Глава 6

Лоренсо Мора

Мне, в отличие от моли, нового наряда не полагалось. Пришлось одеваться в ту же одежду. Я вытряхнул сердитую вельхотари из рубашки, которую освежил и разгладил заклинанием. Запах истинной, несмотря на очищающие чары, пьянил и кружил голову, заставлял моего кота блаженно жмуриться. Думаю, выпусти я сейчас своего зверя, тот еще повалялся бы на рубашке. Даже гнев на то, что фейская моль без спроса трогает мои вещи, куда-то улетучился. Когда смотрел на то, как девушка посыпает пыльцой волосы, чтобы уложить в прическу, поймал себя на том, что замер и почти не дышу.

Фея подняла волосы наверх. Любуясь ее нежной шейкой, я ощутил досаду, обругав себя идиотом. Это надо было настолько утратить контроль, чтобы забыть укусить собственную жену! Я не поставил Азалии метку, нужно срочно исправить это хотя бы сейчас! Пусть горничная видела, что раны на шее племянницы королевы нет, никто не станет ее слушать, видя обратное.

Зверь от этой мысли возликовал, я же подумал, что не хочу тянуть в пасть фейское мясо. Обуреваемый противоречивыми чувствами, приблизился к стоящей у зеркала Азалии. Она поправляла жемчужный браслет, а когда поняла, что я стою слишком близко, замерла и медленно подняла голову. Наши взгляды скрестились в зеркале, и я понял, что медленно, неумолимо тону в голубых озерах ее глаз. Захотелось сказать: "Может, если бы мы встретились при других обстоятельствах, все было бы иначе?" — но произнес совсем другое:

— Я должен поставить тебе свою метку, чтобы все знали, что ты принадлежишь мне.

— Что?! — округлила глаза фея, напрягшись, когда я положил ей руки на плечи и наклонился к шее.

— Сиди смирно, если хочешь, чтобы я сделал все аккуратно и кровь не попала на платье, — добавил я, наклонившись к ее шее, чувствуя, как от дивного запаха истинной меня с головой затапливает бешеное желание обладать ею. Здесь, сейчас, немедленно!

Рискуя снова потерять контроль, трансформировал клыки, чтобы укусить вельхотари, и тут она рванулась из моих рук, едва не упав на пол. Ее бегство включило мой охотничий инстинкт, и я бросился за своей добычей.

Погоня была недолгой. После круга по спальне я одним прыжком настиг Азалию и, обездвиживая, сжал в стальных объятиях, одной рукой держа поперек талии, второй наклоняя шею для укуса. Сначала фея отбивалась, но потом вдруг замерла. Ее взгляд приковало наше отражение в зеркале, к которому мы по воле случая вернулись, и я прочел во взгляде феи обрывки мыслей: "Его глаза светятся, у него клыки… он зверь… ужас… нет!"

Я был готов к тому, что фея будет сопротивляться и осыпать меня оскорблениями, но она обезоружила меня тем, что обмякла в моих руках, доверчиво откинувшись мне на грудь. Только когда она качнулась, я понял, что на самом деле произошло, и в который раз почувствовал себя монстром: вельхотари снова потеряла сознание от страха.

Уложив фею на кровать, надрезал предплечье кинжалом и, оставив каплю крови на платке, повязал его вокруг шеи Азалии. Теперь все будут думать, что традиции соблюдены.

Странно. Феи не выносят барсов, но я никогда не слышал, чтобы хоть одна при виде двуликого упала в обморок. Не знать о наших традициях и важности метки Азалия не могла. Почему же тогда она смотрела на меня так, словно я собираюсь ее съесть?

Сейчас ничего сделать нельзя. Ритуал требует, чтобы истинная в момент укуса была в сознании. Чаще всего метку паре ставили во время близости, чтобы приглушить боль. Но Азалия не подпустила меня к себе ночью, а сейчас…

Как ставить метку сопротивляющейся девушке? Если в момент укуса она станет вырываться, вместо аккуратного следа клыков получится рана, которая может убить ее. О Санкрисэль, как это унизительно! Неужели мне придется лебезить перед этой фейской молью, добиваться доверия и убеждать, что я ее не съем?!

