Глава 4
Не знаю, сколько времени я убила на то, чтобы снова задремать. Крутилась с боку на бок, сбивая своим копошением постельное белье. Утром, если кто увидит, в какой беспорядок я привела постель, подумают, наверное, я этот самый беспорядок я устраивала не в одиночестве.
Как только так подумалось, к щекам тут же прилил жар. И чтобы хоть немного его остудить, пришлось переворачивать подушку прохладной стороной. Ничего не помогло. Еще и перед мысленным взором предстало лицо Трогира. Момент нашего знакомства, когда он сразу дал понять о своих намерениях. Перепугал своим напором до чертиков. Будь я более скромной и напуганной, точно бы в обмороки падала. От смущения, стыда и страха. Но пока мне удавалось держаться и делать вид, что красноречие тролля до меня не доходит. И всех его намеков я не понимаю. Да и как он себе вообще представляет нашу совместную жизнь? Он же… раздавит меня к чертовой бабушке своим весом.
Тихо зарычав, снова перевернула подушку. Ну вот что за мысли в голову лезут?! Может именно поэтому я и не могу увидеть родителей? Потому что разумом и сердцем сейчас с тем зеленокожим, невыносимым мужчиной. Который на рассвете будет… Ох, и об этом тоже лучше сейчас не думать!
Каким-то чудом мне все-таки удалось заснуть. Просто в какой-то миг в голове стало пусто. А темнота, что до этого раскрашивалась картинками воспоминаний, стала расползаться. Словно на нее капнули отбеливателя. И теперь она постепенно превращалась в серый туман, а затем на смену его пришла раздражающая глаза белизна. Но неприятные ощущения продлились недолго. И вскоре через белый фон стали проступать очертания до боли знакомой квартиры.
Я стояла в погруженной в полумрак прихожей. По тишине, царившей дома, легко можно было понять, что родители спят. И слава богу… Хуже бы было, если бы они по ночам терзались от неизвестности.
Осторожно ступая, стала продвигаться в сторону родительской спальни. Их комната была расположена в дальней части квартиры. Но, пока шла, не издала ни одного звука. Даже скрипучий в некоторых местах пол, не спешил давать родным понять, что в доме кто-то есть. Но если рассудить, что я пришла к ним через сон, то, наверное, сейчас больше похожу на привидение. Моя душа здесь, а тело… В странном мире, где обитают тролли и мерзкие голубокожие безумцы.
Хотела открыть дверь, ведущую в спальню, но рука прошла сквозь ручку. Получается, я на самом деле здесь бестелесное привидение. Лишь бы родителей не напугать своим видом еще больше…
Выдохнув, протянула медленно руку перед собой и шагнула вперед. Вопреки ожиданиям, моя конечность и тут прошла насквозь. Ну что ж… Надеюсь, не застряну наполовину в двери.
Прикрыв глаза, стала осторожно, маленькими шажочками продвигаться дальше. И только когда просчитала, что уже должна была перешагнуть порог комнаты, приоткрыла глаза. Так и есть, я стояла рядом с родительской кроватью.
Они спали… И пусть у мамы были припухшие глаза, а лицо отца осунулось и стало каким-то болезненным, бледным, они были живы. И здоровы, очень на это надеюсь… Теперь нужно было как-то попасть к кому-нибудь из них в сон и попытаться поговорить. Но как это сделать, если раньше мне подобным заниматься не приходилось? Я же не гипнотизер.
Но ведь у меня получилось попасть сюда. Я просто очень сильно хотела этого. Возможно, в этом и заключается суть нашего общения. И чтобы поговорить с кем-то из родителей, мне нужно этого сильно пожелать?
Прикрыла глаза, попыталась расслабиться и снова прогнать из головы ненужные мысли. Нужно думать только о матери… О ее сновидении. А, может, ей ничего и не снится. Но мне нужно, просто жизненно необходимо поговорить с ней. Объяснить, что со мной все в порядке. И что я вернусь… Обязательно вернусь!
И снова тьму стала прогонять серость. Но на этот раз было не так неприятно. Терпимо…
В лицо подул прохладный ветер, а слуха коснулся далекий крик чаек. Где же я оказалась? Что такого снится маме?
Вновь открыла глаза и с удивлением заметила, что стою на песчаном берегу. Босых ног касается теплая вода, беспокойно накатывающая на берег. Вдалеке плыл самый настоящий корабль. На таких, наверное, пираты рассекали водную гладь и брали на абордаж другие суда. Слева от меня, вдалеке, так, что сложно даже было разглядеть, расположились скалы.
Вот всегда знала, что любовь мамочки к историческим любовным романам до добра не доведет.
Обернулась в другую сторону и обнаружила мать, сидящую неподалеку от меня на берегу и обнимающуюся с каким-то плечистым и перекаченным разбойником. Думаю, благородные джентльмены не делают себе татуировок на половину спины.
- Ма-а-ам, - позвала родительницу, во все глаза смотря, как моя любимая мамуля собирается изменить отцу во сне. Впрочем, может быть дело до этого и не дойдет. Но с какого такого этот качок ее здесь нацеловывает?
Мама вздрогнула, услышав мой голос и резко обернулась. Посмотрела неверяще, даже глаза потерла, наплевав на то, что руки в песчинках.
- Варя! – воскликнула ма, вскакивая на ноги. Полуголый пират, на котором из одежды были лишь замученные жизнью серые портки, был забыт. Что ж, не сказала бы, что мне было его жаль.
- Мам, что происходит? – строго спросила, посматривая на разбойника.
- Варя-а-а-а-а! – всхлипнула мама, бросаясь мне на шею. Мой вопрос был внаглую проигнорирован.
- Да, это я, - неуверенно, словно и сама в этом сомневалась, пробормотала. – Ты должна меня выслушать…
- Ты жива? Господи, живые не снятся… Значит… - залепетала родительница, отстраняясь от меня. Но отходить, и уж тем более отпускать, не собиралась. Вцепилась в плечи, почти до боли.
- Что за глупости? – поморщилась, догадавшись, о чем толкует матушка. – Со мной все нормально. Относительно… - это пробормотала тихо. Не смогла сдержаться. Надеюсь только, что мама не услышала последнего сказанного мною слова. – Я попала в другой мир. И…
- Ты на небесах? – перебила меня ма.
Ну, вот что у них за привычка такая – постоянно меня перебивать? С такими темпами я не смогу рассказать ей о причине своего появления в ее сне.
- Мам, я в другом мире, но небесами его сложно назвать.
- Ты а аду?
- Тебе нужно меньше читать всякую ерунду, - снова поморщилась. – Каким-то непонятным образом я нахожусь в мире, где обитают тролли. И есть магия.
- Это, дорогая, тебе не стоит читать всякую дребедень, - проворчала ма. Кажется, она постепенно стала приходить в себя. Точнее свыкаться с тем, что я ей просто снюсь. Уже что-то. Теперь осталось донести до нее информацию, что я на самом деле перенеслась в мир, где существует магия.
- Мама, - строго проговорила, - выслушай меня. Я попала в твой сон не просто так. Пока общаться с тобой или отцом я могу через сны. Мне дали артефакт, который позволяет это сделать. Так же я могу передавать вам какие-либо вещи, не имеющие особого значения. Небольшие… Но… - Стала осматривать себя и только сейчас до меня дошло, что перед мамой, облаченной в обычную пижаму, состоящую из рубашки и просторных штанов, я стою в… да, рубашке. Только не такой теплой и не с милым принтом из маленьких мопсиков. – Короче, - схватившись за свою… пусть будет ночнушку, попыталась оторвать одну пуговицу. Они, к слову сказать, были крупные и поблескивали темно-зелеными крапинками. Таких у мамы дома точно нет. Значит, если она проснется и увидит такую пуговицу, сразу поймет, что все, что ей приснилось, сон лишь отчасти. – Подожди, - выдохнула, когда пальцы уже стали побаливать. Еще немного и натру мозоли. Не думала, что тролли так качественно пришивают к рубашкам пуговицы.
- Леди, - хрипловато произнес подошедший к нам разбойник, - позвольте я вам помогу?
Признаться, было острое желание отказаться от помощи пирата. Изогнутый полумесяцем нож в его широкой ладони был довольно красноречив. Таким, наверное, удобно глотки перерезать, а не пуговицы от ткани отрезать.
