Глава 23

Марианна

Не могу найти себе места, наворачивая круги по собственной спальне. Вот кто вообще так делает? Да, я с вечера хожу вся как на иголках и не могу найти себе места.

Заламываю пальцы рук, да так, что они уже начинают ныть. То, что мы нашли саженцы яблонь — это не что иное как настоящее чудо. Осталось придумать, как их вырастить и желательно побыстрее.

— Марианна, — тихий стук в дверь заставляет подпрыгнуть на месте от неожиданности.

— Элли, — подбегаю к двери, отпирая замок.

— Ты еще не спишь?

— Как тут уснуть, когда мысли разбредаются в разные стороны?

— Прости. Дедушка никак не ложился спать, а я боялась, что он разозлится, если узнает, что я не даю тебе спать.

— Ничего страшного. Спасибо, что пришла.

Элли с ногами забирается на мою кровать, укрываясь одеялом.

— Оно стало пахнуть свежестью.

— Я немного его простирала. Нравится?

— Неплохо, — пожимает она плечами.

— Давай рассказывай уже. Не томи меня. И так вся извелась в ожидании тебя.

Как же это выглядит глупо. Я прошу совета у девчонки, что едва доросла мне до линии груди.

— Мы с Марианной знакомы очень давно. Я раньше частенько убегала от дедушки в сторону замка Вильгельма. Ты видела, что у нас с дедушкой жизнь не сахар. Я прибегала на утес неподалеку от вашего замка и представляла, как бы я там жила. Я рисовала в своей голове балы, званые вечера и прочую ерунду. Мне так нравилось сидеть на утесе и смотреть за кипящей в замке жизнью, что однажды я так заигралась, что не заметила…тебя, — смеется она.

— Меня? Это как? — заползаю на кровать и устраиваюсь рядом с ней.

— Марианна подошла ко мне со спины. Я так испугалась, когда позади хрустнула ветка, что едва не свалилась с утеса. Она в последний момент ухватила меня за руку и потянула на себя. Так мы с ней и познакомились. После того дня она стала все чаще приходить к утесу и болтать со мной обо всем на свете. Именно там я узнала от нее, что она выходит замуж за Вильгельма, правда, она была слегка встревожена.

— Встревожена? Может, это волнение перед свадьбой? Обычное дело.

— Может, и обычное, но в тот день она была особенно молчалива. Практически не говорила. Сидела со мной и плела венок из полевых цветов. Мне даже в какой-то момент показалось, что она готова заплакать.

— Почему?

— Я не знаю. Мне доводилось бывать в замке совсем изредка. Возможно, все дело в сестрице Марианны.

— Адель?

— Ты ее знаешь? — округляя глазки-бусинки, спрашивает Элли.

— Да, виделись. Не сказать, что я в восторге от нашего знакомства.

— Согласна. Она выглядит совсем не дружелюбно, а взгляд…б-р-р, такой, что аж мурашки по коже.

— Тут я с тобой полностью согласна. Не скажу, что она показалась мне искренней, когда я покидала замок.

— Марианна говорила мне, что их отношения с сестрой не заладились не так давно.

— Думаешь, все дело в том, что Марианна стала женой Вильгельма?

— Не знаю, но, возможно, это и так. Я как-то видела Адель вместе с матушкой неподалеку от замка. Та плакалась ей, что жизнь несправедлива и с ней поступили нечестно.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Адель же твоя старшая сестра, и по всем правилам она должна была первой выйти замуж, но ты ее опередила. Это огромная печать на чести женщины. Значит, она не стала той, кого берут в жены.

Получается, что Адель возненавидела меня из-за того, что я первой вышла замуж? Эта семейка в своем уме вообще? Да в каком веке они живут, чтобы вот так, да с родной сестрой, из-за замужества⁈

— Марианна, ты что-то вспомнила? — касаясь моей руки, тянет Элли.

— Нет, прости. Немного растерялась из-за твоего рассказа.

— Понятно. В общем, Марианна с каждым днем становилась все более грустной. Она начала с опаской оглядываться назад, когда ходила ко мне на утес. Ее движения стали нервными и какими-то резкими.

