Глава 12

Братья Лоренсо переглянулись, решив, что настал их звездный час, и на мгновение мне стало смешно. Ей богу, как дети перед вручением подарков на новогоднем утреннике.

На лице Фелиса читались радость и предвкушение, кажется, он уже видел корону на своей голове, а меня в своей постели. Ведь в договоре прописано, что я должна выйти замуж за того, кто наследует трон, а Лоренсо после такого скандала это не светит.

Когда мой взгляд встретился с глазами Уго, изобретатель посмотрел на меня слегка настороженно. Держу пари, этот править не собирался, ведь он лишь третий принц. И сейчас, скользя взглядом по моей фигуре, чуть задержав внимание на груди, он впервые оценивает меня как женщину, а не как объект исследований или хорошего слушателя.

В его глазах задумчивость и солидная порция настороженности. Он не жаждет затащить меня в постель, видимо, в его личной жизни и так все благополучно. Но оценивает новые возможности для исследований и экспериментов, которые, несомненно, даст ему трон.

Неужели королева не понимает, что младший станет не лучшим королем? Он может уйти в исследования с головой, как только дотянется до власти и казны. Решать проблемы народа придется либо мне, либо главам знатных родов. Хотя кто у нас тут из самых знатных? Уж не Нерия ли Кастай? К тому же ей добавит веса замужество с первым принцем. Ну конечно! Вот кто в итоге станет кукловодом, реальной правительницей Кильмаари.

Учитывая, что эта драная кошка испытывает ко мне жгучую ненависть, моя жизнь, скорее всего, будет невеселой и недолгой. По всем признакам мне совершенно невыгоден текущий расклад. Я попала к народу, который является помесью зверя и человека. Но сдается мне, и у зверей, и у людей действует один и тот же закон: "Ешь, не то съедят тебя". Нерию Касатай необходимо "съесть" при первом же удобном случае, иначе эта изобретательная стерва до меня доберется.

Я подошла к братьям Лоренсо, чтобы потянуть время. Мне бы как следует обидеться на барсика за пренебрежение и попытку измены. Но так ли он виноват? Проклятие управляет моим женихом уже давно. Мучает днем и ночью. Не думаю, что он переживает это легко.

Его ненависть к Азалии вполне оправдана, и он не знает, что я не она. В любом случае я не желаю участвовать в грязной игре, которую затеяли Нерия Кастай с королевой. Показательный позор, конечно, хорош и очень поучителен для развратного кота, но, помимо того, что замена жениха мне невыгодна, я не хочу быть карающей десницей. Нужно оправдать Лоренсо и по возможности не подставить себя.

Да и эту белобрысую хочется по носу щелкнуть. Судя по тому, как она ловко взяла в оборот моего жениха, она уже давно не невинна. Так потерю чего она тут пытается доказать? Как можно потерять то, что потеряно уже давно и во всех возможных позах? Не удивлюсь, если эстиона Кастай та еще профессионалка.

Ах да! Ведь некоторые редкие умельцы в этом мире могут при помощи магии восстанавливать невинность. Значит, надо как-то вытащить на свет, что Нерия и не была невинна.

Окрыленная посетившей меня идеей, я повернулась спиной к принцам и приблизилась к королеве.

— Все это так неожиданно, Ваше Величество. Прежде чем я оглашу перед всеми свое решение, пожалуйста, позвольте преподнести дар эстионе Кастай? Потеря невинности — это такая трагедия! Мне очень жаль ее, я хотела бы хоть чем-то ей помочь.

Королева, решив, что дело сделано, кивнула с затаенной улыбкой.

— Вы так великодушны, эстиона Азалия. Конечно, вы можете принести дар моей наперснице.

Я сложила ладони лодочкой, наколдовав радужной пыльцы, которую феи использовали для материализации предметов, и создала в руках маленький, но очень красивый, источающий изумительный аромат белый цветок.

Протянув его оборотнице, я произнесла:

— Любой девушке дорога ее невинность, я очень сожалею о вашей утрате, эстиона Кастай, и хочу помочь вам.

