Глава 16

Мы отъехали от деревни на приличное расстояние, так, что даже не было видно дыма, тянувшегося по небу тонкими серыми полосами. Ветер не утих с той самой ночи, подарившей мне любовь Роланда и все еще шалил, мотаясь по небу. Прошедшая ночь связала нас еще сильнее, еще крепче, чем могло казаться. Я видела во взгляде мужчины откровенную любовь и нежность, к которой теперь примешался оттенок страсти, такой глубокий и насыщенный, что я тонула в нем, словно в омуте, стоило только Роланду посмотреть на меня.

Он был предельно осторожен и нежен, но от боли мне уйти не удалось. «Откат» оказался очень силен и даже самое сильное из моих зелий, призванное уничтожить боль, не помогало, но я терпела и не говорила моему мужчине о том, что испытываю на самом деле и даже улыбалась, когда он с тревогой смотрел на меня.

— Ты ведь не обманываешь меня? — то и дело спрашивал он, пока мы ехали прочь от деревеньки Стефана.

— Нет! — ответила я и это была единственный раз, когда я обманула ведьмака, хотя, не думаю, что он мне поверил, поскольку заставил выпить что-то из собственных запасов. Помогло. Боль полностью не ушла, но стала не такой острой, и я почти витала в облаках от облегчения, хотя и понимала, что она вернется снова. Только даже знай я о том, какие муки буду испытывать, я все равно сделала бы так, как прошлой ночью, даже не задумываясь.

Дед Стефан проводил нас до самой калитки. Тяжело ступая по снегу, он смотрел куда-то мимо, но стоило Роланду заговорить, как мужчина повернул голову на звук и впился немигающими взглядом в лицо ведьмака. Мне отчего-то стало жутко, но я промолчала. Стефан мне нравился. Никто не был виноват в его слепоте. Вылечить ее тоже не было возможности. Глаза старика были мертвы слишком давно.

— Прощайте! — произнес он и больше не добавил ни единого слова, но стоял у калитки и смотрел на дорогу еще долго. Смотрел так, словно мог или хотел, видеть.

Я ехала за Роландом, но то и дело оглядывалась назад, и его темная фигура медленно таяла, пока не скрылась из виду, растворившись словно дым на ветру.

Сейчас мы оказались посередине белого поля. Тут и там торчали, пробивая толщу снега, сухие стебли пшеницы. Вдали темнел лес и именно к нему вела лентой дорога, но мы остановились именно здесь.

Мрак сидел, ожидая нашего приказа. В его глазах я видела все меньше человеческого, а это означало, что нам стоило поспешить. По всей видимости, времени, отведенного Генриху, было меньше, чем мы предполагали и это вызывало опасение за молодого князя.

Спешившись, Роланд помог мне слезть со своей лошаденки. Осторожно поставил на снег и подождал, пока я достану из своей сумки черный камень, который тот час же перекочевал в вырытую в снегу ямку.

— Ты впервые перейдешь через портал? — спросил тихо Роланд.

Я кивнула, чувствуя некоторое волнение.

— Я пойду первым, — продолжил ведьмак, — это надо для того, чтобы мы оказались там, где надо. В моей памяти слишком еще жива память о доме родителей, так что ошибки быть не должно! — и он улыбнулся мне, стараясь подбодрить. Затем взял под уздцы Призрака и, позвав Мрака, спросил:

— Готова?

Была ли я тогда готова — даже не знаю, но все же кивнула, и ведьмак, наклонившись над камнем, простер над ним свою ладонь.

«Пусть все идет как должно!» — решила я и увидела, как из ладони ведьмака потянулась тонкая темная нить, закручивающаяся маленьким подобием смерча. От камня-портала потянулась точно такая же, только темнее и толще. Когда они соединились, Ведьмак резко вскинул руку и нить поднялась на высоту выше человеческого роста, а затем расширилась темные зевом и задрожала по краю образовавшегося прохода в никуда.

— Идем! — Роланд первым прошел в портал, уверенный в том, что мы с Мраком шагаем следом.

Я не знала, сколько времени будет раскрыт портал и потому поспешила не мешкая. Роланд первый, вторым запрыгнул Мрак, а мы с моей лошадкой заканчивали процессию.

Едва я перешагнула в темноту с белого снега, как вокруг тело словно охватила неприятная холодная оболочка. За спиной оглушительно хлопнуло, словно крылья огромной птицы раскрылись на ветру.

«В таких находятся младенцы!» — невольно сравнила я.

Все пропало на несколько секунд. Я словно плыла по черной реке и при этом не видела ни своих рук, ни тех, кто находился впереди. Лишь сплошная темнота, холодная и пронизывающая.

Я затем все неожиданно исчезло и меня выбросило на снег. Я с трудом удержалась на ногах, подхваченная сильными руками Роланда. Подняла глаза и огляделась, понимая, что мы действительно переместились. Теперь мы находились не посередине поля, а на какой-то лужайке, а впереди, в получасе ходьбы, возвышался огромный замок, величественный и грозный с темными серыми стенами, выделявшимися на синем фоне зимнего неба.

«Неужели когда-то Роланд был наследником всего этого!» — мелькнула мысль, а затем я вспомнила о том, что и сама являюсь княжной… хотя мне в это сейчас плохо верилось.

— Замок кажется запущенным! — произнес ведьмак, всматриваясь в серые стены своего родного дома. Мрак пробежал вперед. Кажется, он тоже узнавал знакомые места. Роланд подхватил под уздцы Призрака и велел мне следовать за ним.

Мы тронулись с места. Я оглянулась назад и поняла, что там за спиной нет больше ничего. Портал закрылся, отрезав все пути к отступлению. Странное желание вернуться назад охватило меня. Я сглотнула и, сдерживая неожиданную дрожь в коленях, пошла следом за своим мужчиной, на некоторое время даже позабыв про боль.

Мы шли и шли. Тропинка, что пролегала под нашими ногами еще помнила чьи-то следы, припорошенные свежевыпавшим снегом. Синее небо опрокинувшись взирало на нас с холодным равнодушием, словно мы были ничем под его сводом. Но, может быть, так оно и было на самом деле?

Замок рос по мере нашего приближения, становился все более величественным и огромным. Я смотрела на эту громаду, напоминавшую мне горы. Подобного здания я еще ни разу не видела в своей жизни… или просто не помнила.

Вот рядом проплыли высокие кипарисы — мы прошли в парковую зону, разбитую перед дворцом. Деревья, приближавшиеся нам навстречу стали меньше напоминать привычные лесные. Они были необычны для меня.

Роланд молчал, и я не трогала его, не приставала с расспросами, думая, что он погрузился в воспоминания. Но как оказалось, я ошиблась.