"Именно, глупый ты человек! И начать лучше прямо сейчас!" — со смехом заявил кот.

Мне, в отличие от моли, нового наряда не полагалось. Пришлось одеваться в ту же одежду. Я вытряхнул сердитую вельхотари из рубашки, которую освежил и разгладил заклинанием. Запах истинной, несмотря на очищающие чары, пьянил и кружил голову, заставлял моего кота блаженно жмуриться. Думаю, выпусти я сейчас своего зверя, тот еще бы повалялся на рубашке. Даже гнев на то, что фейская моль без спроса трогает мои вещи, куда-то улетучился. Когда смотрел на то, как девушка посыпает пыльцой волосы, чтобы уложить в прическу, поймал себя на том, что замер и почти не дышу.

Фея подняла волосы наверх. Любуясь ее нежной шейкой, я ощутил досаду, обругав себя идиотом. Это надо было настолько утратить контроль, чтобы забыть укусить собственную жену! Я не поставил Азалии метку, нужно срочно исправить это хотя бы сейчас! Пусть горничная скажет, что раны на шее племянницы королевы нет, никто не станет ее слушать, видя обратное.

Зверь от этой мысли возликовал, я же подумал, что не хочу тянуть в пасть фейское мясо. Обуреваемый противоречивыми чувствами, приблизился к стоящей у зеркала Азалии. Она поправляла жемчужный браслет, а когда поняла, что я стою слишком близко, замерла и медленно подняла голову. Наши взгляды скрестились в зеркале, и я понял, что медленно, неумолимо тону в голубых озерах ее глаз. Захотелось сказать: "Может, если бы мы встретились при других обстоятельствах, все было бы иначе?" — но произнес совсем другое:

— Я должен поставить тебе свою метку, чтобы все знали, что ты принадлежишь мне.

— Что?! — округлила глаза фея, напрягшись, когда я положил ей руки на плечи.

— Сиди смирно, если хочешь, чтобы я сделал все аккуратно и кровь не попала на платье — добавил я, наклонившись к ее шее, чувствуя, как от дивного запаха истинной меня с головой затапливает бешеное желание обладать ею. Здесь, сейчас, немедленно!

Рискуя снова потерять контроль, трансформировал клыки, чтобы укусить вельхотари, и тут она рванулась из моих рук, едва не упав на пол. Ее бегство включило мой охотничий инстинкт, и я бросился за своей добычей.

Погоня была недолгой. После круга по спальне я одним прыжком настиг Азалию и, обездвиживая, сжал в стальных объятиях, одной рукой держа поперек талии, второй наклоняя голову, чтобы открыть шею для укуса. Сначала фея отбивалась, но потом вдруг замерла. Ее взгляд приковало наше отражение в зеркале, к которому мы по воле случая вернулись, и я прочел во взгляде феи обрывки мыслей: "Его глаза светятся, у него клыки… он зверь… ужас… нет!"

Я был готов к тому, что фея будет сопротивляться и осыпать меня оскорблениями, но она обезоружила меня тем, что обмякла в моих руках, доверчиво откинувшись мне на грудь. Только когда она качнулась, я понял, что на самом деле произошло, и в который раз почувствовал себя монстром: вельхотари снова потеряла сознание от страха.

Уложив фею на кровать, надрезал предплечье кинжалом и, оставив каплю крови на платке, повязал его вокруг шеи Азалии. Теперь все будут думать, что традиции соблюдены.

Странно. Феи хоть и не выносят барсов, но я никогда не слышал, чтобы хоть одна при виде двуликого упала в обморок. Не знать о наших традициях и важности метки Азалия не могла. Почему же тогда она смотрела на меня так, словно я собираюсь ее съесть?

