он такую делегацию и сразу деру дал бы!

Припарковались по-умному, подальше. А в парк я пошла одна. По крайней мере, мне так казалось…

Ярослава нашла сразу, он, как и обещал, ждал на оговоренной площадке. Девочки, катались на качелях, но почему-то выглядели крайне серьезными, хмурыми, что на них вообще похоже не было. Я двинулась к ним, но была остановлена Куропаткиным, заступившим дорогу.

— Ты, как всегда пунктуальна, любимая.

Я не смогла сдержаться и скривилась от такого обращения. Все фальшь! И как я могла прожить рядом с этим мужчиной столько лет? Теперь даже подташнивает в его присутствии!

— Раз ты получил все, что хотел, надеюсь, до суда мы больше тебя не увидим и не услышим.

— А как же Поля и Аля? Я же, как примерный отец, буду безумно скучать! — ехидненько так улыбнулся будущий бывший.

— Ярослав!

— Ладно-ладно, уговорила, — выставил ладони в защитном жесте. — Ты выполнила условия, и я свое слово сдержу. Что я совсем уже изверг?

Очень хотелось ответить на этот вопрос, прямо язык чесался. Но чтобы не усугублять, я сохранила благоразумие и промолчала.

— Тем более, девочки, как оказалось, очень капризные и переборчивые. Все в тебя.

Кто? Девочки? Капризные? Да я за семь лет такого ни разу не увидела!

— Мамочка! — наш диалог был прерван близняшками. — Ты пришла!

Когда они на всех парах принеслись ко мне и с ходу обняли, едва на ногах устояла. Но я была настолько безмерно счастлива, что не расстроилась бы и упав.

— Мои солнышки! Как вы? Голодные? Ничего не болит? Не замерзли?

На шквал вопросов дочки только отрицательно мотали головами и не отходили от меня ни на шаг. Тоже испугались? Скучали? Поняли, что что-то не так? Интересно, как вчерашнее им объяснил Ярослав и где они пропадали?

— Поехали домой, а? — предложила Поля и Аля ее поддержала, кивая.

Куропаткин нахмурился. Видимо, ему совсем не понравилось, что девочки так охотно променяли его общество на мое. И ведь не хочет ими заниматься, на бизнес основную ставку сделал, а все равно ущемленное самолюбие даже здесь вопит!

— Поехали, — согласилась я, приобняв дочек обернулась и…

Олег пролетел мимо нас к Ярославу, заехав тому кулаком в лицо. И как только здесь оказался? Словно из-под земли вырос. Ведь договаривались, что будет ждать в машине!

Соколов сделал по-своему. И не скажу, что мне стало вдруг жаль Куропаткина. От удара моего неожиданного защитника Ярослав завалился на спину. Говорят, что лежачих не бьют, но Олега это правило не остановило и мой почти бывший схлопотал еще несколько раз по лицу. Пока не подоспел Андрей, насилу оттащив разбушевавшегося друга.

Что меня больше всего удивило, Ярослав даже сдачи не дал, только кровью вытирался, да скулил. Это было жалкое зрелище.

Которое не должны наблюдать дети! Хорошо, что в разгар действа мама тихонько увела их за собой.

Насколько беспечной нужно быть, чтобы поверить, что многочисленные соглядатаи отпустили меня одну на встречу с «чудовищем»?

— Ты недостоин и мизинца моей дочери! — сплюнул над Куропаткиным мой папа.

И как только тоже махать кулаками не полез? Хоть руки и главная ценность для хирурга, но дурной пример заразителен.

— Да кому нужна эта рыжая л*хушка?! — вспенился Ярослав. — Только в прислугу и годится! Даже не знает, что нужно нормальному мужику!

Папа побагровел:

— Да как ты…

Я зажала рот в попытке удержать вопль ужаса. Хоть бы он не прибил этого гада! Еще сесть за убийство Куропаткина не хватало!

— Это ты-то нормальный? — Соколов подоспел первым. То ли Андрей его не удержал, то ли специально отпустил. — Зеркало протри, урод! Кривое.

И опять ударил. На этот раз в нос. Жуткий хруст даже мне было слышно. А визг Ярослава, небось, разнесся по всей округе. Не удивлюсь, если вскоре к нам нагрянет полиция.

— Олег, прекрати! — подскочила к нему я, повиснув на правой руке, когда мужчина вновь замахнулся.

— Что? — он посмотрел на меня так, словно впервые увидел. — Жаль эту мразь?

От разочарования вперемешку со злостью, что прочитала в его взгляде, бросило в дрожь.

— Не хочу, чтобы ты марал об него кулаки. Он того не стоит.

Лицо Олега смягчилось, а в глаза вернулась теплота. Кажется, этот ответ пришелся ему по душе, так как мужчина отошел от Куропаткина, приобняв меня за плечи.

— Если ты трахаешь мою жену, то я тебе сочувствую! — прогнусавил этот гад, сплюнув кровь. — Это занятие тебе быстро наскучит, мужик. Переключись лучше на ее щи, вот там она, правда, несравненно великолепна.