- Да, будьте… доборы, - пролепетала, признавая, что без его помощи я могу так и не достичь желаемого. Сон тоже не вечный. Мать или меня может что-то разбудить. А объяснить ей все хотелось именно сейчас.
- Не шевелитесь. И выпустите несчастную ткань, - миролюбиво проговорил мужчина, подходя ко мне почти вплотную.
И тут я задумалась: а так ли должны разговаривать разбойники? Головорезы, привыкшие грабить и, распевая фривольные песенки, кутить день за днем. Или в этом сне все слишком сказочное. И злой пират в итоге должен пасть к ногам своей возлюбленной?
Тихий треск ткани и вот на ладони разбойника поблескивает пуговица. Я смотрела на нее зачарованно и все не решалась почему-то забрать. Как Трогир отнесется к тому, что я подпортила его рубашку? Нет, убить, само собой, не убьет…
- Спасибо, - снова поблагодарила мужчину, все-таки забирая пуговицу. Чувствую, время уже поджимает, нечего мяться. – Мам, забери ее, - сказав это, я протянула матери руку, с зажатой в ней пуговицей. – Когда проснешься, она будет в твоей руке. Или где-то рядом. Надеюсь… Это будет доказательством того, что эта встреча не просто сновидение. И знай, я снова явлюсь вам. Только уже, наверное, отцу. Чтобы, если у него останутся сомнения, развеять их.
- Милая, - принимая из моей руки «подарок» из другого мира, неуверенно начала ма, - ты только не говори своему отцу о… - Она скосила взгляд на вставшего истуканом пирата. – Про мой сон. Сама понимаешь, что он не имеет ничего общего с реальностью.
- Мне ли не понимать, - грустно выдавила из себя.
Мираж, ничем иным это сейчас нельзя было назвать, стал меркнуть. Краски, еще секунду назад такие живые и яркие, расплываться и бледнеть. Как бы ни хотела я побыть еще хотя бы чуть-чуть с мамой, поговорить с ней о том, что со мной случилось, разузнать, в конце концов, как они там, без меня… Ничего не вышло. Меня невидимой силой стало вытягивать из маминого сновидения. А потом, когда на смену яркой и такой реалистичной картинке пришла темнота, я испугалась. Не сразу до меня дошло, что таким образом я просто вернулась в свое тело. Разумом, само собой. Умирать я пока не собиралась. Хотя, не удивлюсь, если и моя душа отправилась сегодня в необычное приключение.
Проснулась резко. Что-то кольнуло в груди, причем так больно, что я вскрикнула. Коснулась рукой места, где покалывало, но ничего не нащупала. Схватилась за рубашку уже двумя руками, оттянула ворот и… заметила, что одна пуговица отсутствует. Неужели получилось? И теперь в родном мире есть маленькая частичка этого? Как бы хотелось в это верить. Знать, что мама поймет все правильно. Сможет объяснить отцу, что я в порядке. И мне… ничего не угрожает. Пока что.
- Трогир, - имя само собой слетело с губ.
Взгляд зацепился за окно. Там, с той стороны, уже просыпалось солнце. А это значит, что рассвет уже наступил.
Все мысли, что сейчас занимали мою голову, разом выветрились. Осталась лишь одна – не дай бог, они уже начали поединок. Но, тишина, царящая на улице, немного успокаивала. Не думаю, что тролли бы спокойно отреагировали на весть, что их король собирается отметелить родного сына.
Вскочив с кровати, чуть было не навернулась на полу. Вовремя успела схватиться за изголовье. Но на этом приступ моей неуклюжести не закончился. Не обратив внимания на табурет, на котором лежало мое новое одеяние, я со всей силы ударилась правой ногой о толстую ножку. Средний палец прострелила боль, и я, схватившись за ногу, стала растирать ушибленное место и тихо шипеть ругательства, выплескивая таким образом скопившиеся напряжение и досаду. И именно этот момент выбрал Трогир, чтобы войти в свой дом. Причем, без предупреждения. Я не услышала даже короткого стука в дверь, которым он бы мог предупредить меня о своем явлении.
Представьте себе картину: лохматая, рыжая девчонка, облаченная в рубашку, у которой отсутствует одна пуговица, скачет на одной ноге, держит другую и ругается. А из-за отсутствующей пуговички рубашка стала походить на соблазнительное короткое платье с глубоким декольте. Ноги оголены до неприличия. Прыгаю, пыхчу, как чайник. Раскраснелась, наверное, вся.
- Мухомор мне в… - проговорил тихо Трогир, закрывая дверь и наваливаясь на нее спиной. Руки он одним нервным движением, сунул в карманы широких темно-серых штанов. Вместо рубашки он сегодня надел кожаный жилет, который, скорее всего, должен был послужить защитой. – Если ты продолжишь в том же духе, я сделаю тебя своей до поединка.
- Очень смешно, - выдохнула, прекращая свои скачки. Одна нога устала, вторая до сих пор болела.
- Я не шучу. – Он посмотрел на меня таким горящим взглядом, что никаких сомнений не осталось – точно сделает. И не прочь найти любой повод, чтобы претворить свое обещание в жизнь как можно раньше. Но и я не трепетная лань. Не хватало еще разделить постель с малознакомым мужчиной. Пусть он и спас меня. И в доме своем приютил. А еще собирается сражаться с родным отцом, чтобы… Так, все! – Тем более, ты, как я посмотрю, уже начала раздеваться. Только пуговицы отрывать не обязательно. Рубашка вполне нормально расстегивается.
- Пуговицу я передала во сне матери, - пояснила. – Когда поединок?
- У тебя еще есть время одеться. Хотя, как по мне, лучше тебе оставаться здесь. В одной рубашке и босой. После боя я был бы не прочь получить награду. – Он подмигнул мне. Оскалился, демонстрируя клыки. А я чуть было снова не налетела на табурет.
Ладно, я на него налетела. И снова ногой приложилась. Только теперь другой. Но скакать дальше не стала. Присела на кровать, благо она была поблизости, спиной к троллю и приступила к одеванию.
- Отвернись, - потребовала, когда нужно было снимать рубашку. Штаны уже были на мне, так же, как и кеды. А вот оголять при мужчине спину и грудь не собиралась.
- В тебе столько жестокости, - вымучено сказал тролль. – Нет, чтобы подбодрить меня. Показать те прелести, ради которых я, может, все это и затеял.
- Нет, - покачала головой. Посмотрела на Трогира через плечо, продолжая сидеть к нему спиной. – Ты затеял все это лишь потому, что было задето твое самолюбие.
- Как мало еще ты обо мне знаешь. – Тролль покачал головой. Но и на этот раз выполнил мою просьбу. Перестал подпирать дверь. Повернулся к ней лицом и замер. Руки все также держал в карманах штанов. – Если бы было задето лишь мое самолюбие…
- Я не верю в любовь с первого взгляда, - пробормотала. Схватилась за края рубашки и, не тратя время на расстегивание пуговиц, просто стянула ее через голову. Поспешно надела тунику и уже после стала колдовать над волосами, которые, казалось, если и можно было вычесать, то специальной расческой для собак с длинной, густой шерстью.
- Ты можешь не верить. Но нельзя быть уверенным, что такое не может случиться, - спокойный голос тролля почему-то мурашками прошелся по спине. Они когда-нибудь оставят меня в покое? – Со мной же случилось.
Нет, я не стала, как гордая, избалованная мужским вниманием особа, игнорировать его слова. Тем более, они отозвались в моей душе каким-то приятным теплом. Ну не привычна я была к признаниям. А уж когда тебе в любви признается тролль. Принц из другого мира… Интересно, а у них тут белые кони водятся? Было бы забавно посмотреть. Хотя, что-то мне подсказывает, что будь это привычный моему взгляду конь, он бы переломился в позвоночнике под тяжестью своего наездника.
- Как бы ты потом не пожалел о своих словах, - грустно проговорила. – Можешь повернуться.
Тролль тут же пришел в движение. Снова осмотрел меня с ног до головы. Только во взгляде не зажглось того огня, что я заметила до этого, когда скакала по комнате в одной его рубашке.
- Я никогда о них не жалею, - уверенно откликнулся Трогир. – Ты готова?
- Да, - кивнула, тоже пытаясь осмотреть себя со всех сторон. Насколько это было возможно.
- Возможно ты хочешь позавтракать? – Кажется, кое-кто на самом деле хочет меня здесь задержать.