Сейчас ничего сделать нельзя. Ритуал требует, чтобы истинная в момент укуса была в сознании. Чаще всего метку паре ставили во время близости, чтобы приглушить боль. Но Азалия не подпустила меня к себе ночью, а сейчас…

Как ставить метку сопротивляющейся девушке? Если в момент укуса она станет вырываться, вместо аккуратного следа клыков получится рана, которая может убить ее. О Санкрисэль, как это унизительно! Неужели мне придется лебезить перед этой фейской молью, добиваться доверия и убеждать, что я ее не съем?!

"Именно, глупый ты человек! И начать лучше прямо сейчас!" — со смехом заявил кот.

Наташа

Я пришла в себя на знакомой кровати. Воспоминания о клыках оборотня заставили резко сесть. Вивьен, которая хлопотала надо мной, прикладывая ко лбу влажное полотенце, едва успела уберечь подбородок от удара моим лбом.

— Осторожней, милая, не то я подумаю, что это покушение на королевскую особу! Служанка, которую я посылала за тобой, прибежала ко мне в настоящей истерике, сказала, что ты лежишь без чувств. Что тут у вас произошло?

— Меня пытались укусить и, полагаю, преуспели в этом… — произнесла я, дотронувшись до повязки на шее и с удивлением осознавая, что боли нет.

— Моя жена слишком эмоционально воспринимает мою трансформацию. Неужели вы не рассказывали Азалии о метке? — хмуро спросил оборотень, который стоял, скрестив на груди, рядом с окном.

— Разумеется, моя племянница осведомлена об этом! Но, принц, неужели вы ждали, что после нападения двух неотесанных мужланов, которые отрезали бедной девочке крылья, ее нервы будут в порядке? Ей сейчас нужен покой, забота и уход, — сухо заявила Вивьен, строго глядя на моего мужа. — Смею напомнить, вы сами выбрали Азалию и обещали заботиться о ней должным образом. Дорогая, если твой муж будет к тебе невнимателен, обязательно пошли мне весточку. Я нанесу вам визит и подробно объясню принцу, в чем он не прав.

После этой фразы барс основательно скис. Видимо, прикинул масштабы неприятностей, которые свалятся на мохнатую пятнистую голову, если я нажалуюсь на него венценосной теще.

Я встала с постели и под перекрестным огнем взглядов Вивьен и Лоренсо подошла к зеркалу. Желая видеть состояние своей шеи, попыталась снять платок, но тут же была остановлена оборотнем. Барс молниеносно переместился ко мне, взял под локоть и повел к выходу.

— Должно быть, Азалия проголодалась. Думаю, завтрак укрепит ее силы, не так ли, Ваше Величество?

— Несомненно, прошу за мной. Я прикажу подать завтрак на террасе. Свежий воздух будет полезен после обморока, — лучезарно улыбнулась Вивьен и возглавила нашу процессию.

Барс придержал меня, чтобы немного отстать от королевы, а затем притянул к себе за талию, чтобы шепнуть на ухо:

— Я не кусал тебя. Кровь на платке моя.

— Да неужели? И что же тебя остановило? — так же негромко прошипела я.

— Разве ты не знаешь, что метку можно поставить, только если женщина в сознании?

Шикарно! Значит, он просто собрался укусить меня позже!

— Повязку не снимай и меняй, пока никто не видит. Пусть все думают, что традиции соблюдены. Все поняла?

Ответить я не успела, поскольку в наш разговор вторглась тетушка, которая заметила, что мы отстали. Вивьен остановилась, дожидаясь, когда мы поравняемся с ней, и восторженно воскликнула:

— Ах, глядя на вас, я вспоминаю свою молодость! Дорогая племянница, я тебе даже завидую. У вас двоих столько всего впереди! — Королева смахнула с уголка глаза несуществующую слезинку и, подхватив меня под другую руку, повела вперед.