— Я должен все подготовить! — сказал мне ведьмак.

Мрак убежал куда-то вперед и скоро исчез за высокими кустарниками, покрытыми белым одеялом из снега. Я видела, что Роланд не опасается за жизнь волкодава и немного успокоилась. Если бы нам здесь что-то грозило, вряд ли ведьмак шагал бы так спокойно.

— Что подготовить? — спросила я тихо.

— Скоро расскажу! — ответил мужчина.

Скоро мы вышли на широкую поляну на которой обнаружился небольшой домик, дышащий в небо тонкой струйкой дыма.

— Люди? — удивилась я. Мне уже стало казаться, что в этом месте лишь одна зима полная хозяйка и владыка. Но я ошиблась.

— Здесь должен быть смотритель замка! — согласился Роланд и направился прямиком к двери. Поднялся по короткой каменной лестнице в три ступеньки и постучал. Я остановилась в нескольких шагах от дома, подхватив под уздцы свою лошаденку и не смея прикоснутся к Призраку, который, впрочем, не нес для меня угрозы. Я чувствовала это, но все равно опасалась этого дьявольского жеребца. Что-то было в нем от адского пламени. Дикость во взгляде, в походке… Где только его нашел мой ведьмак?

Меж тем на стук Роланду открыл высокий мужчина средних лет. Человек вышел на крыльцо и прикрыл за собой двери. Посмотрел сперва на ведьмака, оценив серебряный меч, затем удостоил мимолетного взгляда и меня, но почти сразу же отвернулся.

Он был одето просто, но добротно. Рубашка, обтягивающая широкие плечи, сшита из явно дорогой ткани.

— Кто такие? — спросил мужчина неприветливо.

— Мы путники. Проезжали мимо вашего дома и решили попроситься на постой, — сказал привычно Роланд. Мужчина впился серыми глазами в лицо ведьмака. Смотрел долго и вдумчиво, а затем произнес:

— Я вижу, ты воин. И вовсе не меч за твоей спиной говорит мне об этом! — смотритель, если он являлся таковым, усмехнулся. — Я и сам в прошлом воин, потому сразу узнаю себе подобных.

— Ты проницателен, воин! — ответил ему Роланд.

— Уже не воин, — вздохнул мужчина и продолжил, — жизнь заставила меня сложить оружие и заняться тем, что мне не интересно! — он снова вздохнул, а затем толкнул бедром дверь и кивнул на вход.

— Нам надо устроить лошадей! — сказал ведьмак.

— Ах, да! — кивнул сторож. — Можешь завести своих коней за дом, там сохранилась небольшая конюшня. Говорят, прежний владелец замка, не тот, что улизнул от гнева короны вытряхивая на бегу штаны, а тот, прежний, убитый на свадьбе своего сына, так вот, он любил останавливаться в этом домике после охоты.

Я посмотрела на Роланда. Лицо моего спутника ничего не выражало. Если воспоминания, навеянные смотрителем что-то и затронули в его душе, то виду он не подал.

— Спасибо! — только и ответил ведьмак и, забрав у меня поводья, отправился обходить дом.

— Прошу ясную панну в дом! — пригласил меня смотритель. Я замялась, решив дождаться возвращения ведьмака. Мрак остался со мной, но при этом вел себя уже непривычно — словно обыкновенная собака.

— Вы напрасно опасаетесь меня! — заметил мужчина. Я покосилась на него.

— Я вовсе не опасаюсь вас! — произнесла тихо. — Вам показалось.

— Ну, конечно! — усмехнулся в усы бывший солдат.

Конечно же, ему не показалось. Мне совсем не хотелось в этот раз заходить в дом без Роланда. Я стояла на снегу и смотрела на замок, что возвышался уже так близко. Темная серая громада… Могу себе представить, каким он был, когда здесь жила семья Северин.

«А каким был Анджей?» — мелькнула мысль.

«Люди не меняются», — тут же сказала я сама себе. Если изначально Роланд был честным и благородным, то таким и остался, даже став ведьмаком. И я могла в этом убедится за все то время, пока мы вместе.

Вернувшийся Роланд увидел меня, ожидающую его перед домом и ничего не сказав, взял за руку, и мы вместе поднялись на крыльцо, прошли мимо хозяина домика, проводившего нас задумчивым взглядом.

Внутри дома оказалось натоплено и уютно. Здесь не было привычной печи, что встречалась нам по пути в деревеньках. Нет, здесь все согревал высокий камин на пол стены, почти в мой рост высотой, украшенный лепниной, изображавшей гончих, загонявших добычу.

Маленькая гостиная могла действительно быть излюбленным местом старого, уже давно почившего на «красной» свадьбе, князя. Здесь все было обито деревом, стены украшали голова оленя, какие-то небольшие картины с видами охоты и огромный арбалет. Я обвела взглядом помещение, заметив лесенку, что уводила на второй этаж, где по моим предположениям находились спальни, затем посмотрела на ведьмака, застывшего посередине комнаты. Что сейчас видел он, глядя на внутреннее убранство домика, я могла только догадываться. В карих глазах мелькнула тоска, насколько глубокая и скрытая, что я даже почувствовала ее силу.

«Здесь ничего не изменилось!» — прочитала я во взгляде своего мужчины.

Мрак прошлепал по деревянному полу и лег недалеко от камина, а хозяин дома обратился к нам.

— Наверное, вы голодны с дороги, — и указал рукой на длинную резную скамью со спинкой. — Я гостей не ожидал, так что не обессудьте!

Бросил на нас с Роландом быстрый взгляд и вышел в дверь, которую я заметила только когда сторож открыл ее. Дверь казалась единой со стеной. Умелые мастера сделали так, что на первый быстрый взгляд она была не заметна, правда, если бы я присмотрелась лучше, то увидела бы тонкую черную полосу, рассекавшую стену.

— Сейчас вернусь, — добавил хозяин и был таков.

Когда за его спиной закрылись двери, я села на скамью, а Роланд так и остался стоять, глядя перед собой в пространство.

— Здесь ничего не изменилось, — произнес он теперь, но уже вслух. — Все осталось на своих местах, как было и при отце, хотя прошло столько лет! — при этом мужчина не казался удивленным.

— Ты знаешь этого сторожа? — поинтересовалась я.

— Нет, — ведьмак качнул головой. — Видимо, этот человек появился здесь с новыми хозяевами.

Он прошел вдоль стены, затем протянул руку и прикоснулся к ручке арбалета, провел по ней пальцами.

— Не думал, что воспоминания будут так сильны! — проговорил он тихо.

