21

— Здравствуй, птаха, — спокойно сказал он, даже не глядя на меня. — Скажу сразу, я удивлён, с какой скоростью ты развиваешься в нашем мире, — хмыкнул он своим же словам. Это он сейчас о чём? Что за двойной смысл его фраз? Не поняла я, но решила дослушать. — Если у тебя всё получится...

— Когда... — перебила его я. — Я уверена в своих силах, поэтому, когда у меня всё получится... — дерзко заявила и с вызовом посмотрела на демона, в глазах которого играли огненные искры.

— Хорошо. Когда у тебя всё получится, уверен, перед тобой будут открыты двери всех родовитых домов.

— А зачем мне их двери? — не поняла я.

— Ну как же, будешь пополнять коллекцию своих женихов, — указал он на мою руку.

— Что? — возмутилась я, поняв смысл его слов, и даже остановилась на мгновение. — Да как Вы... Да как ты смеешь так думать обо мне, а тем более говорить такие слова... — шипела я на него дикой кошкой.

— А что тут думать, когда я вижу? — всё также спокойно ответил он. — Всего несколько дней в нашем мире, а уже два знатных мужа и три жениха. А может, и мой браслет ты одела специально, применяя свой дар, — съязвил он.

— Да ты... Да ты... — снова остановилась и начала пыхтеть, только вот слова не могла подобрать для этого чурбана.

— Ну и кто же я? — с насмешкой глянул на меня, тоже останавливаясь.

Мы уже хорошо так отстали от мужчин, и теперь никто не мог увидеть нашу перепалку.

— Чурбан ты неотёсанный, — закричала я и толкнула демона в бок, желая пройти мимо, но горячие руки мужчины не позволили мне сделать этого.

Демон рывком дёрнул меня на себя и больно прижал к стене спиной. — Не нарывайся, птаха, — прорычал он, приближаясь к моему лицу.

— А то что? — посмотрела на него с вызовом и гордо подняла подбородок, ожидая ответного высказывания в мой адрес или новое рычание, но никак не пылкий поцелуй мужчины.

Реган, словно оголодавший зверь, накинулся на мои губы, сминая их и не давая мне сделать даже малейшего вздоха. Его жестокие губы наказывали меня, жадно целуя. Горячая рука мужчины пробралась под ткань моей футболки, нагло проходясь по моей пояснице. Рой возбуждающих мурашек пробежал по моей спине, делая свое дело. Мой первый стон, и его коварные губы целуют мою шею. Так жарко, так сладко, что мой новый протяжный стон звучит глухо, разносясь по длинному коридору академии.

Приближающиеся тяжелые шаги и голос Гарри привели нас в чувство. Мы отстранились друг от друга и дышали тяжело, переводя дыхание, глядя друг другу в глаза. Реган первым отстранился и выпустил меня из своих цепких рук, давая мне пригладить растрепавшиеся волосы и поправить ворот моей одежды. От полученных эмоций я пошла вперед, слегка пошатываясь. Я не оглянулась. Внутри меня бушевали разные чувства. Что это было? При первой встрече этот мужчина показался мне приятным и обходительным, но сегодня он искрил всем спектром чувств: был груб, дерзок, страстен и... Эмоции, эмоции. Я почувствовала столько разных эмоций, мощной волной исходивших от него: ревность, радость, вожделение. Ревность! Точно! Это была ревность. Но почему? Не успела я додумать, как из-за угла ко мне вышел встревоженный Гарри.

— Таня, ты где была? Мы тебя все потеряли, — обеспокоенно произнёс он и посмотрел мне за спину.

Я обернулась и увидела подпирающего плечом стену Регана, наблюдавшего за нами.

— Прости, мы немного увлеклись, общаясь с Реганом, — прикусила я опухшую от поцелуев губу и умоляюще посмотрела на Гарри. — Не сейчас, — одними губами прошептала я.