- Нет, потом, - покачав головой, отказалась.
- В таком случае, пошли.
Он не собирался тратить время на бессмысленные уговоры. Протянул в мою сторону руку и стал ждать, когда я вложу в его широкую ладонь свою.
Тянуть время не стала. Ожидание было мучительным. Что, если передумает брать меня с собой? Не захочет, чтобы я наблюдала за его поединком. Чего греха таить, я сомневалась в том, что он сможет одолеть отца. Не просто же так тот тролль, больше напоминающий Шрэка, только более подтянутого и миловидного, является главой этого поселения. И опыта в боях у него, не сомневаюсь в этом, гораздо больше. Помыслить не могла, что когда-нибудь стану причиной ссоры между отцом и сыном. Чего уж там, между королем и принцем. Между троллями… И ведь это не сон. Все происходит на самом деле. Теперь и не стоило сомневаться.
Подойдя к троллю, коснулась его ладони пальцами. И слова сказать не успела, как мою слегка дрожащую от напряжения конечность сжали сильные пальцы. Захотела бы вырвать руку, не получилось бы.
- Ты сама приняла это решение, - сказал Трогир перед тем, как вывести меня из дома.
Мне хотелось о многом его расспросить. Но я не решалась открыть рот. Чувствовала его внутреннее напряжение, собранность. И боялась помешать.
Пока шли к месту, где должен был пройти поединок, снова ловила на себе недобрые взгляды местных жителей. Они шушукались, смотрели мне прямо в спину так тяжело и многообещающе, что постоянно хотелось ее почесать. Будто табун блох по коже скачет. Более точного определения придумать было невозможно.
Слава богу, никто из троллей не торопился открыто показывать свое отношение ко мне. Впрочем, я и без этого прекрасно осознавала, что они обо мне думают. И где меня успели увидеть.
В итоге, под давлением чужих взглядов, я еле донесла свое тело до круглой площадки, на которой и должен был пройти бой. Округлость этому месту придавали хижины, расположенные по периметру. Да и троллей собралось уже предостаточно. Они словно пытались сделать круг земли еще более округлым, четким.
Посередине полянки (а как еще можно было назвать клочок земли, где кроме травы почти ничего и не было?) был разожжен костер. Высокие языки пламени тянулись к светлеющему небу, словно тоже старались сделать его еще более голубым и ярким. От костра шел жар, который даже я, стоящая на приличном отдалении, ощущала. Или мне просто вдруг стало жарко?
- Стой здесь, - приказал Трогир, останавливаясь чуть поодаль от основной толпы, но так, чтобы я хорошо видела то, что будет происходить на поляне. – Никуда не суйся. И не отходи отсюда. Чтобы потом я тебя по всему поселению не искал. Все поняла?
- Д-да, - дрогнувшим голосом пробормотала.
Сражаться будет он, а я, казалось, нервничаю за двоих. Тролль же оставался внешне невозмутимым. Только по потемневшему взгляду голубых глаз можно было предположить, какая буря бушует у него на душе. Он все прекрасно осознавал. Так же понимал, чем ему грозит проигрыш. Как и я осознавала, что со мной могут сделать в случае, если Трогир уступит в этом бою.
- Тогда, надеюсь, ты будешь благоразумной. И… - он подмигнул мне и клыкасто улыбнулся, - не забывай подбадривать своего героя. Согласен даже на пошлые стишки.
Рука сама собой дернулась. В последний момент призвала своенравную конечность к порядку и не допустила ошибку. А ведь уже наполовину замахнулась! Если бы стукнула его по наглой морде, точно бы привлекла к себе еще больше внимания. Хотя… кажется, после сегодняшнего поединка и так стану «звездой» сплетен.
- Не знаю ни одного пошлого стишка, - проворчала, отводя от зеленокожего взгляд и смотря на огонь. Говорят, что на него можно смотреть бесконечно. Так ли это на самом деле, не знаю. Но сейчас именно этого и хотела. Еще всей душой желала вернуться домой. К сожалению, уже особо не надеялась на то, что смогу вдруг ни с того ни с сего перенестись обратно.
- Тогда я знаю еще один способ, способный подбодрить меня похлеще самого крепкого самогона, - хрипловато проговорил мне на ухо тролль.
Как бы я ни пыталась не смотреть на Трогира, после этих его слов, опять перевела взгляд на клыкастого. Чем тот и воспользовался, схватив меня в охапку и с жаром поцеловав, наплевав на снующих туда-сюда соплеменников. Те, к слову, тут же снова зашушукались. Но и на этот раз четко своего недовольства не выказывали. Да и… очень быстро их недовольство ушло на второй план. Стало откровенно плевать. Пусть кому-то не нравится, что тролль обхаживает обычную человеческую девчонку. Еще и из другого мира. Вообще мало что в эту секунду волновало. Клыки Трогир снова убрал, и я не боялась поцарапать о них кожу. Зато на поцелуй ответила. Сама от себя такой смелости не ожидала. А уж когда осознала, что обхватываю руками тролля за шею, как-то не по себе стало. И только после этого осознания пришло второе – этот наглец, подхватив меня под ягодицы, приподнял так, чтобы я его еще и ногами за талию обхватила. Что я, как оказалось, и сделала. Черт… Это что же, я сама не против такого напора? Я?! Да мы знакомы всего два дня!
- Ты что вытворяешь? – прошептала, прерывая поцелуй. Попытки высвободиться пока не предпринимала. Что-то мне подсказывало, что ноги все равно держать не станут.
- Целую свою будущую жену, - самоуверенно ответил мужчина. Приблизив свое лицо к моему, чуть наклонил голову и провел языком по моей нижней губе. Из-за этой короткой ласки у меня перед глазами разноцветные круги заплясали. – И поверь мне, это не все, что я бы с тобой сделал. Но не сейчас.
Ну да… придаваться разврату он на публике не собирался. И то хорошо.
Внезапно толпа троллей, окружающая нас, загудела. Часть клыкастых начала топать ногами и бить себя правой рукой по левому плечу. Странное зрелище. По которому я сразу поняла, что король все-таки явился на поединок. Вышел на поляну, осмотрелся, словно пытался найти среди неугодных своего сына. А как по мне, так просто делал вид. Трогира сложно было не разглядеть. Мощный, широкоплечий, он оказался на полголовы выше многих, кто здесь собрался. В основном тролли были коренастыми. Хотя не сказала бы, что низкорослыми. Я по сравнению с ними походила на рыжего клопа. Раздавят и не заметят.
- Ну, быстро пожелала мне удачи, - продолжил играть роль беззаботного парня Трогир.
Я только открыла рот, чтобы сказать хоть слово, как меня вновь поцеловали. Только на этот раз быстро. Но не менее требовательно. Руки снова потянулись к мужчине, но он слишком неожиданно для меня отстранился. Я даже не успела его коснуться. Только стояла и как последняя дура, любовные мечтания которой так и не сбылись, смотрела прямо перед собой.
- Удачи… - пролепетала в спину направляющегося в центр поляны тролля.
Они остановились возле костра. В каких-то двух шагах от него. Не разговаривали. Зато буравили друг друга такими взглядами, что сразу становилось понятно, кроме как поединком, этот вопрос решить невозможно. Для них невозможно. Я же могла предложить решение этой проблемы, невольной причиной которой я стала. И вот еще одна проблема – слушать меня никто не собирался.
Толпа загудела еще громче. А женская половина заверещала так, что в ушах зазвенело. А все потому, что король пожелал избавиться от верхней части своего туалета. Трогир же так и остался в жилете.
И вроде не должно меня это все волновать. Я практически не знала принца. Но что-то внутри меня болезненно сжималось, когда невольно думалось, что он может пострадать. По сути, он был… милым. Ну, подумаешь, кожа зеленая и клыки. Зато душа добрая. Что, судя по всему, у троллей редкость. Хотя… если вспомнить, как Трогир засунул в рот своей любовницы несчастный край покрывала… или простыни. В общем, так себе поступок, если честно. Но в оправдание принца могла сказать, что голос у его пассии был так себе. А верещала она столь громко, что голова могла в любую секунду заболеть.
Я даже не заметила, когда все вдруг стихло. Вроде еще секунду назад тролли шумели, переговаривались, свистели. И тут в краткий миг – ни звука. Казалось, даже птицы, прячущиеся в тени деревьев, растущих в стороне, притихли, в ожидании поединка.