Я медленно встала и, приблизившись, обняла мужчину за талию. Прижалась к его спине, отдавая свое тепло. Роланд вздрогнул, но не повернулся. Ему было уютно стоять вот так, рядом со мной. Я чувствовала это по тому, как расслабилось его тело. Затем мужчина медленно повернулся ко мне и посмотрел в глаза.

— Какое счастье, что ты рядом! — сказал он без улыбки. Потянулся ко мне, обхватил руками, накрывая мои губы медленным, полным любви поцелуем. Я почувствовала, как предательски задрожало мое тело, вспоминая вчерашнюю ночь. Я покраснела и заметив это, ведьмак улыбнулся.

— Тебе больно? — вдруг спросил он.

Больно ли мне? Наверное, сейчас нет. Не так больно, как могло бы быть. Я не жалела ни одного мгновения о том, что было между нами двоими и о том, что еще будет тоже никогда не пожалею.

— Мы найдем Терезу! — пообещал мне Роланд.

Я кивнула.

Скрипнувшая дверь заставила меня оглянуться через плечо.

Сторож вошел в гостиную держа в руках огромный серебряный поднос, заставленный тарелками с едой. Я мельком увидела нарезанное кусками копченое мясо, хлеб, пышными ломтями, сыр и два кувшина с чашками. Водрузив все это богатство на стол, он пригласил нас присесть.

— Чем богат! — произнес мужчина и улыбнулся.

— Мы все еще не знаем вашего имени! — заметил ведьмак, когда мы присоединились к хозяину дома.

— И правда, — встрепенулся бывший воин. — Как я неучтив! — его взгляд скользнул сперва по моему лицу, затем застыл на Роланде.

— Мое имя Клеман, Клеман Ватроба! — представился сторож.

Роланд почтительно кивнул и назвал наши имена.

— Я покажусь вам весьма странным, если скажу, что мне кажется, будто я где-то уже видел вас! — зачем-то добавил Клеман, кивнув на ведьмака.

— Это вряд ли! — усмехнувшись, ответил тот. — Я слишком давно не бывал в этих местах, пан Ватроба!

— Но ведь бывали! — заметил сторож.

— Расскажите нам о замке! — я вмешалась в разговор, решив сменить неприятную Роланду тему. Пан Клеман это заметил, но возражать не стал.

— Да тут особо и нечего рассказывать, — он потянулся к кувшину и на правах хозяина разлил по чашкам пиво. — Я прибыл в эти края с князем Богуславом, получившим этот дом и земли в дар от правящей княжны Сапеги, которая, кстати, в этом году сочеталась браком с соседним правителем князем Велиславом, да будет этот брак нерушимым! Так вот, прожил здесь мой князь с полгода, да съехал.

— Почему? — удивилась я.

Мужчина пригубил пиво.

— Темная история! — ответил он.

Я покосилась на Роланда. Тот спокойно ел и пил, только краем уха слушая наш разговор, или просто делая вид, что слушает в пол уха. На самом деле он был весь во внимании, уж я то знала.

— Что за история? — продолжала я выпытывать у старого вояки.

— Да вот расскажу, если панна желает! — хитро усмехнулся Клеман.

— Желаю! — отозвалась резво.

— Говорят, хотя, что там говорят, это было на самом деле и не так давно, — начал мужчина, после того, как в очередной раз смочил горло пивом, — здесь в замке было убито многу народу. Какая-то ведьма, уничтожила короля и всех его придворных, и родню. Собрались они вместе, якобы на свадебку, а она им яду подмешала. Мстила, зараза! Все померли, кроме принцессы, да еще пропала одна княжна маленькая, тоже из родни Сапеги.

Я нервно улыбнулась.

— Так вот, замок после опустел. Тела сожгли, но долго еще никто не решался жить в этих местах, пока указом наследницы земли не перешли под начало моего князя. Да вот только, и он не нашел здесь счастья. Какая-то неизлечимая болезнь скосила всю его семью. Сперва умер сын-наследник, затем и младшие дети, а когда позвали мага, чтобы тот разобрался в происходящем, тот сказал, что над местом тяготеет проклятие. Все умершие, что тогда потравились в замке, до сих пор блуждают в его стенах, не находя себе покоя.

— В замке есть призраки? — удивилась я.

— Я не видал, но по ночам в окнах действительно зажигаются огоньки, хотя… может мне и мерещится, после всех этих историй. Утверждать не берусь.

Я покосилась на Роланда. Тот спокойно продолжал трапезу.

— Мы посмотрим? — обратилась к ведьмаку.

— Вам-то зачем? — удивился воин. То ли не разглядел серебряную рукоять ведьмачьего меча, то ли не встречал еще подобных моему спутнику.

— Я ведьмак! — отставив чашку, произнес Роланд и пристально посмотрел в лицо пану Ватробе.

— Ишь ты, ведьмак! — выражение глаз мужчины не изменилось.

«Значит, все он сразу понял!» — подумала я.

— Ну, раз ведьмак, то окажи любезность, посмотри, что в замке творится!

— Поедим и отправимся! — ответил сторожу Роланд.

Остаток обеда прошел в бесполезных разговорах. Видимо, пан Ватроба соскучился за общением, потому что начал нам рассказывать о своих похождениях в молодости. Роланд снисходительно улыбался, я кивала, хотя все мои мысли уже занимал замок и его призрачные обитатели, если таковые там в действительности находились. Когда, наконец, насытившись и, отодвинув прилично опустевшие тарелки, мы встали из-за стола, поблагодарив гостеприимного хозяина, Роланд попросил пана Клемана, чтобы наши лошади остались на время в его конюшне. Старый воин согласно кивнул и, проводив нас на двор, сказал:

— Возвращайтесь до темноты. Я приготовлю ужин!

— Непременно будем! — махнул мужчине рукой ведьмак и мы вместе отправились по тропинке дальше к замку. Мрак скользнул вперед, умчался по тропинке, взбивая лапами снег.

— Жду! — крикнул нам во след пан Ватроба и вернулся в дом, а мы зашагали вперед.

— Ты же нарочно завела этот разговор, чтобы старик пустил нас в дом! — спросил меня Роленд, когда мы вошли в заснеженную аллею, тянувшуюся до самого замка.

Я кивнула.

— Умница, Уля, — сказал и посмотрел тепло и с любовью. Я не удержалась и прижалась к его руке, переплела наши пальцы. Так взявшись за руки мы и подошли к высоким деревянным воротам. Роланд застыл, подняв голову и глядя на черное кольцо, служившее своеобразной ручкой. Лев, держащий в пасти кольцо, казалось взглянул на нас исподлобья.

— Пойдем! — потянулся ведьмак к кольцу. С силой дернул на себя.