— Ах, ты с*! — Соколов вновь кинулся обратно, словно и не обнимал меня до этого.

На этот раз его пришлось сдерживать двоим: Андрею и Григорию.

— Да ты гонишь! — закатил глаза Андрей. — Ты что бессмертный?

Куропаткин вытер кровь под носом рукавом пиджака.

— Я тебя засужу, м*дак. Ты еще не знаешь, на кого решил пасть разинуть.

— Попробуй, — хмыкнул Олег и раздраженно кинул друзьям: — Да пустите вы!

— Сокол, у меня плотный график. Учти, чтобы оправдать тебя за убийство, мне придется его раздвигать, а это лишний гемор для меня и большая копеечка для тебя, — спокойно заметил Авдеев.

— Не буду я его убивать.

— Точно? — засомневался Андрей.

И Соколов одарил его таким красноречивым взглядом, что тот предпочел отступить.

— Ладно-ладно. Пойдем отсюда.

— Встретимся в суде, г*внюк! — не унимался Ярослав.

Сейчас, когда Олег отошел от него на десяток метров, мой бывший вдруг стал шибко смелым.

— А вот это вряд ли, — ответил Авдеев.

— Он избил меня в людном месте при свете дня! У меня будут свидетели!

— Где? — наигранно удивился адвокат. — Может, вы сами нанесли себе эти увечья, а потом решили обвинить честного уважаемого человека?

— Например, споткнувшись о камешек или корень дерева, — саркастически заметил Андрей. — Что ж ты так неосторожно, а?

— Да я! Да вас!

— А если вы нас, то в суде встретимся с ответным иском, — сказал мой адвокат. Или уже наш общий адвокат? — Я думаю, прокурору очень интересно будет послушать ваши объяснения, как вы пытались получились справку о невменяемости собственной жены. Вполне адекватной, разумной и никогда не состоящей на учете в психдиспансере.

Ярослав побледнел.

— Он что? — онемевшими губами переспросила я.

— Прости, Варвара Дмитриевна, — покачал головой Григорий. — Но твой муж — форменное дерьмо.

И никому из присутствующих не нашлось что возразить.

Пока дошли к машинам, Авдеев рассказал мне, как перехватил эту липовую справку по своим каналам, не дав ей ход. Оказывается, перед тем, как предпринять попытку шантажа детьми, Куропаткин пытался доказать мою невменяемость, чтобы не делить имущество и бизнес.

Господи, какому монстру я восемь лет слепо угождала?!

От одной мысли, что Куропаткину удалось бы такое провернуть и возможных последствий этой лжи меня бросало в холодный пот. Только по счастливой случайности все вскрылось наружу. Или же, скорее, благодаря безоговорочному профессионализму Авдеева.

С адвокатом мне повезло.

Андрея за помощь я даже поблагодарить не успела, он срочно умчался по делам.

Обратно мы с девочками ехали в машине Соколова, он подвез нас к дому родителей, но входить отказался. Сослался на занятость, младшего Босса и то, что нужно показаться в клинике. Как мама не завлекала его пирожками, остался непреклонен. А вот мне дал решительный и бесповоротный выходной. В том смысле, чтобы и духу моего сегодня в клинике не было, так и сказал. Столь «тонко» шеф обеспокоился моим душевным спокойствием и попытался его наладить.

Протестовать я не стала. Хотелось побыть с девочками.

— До встречи, Варя, — шепнул Соколов мне, когда распрощался с моими родителями. — Береги себя.

— И ты…

Я заметила, что папа очень долго смотрел на Олега, пока тот садился в машину, и в его взгляде явно прочитывались гордость, одобрение даже доля восхищения.

Дашка тоже укатила на работу, но, как и олимпийский мишка, обещалась вернуться.

Мы провели день узким семейным кругом, отогреваясь в домашней заботе и уюте. Девочки вели себя, как всегда, разве что выглядели немного притихшими. Тревожащие вопросы я им задала только вечером, когда принялась укладывать спать.

Ярослав выманил их обманом, сказав, что мы договорились обо всем. А ночевали они в отеле недалеко от города. Почти у нас под носом!

Телефоны он у девочек просто отобрал, выкинув симки. Для Полинки, заядлой геймерши, как она сама себя уже называла, это стало настоящей трагедией!

— Если, кроме телефонов, все хорошо, тогда что не так?

— А что не так? — настороженно переспросила Аля.

— Ну я же вижу. Папа вас как-то обидел?

Доча поджала губы и отвела взгляд. У меня тревожно засосало под ложечкой.

— Мы просто больше не хотим с ним общаться. Можно?

Да что же там такого произошло?

— Аля, Поля… Папа вас очень любит! Даже если у нас с ним разногласия, то вы здесь не при чем!

— Любит, как же! — фыркнула Полина. — Он нас выменял на свою паршивую клинику! Деньги ему дороже нас!