Король закричал, обнажая удлинившиеся клыки. Ногти на руках превратились в когти. Трогир тоже мало стал походить на человека. Если почти всегда его главным отличием был необычный цвет кожи, то теперь к нему прибавились клыки и когти. Еще и взгляд стал каким-то звериным. Словно хищник, вышедший уже давно на след своей жертвы, наконец-то ее настиг.
Тролли сцепились, огласив округу утробным рычанием. Одновременно с этим пламя, до этого спокойно тянущееся к светлеющему небу, заплясало, словно безумный шаман. Его странным пляскам вторил возобновившийся шум. Местные жители, все, как один, стали хлопать в ладоши, то ли пытаясь подбодрить дерущихся, то ли - задать определенный ритм пламени.
Только я стояла и ничего не делала. А что могла предпринять? Выскочить на поляну, встать между королем и принцем и потребовать, чтобы они прекратили это безумие? Да кто меня вообще послушает? Еще и ноги отказывались подчиняться. Я ни шага не могла сделать.
Обхватила себя за плечи, пытаясь таким образом скрыть сковывающее тело напряжение. Но ничего не выходило. Я дрожала, словно одинокий сухой лист, задержавшийся на тоще й ветке. Уже осень, а я все цепляюсь за лето.
Мерзкое, давящее состояние, когда ты в полной мере ощущаешь всю свою ничтожность. Когда понимаешь, что можешь быть лишь наблюдателем, стоящим в стороне в относительной безопасности.
Когда Трогир пропустил удар отца и когти прошлись по его щеке, я вскрикнула. Приложила ладонь ко рту, чтобы приглушить сорвавшийся с губ всхлип. Из глубокой царапины потекла кровь. Но мой нечаянный защитник и мучитель в одном лице, словно не заметил этого. С новой силой ринулся в бой, нанося короткие сильные удары. Показалось, что он нарочно поддался, чтобы его противник расслабился, подумав, что после первой выступившей крови, поединок можно считать законченным и победитель очевиден.
Король был слишком уверен в своей победе. Это и была его главная ошибка. Он недооценивал своего сына. А ведь должен был знать о силе своего наследника лучше, чем кто-либо. С другой стороны, Трогир мог до сегодняшнего дня и не показывать свои преимущества перед отцом. Чтобы, как сейчас, в решающий момент вытащить козырь из рукава. В случае с троллями, правильнее было бы сказать, из кармана штанов. Или голенища сапога.
- Ох… - выдохнула стоящая рядом со мной тучная женщина.
Приложив руки к пышной груди, она продолжала охать, играя роль обеспокоенной воздыхательницы. Но ее глаза горели азартом. Ну да, для кого-то это все было развлечением. А как по мне, так сложно представить себе пытку более изощренную. Раньше я переживала за родителей. За немногочисленных подруг, которые, загуляв, не смотрели на часы, показывающие позднее время. Но сейчас все мое беспокойство сосредоточилось на одном конкретном тролле.
Они снова сцепились. Отец и сын, король и принц. Наблюдать за их поединком было невыносимо. Впрочем, если начну расписывать все свои душевные метания и терзания, начну повторяться. Вздыхать, как пышногрудая троллиха не собиралась. Визжать, как более молоденькие представительницы слабого пола – тоже. Так и стояла, во все глаза смотря на творившееся на поляне безобразие.
Взмах когтистой лапой. Трогир успевает увернуться и впечатывает кулак в область солнечного сплетения противника. Тот на долю секунды теряет контроль над ситуацией. И именно в этот миг все резко меняется. То, о чем я и предполагала, произошло. Король, будучи уверенным в своей непобедимости, не ожидал, что его сын сможет что-либо ему противопоставить. А Трогир до последнего не раскрывал свои козыри. Зато сейчас, когда Рагаз расслабился, показал себя во всей своей жестокой красе. В том смысле, что колотил он по морде отца с таким остервенением и с такой силой его кулак каждый раз проходился по ребрам, что я не сомневалась – после этого боя местный правитель точно будет пластом лежать и приходить в себя.
- Р-р-р-р-р-р!!! – разнесся по поляне гневный рык.
Рагаз словно обезумел. Попытался достать сына когтями, полоснув по шее, но Трогир вновь увернулся и ответил на неудачное нападение. Замахнулся и как следует саданул родителя локтем в область левого виска. Голова короля, словно у неживой марионетки, резко метнулась в сторону. Глаза мужчины, затуманенные злобой, были направлены в мою сторону. Но я по-прежнему не могла сделать ни шага.
Почти сразу же злоба ушла из взгляда короля. На ее место пришло осознание того, что он проиграл. Проиграл сыну, которого считал слабее себя. Недооценил своего противника. И теперь Трогир в своем праве.
Черт…
Ко мне, кажется, тоже только что пришло осознание, что мой новый знакомый затеял всю эту драку не просто так. И его желанием было жениться на мне. Причем, моего мнения никто не спрашивал! Учитывая, что тролль сербезно рисковал, отказ от меня он навряд ли примет. Я в свою очередь не знала, как донести до этого упрямца, что мы слишком разные, чтобы… А что, собственно, что бы? Да, он тролль: зеленокожий, высоченный, клыкастый и когтистый. Временами… Но, по сути, отличий между нами не так уж и много. Подумаешь, зеленый… Люди раньше, после ветрянки, все такие были. Особенно если нервы сдавали, и они себя зеленкой от души намазывали.
Толпа, что так и продолжала представлять собой живой барьер, заголосила пуще прежнего. И улюлюканье стало громче. С этой какофонией смешивался рев Трогира. Он стоял рядом со своим отцом, который не торопился подниматься с земли. Руки поднял над головой, сжатые в кулаки. Словно Рокки, после очередной трудно давшейся ему победы. За спиной тролля находился костер, все так же стремящийся к небу, которое за время поединка стало совсем голубым. Да и солнце уже показалось над верхушками деревьев, прямо напротив меня.
- Ох, великолепно, - пробасила тучная женщина, на этот раз прикладывая ладони к аппетитный щечкам. Кажется, они даже покраснели. Если за ее зеленцой вообще можно было разглядеть румянец. – И все это ради меня! – выпалив это, она отняла руки от лица и захлопала в ладоши.
Черт… и почему мне вдруг не понравилось, что она приняла победу принца на свой счет? Мне, вроде как, должно быть все равно, кто и что здесь думает. Мне домой надо! Тогда с чего злюсь? Снова представляю себе красочные и немного жестокие картинки наказания слишком болтливой женщины.
Оторвав от говорливой и слишком самоуверенной особы взгляд, снова перевела его на Трогира. Мужчина, словно почувствовав его, перестал демонстрировать всем свои внушительные клыки и направился в мою сторону. Медленно, уверенно. Будто точно уже знал, что никуда я от него не денусь. В случае, если попробую дать деру, меня поймают. Вот по напряженным троллям видела – скрутят и не посмотрят, что я гораздо слабее их. Зато у меня имелось одно важное преимущество – я была изворотливой. В том смысле, что если и попытаются пленить, то я вполне могу вывернуться и таки предпринять еще одну попытку побега. Куда? Другой вопрос. Учитывая, что кругом сплошной лес. Если и не сплошной, я понятия не имею, куда бежать. Нарываться на очередного голубокожего любителя человеческого мяса желания не было.
- Ну что, Варвара, - громко заговорил Трогир, останавливаясь всего в каком-то шаге от меня. – Поединок я выиграл. Свое право на тебя перед поселением отстоял. Значит, придется тебе за меня замуж пойти.
- Мы знакомы всего два дня, Трогир, - тихо проговорила, исподтишка посматривая на прислушивающихся к нашему разговору троллей. Стоят тут, уши зеленые греют.
- Нормальный срок для проверки чувств, - хмыкнул мужчина.
И вот нечего мне было сказать ему на эти слова. Потому что, если бы не Трогир, меня бы уже не было в живых. Стал бы он рисковать своей жизнью ради кого-то другого? Сомневаюсь… Но что будет, если, получив желаемое, я ему слишком быстро надоем? Быть игрушкой в руках чужака?
- Я из другого мира. – Аргумент, как показала практика, так себе. Но что я еще могла сказать?
- Наладим межмировые отношения.
Непробиваемый тип. Ах, я же уже об этом говорила.