Скрипнули давно не смазанные петли и двери открылись. Я почувствовала, как из нутра замка дыхнуло запахами плесени и запущения, поморщилась. Повеяло холодом и сыростью.

— Как ты думаешь, — спросила я, глядя на то, как Роланд заходит в холл, — там действительно есть призраки?

— Боишься? — оглянувшись, он усмехнулся.

— Нет, но… — я осеклась, сообразив, что ведьмак шутит.

— Каждое зло оставляет свой след, — произнес он, пока я следовала за ним, погружаясь в затхлый запах замка. — А здесь произошло ужасное. Все может быть!

— Я удивляюсь, твоему спокойствию, — призналась тихо.

— Это нелегко! — ответил Роланд и мы прошли в высокий холл. Волкодав следом за нами.

Здесь было темно. Нижние окна кто-то забил досками и дневной свет едва мог проскользнуть через тонкие щели, расчертив мраморный пол тонкими линиями. Я огляделась. Былое величие еще ощущалось в толстых стенах. Все скульптуры, что стояли приветствуя нас, были покрыты толстым слоем пыли. Они стояли, склонив головы и печально взирали на нас. Казалось, в замке никто не жил целую вечность. Я покосилась на ведьмака. Он замер, вслушиваясь в тишину.

«Как тяжело ему, наверное, видеть родовое гнездо в таком запущении!» — подумала я.

— Здесь что-то есть? — спросила в слух. Голос прошелся под высоким сводом, ответив эхом.

— Есть, есть…

Ведьмак покачал головой.

— Пока ничего не чувствую! — сказал он тихо, но эхо услышало и так же тихо подсказало:

— Чувствую!

Я поежилась. Мне было как-то совсем не по себе в этом месте. Стены словно стали сдвигаться, нависая, подавляя своим видом. Шагнула назад, налетев на Мрака, что стоял позади. Он тоже чувствовал себя неуютно. Оглядывался, словно что-то вспоминал. Мне показалось, что Генрих снова вернулся. Это замок повлиял на его сущность. А затем я ощутила холод. Воздух заледенел. Щеки закололо морозом, еще более сильным чем тот, что был вне стен.

— Роланд! — шепнула я.

Но ведьмак уже почувствовал прикосновение потустороннего. Шагнул назад, пятясь, а затем схватил меня за руку и поспешил к двери.

— Призраки! — сказал он.

Перед нами, махнув пушистым хвостом, пролетел Мрак. Он первым выскочил за двери и помчался прочь от здания. Мы следом за ним. Я услышала дикий вой, а затем с силой захлопнулась дверь и что-то затрещало за нашими спинами.

Роланд остановился и оглянулся назад. Я последовала его примеру и успела увидеть бледное тело, наполовину выходившее из двери. Длинные волосы развивались, словно от сильного ветра. Это была женщина и судя по выражению лица ведьмака, он знал ее.

Призрак посмотрел нам во след, а затем протянул руку и указал пальцем на моего спутника. Тонкие бескровные губы зашевелились, но ни слова не сорвалось с них, хотя женщина явно пыталась что-то произнести. А затем она исчезла, как и не бывало.

— Роланд! — только сейчас я заметила, что ведьмак с силой, причиняя боль, сжимает мою руку.

— Что? — он встрепенулся и опомнившись, разжал пальцы. Повернулся ко мне.

— Прости, я не нарочно! — извинился за боль.

— Я знаю! — кивнула я и спросила. — Кто это был? Тот призрак и что она хотела нам сказать!

Впервые я видела, что мой ведьмак стал бледнее снега и уже пожалела, что задала свой вопрос. Но он ответил и его ответ меня не успокоил.

— Это была моя мать и она сказала… — мужчина запнулся, — сказала, что давно ждет меня!

От этих слов по моей спине пробежали мурашки. Страх заковал сердце, схватив его ледяными цепкими руками и, оглянувшись на замок, я могла только жалеть о том, что вернула назад его владельца.

Деревня, в которую Еву забросил портал, оказалась весьма зажиточной, с крепкими домами и широкими дворами, с садами, разбитыми на участках. Здесь была даже главная улица, выложенная камнем — с претензией на растущий городок. Крытые черепицей крыши выбрасывали дым в синее небо, пока пани Возняк шла мимо домов, оглядываясь по сторонам и размышляя о том, как ей найти здесь ту, за кем ее послала Агнешка.

Но Ева зря волновалась. Дом, в котором находилась неизвестная ведьме Тереза, нашелся сам. Длинная темная вывеска с деревянным черным вороном, венчавшим хрустальный шар, тоже выполненный из дерева и расписанный каким-то умельцем под стекло, сразу привлекла внимание пани Возняк, стоило ей свернуть с главной улицы на параллельную, что вела, как оказалось позже, к владениям князя, которому эта деревня и принадлежала.

Дом местной знахарки оказался всего в один этаж, но был сложен из камня и достаточно большой для одинокой ведьмы. Ева поднялась по ступеням и решительно постучалась. Ей открыла старуха в черном платке с масляными глазками. Прошлась взглядом по лицу Евы и спросила:

— Что за беда привела тебя, красавица?

Ева усмехнулась.

— Мне нужна Тереза Гижицкая, хозяйка этого дома! — сказала она. — А про свою беду я расскажу ей лично, а не стоя на пороге.

Старухе ответ не понравился, но она не посмела возражать, глядя в глаза ведьмы и просто уступила ей дорогу, отошла в сторону.

— Обождите здесь, пани, — прошамкала она, — я пойду спрошу хозяйку, сможет ли она вас принять.

— А ты скажи пани Терезе, что я от Агнешки и узнаешь! — усмехнулась Ева и проводила взглядом горбившуюся спину, исчезнувшую за дверью, что вела куда-то в глубину дома. А сама после осмотрелась.

Дом как дом. Сразу видно, что здесь живет ведьма. Побрякушки, разные безделушки, что сверкали золочеными боками, яркие шторы на окнах, лавка застелена вязаным пледом, под ногами ковровая дорожка в полоску, на столе моченые яблоки и две свечи в серебряных подсвечниках… Ничего особенного для себя Эвка не обнаружила.

Она не успела даже присесть на лавку, когда двери снова отворились, выпуская в маленькую гостиную красивую молодую женщину лет тридцати или около того. Нет, на первый взгляд, она казалась даже моложе, и Ева могла точно сказать, что именно использует для омоложения ведьма Тереза, но от взгляда пани Возняк не укрылся истинный возраст женщины.

«Рановато ей еще молодится!» — отчего-то подумалось Еве, а Тереза меж тем прошлась заинтересованный взглядом по гостье и улыбнулась.