— Мне уже ничто не поможет! Я опозорена! — всхлипнула оборотница.

— Возьмите, это Цветок Чистоты, — продолжила я голосом психотерапевта. — Очень редкое растение, создать его может лишь не вкусившая плотской любви вельхотари, и то не каждая. Съешьте его сейчас, и ваша невинность тут же к вам вернется. Вы сможете избежать позора и выйти замуж за первого принца чистой, как лепестки этого цветка.

— П-правда? — опасливо произнесла оборотница, принимая из моих рук цветок.

— Конечно, — тепло улыбнулась я, мягко касаясь белого плеча Нерии Кастай, выглядывающего из разодранного платья — Только там есть один малюсенький побочный эффект, но вы были чисты до того, как вас обидел этот жестокий барс, так что вам ничего не грозит.

— Какой побочный эффект? — настороженно произнесла оборотница.

— Да не беспокойтесь вы так! Ешьте скорее цветок, а то он скоро потеряет полезные свойства, а новый я создать уже не успею. Невинная вельхотари лишь раз в три года может вырастить это чудо, а я скоро выйду замуж и по понятным причинам утрачу способность выращивать эти дивные цветы.

— И все же? — Оборотница внимательно уставилась на меня, схватив за рукав, чтобы не дать отойти.

— Ох, да мелочи! Просто та девушка, что уже теряла невинность и восстанавливала ее магическим путем, съев Цветок Чистоты, теряет возможность к деторождению. А еще никогда больше не испытывает удовольствия э-э-э… там, внизу… от… ну… ну вы поняли от чего! Да вы ешьте, ешьте! Это же уникальный шанс вернуть вашу утерянную чистоту, второй такой возможности вам уже не представится.

Нерия Кастай замялась, собираясь что-то ответить, но только открыла рот и закрыла снова. Я же продолжала напирать:

— Почему вы не съедите его? Неужели… — Я круглыми от удивления, растерянными глазами поглядела на Лоренсо, королеву и, наконец, снова на Нерию. — Неужели это был не первый ваш раз? Ой, простите… — Я смущенно прикрыла ладошкой рот. Жаль, покраснеть на заказ не вышло.

По толпе придворных дам прошел шепоток, словно едва слышно листва на ночном ветру зашелестела. Кажется, я попала в точку! Она восстановила невинность, и она очень хочет ребенка от Лоренсо, чтобы укрепить влияние своего рода на королевский дом. Подозреваю, именно ради этого и затевалась вся эта вакханалия в кабинете.

— Но тогда как же вас опозорили, если вы однажды уже теряли и восстанавливали невинность? — сделала я наивные глаза.

Оборотница молчала, только побледнела еще сильнее, затем залилась румянцем, кроша в пальцах нежный бутон, а потом полыхнула злым взглядом, бросила мой подарок под ноги и, развернувшись, молча вышла из зала.

— Что это с ней? — произнесла я, чувствуя затылком яростный взгляд королевы.

Видимо, повелительница оборотней точно знала, когда и с кем грешила ее наперсница. Может, она ей невинность и восстанавливала? У Ее Величества, судя по ауре, нехилый магический потенциал.

Я оглядела остальных участников фарса. Уго хмурился, Фелис плотоядно улыбался, глядя на удаляющуюся Нерию тем самым взглядом, каким смотрит на женщину мужчина, который точно знает, как та выглядит без одежды. Видимо, и его постель посетила наша "невинная" овечка — простите, кошечка.