За столом Вивьен сконцентрировалась на барсе. Расспрашивала о торговых делах Кильмаари, разъясняла пункты нового договора. Я же исподволь разглядывала барса, пытаясь привыкнуть к мысли, что теперь у меня есть муж. Надо же, когда не делает сердитое или надменное лицо, он, пожалуй, неплох. Глазищи так вообще невероятные.

Если бы еще не был таким злобным, ни в кого не превращался и не пытался укусить, вообще цены бы не было. Но что есть, то есть. Пусть мне это не нравится, но выбора нет. Может, попытаться как-то найти с ним общий язык? Но, кроме того, что он зол на Азалию, есть еще одна серьезная проблема: я его боюсь.

Вся моя бравада сходит на нет, как только он начинает превращаться. Нет, кот мне даже нравится. Но стоит вспомнить, как плыли и искажались точеные черты лица, превращаясь в морду, как руки становились когтистыми лапами, а кости со щелчками меняли положение под бугрящейся кожей, что на глазах обрастала шерстью, как в горле от ужаса встает ком.

От мрачных мыслей меня отвлек влетевший на террасу Хаял. Сделав круг почета над столом, дракончик уселся мне на плечо и сочувственно ткнулся острой мордочкой в щеку.

— Привет, мой хороший! Хочешь чего-нибудь? — произнесла я, чувствуя, как с появлением голубого дракончика на душе моментально становится легче. Летун аккуратно перебрался на мое левое предплечье и оттуда дотянулся до сладкой булочки, обхватил ее маленькими когтистыми лапками и принялся с аппетитом есть.

Я погладила любимца по шейке, заработав хмурый взгляд от оборотня, и демонстративно отвернулась. А вот нечего на меня так коситься! Тебя, может быть, называли бы так же, если бы не кусался и не пытался взять меня силой!

Наша игра взглядов не укрылась от тетушки, которая выдала снисходительную улыбку, словно смотрела на детскую ссору.

После завтрака нас с принцем торжественно проводили на площадь — к стационарному порталу, ведущему в королевство оборотней. Мне выделили лошадь, на которую я, в прошлом увлекающаяся верховой ездой, забралась без проблем.

Чужая память подсказала, что точка выхода портала вдалеке от населенных пунктов, на большом плато. Оттуда нам предстояло добираться до столицы по довольно опасной горной тропе.

И тут я вспомнила: если коснуться стенки межпространственного перехода, меня затянет в нее и никто не будет знать, куда я перенеслась. Даже Вивьен со своим следящим браслетом окажется в пролете, ведь, пока она будет добираться до меня, я отыщу способ его снять!

Разумеется, есть шанс оказаться над пропастью, на дне морском или в центре пустыни. Но, помнится, один мудрец сказал, что лучше жить на кровле, чем со сварливой женой в доме. Думаю, жизнь со злобным мужем тоже не сахар и не мед. Плохо жить я могу и одна. Разница в том, что вдали от мохнатого синеглазого изверга я буду вольна что-то менять, а рядом с ним буду полностью зависима и вынуждена терпеть его бесчисленные нападки.

Что до вельхотари, мне безразлична их судьба. Уверена, с такой ушлой королевой крылатым цветочным девицам ничего не грозит. Вивьен найдет сто способов выпутаться из любой ситуации. Я же рискну сыграть в рулетку с порталом! Где наша не пропадала!

Первыми в портал въехали два воина из сопровождения, далее я и Лоренсо, остальные три спутника принца замыкали наш отряд. Я подгадала подходящий момент, вытянула руку и по локоть погрузила в стену пространственного коридора. Серебристая гладь, ранее шедшая рябью, взволновалась еще больше, пошла кругами, а затем меня дернуло из седла так, что не успела даже вскрикнуть.