— Доброго дня, пани…

— Ева Возняк, — представилась посланница Агнешки.

— Пани Возняк, — продолжила Тереза. — Теперь я знаю ваше имя и поверьте, весьма рада нашему знакомству.

— Это взаимно! — солгала Ева.

— Но прошу вас пройти в мою комнату, здесь разговаривать не удобно, а Мария нам принесет чай! — распорядилась молодая ведьма и Эвка проследовала за Терезой в следующую, соседнюю с гостиной комнату.

По всему было видно, что пани Гижицкая благородных кровей. Это Ева отметила сразу. Речь, движения, даже скрытая надменность во взгляде… Она была воспитана и умела себя преподнести. В памяти пани Возняк всплыла старая история и ведьма только сейчас поняла, с кем имеет дело.

«Получается, Агнешка укрывала все это время убийц короля!» — догадалась Ева и вздрогнула от осознания этого факта. Жестокой убийство на свадьбе… Тогда еще долго искали женщин рода Гижицких. Все знали, что это они уничтожили род Сапеги, оставив только малышку дочь, что сейчас и правила вместо отца. Старая и очень темная история, полная смертей и ненависти.

— Присаживайтесь! — комната, в которую завела Тереза Еву была слишком похожа на будуар княгини. Обставлено дорого и вычурно.

— Спасибо! — Эвка села на стул с мягким сидением, хозяйка дома расположилась, напротив.

— Я догадываюсь, что привело вас сюда! — произнесла Тереза.

— Не уверена! — с улыбкой заявила Ева.

— Как же, — передернула плечами молодая ведьма, — Агнешка снова велит мне перебираться у другое место, снова скрываться от возмездия, — легкая улыбка тронула полные губы молодой женщины, — но я больше не хочу убегать. Здесь меня все устраивает. Я работаю, у меня появился достойный покровитель и мне не страшна кара небесная!

«Видимо, покровитель — это сам князь или его сын, если таковой у этого неизвестного князя имеется! — решила Ева. — Этим и объясняется дорогое убранство дома!»

А вслух она сказала следующее:

— Боюсь огорчить вас, пани Гижицкая!

Тереза нахмурилась.

— Сестра Агнешка велела мне привести вас в Круг.

— Что? — вырвалось у молодой ведьмы.

Двери резко распахнулись, впуская старуху Марию с подносом. Пока женщина ставила на столе чайник и чашки, гостья и хозяйка дома обе молчали и только сверили друг друга взглядами. Но едва Мария вышла, как Тереза резко встала на ноги и покачала головой.

— Я не пойду! — решительно заявила она.

— Вы не можете отказаться! — произнесла тихо Ева.

— Почему это? — вспыхнула панна. — Я ничего не должна ни Кругу, ни сестре Агнешке!

Ева плавно поднялась на ноги, покосилась на чай, понимая, что отведать пряников ей не удастся, а затем подняла взгляд на Терезу.

— Мне было велено передать вам следующие слова! — протянула она, смакуя реакцию молодой женщины. Та казалась испуганной и явно не хотела куда-то уезжать из обжитого места.

— Вам просили напомнить, что пришло время платить по долгам! — закончила Ева и тут Тереза рванулась в сторону. Пани Возняк увидела, что молодая ведьма намеревается выскочить за дверь и подняла руку, направив ее в спину Гижицкой. Яркая вспышка сорвалась с пальцев Евы, ударила в спину Терезы и рассеялась, растеклась по поверхности платья.

— Стой как есть! — выкрикнула Возняк и Тереза застыла, словно окаменев. А Ева достала из складок платья маленький черный камень, бросила его на пол и на мгновение прикрыв глаза, представила себе дорогу перед зданием Круга. Камень открыл портал. Черный зев раскрылся, приглашая ведьму проследовать в пустоту. Ева схватила Терезу за руку и потянула за собой. Молодая ведьма, опутанная заклятьем, не могла даже моргнуть и повиновалась, послушно ступив в черноту…

… Когда на шум в комнату хозяйки зашла Мария, она увидела лишь опустевший будуар и чай, остывающий на столе.

Княжна и ее гостья пропали.

Пан Ватроба встретил нас с вопросом, застывшим во взгляде. Роланд сел на лавку и снимая со спины перевязь с мечом, произнес:

— Замок просто кишит призраками, — и посмотрел на сторожа, — как давно они появились в нем? Я бывал здесь несколько лет назад и замок был пуст и пригоден для жизни!

— Черт его знает, — пожал плечами Ватроба. — Никто точно не скажет, когда здесь начали происходить темные дела, — а затем спросил, — так вы возьметесь?

— Слишком много призраков, — качнул головой Роланд, — но у меня есть идея. Сегодня мне надо подготовиться, а завтра вечером отправимся в замок.

Он перевел взгляд на меня. Я сидела перед камином, рассеяно поглаживая Мрака. Сейчас рядом со мной был обычный пес, просто огромный и умный. От Генриха в нем оставались жалкие крохи.

«Время уходит!» — сказала я себе. Нам с Роландом надо действительно торопится.

— Я приготовил вам спальню наверху, — сказал старый воин.

— Благодарю! — отозвалась я.

— Вы же спите вместе? — усмехнулся он. В глазах мужчины сверкнули искорки.

— Пани Ульяна моя помощница и невеста! — отозвался ведьмак и я невольно вздрогнула от этих слов.

«Невеста?» — почему я узнаю об этом только теперь.

Я посмотрела на Роланда, и он одними глазами ответил на мой немой вопрос:

«Поговорим позже!»

Я кивнула. Позже так позже. Действительно, не стоит приставать с расспросами к ведьмаку при этом человеке, пусть и хорошем, но все же чужом для нас. Мы не знаем его, а потому стоит поберечься.

Пан Ватроба направился на кухню, я вызвалась было помочь ему, но старый вояка отказался.

— Не стоит меня баловать, милостивая панна! — он улыбнулся. — Вот уже сколько лет моя кухня не видела женской руки. Я привык все делать сам. Так не будем менять привычек.

Я улыбнулась в ответ и проследила взглядом за тем, как мужчина удалился, а затем обернулась к Роланду.

— Поговорим позже и наедине! — тихо проговорил он. — Тебе стоит посмотреть свою книгу, может быть там будет что-то полезное!

У меня было много вопросов к ведьмаку, но пока решила промолчать и действительно дождаться вечера, когда мы отправимся спать. А из головы никак не уходили слова, оброненные Роландом, где он назвал меня невестой. Я не могла понять, серьезно ли это сказал ведьмак, или просто хотел защитить репутацию ведьмы?

