Глава 34

Я плыла на волнах сознания, то полностью погружаясь в небытие, то всплывая наружу и делая прерывистый выдох. Сотни изображений мелькали перед закрытыми глазами. Становились то ярче, то бледнее. И в этой череде воспоминаний, трудно было различить какое, принадлежит мне самой, а какое царевне.

В какой-то момент это стало неважно, словно две личности, как два цвета слились в один, образуя новый невероятный облик.

Облик Мирославы Московиной. Только, что делать со всем этим непонятно. Непонятно и то, как дальше жить. Где жить.

Во дворец возвращаться без силы опасно, а как добраться до пресловутой ведьмы неизвестно.

Финал. Конец. Тупик. И стены, кажется, сужались все сильнее, вынуждая задыхаться и просить небеса о помощи.

Наверное, впервые в жизни.

Религия для меня никогда не имела значение, я надеялась всегда лишь на одного бога. Антибиотики. Именно они могли вытянуть любого мертвеца с того света. Но иногда не помогали даже они. И вот сейчас мне тоже не помогут.

Потому что казалось, что я уже мертва. И мне нравилась эта невесомость. Плывешь себе, не думаешь о том, как спасти честь, жизнь, где жить, где спать. Что в конце концов есть.

Но мне не дали полностью погрузиться в эту атмосферу небытия, вытягивали насильно.

Какой-то наглец тряс меня за плечи, и я нехотя, еле шевеля мышцами тела, все же подчинилась настойчивому зову и приоткрыла глаза.

— Мирослава, царевна, больше спать нельзя.

На меня снова смотрели эти два бородатых, одинаковых лица с зелеными глазами. Переглянулись и озорно улыбнулись.

— Очнулась, — произнесли они хором, как заядлые солдаты перед уходом в бой. Они и правда, как солдаты. Бравые, крупные, почему-то без рубашек. Спасибо, что в брюках, а то, судя по ширине штанин, там было чего пугаться.

Я мельком осмотрела свое — Ну, что такое! — снова обнаженное тело, которое парни решили в очередной раз обмыть.

В который раз?

Но несмотря на вопиющую неприличность ситуации, я поняла что нога почти не болит, только желудок.

— Долго я спала?

— Три заката, почти, жизнь мы твою спасали… — заговорил тот, что омывал мою грудь, очень тщательно потирая соски.

Из-за отсутствия каких-либо болезненных ощущений, я начала чувствовать слабые импульсы от такой нежной помывки. Похотливая сука, по другому, и не скажешь.

Судя по всему они не звери. А с любым человеком можно договориться. Пусть даже для этого придется немного поиграть в послушную и ласковую лису.

— Как имя твое, молодец, — спросила я с предыханием и подняла слабую руку к его лицу, накрыла щеку и погладила, чем заслужила одобрительную улыбку.

— Борислав я, а это брат мой Горислав. Мы тут много лет живем. В этой общине я главный. Кто против меня идет от моего меча замертво падает. Теперь ты будешь жить с нами. Я как самый сильный выбрал тебя своей женой, но я всем делюсь с братом. Так что будешь ублажать нас обоих, потом детей родишь…

Ясно. Не так быстро ковбои.

— Это же замечательно! — игриво воскликнула я. — Я всегда мечтала о молодых и сильных мужьях.

Я как можно слаще улыбнулась, потом повернулась к Гориславу, что как раз убирал тазик и, протянула руку.

Тот сразу, буквально, как щенок поспешил ко мне.

Когда спросить про ведьму, как не вызвать подозрение и не нарваться на новое приключение.

— Ничего не болит? — спросил меня Борислав, внимательно вглядываясь в лицо и когда я с улыбкой покачала головой, то кивнул на тумбу возле грубо сколоченной кровати кровати, но с резным подголовником.

На тумбе к моему восторгу стояло парное молоко, булочки и сыр. До ужина судя по всему еще далеко, солнце на самом верху.

Я села, мне даже подложили подушку под спину, а потом взглянула на ногу. Там почти не осталось следа когтей, лишь слабые отметины.

— Как вы это сделали, там раны были огромные? — удивилась я.

— Травы все, — пожал плечами Борислав и присел на стул, не отрывая от меня взгляда. — Ешь, ешь, ты нам сильная нужна.