— Так было всегда? Он нас совсем-совсем не любил?

В глазах девочек заблестели злые слезы.

Я растерялась, не зная, как реагировать на такое. Как не соврать, но сгладить острые углы? Меня к этому жизнь точно не готовила… А материнское сердце просто ныло от боли.

— Нет, что ты это неправ…

— Мам, да не парься, — отмахнулась Поля. — Мы все сами слышали. Уже не маленькие, выводы делать умеем.

— Подслушивали, значит?

Близняшки состроили невинные лица, пожав плечами.

— Собирали недостающие факты, как Шерлок.

— Дядя Олег правильно ему врезал! — раскраснелась моя маленькая воительница-Поля. — Надо было посильнее!

— Вы и это видели?

Да-а-а… Поздно, значит, мама их увела.

— Мы уже взрослые!

Глядя на их сердито насупленные мордашки мне хотелось смеяться. Не от радости, что дочери узнали такую неприглядную правду, а просто от того, что они у меня есть. Мое чудо. Мое счастье.

— Взрослые вы мои, выводы сделали они, — раскрыла объятья. — Идите-ка сюда!

Девочки не заставили себя ждать. Мы долго просидели обнимаясь и тихо переговариваясь, пока дочери не заснули у меня на руках. Аккуратно их уложив, я спустилась вниз, где уже заждалась Дашка.

— Ну? Готова ударить по стрессу градусом? — потрясла подруга руками. В каждой ладони у нее было зажато по бутылке вина. — Поехали ко мне.

Зная Зимину, дорогого и необыкновенно вкусного. Бурду она никогда не пила.

Я скривилась:

— Здесь девочки и…

— И они никуда больше не денутся, — встряла вдруг мама. — Поезжай, Варя, тебе надо развеяться и поправить цвет лица.

— А с ним-то, что не так?

— Слишком бледное, почти зеленое от страха.

— Это отпечаток прошлой жизни с Куропаткиным! — поддакнула подруга. — Будем исправлять!

Как любой взрослой девочке одобрения мне не требовалось, но с ним было спокойнее. Когда тылы прикрыты и дышится легче.

Конечно же, мы прикатили к Зиминой домой. Конечно же, попробовали вина и… одним бокалом, как я грозилась, все не обошлось!

О чем говорили? О мужиках!

Стандартная тема для двух подвыпивших подруг.

Сначала я снимала стресс, потом праздновала скорый развод с Куропаткиным, потом для чего-то набиралась смелости. Для чего? Не поняла даже, когда оказалась ночью перед неоновой вывеской «Усатый-полосатый».

— Варя? — Соколов встретил меня в холле, ошарашенный до нельзя. — Ты что здесь делаешь?

— Клиенты есть?

— Пока тихо… Что-то случилось?

— Кто еще дежурит? — воровато огляделась по сторонам.

— Володя отпросился, никто его не заменил, поэтому я сам. Что-то с девочками? — Олег приблизился. — Ты пьяна?!

— Ни в одном глазе, глазке, ой! — язык почти не заплетался, но за быстротой речи надо было следить. Да и мысль не поспевала сразу. — Глазу, вот!

Я решительно тряхнула головой, едва не свалившись на пол, и… запрыгнула на Соколова. А что? Опыт лазанья по шефу у меня уже был. Пусть теперь опять держит такое рыжее счастье!

— Варь? — он от этого счастья так и обомлел, но держал крепко.

— Я пришла за своими многократными оргазмами! — нагло заявила ему в губы. — И без них не уйду!

Поцелуй вышел неуклюжим, но голову вскружил будь здоров как!

— Прямо за многократными? — немного отстранился он. — Один-два не устроит?

— Только многократные или никак!

Шеф рассмеялся.

Я буду стоять на своем! У Соколова медицинское образование, вот пусть и лечит мою фригидность! И я опять потянулась за поцелуем.

— Варюш, ты пьяна, — через несколько минут вновь завел он. — Завтра обо всем пожалеешь.

— Не пожалею!

И когда только мы оказались в кабинете Олега на его удобном диванчике?

— Варь… — он покачал головой.

— Но если ты отказываешься, то пусти! — я пыталась отлепиться от Соколова, но ноги-руки не особо слушались, а внизу живота от его близости просто огонь полыхал. Что за неведомый зверь? Может, простыла? — Я сейчас освобожусь, пойду и найду…

Хотела сказать, что спальное место, чтобы отлежаться, а то в голове действительно шумело, но Олег перебил:

— Я тебе пойду! — грозно заявил он. — Я тебе найду!

И сам впился в мои губы с такой жадностью, что я звезды увидала! Только от одного поцелуя!

— Хочешь? Получишь! — хрипло прошептал мне в шею. — Все что пожелаешь, моя рыжая девочка. Слышишь?

Со слухом проблем не было, а вот с ответом случились. Я так разнежилась в ласках Олега и собственных новых ощущениях, что вообще потерялась для этого мира. Остались только я, мой несносный тиран и наслаждение…