- В моем мире подобных тебе не водится, - в моем голосе прорезалась обреченность.
- Значит, заведутся. - Тролль так красноречиво посмотрел на меня, таким заинтересованным взгляд заскользил по фигуре, что сразу стало понятно, что именно он подразумевает под словом «заведутся».
- Трогир! – возмутилась. И сложила руки на груди. Почему-то подумалось, что это нехитрое действие защитит меня от раздевающего взора мужчины.
- Принц, если ваша самка не согласна, то я бы… - забасила пышнотелая троллиха.
Ничего меня в ее словах не смутило, кроме одного конкретного слова. Думаю, не стоит пояснять, какое именно. В связи с этим я поторопилась перебить ее, дабы она не сморозила еще какую-нибудь глупость:
- Нам нужно поговорить наедине.
- Наедине? – Трогир сделал вид, что задумался. Так и стоял пару секунд, думал. Будто у него были другие варианты. – Ладно, так уж и быть. Но учти, я натура вспыльчивая и импульсивная. Из чего следует, что со мной, таким хорошеньким человечкам, как ты, наедине оставаться опасно.
- Если что, я огрею тебя чем-нибудь тяжелым по голове, - надеюсь, угрозу в этой фразе он уловил.
- А поднимешь? – скептически поинтересовались в ответ.
Дальше препираться не стала. Не сомневалась, что продолжать такие пикировки можем до следующего утра. Мне было что сказать троллю, он в свою очередь охотно шел на очередную провокацию. Ему нравилось, что за нами наблюдают. Греют уши в то время, как я была готова сорваться и сказать в открытую все, что думаю об окружающих меня троллях и о ситуации, в которую попала.
- Пойдем, - с нажимом.
- Ладно, - беззаботно, словно мне сделали одолжение.
Выбраться из толпы троллей, что теперь окружили нас с Трогиром, было сложновато. Но худо-бедно у меня это получилось. Как я уже говорила, среди этих клыкастых мой рост не был проблемой. Скорее – преимуществом. Только один раз я случайно наступила одному троллю на ногу. Однако, он, кажется, даже и не заметил, что по его конечности прошли иномирным кедиком. Несмотря на это, посчитала нужным извиниться. Услышали меня или нет, уже не мои заботы.
Если до этого я считала, что внимание троллей к моей персоне уж слишком пристальное, то глубоко заблуждалась. На меня смотрели так, что я не на шутку стала побаиваться за свою жизнь. Чтобы почувствовать себя хотя бы немного защищенной, шла рядом с Трогиром так близко, что иногда задевала своей рукой его руку. Ничего, потерпит немного мое близкое присутствие к своей персоне. С другой стороны, видя его темный взгляд, не сложно было догадаться, что терплю тут только я. А кое-кто наглый не прочь сделать наш контакт еще более близким.
Оказавшись в хижине, сразу пошла в наступление. Если быть точной – набросилась на тролля с расспросами. Потому что, хоть убейте, я не понимала, что ему от меня нужно! Будто этому любителю экзотики в руки попал единичный экземпляр, который, как думал мужчина, уже не достать. Тут же на тебе, сама в постель упала. Непонятно лишь одно – почему такая недовольная. Все-таки принца отхватила. Он, между прочим, как порядочный… тролль, замуж зовет.
- Успокойся, Варвара, - Трогир приподнял руки в примирительном жесте. – Чего продолжаешь кипятиться? Признаюсь, меня чертовски заводит, когда ты злишься. Но пожалей мою выдержку, она не прочнее стали.
- Мы не можем пожениться! – выпалила.
- Ты повторяешься, - довольно оскалился тролль. – Я запомнил все твои аргументы. Давай, пока ты придумываешь новые, я пока выйду и распоряжусь по поводу завтрака. Ты сегодня еще ничего не ела.
- Я не хочу есть, - устало пролепетала. – Я хочу домой.
- И чего тебе далось это озеро? – На лбу клыкастого появилась глубокая морщинка. Взгляд потемнел еще больше. Голубая радужка пропала, уступив место темно-синей, почти черной. Или она в самом деле стала черной? – Упрямая, как ослица, - он подошел ко мне, но трогать не стал. Замер напротив, смотря на меня сверху вниз. – Хочешь домой? Что ж… могу позволить тебе предпринять одну попытку возвращения в свой мир.
- Каковы условия? – сразу поняла, к чему он клонит.
- Мы все-таки поженимся. Зачем? Ответа на этот вопрос я тебе не дам. Но после ритуала, даю слово, лично отведу тебя к озеру переноса.
- А если именно из-за ритуала я потеряю последнюю надежду на возвращение домой? – Так просто верить его словам и не думала. Это все-таки тролль. Если в нашем мире так сложно понять простых мужчин, то что уж говорить о другом мире и о других мужчинах.
- Клянусь, что это никак и ни на что не повлияет, - продолжил заверять Трогир. – Так что? – Вот тут я уловила в его голосе нетерпение.
- Перед тем, как принять окончательное решение, ответь мне на один вопрос. Только без утайки и лжи! – Я напряженно всматривалась в невозмутимое, мужественное лицо и все надеялась, что поймаю на нем тень сомнения или обмана. Пока все было тщетно.
- Я слушаю тебя, - со вздохом согласился принц.
- Зачем тебе на мне жениться? – Сколько раз я уже об этом спрашивала? Не сосчитать…
- По-моему, это очевидно, - на губах Трогира появилась грустная улыбка.
- Ну? – От нетерпения, я решила поторопить его с ответом. Еще и чуть вперед подалась, лелея надежду прочитать его, как раскрытую книгу. Тогда бы, возможно, все встало на свои места.
- Потому что я люблю тебя, - наконец-то ответили мне.
Это признание оглушило. На пару секунд даже показалось, что все это мне послышалось. Но нет, Трогир повторил свои слова еще более уверенно, чем в первый раз. Стал бы он разбрасываться ими, если бы ничего ко мне не испытывал? А я? Что чувствую к нему я? Помимо временного раздражения и желания убить. Ладно, убить мне его хотелось не всегда. Но бывали моменты, когда уж очень хотелось.
Вообще мне не часто признавались в любви. Были отчаянные, но я если что и испытывала, то уж точно не такой коктейль из чувств. Да и в словах молодых людей я сомневалась. Поэтому не было ничего удивительного в том, что и троллю я не торопилась верить.
- Такого не бывает, - нервно проговорила, прямо смотря на мужчину.
- Всякое бывает, - не согласились со мной. – И такое – тоже.
- Но…
- Так что насчет моего предложения, Варвара? – не дали мне договорить.
Ах, да предложение. Оно было... не таким уж и ужасным. Учитывая, что выбора особого у меня и так не было. Стать женой тролля в этом мире, чтобы хотя бы получить шанс на возвращение домой. В этом случае мой новоиспеченный супруг, скорее всего, останется здесь. Не променяет свой мир на чужой. Тем более здесь он принц, а там станет никем. Если ещё прибавить к этому тот факт, что зеленокожих в родном мне мире не водится... Как бы он не стал подопытным в какой-нибудь лаборатории.
- И ты даже не будешь удерживать меня здесь, если я смогу вернуться? - Я все искала подвох. Потому что не могла до конца довериться троллю.
- Признаться, меня мучает желание, привязать тебя к кровати и не отпускать до конца нашей жизни. Но это не очень гуманно, ты не находишь?
- Это жестоко, - от такой перспективы стало не по себе.
- Тем более, ты слишком упряма, чтобы смириться со своим заточением, - продолжил Трогир. - Еще не факт, что у тебя получится вернуться. Признаться, я надеюсь на то, что обратно ты не вернешься.
- Временами ты через чур эгоистичен, - не стала скрывать свои наблюдения.
- Я и не пытаюсь этого скрыть, - мои слова точно не задели самолюбие тролля. - Это было заметно с самого начала, ты не находишь?
- Да, было такое. - Я снова вспомнила простыню, край которой он засунул своей зазнобе в рот. – Тем более странно услышать от тебя признание. После того, что я успела увидеть. И что я успела о тебе узнать.
- Но я не настолько ужасен, - Трогир поморщился. – Стал бы я тогда тебя спасать?
- Я не говорила, что ты ужасен, - покачала головой. – Но вот то, что непостоянен, скорее всего. И твоя увлеченность мной пройдет. И что тогда?
- Не пройдет, - упрямо возразили мне.