«Он любит тебя и это главное!» — прошептало сердце, но как же сильно мне хотелось, чтобы слова мужчины были истиной.

Я промолчала и тут.

«Позже… скажет сам, если посчитает нужным!» — я решила не давить на Роланда и уж тем более не лезть с расспросами. Если сказал серьезно, то повторит мне снова. Если же нет, то надо постараться успокоить сердце.

«Лишь бы вместе!» — подумалось мне, и я почти поверила в эти мысли.

Прошло несколько дней, а от Зимовита не было ни слуху, ни духу. Есеслава готовилась к худшему, прекрасно понимая, что далеко не каждый, даже влюбленный мужчина, решит соединить свою судьбу с женщиной, пережившей подобный позор. И пусть Еся считала себя не виновной в том, что потеряла самое дорогое, что жена должна дарить мужу в первую брачную ночь, она все же переживала, что теперь Зимовит видеть ее не захочет и подтверждением всему было долгое молчание.

Отец не трогал более княжну, только изредка косился и хмурил брови, покачивая головой, словно говорил: «Упустила свое счастье, глупая!» — но Еся оставалась верна себе и своей чести.

«Только так я смогу быть свободна и не бояться, что позор раскроется. Теперь, если Зимовит примет решение, оно будет обдуманно и истинно верно!» — думала княжна и в то же время ее сердечко измучилось в ожидании. Она стала ловить себя на том, что часто подходит к окну, словно ожидает, что вот-вот прилетит сокол, хотя девушка и понимала, что если птица и появится, то только у дома сокольничего. А уж тот после и принесет весть…

— Развеялась бы ты, голубушка! — говорила девушке старая нянька, уже совсем слепая, но умеющая слышать сердцем, как это могут только старики, прожившие долгую и мудрую жизнь.

— Не хочется, — отвечала Еся и принималась за шитье или вышивку, сидя в своей комнате.

Княжна все ждала и ждала, терпеливо складывались минуты в часы, часы в дни, а дни плавно перешли в неделю.

Сокола по-прежнему не было.

«Что если он и вовсе не напишет?» — позволила сомнениям взять верх над разумом девушка.

«Тогда тебе остается только один путь!» — отвечала она сама себе.

Круг.

Высокое здание Круга никогда не нравилось Терезе. Она помнила, как однажды, много лет назад, мать привезла ее сюда. Тогда еще был жив отец и они приехали в дорогом экипаже. Малгожата поднялась на крыльцо, держа дочь под руку и уверенно постучала в двери, а затем была встреча со старой ведьмой, которая говорила странные вещи. Терезе было лет двенадцать, она плохо помнила все, что тогда было произнесено старшей сестрой, звавшейся Агнешка, но одно запомнила навсегда.

Ей отказали. Ее не приняли в Круг, как ранее отказали княгине Гижицкой.

— Вы обе слишком слабы! — заявила Главная ведьма. — Использовать артефакты слишком мало для нас. Чтобы стать одной из сестре надо иметь большую силу.

Княгиня Гижицкая была разочарована. Она недовольно сморщила нос и схватив дочь за руку, потянула к выходу, но Агнешка внезапно велела Малгожате оставить ее с Терезой наедине. Княгиня не посмела отказать, в душе надеясь, что все же, может быть, ее дочь сгодится. Быть в Круге означало иметь поддержку всех сестер, их помощь и укрытие, если вдруг произойдет непоправимое.

Малгожата Гижицкая вышла, сказав Терезе, что будет ждать ее в карете, а Агнешка усадила девочку в кресло и дождалась, пока закроется дверь за княгиней и лишь после этого заговорила.

Она не стала ходить вокруг до около и сразу сказала то, что намеревалась. Тереза слушала и не совсем понимала. Только после, спустя несколько лет, когда старая ведьма появилась снова в ее жизни, княжна наконец осознала смысл сказанных слов.

— Если выполнишь то, что надо, когда я призову, я помогу тебе, когда придет твой час! — сказала Главная ведьма. — Я вижу и знаю будущее. Вас с матерью ждет беда.

— Что за беда? — спросила девочка.

— Я не могу сказать! — качнула головой Агнешка. — Никто не вправе вмешиваться в ход судьбы. Плата за это слишком велика. Никто не имеет права вмешиваться и в прошлое, чтобы попытаться изменить ход будущего, потому что то, что должно, всегда случится, но если вмешаться, то можно сделать только хуже!

А затем она рассказала девочке о том, что ждет от нее.

Тереза выслушала и … позабыла. Нет, сперва в ее памяти были живы слова старухи, прятавшей старость под личиной молодости и красоты. В отличие от матери, княгини Гижицкой, Агнешка не прибегала к черным ритуалам и не возвращала свое здоровье и молодость, отнимая чужие жизни. Она продлевала свою иным способом, о котором никто в Круге не знал.

Когда разговор был закончен, Тереза покинула здание Круга и забралась в карету к матери. Княгиня набросилась на дочь с расспросами, но Тереза молчала. Ей строго-настрого запретили что-либо рассказывать, и Малгожата отстала, негодуя только по одному поводу — ее дочь, как и саму Малгожату, Круг не принял.

— Ничего! — проговорила княгиня. — Мы проживем и без защиты Круга!

Карета тронулась в путь, и девочка по имени Тереза покинула тот город, как она думала, навсегда, но вот прошли годы и теперь она снова стояла перед той же дверью, на крыльце старого здания, смотрит, как ее спутница уверенно открывает двери и кивком головы велит княжне проходить внутрь.

— Жди здесь! — проводив Терезу в небольшую гостиную на первом этаже, Ева Возняк ушла.

Бывшая княжна Гижицкая, а ныне княгиня Северин, осталась одна в темной комнате, освещенной только огнем свечи, что трепыхался в самом углу, отбрасывая жуткие тени по стенам. Тереза была удивлена. Ей показалось, что в доме никого нет. Стены мрачно взирали на молодую ведьму, давили своей тяжестью, словно живые с интересом рассматривали гостью и кажется, думали, что делать с ней.

Тереза поежилась, а затем услышала тихий голос. Она сразу узнала его.

— Сестра Агнешка, — Тереза повернулась в двери и поклонилась высокому силуэту, застывшему в проходе. Старая ведьма прошла вперед.

— Здравствуй, Тереза! — проговорила она и тенью скользнула мимо молодой женщины. Тереза подняла глаза и не узнала в этой тени прежнюю ведьму. Она заметно постарела. Кажется, магия Главной ведьмы больше не могла удержать морок и теперь через молодое, наложенное поверх истинного вида, тело, проглядывала уродливая старуха со сморщенным лицом и дряблой кожей.