— Ей угрожала опасность?

— Не знаю. Она ничего не говорила мне об этом. Сколько бы я ни спрашивала, она всегда отмахивалась и говорила, что все отлично и мне только чудится. В тот день, когда Вильгельм уличил ее в том, что она посещала публичный дом в компании графа Томаса, я не поверила.

— Ты знала все?

— Немного. Никаких подробностей. Только слухи и ничего большего, — тараторит Элли, опуская глаза, словно она говорит о каких-то гадких вещах.

— И как же ты считаешь? Марианна действительно могла оказаться там по собственному желанию?

— Не хочу в это верить. Она не такая. Ее душа чистая, как утренняя роса. Она бы никогда не поступила так, будучи замужней девушкой, даже если бы Вильгельм вел себя с ней отвратительно.

— Как я посмотрю, тебе Вильгельм очень нравится. Ты не в первый раз его защищаешь, — подмечаю довольно странную мелочь, на которую ранее не обращала ни малейшего внимания.

— Не то чтобы нравится, но он, правда, не так плох, как о нем говорят.

— Это ты еще откуда взяла?

— Я знаю.

— Элли, откуда у тебя такая информация? Если ты забыла, то именно Вильгельм прогнал меня в это проклятое место.

— Но он оставил тебе немного магии.

— Или думал, что отнял все, но я ее спрятала. Ты сама так говорила.

— Говорила, но я не хочу в это верить. Он не такой. Он бы не поступил так подло! — всполошившись, Элли поднимается на ноги прямо на кровати. В ее глазах застывают слезы. Не могу понять, откуда столь бурная реакция.

— Хорошо, прости. Давай не будем о нем. Расскажи лучше, как Марианна управляла магией. Ты сказала, что саженцы деревьев можно вырастить, используя магию. Как это сделать?

— Марианна в тот день…ну, ты понимаешь, когда ее уличили…

— Я поняла. Давай к делу.

— Мы с ней в тот день встречались с ней на утесе. Я нашла безумно красивый цветок и хотела, чтобы она вплела его в венок для меня. Но он был настолько мал, что она лишь посмеялась и сказала, что ему нужно еще подрасти, но он был так красив, что я не могла ждать. Тогда Марианна посмотрела на меня с сочувствием и сделала так, что он вырос прямо на глазах. Его стебель стал длинным и упругим, а бутон распустился настолько красиво, что его сладковатый аромат чувствовался даже на расстоянии вытянутой руки, — лицо Элли светится от восторга. Она словно оказалась там. На том утесе, и прямо сейчас наблюдала за настоящим чудом.

— И как она это сделала?

— Она достала из мешочка, который был повязан у нее на талии, какой-то порошок. Сорвала несколько разных трав на лужайке. Смешала все травы в небольшом углублении в земле и начала их толочь, пока они не дали сок. Потом она взяла эту смесь и подложила под корень цветка, что мне так сильно приглянулся. Всего пара минут и он вырос.

— Но какие это были травы, Элли? Нам так никогда не найти их, — понимаю, что от этой информации совершенно никакого толку. Я не смогу вспомнить, а значит и шансов на спасение у нас опять нет.

— Эти травы точно есть в книгах. Марианна говорила, что в их замке есть целые сборники о травах. Я помню, как выглядели травы. Их надо найти, чтобы узнать название, а дальше мы справимся.

— Но нам не пробраться в замок Вильгельма.

— А нам и не нужно. Здесь должна быть такая же книга.

— Думаешь?

— Да. Пойдём. Мы не можем терять время.

— Но в ночи это очень опасно. Лунного света не хватит, чтобы отыскать нужную книгу, а если мы зажжем лампу, то нас точно заметят.

— Ерунда! Мы справимся, — с надеждой говорит Элли.

Вся эта задумка мне ох, как не нравится, но, возможно, она права. У нас не так много времени, чтобы спасти это место.

— Хорошо, — соглашаюсь я со странным предчувствием на душе. — Но ты обещаешь быть аккуратной, чтобы не втягивать нас в неприятности.