— Пойдём, нас все ждут, — понимающе кивнул он мне и лишь мимолётно сверкнул глазами в сторону демона.

В лаборатории оказалось очень шумно, я даже вначале немного растерялась. Мужчины в зелёной форме слаженно работали над своими зельями. Было видно, что они спешат что-то сотворить в своих склянках и дымящихся котелках. Я даже увидела Кени, стоящего над своим столом со склянками и с задумчивым видом что-то перемешивающего в пробирке.

Он будто почувствовав мой взгляд, посмотрел на меня и удивился. Я лишь покачала головой и кивнула на Гарри. Кевин понял меня и не стал задавать лишних вопросов.

Пройдя лабораторию, мы зашли в просторный холл. На одном из диванчиков сидела одинокая фигурка знакомой мне лисички.

Гарри и Реган, что всё это время молча следовал за нами, попросили меня немного подождать, а сами зашли в одну из дверей.

Я подошла к Агате, которая совсем не обращала внимания на происходящее, и легонько прикоснулась к её плечу. Девушка дёрнулась и подняла на меня заплаканные глаза.

— Таня? — удивлённо спросила она и заозиралась. — Что ты тут делаешь?

— Привет, позволишь мне присесть рядом?- Да, конечно, присаживайся. Прости, я такая рассеянная. У меня здесь муж лежит, и с каждым днём ему становится всё хуже. Раньше меня к нему пропускали. А теперь вот, - хлюпнула она носом, - позволяют лишь через стекло палаты наблюдать за ним. Ещё и охранную систему зачем-то поставили на двери, - пожаловалась она мне.

— Поверь, это лишь меры безопасности.

— Ты что-то знаешь? — взяла меня за руку и посмотрела с надеждой.

— Кое-что знаю, но вряд ли мне можно об этом говорить ещё с кем-то, — задумалась я. — Ты лучше расскажи, как так получилось, что именно твой муж оказался здесь.

Агата отпустила мою руку и, сжав нервно маленький платочек в руке, положила руки на колени.

— Вся эта история произошла из-за моей матери. Когда она ещё была молода, как мы с тобой, учась в этой же самой академии, она познакомилась с двумя братьями-голиафами. Они были старше её на два курса и учились на боевом факультете. Обходительные, привлекательные и сильные парни не могли оставить сердце юной оборотницы равнодушным, и она влюбилась. Причём влюбилась так, что совсем не замечала их дружеского отношения к ней. Она возомнила, что они тоже любят её в ответ, и была очень расстроена и зла, когда однажды, спеша на встречу с ними, увидела, как они обнимаются и целуются с её близкой подругой. Там ещё что-то произошло между ними, после чего голиафы в грубой форме категорически отказались даже общаться с мамой. После того случая она вбила себе в голову, что все мужчины этой расы — подлые, грубые существа низшего ранга. Что их нужно изолировать от общества и держать под замком. Я только недавно, перед тем как сблизиться со Стефаном, узнала настоящую историю мамы. От её бывшей подруги, кстати. — Я осторожно сжала руку Агаты, чтобы поддержать её. — Мамино помешательство достигло предела, когда она саморучно накачала моего Стефана каким-то препаратом и заперла меня с ним в одном помещении. Мне до сих пор снятся его глаза, наполненные лишь дикой яростью — убить и разорвать меня. Сейчас это чудовище, которое я двадцать один год называла «мамой», находится на северных островах, где отбывает своё наказание. Я, наверное, никогда не смогу её простить за это, — горячие слёзы снова покатились из глаз Агаты.

Я обняла девушку, чтобы успокоить.

— Всё будет хорошо. Меня для этого и пригласили сюда, чтобы как-то помочь пострадавшим.

— Пострадавшим? — зацепилась Агата за слово. — Их несколько?

Я ничего не успела ей ответить, нас двоих Гарри пригласил зайти в кабинет, который и скрывался за одной из дверей.