Лоренсо же смотрел на меня таким пораженным взглядом, что я искренне пожалела, что нет телефона, чтобы сфотографировать. Я бы этот снимок распечатала и поставила на тумбочку. Умиляющее зрелище: наглый кошак в шоке. Кстати, нужен завершающий штрих. Я подошла к жениху, взяла его под руку (тот не сопротивлялся) и обратилась к королеве:

— Ах да, простите, Ваше Величество, я не ответила на ваш вопрос. С вашего позволения, я останусь при том женихе, который указан в договоре. Конечно, я понимаю, что не бывает дыма без огня. Возможно, первый принц, неосторожно дал эстионе Кастай ложную надежду. Но я великодушно прощаю его, поскольку не хочу, чтобы этот глупый инцидент испортил союз между нашими народами. Ведь моя тетушка и Его Величество Алонзо шли к этому так долго и вложили много сил. Мы можем идти?

— Идите, дитя мое. Вижу, вы великодушны и дальновидны, что весьма похвально, — процедила сквозь зубы королева, выдавая улыбку-оскал. Судя по взгляду королевы Кастодии, она с удовольствием перегрызла бы мне горло за все перечисленные качества. — Однако, думаю, вам не помешает сопровождающая. Лестисия, проводи эстиону Азалию и Его Высочество.

— О, вы так добры, Ваше Величество! Но не стоит утруждать эстиону Сивори. Несмотря на происшедшее, я вполне доверяю Его Высочеству. Уверена, он не причинит мне вреда и не попытается обесчестить до свадьбы.

Барс окинул меня еще одним ошеломленным взглядом. Я сладко улыбнулась в ответ. Так-то, дорогой котомуж! Теперь тебе придется соответствовать созданной репутации, если не хочешь подмочить ее.

Я поклонилась королеве с благодарной улыбкой, а поскольку я все еще держала под руку ошеломленного Лоренсо, ему пришлось поклониться тоже. Когда мы разогнулись, я произнесла так, чтобы мои слова слышали все:

— Идемте, Ваше Высочество. Эти подземелья — настоящий лабиринт. Я так устала спускаться сюда и точно не найду дорогу сама. Надеюсь, вы сопроводите меня в мои покои?

Барс прокашлялся, выдал хрипловатое:

— Да, разумеется, эстиона. — И мы вместе покинули зал.

Лоренсо

Эта фея невозможна! Я окончательно запутался и совсем не понимаю ее мотивов! Сначала отталкивает меня, потом целует. Проклинает, подвергнув мукам и позору, а потом становится на мою сторону и обеляет мое имя перед матушкой и ее сворой.

Сейчас она почему-то держит меня под руку, несмотря на то, что сама дрожит от ощущения моей силы.

А я снова чувствую желание, которое озеро Икатава притупило всего на двадцать минут, которые я потратил на глупые споры с развратницей Кастай.

Кот внутри только что не воет от желания подхватить нашу фею на руки, и я сжимаю свободную ладонь, вонзая в нее ногти, лишь бы устоять.

Нельзя спугнуть ее сейчас, когда она пошла мне навстречу. Нужно удержать, укрепить доверие Азалии и скорее укусить, тем самым сделав своей.

При мысли о метке кот внутри сладко потянулся и, зажмурившись, мечтательно облизнул нос. Надо сблизиться с этой вельхотари, но как? Как отбросить лелеемые долгими годами обиды и попытаться ее понять? Как за короткое время остановить тяжелый маховик ненависти, что раскручивался целых пять лет?

Она воспринимает меня как источник опасности.

"А меня нет! Пусти меня к ней!" — вставил слово мой зверь, нетерпеливо переминаясь на лапах. В ответ я загнал барса поглубже и задал фее вопрос, который мучил меня с того момента, как она встала на мою защиту:

— Почему ты это сделала?

— Что? — играя в непонимание, спросила Азалия, но хитринка, всего на миг блеснувшая в аквамариновых глазах, выдала вельхотари с головой.

Тут я все-таки не выдержал. Подхватил пискнувшую от неожиданности несносную фею и понес вверх по ступеням, не сдержав тихого вздоха облегчения.

От одного того, что сжал ее хрупкое тельце, стало спокойнее, словно я обрел утерянную часть себя. Узел спутанных нервов, стянутый в груди, ослабевает. Даже дышится легче и глубже.