— Ева говорила, ты не хотела приходить! — произнесла Агнешка и покачала головой, прищелкнув языком. — Так нельзя. Мы же договорились.

— Вы сказали мне, что я могу жить, как хочу. Что я в безопасности! — ответила молодая ведьма вскинув голову. Сейчас, когда она видела перед собой не всесильную Главу, а просто старуху, она расслабилась, понимая, что больше не боится Агнешки. И сделала ошибку.

— Не смей дерзить! — прошептала старуха и вскинула руку в направлении Терезы. Женщину отшвырнуло назад, словно кто-то огромный нанес удар в грудь, выбив из легких воздух. Ударившись о стену, услышав, как затрещали кости, Тереза сползла на пол и, задыхаясь, стала разрывать на груди одежду, словно это могло позволить ее легче дышать. Но удушье сковало нутро, страх ударил в виски, расширил глаза.

— Дыши! — щелкнула пальцами Агнешка и воздух снова ворвался в легкие Терезы. Она повалилась на ковер, захрипев.

— Ты пришла выполнить свое обещание! — продолжила сестра Агнешка. — Ты же помнишь, как я помогла тебе, когда вы с матерью бежали после убийства Его Величества с твой собственной свадьбы!

Тереза с трудом приподнялась. Ее глаза слезились, размывая образ старой женщины.

— Если бы не моя помощь, твой муж давно отыскал бы тебя и сейчас был свободен, а ты мертва! — продолжила Агнешка. — Он, кстати, не так давно наведывался ко мне. Просил помочь найти тебя. Хочет освободиться от этих уз, что связали вас у алтаря. Мне пришлось солгать.

Тереза всхлипнула и тяжело поднялась на ноги. Пошатнулась, а затем посмотрела на Главную ведьму.

— Вам двоим теперь нет места на этой земле! — сказала Старшая сестра. — Анджей нашел женщину, которую полюбил и теперь как никогда мечтает отыскать тебя и расправиться… Ради нее!

— Мне плевать на его любовь! — выдохнула княжна. — Я просто хочу жить, как и жила прежде.

— А ведь ты ни разу не спросила о своей матери! — улыбнулась Агнешка.

— Наши дороги разошлись! Она оставила меня и больше не искала. Я не видела ее с того самого дня, когда была свадьба! — молодая ведьма поправила волосы, разметавшиеся после полета и удара о стену. Постаралась распрямить спину и вернула взгляду прежнюю уверенность, хотя внутри, в самом сердце затаился страх и Агнешка видела этот страх. Он смешил ее, как и тщетные попытки Терезы сделать вид, что она ничего не боится.

— Если выполнишь то, что должна, я обещаю, получишь долгожданный покой! — пообещала старая ведьма.

— Клянешься? — чуть прищурила глаза бывшая княжна Гижицкая.

Агнешка жутко улыбнулась и кивнула. А затем указала рукой на кресло, стоявшей перед темным камином.

— Присядь, — велела она, — и мы все обсудим!

Терезе не оставалось ничего иного, как послушаться.

Комната, которую нам выделил старый вояка, находилась на втором этаже его маленького домика, но оказалась весьма уютной и прибранной, словно пан Ватроба каждый день ожидал гостей.

Широкая кровать застелена теплым пледом, стены затянуты старыми шелковыми обоями, тяжелые шторы на окнах…

Роланд развел огонь в камине, и мы вместе сели у пламени. Я достала ледяную книгу, а Роланд стал готовить какие-то зелья, смешивая их из тех, что уже имелись у него в запасе.

— Что ты делаешь? — спросила я, положив книгу на колени.

— Хочу обмануть призраков, — он мягко улыбнулся. Карий взгляд соскользнул с моих глаз и переместился на губы. Я непроизвольно облизнула их, и ведьмак потянулся ко мне, забыв о колбочках, что посыпались с его колен, стоило ему пошевелиться. Но ни он ни я этого не заметили. Я только почувствовала, как задрожало мое тело в предвкушении удовольствия, которое дарили прикосновения любимого.

Руки Роланда проворно забрались под мою одежду. Я сама не заметила, как осталась только в одной сорочке. Он опустил меня на звериную шкуру, осторожно лег сверху, касаясь губами то губ, то щек, то кожи на шее и опускаясь все ниже и ниже. Прикрыв глаза, отдалась нежности. Сотни иголочек пронзили позвоночник, заставили выгнуться навстречу мужчине. Подол был бесстыдно задран кверху и то, что там делал со мной Роланд заставляло меня одновременно краснеть и таять в его руках.

Я и думать забыла о призраках, о своих переживаниях. Ведьмак прогнал страхи, оставил в сердце только любовь. Его поцелуи прогоняли тьму, я раскрывалась ему навстречу, желая только одного — стать единым целым со своим мужчиной и благодаря всех богов, что в минуты нашего единения отступала и боль, что продолжала мучить меня после первого раза.

Безумие длилось недолго, но казалось прошла целая вечность, пока мы сгорали в пламени страсти. Когда обессиленная, я легла на спину, счастливо улыбаясь куда-то в потолок, Роланд неожиданно перекатился на бок и потянулся к своим вещам. Я легла, подперев голову ладонью и посмотрела на своего мужчину, пока он что-то доставал из сумки.

— Я отвлекла тебя! — произнесла извиняющимся тоном, хотя вовсе не жалела об этом.

— Я не чувствую в тебе раскаянья, маленькая ведьмочка, — пошутил он не оборачиваясь. Мне стало интересно, что он там делает, при этом старательно прячет от меня. Я привстала, но в этот же момент Роланд обернулся ко мне. Его лицо, глаза, губы улыбались, но я заметила напряжение, сковавшее любимые черты.

— Что-то не так? — всполошилась я.

— Уля, — он придвинулся, пряча руки за спиной.

Я нахмурилась.

— Что произошло? — села, вглядываясь в глаза мужчины.

— Я понимаю, что сейчас не то место и, не то время, — произнес он нерешительно, и я обомлела. Никогда не думала, что этот мужчина может в чем-то сомневаться.

— Ты помнишь Збигнева… — произнес он.

— Берендей! — кивнула я. Кузнец, которого Роланд спас от гнева стражи и позволил спать заклятью, когда не стал вмешиваться в вершащееся возмездие.

— Помнишь, тогда у моста… — ведьмак смотрел в мои глаза, — тот мальчишка, что передал мне сверток, ты еще тогда спросила, что в нем…

Помнила ли я? Конечно помнила, как и ответ Роланда на мой вопрос. Но уже тогда я догадывалась, что в том свертке, просто не хотела признаваться себе самой.

Роланд медленно протянув ко мне свою руку, и я уронила взгляд. Сердце замерло, когда я увидела то, что протягивал мне мужчина.

