Глава 11

Вильгельм

Из распахнутого окна своего кабинета смотрю за тем, как Марианна покидает мой замок. Ее туфельки с едва различимым цокотом ступают на брусчатку.

Не отвожу взгляд и когда лакей Гавриил спускается, дабы помочь ей подняться в карету.

Смотрю на ее холеное личико, и в груди ничего не екает, кроме сожаления, что такое чудесное личико скоро растворится навсегда. Жаль, она бы могла стать для меня хорошей женой, если бы ее не тянуло к гнусным поступкам, точно так же как и мою мать.

Никогда бы не подумал, что эта участь повторно коснется нашей семьи. Хорошо, что хоть я успел замять конфликт на корню и информация не успела просочиться дальше. Тогда я бы точно не смог ничего поделать, и Марианне пришлось бы испытать на себе всю боль от своего предательства.

Лакей Гавриил что-то говорит Марианне, и та послушно садится внутрь. Прожигаю ее карету взглядом. Идея с лакеем мне совсем не по душе, но я все же согласился. Не знаю, что именно мной двигало в тот момент, когда матушка Марианны засыпала меня аргументами по поводу лакея. Скорее всего, это была жгучая ненависть к проступку Марианны, и я согласился.

Знаю, что он оказался в темнице именно благодаря Марианне. В нем явно бурлит ненависть, так же как и во мне.

В любом случае, Марианна заслужила того, чтобы отправиться в его компании в проклятый сад.

Очень жаль терять такое юное дарование в самом расцвете сил. Все же, когда мы с ней обручились, я был уверен в том, что мы идеально подходим друг другу. О таких, как мы говорят: истинная пара. И я был в этом полностью уверен.

Мы подходили с ней друг другу на каком-то ином уровне. Более глубоком. Наши характеры прекрасно дополняли недостатки каждого. Мой вспыльчивый нрав и ее добродушность.

Все шло идеально, пока она не ступила на эту грязную тропу. С нее не возвращаются, и я знаю об этом не понаслышке.

— Что же тобой двигало, когда ты опустилась до такого бесчинства? Разве тебе мало было того, что твой муж дракон? Потянуло на приключения или захотелось попробовать чего-то новенького?

Об этом, к сожалению, я уже никогда не узнаю. Потому что она упустила свой шанс объясниться навечно. Ради минутной слабости она потеряла то, что имела.

И стоило оно того, спрашивается?

Лакей Гавриил берет в руки поводья, и карета со скрежетом трогается с места. Цокот копыт отменных жеребцов эхом отражается от пустых стен замка, удаляясь все дальше.

Смотрю вслед и не испытываю никаких угрызений совести. Без магии и вдалеке от людей, Марианна не сможет опорочить мое имя. Мне не придется стыдиться того, что я взял в жены распутную девицу. Не придется склонять голову. Я вновь смогу твердо стоять на своих ногах и смотреть в глаза людям высшего света.

Мое положение досталось мне не так легко, чтобы потерять его благодаря выходкам супруги.

Голова Марианны высовывается в окно кареты. Наши взгляды пересекаются. Смотрю на нее без капли сожаления.

— Ты этого заслужила, — проговариваю одними губами, но сомневаюсь, что она смогла различить их едва уловимые движения. Задергиваю массивные шторы, погружая просторный кабинет, в котором все еще хранится ее сладковатый запах во мрак.

Благодаря ей этот замок наполнился светом, и именно она погасила его своим поведением.

Опираясь о стол, смотрю в зашторенное окно. Одна часть меня хочет хотя бы взглядом проводить Марианну в дальний путь, но вторая категорически против. Такие, как она, не заслуживают хорошего отношения.

Тяжелый стук в дверь привлекает мое внимание. Не оборачиваясь бросаю:

— Входите!

Слышу, как двери распахиваются в разные стороны и невесомые шаги заполняют мой кабинет. Я знаю, кому они принадлежат.

— Что ты хочешь? — спрашиваю, скрестив руки на груди. В горле немного першит. Откашливаюсь.

— Госпожа Марианна покинула стены вашего замка, лорд Вильгельм.

— Я знаю все, что происходит в этих стенах, — грозно бросаю я, не боясь обидеть чувства присутствующего.

Разговаривать совершенно не хочется. Мне требуется немного времени наедине со своими мыслями. Тишина. Вот что мне необходимо.

— Простите за беспокойство, но…

— Никаких но. Покиньте мой кабинет немедля! — срываюсь я, чувствуя, как гнев в моей душе усиливается.

Тяжелая дверь закрывается, погружая кабинет в привычную тишину.

— Я знаю, что ты заслужила свое наказание, Марианна, но отчего-то чувствую себя довольно странным образом.