Проклятое проклятье феи! И ведь как хочется поверить, что на этот раз мое чувство настоящее, но родится новая луна — и все эти порывы умрут, угаснут, как лунная дорожка на воде с приходом рассвета.

— Почему ты не поверила Нерии Кастай? Почему не сменила жениха, если боишься меня? Чего ради решила обелить мою репутацию? — засыпал я вопросами свою проклинательницу.

— Ты же слышал, что я сказала Ее Величеству: не хочу бестолковыми метаниями ставить под удар союз между нашими народами, — ушла от ответа фея, подняв на меня взгляд, в котором я прочитал… сострадание! Опять! Сама заколдовала, теперь решила сама пожалеть! Р-р-р, как же она меня раздражает!

— Не нужно меня жалеть!

— Я не…

— Я все вижу. Из тебя неважная актриса.

— Но Нерия Кастай купилась, — утвердительно произнесла фея, философски пожав плечами.

Эта реакция меня весьма озадачила. Определенно что-то не так в кошачьем королевстве…

Нет, не так! Где-то в заповедных лесах Хидденленда определенно сдох при загадочных обстоятельствах бессмертный единорог!

Как же так? Самовлюбленная гордячка-Азалия, которую я знал пять лет назад, жаждала побеждать, быть лучшей во всем. Она непременно вспылила бы в ответ на мое замечание. Я слышал, кичливую племянницу королевы фей было довольно просто довести до белого каления. Достаточно было просто превзойти ее в любой мелочи.

То, что фея почти пропустила мои слова мимо ушей, выглядело странно.

Повзрослела? Но феи теряют импульсивность и обретают более устойчивый и мудрый характер после рождения третьего ребенка либо после пятисотлетия.

Затеяла новую интригу, в процессе которой рассчитывает отомстить мне за все хорошее? Возможно. Судя по тому, что я видел сегодня, мне следует опасаться козней своей будущей женушки, мало ли что ей в голову взбредет.

— Хочешь сказать, тот цветок… — недоверчиво произнес я.

— Просто цветок, и магии в нем не больше, чем в подорожнике, — со снисходительным довольством улыбнулась фея.

— Подо… что? — нахмурился я, заслышав незнакомое название.

— Э… — растерянно протянула фея и весьма соблазнительно прикусила своими белыми зубками нижнюю губу, будто сболтнула лишнее.

Мой кот на этот жест сделал такую стойку, что я едва не обратился. Да что со мной не так? Почему с этой феей мне сложнее себя контролировать, чем со всей толпой фальшивых истинных, вместе взятых?

Вельхотари заметила мое повышенное внимание. Она опустила ресницы, пряча глаза, будто боялась, что я могу прочесть ее мысли, и пояснила:

— Подорожник — новое растение. Его совсем недавно вырастили мои сородичи. Между прочим, отличное ранозаживляющее средство.

Стражи, стоящие у входа на женскую половину, удивленно покосились на меня и мою ношу. Скоро весь дворец будет знать, кому из наследников отца фея отдала предпочтение. Что ж, тем лучше. Это укрепит мои позиции.

Ведь пока я искал методы борьбы с проклятием феи, варился в котле своей депрессии и учился в Академии Карателей, братья не теряли времени даром, поднимая свою популярность у народа.

Уго подарил котам кучу полезных изобретений, а Фелис прославился тем, что умело отражал вылазки вампирских кланов, защищая северную границу.

Я должен стать не менее полезным, чем братья. Если для этого нужно удержать подле себя фейскую моль, чтобы вернуть торговые соглашения, я это сделаю. Сегодня я уже не тот эгоистичный болван, который пять лет назад променял интересы своего народа за эльфийскую юбку. Я докажу отцу и всем остальным, что не зря был избран наследником престола.