«А ведь ты с самого начала знала!» — мелькнуло в голове, и глупая улыбка растеклась по моим губам.

— Ты выйдешь за меня? — ведьмак все еще был напряжен. Слишком напряжен.

В груди словно распрямилась пружина. Стало даже больно от нахлынувшего счастья. Я вскрикнула нечто невразумительное, а затем быстро закивала головой. Роланд выдохнул.

— Я найду Терезу, и ты станешь мне женой. Единственной и желанной! Самой любимой и самой прекрасной для меня! — он взял мою руку в свою. Кольцо работы кузнеца Збигнева, из белого золота, тонкий ободок с рунами, которые должны принести счастье паре, что станет носить их на своих руках — оба лежали на ладони ведьмака. Он взял то, что поменьше и надел на мою руку, и я заметила, что при это пальцы его дрожали.

— Навсегда! — прошептал мужчина и поцеловал мою ладонь.

— Навсегда, — повторила я и надела второе кольцо на его палец…

Стоит ли говорит, что оба золотых ободка идеально легли по размеру? А когда Роланд снова притянул меня к свое груди и поцеловал, подарив ощущение нежности и уверенности в нашем чувстве. Мои мысли были о Збигневе. Я не понимала, как только кузнец мог знать… Но видимо, он видел больше чем мы оба.

— Люблю тебя, — я потянулась к мужчине. Стоило нашим губам снова соединиться, как жар растекся по телу. Оно снова загорелось.

— Уля! — рассмеялся Роланд и я подхватила его смех. Так мы никогда не поможем Мраку. Мысли о княжиче отогнали прочь веселье. Стало неожиданно стыдно. Пока мы тут милуемся, вместо того, чтобы искать возможность помочь другу, тот медленно превращается в собаку. Если мы опоздаем, Генрих так и останется волкодавом, и это будет на нашей совести.

— Давай работать! — кивнула я и Роланд, натянув штаны, снова присел рядом, сгреб колбочки и оглянувшись на меня, подмигнул.

— Давай! — произнес он.

Я подтянула к себе книгу, открыла ее и стала пролистывать в поисках хоть чего-то, какой-то зацепки которая могла помочь, хотя я понимала, что у ведьмака уже появился какой-то план. Иначе он не стал бы торопиться сюда.

Вспомнив про картинку с изображением Мары, стала лихорадочно искать страницу с нужным рисунком, а когда нашла, окликнула ведьмака — тот как раз вливал содержимое одной колбы в другую, размером побольше.

— Ммм? — он скосил глаза.

— Тут написано на мертвом языке! — я подтолкнула книгу к ведьмаку. — Если можешь, переведи. Мне надо знать, о чем здесь говорится!

Роланд отложил зелье, предварительно закупорив колбы и нагнулся над книгой. Стал читать, а я просто сидела рядом и следила за выражением его лица, почему-то размышляя о том, как красив мой мужчина.

«Мой будущий муж!» — напомнила себе. В слове Роланда я не сомневалась, как в себе самой. Сказал, значит, найдет Терезу и сделает все, чтобы мы с ним были вместе, а эта ведьма дала ему свободу, столько долгожданную для нас обоих.

«Где она скрывается?» — задумалась я и неловко закусила губу.

— Ты уверена, что хочешь знать о том, что здесь написано? — спросил ведьмак, открывая меня от мыслей.

— Конечно! — закивала горячо.

— Это легенда о живой и мертвой воде, — Роланд хотел толкнуть книгу ко мне, но передумал. — Ты же понимаешь, что живая и мертвая вода представляют собой совсем не то, что рассказывают в сказках. Живая вода может только заживить раны, даже на мертвом теле, но не возвращает к жизни, а мертвая… — он запнулся, а я уронила взгляд на изображение Мары. Мне на короткий миг показалось, что картинка ожила. Мара повернула ко мне свое лицо и нахмурилась, а затем книга стала сама листать страницы, будто сильный ветер повеял, дыхание которого было ледяным. Я и думать забыла о словах ведьмака, да и он сам сидел, немного удивленно глядя на ожившую книгу. А затем все остановилось, и книга застыла, открывшись на предпоследней странице.

— Что это? — удивилась я. Мы вместе склонились над картинкой. Текст под ней был написан на доступном моему пониманию языке, что не могло не радовать.

— Это, — произнес Роланд тихо, — подтверждение моей догадки и ответ на наш вопрос!

Я смотрела на изображение, на котором была нарисована расплывчатая фигура, застывшая в портале и вторая, имевшая более четкие очертания, следующая за первой.

— Значит, у тебя есть план? — спросила я.

— А ты решила, что мы сунемся в логово призраков наобум, — он рассмеялся тихо и не злобно.

— Почти! — ответила с улыбкой.

— Сейчас я тебе все объясню, и ты поймешь, — он потянулся ко мне. Широкая мужская ладонь легла поверх моей. Что и говорить, мои пальцы утонули под его рукой, но от этого глубоко внутри появилось ощущение невероятной защищенности. Словно так и должно быть.

— Тебе завтра придется быть сильной! — произнес ведьмак.

— Я же обещала помочь Мраку! — киваю головой, отдавая себе отчет, что прогулка в замке мне может совсем не понравится. Я боялась, но время Генриха уходило.

— Я постараюсь помочь тебе, — продолжил Роланд, — я сделаю все, чтобы облегчить твою задачу, но ты должна знать, что достижение основной цели лежит на тебе. Если бы я мог, я бы заменил тебя, поменялся местами, но только ведьма сможет помочь Мраку.

— Говори, что надо делать, и я все выполню! — постаралась придать голосу уверенности и не знаю, получилось ли.

Роланд стал объяснять мне план. Все казалось просто на первый взгляд, но я понимала, что в любой момент что-то может пойти не так, да и все же мои силы слишком закрыты. Пусть они стали просыпаться, но я все равно не была уверена. Если бы у нас еще было время! Но его не было.

Я не стала говорить Роланду о своих сомнениях, понимая, что он может пойти один, а одному ему в этот раз не справиться. А потому я только слушала и запоминала, глядя как при этом, ведьмак смешивает на моих глазах зелья.

«Мне тоже надо подготовиться!» — сказала я себе. Никогда не знаешь, что может пригодится!

Спать легли далеко за полночь. Ветер, поднявшийся с вечера, стучал в ставни и тянул свою заунывную песню, пока я засыпала, положив голову на плечо своего мужчины.

«Завтра все решится, — шептала я про себя. — Завтра мы или спасем Мрака, или обречем на вечную жизнь в шкуре собаки», — и от подобных мыслей мне стало страшно.