Я порадовалась, что заранее достала ноги из стремян. Думаю, не сделай я этого, могла бы себе что-нибудь повредить. Когда меня затянула холодная студенистая воронка, ощутила, что кто-то ухватил меня за плащ. Думала, меня сейчас втащат обратно в коридор телепорта, но натяжение ткани на шее неожиданно ослабло и меня выбросило на траву посреди тропического леса.

Неужели я где-то на территории Хидденленда? Деревья не сильно отличались от тех, что я видела из окна своей комнаты в Лумойсе. Неподалеку в кустах послышался шум. Обернувшись, я успела разглядеть силуэт выпавшего из портала человека. Притом рухнул он не как я, сразу на траву, а в нескольких метрах от земли.

Меня нашли! Наверняка это мой блохастый муженек! Я вскочила и как можно быстрее ринулась прочь. Бежать по незнакомой местности без какой-либо дороги под ногами было бы глупо, поэтому я двигалась быстрым шагом, внимательно глядя, куда ступаю, и порой оглядываясь назад. Странно, но меня никто не преследовал. Может, оборотня при падении приложило так, что он потерял сознание? В любом случае это мне на руку. Так я смогу уйти на достаточное расстояние от преследователя и решить, куда двигаться дальше.

Неожиданно меня кто-то сильно толкнул в спину, а плечи прошила боль от пробивающих одежду когтей. Я закричала, вырываясь из хватки хищника, и меня тут же отпустили. Подняв голову, я увидела, что по поляне катается серо-рыжий клубок: тигр и барс дрались за добычу в моем лице.

Я зачарованно наблюдала за смертельной схваткой. В этот момент я испытывала к мужу сочувствие, видя, как тигр рвет его бока, пытается дотянуться до горла и повалить.

Вспомнила, что должна бежать, только когда барс одержал победу и повернулся ко мне, облизывая окровавленную морду. Я замерла, но попятилась, когда кошак сделал несколько шагов в мою сторону, припадая на левую переднюю лапу. Оборотень сел и укоризненно посмотрел на меня.

— Не смотри на меня так. Я не стану твоей женой, и не надейся! Ты же сбежал со свадьбы пять лет назад? Сегодня моя очередь!

Я повернулась и зашагала прочь. За спиной раздался тоскливый мяв, исполненный низким хриплым голосом, каким распевает песни здоровенный мужик после долгих возлияний. Я замерла, но, не услышав за спиной шагов, двинулась дальше.

Еще один мяв заставил меня вернуться. Черт, почему мне его так жалко?! Однажды мое сострадание меня погубит! Как мужик он редкий козел, но, кажется, его коту удалось мне понравиться! Только вот мужа ни в человеческом, ни в зверином обличье я не нашла: на поляне лежал, совершенно незнакомый мне мужчина. На нем была серая окровавленная рубашка и черные кожаные штаны. Светлые волосы также были местами в пятнах крови. Чертами лица и статью он неуловимо напоминал Лоренсо. Незнакомец, морщась от боли, поднялся, извлек из воздуха пояс с мечом и кинжалом, надел его и приблизился ко мне:

— Эстиона, вам не следует ходить по лесу одной! Прошу, не совершайте больше таких необдуманных поступков.

— Кто вы? — нахмурилась я, делая шаг назад, поскольку сочла, что для простой беседы оборотень слишком вторгся в мое личное пространство.

— Не бойтесь. Мое имя Фелис Мора. Я сын повелителя Кильмаари и брат вашего жениха. Меня послали охранять вас. Скажите, вы не пострадали?

— Пустяки, несколько неприятных царапин, — ответила, заново оглядывая собеседника. И правда, они с Лоренсо похожи. Но только внешне, а вот манеры разные. Этот наследник альфы явно более культурный и сдержанный, чем мой раздражительный муж.

— Позвольте, я взгляну? — В руках блондина возникла небольшая сумка, стеклянно звякнувшая, когда тот повесил ее на плечо.

— Нет! — отступила я на шаг, когда оборотень протянул руку к моему плащу.