— Выносливая, — подтвердил второй и они снова переглянулись, а меня пробрал холодок.

Хотя из окна скорее пышило жаром.

Не будут же они просить платы за жизнь сейчас, я еще не выздоровела. А с другой стороны, я чувствуя себя удивительно хорошо. Как же быть… Сбежать не получится, тут даже Джеймсу Бонду понятно. Мечи стоял в углу просторной комнаты.

Прием пищи был хорошей отсрочкой, и делала я это очень медленно, отламывая маленькие кусочки булочки, вымакивая их в молоке и облизывая пальцы.

Понятно, что братья жадно наблюдали за каждым моим движением, а у меня зрело решение…

Одной мне не уйти, это ясно. Тем более, чтобы ведьму задобрить, мужчина будет просто необходим. Близнецы уже покорены мною и трое суток выхаживали в неплохой надо сказать комнате.

Как они еду добывают, я узнаю попозже, а сейчас можно выяснить насколько они хотят быть моими невольными рабами.

Ведь нет силы сильнее, красота в руках опытной женщины.

— Это было очень вкусно, пальчики оближешь, — пропела я и невольно почувствовала, как возбуждение накатывает волнами.

Предвкушение, как вино плескалось на дне моего тела и его осталось только пригубить, чтобы показать этим двум дикарям, что в их мире появится новая богиня.

— Можно я тоже оближу, — подсел ко мне Горислав и схватил запястье, но я вырвалась и шлепнула его по наглой руке.

— В чем дело?! — сразу рыкнул он, а Борислав поднялся со стула. Понятно. Одно неверное движение или слово и эти двое просто порвут меня на части.

— Ты обидел меня, — облизнула я губы, изображая отчаянное волнение и взяла в рот мизинец.

— Чем же?

— Попросил разрешения, и тут же схватил.

— Мы спасли твою жизнь, не гоже нос воротить, — прогремел Борислав и резко, грубо поднял меня, держа за плечи. Но и тут я не растерялась.

Положила руки на часто вздымающуюся грудь и стала поглаживать, то вверх к шее, то вниз к явно вздыбленным шароварам.

— Я же не против, я готова все для вас сделать. Отблагодарить любым способом, который только придет в ваши умные головы, — шепнула я, поднявшись на цыпочки, чувствуя приятную прохладу лакированной древесины.

Братья перегнулись. Горислав встал за моей спиной, чуть касаясь своим настойчивым желанием.

Тело на самом деле было спокойно. Да, они оба красивые, а групповой секс так вообще мечта любой женщины, но я тут же вспомнила, что Златозар никогда не спрашивал.

Брал всегда и везде, а главное доводил все до логического финала. Где он сейчас? Помнит ли о своей царевне. Но сейчас лучше сосредоточится на этих двух, суметь использовать их мощь, пока я не найду свою силу.

Рука Горислава пробралась мне между ног, но я тут же их сжала. Если хотят туда, да еще и оба, пусть сначала возбудят, как следует, потому что внутри сухо, как в пустыне.

— Ну чего опять не так?

— Мне бы хотелось чтобы вы меня целовали.

— Чего?

— Лобзали своими языками везде где только захотите.

— Это зачем еще, мы просто нагнем тебя и возьмем свое, — недоумевал Борислав, руками жамкая как бумагу мою грудь. Никакого уважения.

— Смотри, — говорю я, и убрав его руку, сама начинаю поглаживать свою грудь, ласкать соски, не отрывая от него призывного взгляда. — Если меня не пользовать, а ласкать, делать мне приятно, то я стану мягкой и податливой, тело мое будет подобного сладкому меду, а между ног будет течь патока.

От собственных слов, я ощутила волнение, и двумя руками потянулась к своей щели, просунула туда один палец, потом на другой руке и поднесла их ко ртам мужчины. Они сначала поморщились. Но я видела, как сначала Борислав, а потом и его брат втянули носом запах.

О, да, им понравилось, потому что мои, пальцы тут же стали обсасывать, давая мне почувствовать новую волну нирваны.

Делать было нечего, и я сама спустила с богатырей шаровали, тут же ощущая в своих руках громадные живые дубинки.

Я отошла на несколько шагов и сразу улыбнулась, видя их недовольство и нетерпение.

Но мне нужно были губка и вода.