Бесполезно спорить. Он точно не отступится. А у меня, если так подумать, нет другого выбора. Получается… придется согласиться и всем рискнуть. Ну не едят же они своих жен после первой близости, в самом деле! Вообще такую жестокость проделывают самки богомола. Просто про троллей из этого мира я, по понятным причинам, вообще ничего не знаю. Понятия не имею, как у них проходит этот брачный ритуал и что за ним следует. Вдруг они тут на публику…
Мотнула головой, прогоняя не очень приятные думы. Чего гадать? Выбора-то, снова повторюсь, у меня нет.
- Хорошо, - наконец, произнесла, смотря на грудь тролля, обтянутую кожаным жилетом. А ведь у Трогира на лице красуется жуткая рана. И ее бы не мешало обработать. А я тут с болтовней к нему пристала. – Будь по-твоему. Но к озеру ты меня отведешь, - теперь я упрямо посмотрела на тролля.
- Обещаю.
- А теперь нужно обработать твою рану и…
- Об этом не стоит волноваться, - отмахнулся от моих слов принц. – Это всего лишь царапина, которая скоро затянется. Останется лишь тонкий след. Но ведь шрамы украшают мужчин, не правда ли? – Он хитро мне улыбнулся.
Если надеялся за показной веселостью скрыть свои истинные чувства, то могла его разочаровать. Я смогла уловить в его голосе и усталость, и боль.
- Нужно обработать, - теперь уже упрямилась я. – Скажи, что нужно делать.
- Впрочем, - задумчиво заговорил Трогир. Он склонил голову влево, словно на самом деле раздумывал, доверить свою жизнь человеческой девчонке или лучше все-таки не стоит. – Такие игры мне по вкусу.
- Какие еще игры? – нахмурилась. – Садись на кровать и говори, где у тебя тут аптечка лежит. Или лекарство, которым можно обработать рану.
- Аптечка? – переспросил тролль. – Что это такое?
Он все-таки подошел к кровати и присел на нее. Ложе жалобно скрипнуло под его тяжестью и прогнулось. Сколько же в принце живого веса?
Так, ладно, Варвара, хватит о глупостях думать!
- Это коробка, в которой лежат лекарства, - попыталась объяснить как можно понятнее.
- Зелья, я предполагаю. В шкафу, нижняя полка. Достань пузырек из темно-зеленого стекла. Там же найдешь и ткань для перевязки. Больше не понадобится.
Послушно прошла к шкафу и, распахнув дверцу, опустилась на колени. Найти пузырек оказалось не простой задачей. На нижнюю полку свет из комнаты почти не попадал. Да и сама полка была довольно глубокой. И чтобы что-нибудь достать, приходилось залезать в шкаф чуть ли не по пояс.
- Можешь не торопиться, - спустя примерно минуты две моих поисков, подал голос Трогир. – Мне нравится то, что я вижу.
Замерла, чувствуя, как щеки опаляет жаром. Ох… представляю себе, что он там видит!
- Не смотри! – потребовала, торопливо выбираясь из шкафа, сжимая в руке нужный пузырек.
Обернулась и сразу поймала на себе смеющийся взгляд голубых глаз. Ему бы все издеваться и подтрунивать, а я тут от смущения скоро в горстку пепла превращусь. Такое ощущение, что меня уже по-быстрому раздели и снова одели.
- Но я уже все видел, - тролль пожал могучими плечами. – Даже больше скажу, уже и потрогать успел. Поэтому не вижу причин для излишнего смущения.
- Не напоминай, - мой голос снова прозвучал требовательно. – Как по мне, так рисунок на той стене, - указала свободной рукой за спину Трогиру, - гораздо интереснее.
- Мог и поспорить, но не стану, - покорно откликнулся тролль и таки отвернулся. Правда, перед этим посмотрел на меня с таким укором, что если бы у меня сейчас проснулась совесть, она бы точно зашептала противным голоском, какая я неблагодарная и зажатая. Но совесть мирно спала, поэтому я продолжила копошиться на полке.
Когда все, что было нужно, нашлось, встала и подошла к кровати, на которой неподвижно сидел тролль. Он, услышав мои шаги, повернул голову, и я смогла снова «полюбоваться» его раной на щеке. Зрелище, конечно, было не очень. Зато заметила, что порез немного затянулся. Значит, не солгал Трогир, на самом деле быстро восстанавливается.
- Будь нежна. И тогда я, возможно, буду вести себя хорошо. Когда ты злишься, это заводит посильнее приворота. Хотя и послушной ты бы мне тоже понравилась.
- Тебе бы все болтать, - беззлобно пожурила мужчину. – Сиди смирно и я, возможно, - попыталась скопировать его интонации, - не сделаю тебе больно.
- От твоих рук я готов терпеть даже боль.
Фыркнула, давая тем самым понять, что не очень-то верю пылким признаниям. Он бы еще стихами заговорил. Тогда бы у меня возникла ассоциация с Шекспиром. Но вот представить себе зеленого Шекспира было практически невозможно.
Вскоре я полностью погрузилась в дело, которым занялась со всей серьезностью и ответственностью. Нужно было обработать рану так, чтобы не навредить и не растревожить кожу, которая уже успела подзатянуться. Трогир сидел смирно, с каменным выражением на лице. Которое, между прочим, немного побледнело, что лишний раз подтверждало тот факт, что даже тролли испытывают боль и им может быть плохо.
- Все, - когда осторожно нанесла мазь, что находилась в пузырьке, и окончательно убедилась в том, что рана мною обработана достаточно хорошо, проговорила. Почему-то стало резко тошно и тяжело. Словно я не на одном месте стояла, а целый день уже на сборе картошки отпахала.
- Ну что, - Трогир клыкасто улыбнулся, - я стал еще более привлекательным? Или, наоборот, похожу на жуткий мордоворот?
- Довольно миленький, - смилостивилась. Чего уж, я стала постепенно привыкать к его внешности. Как и к внешности живых и реальных троллей в целом.
- Из твоих уст это звучит подобно музыке, - быстро поднимаясь с кровати, сказал принц. – А сейчас, прости, мне нужно удалиться. Надо распорядиться по поводу свадебного ритуала и пира. Да и не завтракала ты еще.
Только открыла рот, чтобы хоть что-то сказать. Выразить свою признательность и, чего уж утаивать, панику, как тролль уже вышел из дома. И вот я снова осталась одна. Наедине со своими мыслями и страхами. Кто бы знал, как мне все это надоело!
Одиночество мое, впрочем, продлилось недолго. Вскоре пришла уже знакомая мне девушка. Карро, сухо поздоровавшись, прошла в дом и оставила поднос на столе. Прощаться же она не стала. Сказала коротко, что вскоре ко мне придут для того, чтобы подогнать наряд, в котором я должна была выйти замуж. Вот на слове «замуж» Карро запнулась. Ей было неприятно произносить это. Не могла винить девушку за подобное недовольство.
Аппетита особого не было, но стоило признать правоту Трогира – позавтракать было нужно. Хотя бы потому, что от голода я вполне могла упасть в обморок. Но наедаться не стала. Перекусила по-быстрому и стала ждать, когда ко мне придут, чтобы подготовить к брачному ритуалу. Мой новоиспеченный жених (кто бы мне когда сказал, что я буду выходить замуж за тролля) зря времени не терял. Не успел победить в поединке с родным отцом, как уже женится. На мне… Господи, если мама узнает, подумает, что ее единственная дочь сходит с ума.
И вот ко мне снова пришли. Две зеленокожие женщины с кислыми выражениями на лицах прошли в дом и засуетились вокруг меня, не произнося ни слова. Они будто языки проглотили. С другой стороны, разговаривать с ними не очень хотелось. Мне только указывали, что делать, но рты не раскрывали. Это мне совершенно не мешало, так как понимала я все, чего они от меня хотели. В итоге мной, вроде как, остались довольны. И наряд, что предложили надеть, был красивым. Увы, пришлось повозиться, чтобы укоротить его и подогнать по фигуре. Все-таки тролли по комплекции в большинстве своем крупнее меня. А на девушек-подростков свадебные наряды, само собой, не шили. Вот у местных модисток и возникли со мной определенные проблемы. Я вообще создаю им проблемы, уже успела заметить. Сначала любовнице Трогира, затем ему самому, потом и королю… Ходячая проблема, а не приличная иномирянка.