Наташа

Держать под руку двуликого без Хаяла на плече стало настоящим испытанием. Я изо всех сил старалась не дрожать, борясь с желанием отстраниться. Но я уговаривала себя потерпеть. Нужно четко обозначить свои предпочтения. Показать всем, что выбрала Лоренсо, иначе остальные котопринцы, королева и придворные дамы будут вольны подтасовывать карты, используя местные обычаи. А я не хочу, чтобы мою судьбу решали за меня. Пятой точкой чую: если стану пешкой в чужой игре, меня ждет гибель.

Барс тоже был напряжен. Я ощущала, как затвердели мышцы руки, за которую я ухватилась. Оба мы чувствовали себя не в своей тарелке.

Однако разговор позволил мне немного отвлечься от озноба, страха и толпы мурашек, марширующих по коже. Только вот принц решил, что это добрый знак, и подхватил меня на руки. Когда мы подошли к страже, я заставила себя обхватить рукой его шею. Ужас усилился, но на мгновение я перестала видеть коридор и самого Лоренсо.

Реальность вытеснил призрачный образ блаженно зажмурившегося барса, я слышала, как пятнистый кошак тарахтит от удовольствия, чувствовала под ладонью пушистую шерсть. Но стоило моргнуть, как снова увидела человеческий образ Лоренсо и поняла, что неосознанно сжала в ладони его волосы.

Я тут же выпустила длинную белую прядь и украдкой поглядела на первого принца. Он ничего не заметил, только еще сильнее выпрямил спину, гордо и торжественно прошествовав мимо поста стражи у входа в женскую половину.

Это напомнило мне о том, что я тут вроде ценной вещи, которую первой будут спасать при пожаре. Со стороны выживания удобно, а в душе неприятно, что во мне не видят человека. Впрочем, я и не человек теперь вовсе, для всех я фея, наславшая проклятие на сына альфы.

К слову, стражники, стоило нам пройти, растеряли всю выправку и холодную невозмутимость и зашушукались не хуже кумушек из свиты королевы.

Интересно, что бы сказал Лоренсо, узнав, что я вовсе не Азалия? Как в Андории относятся к иномирянцам? Стоило мне подумать об этом, как виски резанула боль. Похоже, Вивьен постаралась на славу: даже помыслить о том, чтобы раскрыть себя, я не могу.

Упомянув подорожник, который в этом мире не рос, я закусила губу и затаила дыхание: вдруг опять станет больно? Но на этот раз магия смолчала, видимо, потому, что я в тот момент не думала о том, чтобы рассказать правду. Значит, позже стоит прощупать чары запрета, насланные королевой фей.

Ожидала, что барс поставит меня на ноги перед дверью в мои покои, но этого не произошло. Лоренсо магией открыл дверь, внес меня внутрь, бережно опустил на кровать и замер, опираясь о матрас по обе стороны от меня. Он нависал надо мной, словно хищник, готовящийся броситься на добычу. Смотрел на меня, будто лишь я одна во всем мире имею для него значение. Я замерла, вжавшись в матрас, словно желая, чтобы он поглотил меня и спрятал от пронзительного взгляда двуликого. Мое сердце пропустило удар, когда он наклонился чуть ниже и откровенно уставился на мою шею. Похоже, кто-то сильно хочет сделать одной фее "кусь". Я заметила, что потихоньку отползаю прочь, только когда глаза двуликого наполнились детской обидой пополам с той вселенской скорбью, какая бывает в глазах у кота, сидящего рядом с пустой миской.

Я снова перестала видеть Лоренсо: из непонятно откуда взявшегося белесого тумана на меня смотрели небесные глаза зверя. Барс тяжело вздохнул, огорченно прижал уши и, обиженно развернувшись, потрусил прочь.

Где-то в другой реальности прозвучал голос человека:

— Что ж, вижу, вы устали. Вам определенно надо отдохнуть и… Спасибо, — последнее слово явно далось первому принцу с трудом.

С хлопком двери ко мне вернулось ощущение реальности. Исчезли страх, озноб и дрожь. Туман развеялся. Я ясно видела комнату вокруг и не менее ясно ощущала пустоту и одиночество внутри. Словно несносный кошак забрал и унес с собой нечто важное.