Какая же я дура! Вернулась она, пожалела котика, захотела лапку перевязать! Мало того, что это оказался не Лоренсо, так еще и забыла, что пишут в книжках моего мира про оборотней. У этого Фелиса наверняка регенерация, какая мне даже не снилась!

И что делать теперь? Сказать: "Спасибо за спасение. Ну, я пошла, всего хорошего"?! Кошак определенно увяжется за мной. Но… даже если и увяжется. Кто знает, когда нас найдут? Думаю, мужу и тете понадобится не один день, чтобы отыскать меня даже при помощи магии, а от барса можно и сбежать, ведь все иногда спят, не так ли? Остановимся на привал, ночью стащу что-нибудь из его оружия, хотя бы вон тот кинжал. Слабенькой мне он будет как раз по руке.

Я ожидала, что барс разозлится и будет меня преследовать, но он немедленно остановился и, чуть улыбнувшись, будто увидел проказливого ребенка, примирительно произнес:

— От таких царапин бывает заражение. Прошу, позвольте мне промыть ваши раны и нанести исцеляющее средство. — Фелис кивнул на поваленное дерево, приглашая сесть.

Меня одолевали сомнения. Разрешить прикасаться к себе незнакомому мужчине? И еще, я же не видела этого типа в свите Лоренсо! Среди всего пятерых сопровождающих я никак не могла его пропустить!

— Я не видела вас раньше. Вас же не было в свите моего жениха? — подозрительно сощурилась я.

Легкая улыбка и сдержанный кивок.

— Совершенно верно, эстиона. Вы не видели меня потому, что мой облик был скрыт чарами, изменяющими внешность. Отец не хотел подрывать репутацию наследника, открыто показывая свое недоверие к нему, и велел мне принять облик герцога Бассини.

Видя, что я колеблюсь, барс сел на поваленное дерево, переместив сумку с зельями на колени, и добавил:

— Идите же, будет обидно, если кожу такой милой девушки изуродуют шрамы. — И опять эта легкая, теплая, сдержанная улыбка.

Боль в ранах и ощущение, что ткань на плечах и спине становится все более мокрой, заставили меня подойти к барсу. Снять плащ самой мне не дали. Отстранив мои руки от застежки, Фелис произнес:

— Вам больно, не двигайтесь лишний раз. Я сам все сделаю.

Я напряженно следила за тем, как блондин расстегивает застежку плаща и аккуратно его снимает. Заставляет меня наклониться легким нажатием на затылок, а затем, расстегнув несколько пуговиц, спускает платье с плеч, обнажая верхнюю часть спины. Я же, придерживая грозящий соскользнуть лиф платья, почему-то думала о том, остались ли между лопаток шрамы от срезанных крыльев, или лечение Вивьен устранило все следы.

Царапины от когтей обработали какой-то жгучей жидкостью, заставив меня шипеть от боли, затем намазали прохладной, пахнущей травами мазью и накрыли какой-то тканью, которая словно сама собой прилипла к коже.

— Пусть я не целитель, но мазь, которую я использовал, магическая. Она не даст развиться заражению и заживит все повреждения. Пока не купайтесь и не совершайте резких движений. По прибытии во дворец повязку можно будет снять — пояснил барс, застегивая платье обратно и извлекая из воздуха другой, темно-зеленый плащ, чтобы накинуть мне на плечи вместо старого.

— Спасибо — хмуро поблагодарила я, заработав в ответ еще одну улыбку — Вы так спокойно говорите о возвращении, словно уверены, что нас легко найдут.

— Нас унесло не так уж далеко. Судя по деревьям, мы все еще в Хидденленде. Брат видел, что я успел уцепиться за ваш плащ. Перед поездкой каждый из сопровождающих принца дал ему образец своей крови. Используя его, Лоренсо легко найдет меня при помощи магии и скоро…

Тут на нас упала тень, и прозвучал знакомый рык:

— Что это значит, Фелис?!