Мой свадебный наряд… Красивый, но довольно необычный и непривычный для девушек нашего мира. Одно было вполне ожидаемо – это белый цвет ткани. Платья как такового не было. Вместо него просторные шаровары с золотистым вышитым узором, верх – кружевная блуза с рукавами три четверти. Живот у меня был частично оголен. На открытый участок кожи золотистой краской нанесли узор. Пока женщины тщательно щекотали мне кисточками живот, я еле сдерживала рвущийся из груди смех. Своеобразная пытка. Интересно, только я была ей подвергнута? Или это у них часть ритуала такая?
На запястьях защелкнули широкие золотые браслеты. Ноги обула в белые балетки, которые плотно обхватили ногу. Пусть они были и из ткани, но подошва оказалась толстой. Бегать в таких самое то. Или убегать…
Волосы оставили распущенными. Лицо вообще трогать не стали, словно хотели показать принцу, что я, по сравнению с ними, бледная моль. Если бы не яркий рыжий цвет волос, я бы на самом деле потерялась в этом белоснежно-золотом наряде. И, кажется, это очень расстроило моих помощниц.
Женщины ушли настолько незаметно, что я сразу и не поняла, что стою возле зеркала одна. Все рассматривала новую себя. Никогда не могла представить себя в подобном одеянии. А тут на тебе, стою, рассматриваю свадебный наряд, больше похожий на одеяние восточной красавицы.
За спиной скрипнула и открылась дверь. Обернулась, посмотреть, кто снова решил потревожить мое уединение, и замерла, увидев перед собой принца. Кожаный жилет он сменил на светло-серого цвета рубашку, черные штаны и такого же цвета полусапоги из мягкой на вид кожи, на плоской подошве. Голову обхватывал кожаный шнурок. Темные волосы собраны в низкий хвост. Красивый мужчина, пусть и зеленокожий.
- Как никогда красива, - сказал тролль, протягивая мне раскрытую ладонь.
Смогла заставить себя улыбнуться и изобразить на лице спокойствие. А ведь внутри бурлил самый настоящий коктейль из эмоций. Я выхожу замуж! Мало того, что это событие редко когда оставляет женщину равнодушной, а уж если учесть, что жених у меня высоченный громила-тролль...
- Идем? - спросила, вкладывая свою почему-то холодную ладонь в теплую мужскую.
- Да, все готово, - ответили мне.
Взгляд Трогира вновь потемнел. Только на этот раз я не сомневалась, он был вызван не злостью или раздражением, а кое-каким другим чувством. - Тебе объяснили, что означает этот узор? - продолжил говорить тролль, когда мы уже вышли из дома и направились по тропинке в неизвестную мне сторону.
- Нет, - покачала головой. - Те, кто пришел облачать меня в это, все время молчали.
- Не удивительно, - губы принца изогнулись в усмешке. - Они хотели тебя подловить. Но ничего не вышло.
- И в чем подвох? - сразу напряглась.
Мы неторопливо шли по тропинке, разговаривали, казалось, ни о чем. Но так могло показаться со стороны. На самом же деле я снова узнавала важную для себя информацию. И от этого в опять начинала нервничать. Хорошо ещё, что по пути нам никто не попадался. Вообще казалось, что в поселении сейчас никого кроме нас не было.
- Если бы ты была не невинна, узор бы окрасился в серебро. Но он остался золотым. Это значит, что никто еще не успел тобой насладиться.
Черт... Я когда-нибудь перестану краснеть, в его присутствии? Это же просто невыносимо!
- Мне нечего на это сказать, - пролепетала, смотря себе под ноги. Поднимать взгляд на Трогира было подобно изощренной пытке.
- Чего смущаешься? - Меня бережно приобняли рукой за плечи. - Я ведь уже знал об этом. А вот те глупышки, что хотели тебе насолить - нет.
- Все равно неприятно, когда такие личные вещи вообще затрагиваются в разговоре, - пробормотала. Ох, дайте кто-нибудь ледяной воды, вылью ее себе на голову. Из макушки пар пойдет.
- Прости, Варвара, - объятия тролля стали чуть крепче. – Но у нас здесь в этом нет ничего страшного. Но, само собой, принцу желательно жениться на чистой девушке, которую он в первую брачную ночь сам сделает женщиной.
Я его сейчас укушу. Именно за ту часть тела, которой он болтает. Но для этого придется коснуться его губ. И что-то мне подсказывает, что кровожадные мысли слишком быстро улетучатся, словно пыль от сильного, порывистого ветра.
Продолжать неприятный для меня разговор не стала. Замолкла и спокойно шла за своим новоиспеченным женихом к месту, где должен был проходить брачный ритуал. Когда вдалеке послышались голоса, я вновь занервничала. Значит, во время бракосочетания мы все-таки станем объектами чужого внимания. Нет, конечно, я понимала, что раз Трогир принц, это самое внимание так или иначе будет преследовать меня. Но старалась гнать это понимание подальше от себя.
- Все будет хорошо, - спокойный голос тролля я еле расслышала. Мало того, что в ушах с чего-то начало звенеть, так еще и болтовня местных жителей раздражала. Мне бы закрыть ладонями уши. Однако, я нашла в себе силы внешне все так же оставаться спокойной. Несмотря на то, что хотелось бежать сломя голову.
Мы переступили границу домов и вошли в лес. Тропинка, по которой шли, была истоптанной. Значит, по ней часто ходили. Куда же ведет меня Трогир? Все-таки нужно было расспросить его о брачном ритуале перед тем, как соглашаться на эту авантюру. С другой стороны, не было гарантий, что тролль бы мне не солгал.
И снова я вижу перед собой просторную поляну. Только вместо костра на ней расположен какой-то булыжник, возле которого стоял старый тролль. Он нервно теребил тонкую серебристую бороду и что-то бормотал при этом себе под нос. Понятно, представитель местного ЗАГСа. И где мне следует расписаться? На камне?
- А разводы у вас бывают? – шепнула Трогиру, приподнимаясь на носочки.
- Бывают, но тебе не светит, - хмыкнул мужчина.
Слишком самоуверенное заявление. А что, если я все-таки вернусь в свой мир? А он останется здесь... женатый на мне. Не думаю, что всю жизнь он будет терзать себя телесными лишениями. Не такой он… тролль. Из этого следует, что в скором времени мне начнут мешать рога. Все затруднялось еще и тем, что я тоже могла полюбить кого-то другого. И вообще, что бы было, если бы в моем мире меня ждал ревнивый, как Отелло, муж?
- Пройдем, - видя, что я снова уплыла в свои мрачные мысли, позвал Трогир. – Поскорее покончим с этим.
- А потом ты приведешь меня к озеру переноса, - напомнила.
- Безусловно.
И вот не очень мне его «безусловно» понравилось. Показалось, что тролль уверен, что у меня ничего не получится. Возможно, он там уже был? И тоже пытался куда-то перенестись? Или это все мои предположения и домыслы, не имеющие под собой как такового основания? Ох, кто бы мне помог во всем разобраться…
- Дети мои, - недовольно проскрежетал старик, оттенок кожи которого напоминал цвет детской неожиданности, когда малыш поест пюре из брокколи. В общем, так себе видок. Учитывая еще седины, внешность тролль имел отталкивающую. Да и клыки, грозно выдвинутые вверх, внушали тихий ужас. Такой, если в глотку вцепится, насквозь кожу прокусит. – В этот знаменательный день… - Тут он взгляд скосил на меня. – М-да… В общем, собрались мы здесь для того, чтобы соединить узами нерушимого брака принца троллей и… - Снова быстрый взгляд на меня.
- Варвары-иномирянки, - подсказал Трогир.
- И Варвары-иномирянки… Конфуз, честное слово. – Последние слова он произнес еле слышно и никто, кроме меня и принца, кажется, их не расслышал.
- Быстрее, жрец, - недовольно проговорил жених. – Не отвлекайся. Иначе жить тебе не долго.
- Эх… - грустный вздох в ответ. – Коснитесь ладонями алтаря, дети… мои. – Благодаря мне, он точно скоро заработает косоглазие. – И повторяйте за мной слова клятвы, обращенной к богине Эште.
Мандраж… До этого дня я плохо представляла себе, что это такое. Зато сейчас, стоя перед шероховатым серым камнем, испещренным светящимися золотом рунами, не могла и слова нормально вымолвить. Запиналась, не понимала, что от меня вообще требуется. А когда ладони коснулось обжигающее острие клинка, вскрикнула от неожиданности. Все происходило словно в тумане и не со мной. Это как смотреть интересный фильм в плохом качестве и с ужасным переводом. Ты напрягаешь зрение и слух, но не все понимаешь. Так и я в эту самую минуту не осознавала до конца смысл произносимых мною слов. И кольцо, широкое, золотое, обхватившее безымянный палец, я заметила на своей руке не сразу. Да и потом, когда надевала такое же, но большего размера на палец принца, все думалось, что сплю.
И вот последние слова были произнесены, кольца надеты и губы уже теперь мужа почти касаются моих. Но тут все пошло не по плану Трогира. Я расслышала громкий, злой голос его отца. Дернулась и губы принца лишь слегка коснулись моей щеки.
Трогир вскинул взгляд, легко находя в толпе собравшихся на поляне троллей одного единственного, кто помешал закончить ритуал. Ведь, судя по всему, именно поцелуем он и скрепляется.
Я посмотрела в ту же сторону, что и… муж и страх, время от времени отступающий под натиском язвительности, снова показал свою голову. Я предполагала, что король будет зол, но не подозревала, что настолько. Он тоже смотрел сейчас на меня. Впрочем, как и почти все, кто решил погреть сегодня на этой поляне слух. Я бы уже была мертва, если бы таким вот взглядом можно было убивать на расстоянии.
Трогир задвинул меня к себе за спину и выставил одну руку в сторону, а вторую, правую, устроил на поясе, словно собирался вынуть из невидимых ножен невидимый же меч.
- Ты не был приглашен, отец! – Тролль громко проговорил каждое слово. Чтобы до родственника точно дошел смысл им сказанного.
- Мне не нужно приглашение, сын, - невозмутимо откликнулся король, медленно приближаясь к алтарю. Тролли, что стояли на его пути, отступали, образуя живой коридор. – Поединок ты выиграл. В жены эту безродную взял. Но я даю тебе маленький шанс одуматься.
- Мое решение окончательное, - упрямо произнес Трогир.
- Глупый мальчишка, - буквально выплюнул эти слова его отец. – Верни девку в ее мир, если уж не хочешь убивать чужачку. Но не смей…
- Жаклин в свое время ты не торопился убивать, - перебил родителя принц. – Что случилось на этот раз?
- На этот раз Тайлинс четко дала понять, что в случае, если эта девчонка останется подле тебя, наше поселение будет уничтожено.
- Кем? – Трогир не торопился верить отцу. Скепсис прямо-таки сочился с его губ.
- Невиданной силой, заключенной в этой, - король тыкнул в мою сторону пальцем.
Он остановился всего в паре шагов от нас. Так и замер с вытянутой перед собой рукой. Ждал, что последние его слова образумят сына. А я не верила своим ушам. Да какая во мне сила? Я обычная девушка! Пусть и из другого мира.
- Тайлинс ревнивая женщина, которая была мной отвергнута, - парировал Трогир. – Я не собираюсь верить ни единому ее слову.
- Ты сомневаешься в честности Оракула? – прищурился король.
- Я сомневаюсь в вашей бесстрастности. Иномирянка теперь принадлежит мне. И никто не в праве даже приближаться к ней.
- Ты обезумел от любви, сын мой, - рычал Рагаз. – Девчонка вскружила тебе голову и отравила сердце.
Да если бы я знала лекарство от этого «вскружила», сделала бы все возможное, чтобы помочь Трогиру избавиться от опасной симпатии ко мне. Но я понятия не имела, как поступить. И на самом ли деле тролль испытывает ко мне столь сильные эмоции, которые хочет показать. Или он просто играет.
- Просто тебе, отец, не доводилось любить кого-то столь сильно. Варвара, - позвал меня, поворачивая голову так, чтобы я могла заглянуть ему в глаза, - пора закончить ритуал.
- Что нужно делать? – неуверенно пробормотала, посматривая на Рагаза, который, кажется, из зеленого медленно превращался в бардового.
- Всего лишь меня поцеловать, - пояснил мужчина. – Добровольно.
Вот о том, что делаю все это добровольно, я бы говорить не стала. Потому как ни капельки тут добровольного не было. Я стала жертвой обстоятельств и теперь просто балансировала на призрачных волнах, делая все возможное, чтобы не погрузиться в ледяную пучину.
Увы, я даже не успела предпринять первую попытку, чтобы окончательно скрепить наш союз. Всего лишь пара секунд, и мы с Трогиром окружены троллями. Высокие мужчины, словно на подбор, походили один на другого. В руках небольшие топоры, напоминающие томагавки. У некоторых еще и длинные широкие ножи имелись. Все их внимание было приковано к нам с принцем.
- Взять девчонку, - приказал Рагаз, сверля меня ненавидящим взором. – А с сыном я сам разберусь.
После этих его слов на поляне началось что-то невообразимое. Самая настоящая куча мала, в которой и не разберешь, кто, куда и в кого метит. Меня быстро оттеснили от новоиспеченного мужа, который в данный момент отбивался сразу от троих своих соплеменников. Огромной удачей было то, что на поясе у него были прикреплены ножны, из которых он успел достать короткий клинок. И сейчас отражал им атаки своих противников. Само собой задачей слуг правителя было скрутить «одурманенного моими чарами» принца, а не убить его. Какая судьба постигнет меня – вопрос. На который я, если честно, не очень-то хотела знать ответ.
- Только пикни, - пригрозили мне, тыкая под ребра чем-то острым. Одно неверное движение и я просто истеку кровью. И не факт, что меня захотят спасти.
Снова нашла взглядом Трогира. Он играючи отбил новую атаку и, обернувшись стал искать меня, крутя головой по сторонам и не забывая при этом ловко управляться с оружием.
- Трогир! – выкрикнула, пытаясь тем самым дать ему понять, где я.
Он обернулся на мой голос, наши взгляды встретились. Его – злой, мой – перепуганный. Рванулась к принцу, наплевав на острие кинжала, что так и упирался в мое тело. Но вырваться не получилось.
Громкий хлопок и меня окутывает красный дым. Перестала видеть что-либо вообще, кроме этой красной завесы. Дышать было нечем, и я начала задыхаться. Пыталась вдохнуть воздух, но ничего не выходило. Я просто открывала рот, пытаясь наполнить легкие хотя бы чуть-чуть. Бесполезно. Невозможно дышать, когда воздуха нет вообще. И разглядеть до боли знакомую зеленокожую фигуру через красный дым также не представлялось возможным. Да и как? Если перед глазами от резкой нехватки кислорода стало все расплываться.
- Хватайте девку, пока не сбежала! – услышала хриплый грубый голос.
Не успел дым развеяться, как меня снова схватили, завели одну руку за спину, выворачивая ее до боли, а к горлу приставили нож. Сил сопротивляться не было. Да я еле на ногах стояла! И вполне могла чисто случайно самостоятельно прервать свою жизнь, не удержав равновесия. Холодный металл коснулся кожи на шее, обрывая все попытки к побегу.
- Ведите ее в дом, - снова хриплый голос, обладателя которого я пока не видела.
Я сама себе напоминала безвольную куклу. Шла куда-то, не понимая куда. Зрение пока не восстановилось, и я видела все расплывчато. Поэтому понять, где находилась, не могла. Да и если бы и увидела хоть немного, все равно бы не сообразила, что за место. Не так уж и много времени я провела в этом мире. Да и далеко от поселения троллей не отходила. Про стычку с голубокожим стариком и его слизнем умолчу. Вспоминать об этом было все так же жутко.
Скрип, тяжелый топот ног, и меня куда-то толкают. Я ударяюсь обо что-то твердое, предполагаю, что об стену, и падаю на пол. Из-за того, что плохо понимала, что происходит вокруг и где я нахожусь, среагировать не успела. Приложилась головой как следует. И снова вместо четкой картинки муть, от которой тошнит. Попыталась встать, но не смогла. Голова сильно закружилась, и показалось, что я сейчас снова упаду. Учитывая, что я и так лежала на полу, это было бы очень странно. Я была полностью ослаблена. И сопротивляться даже не думала. Единственное, чего я могла добиться своими трепыханиями – это раздражение. Мои похитители навряд ли обрадуются, если поймут, что пленница им досталась с приветом.