Глава 32

Марианна

От слов Гавриила весь мой аппетит куда-то улетучивается. Смотрю в тарелку и кусок в горло не лезет. Вот надо было ему это сболтнуть сразу по прибытии?

— Госпожа Марианна, вам не нравится ужин, приготовленный мной? Простите, но эта крупа единственная, что я нашла в замке, — расстроенно говорит Милена, откладывая ложку в сторону. Она со звоном ударяется о край тарелки. Милена вздрагивает. — Простите ещё раз. Я не хотела нарушать тишину.

— Все хорошо, не волнуйтесь. Ужин действительно пахнет очень аппетитно, но, видимо, я настолько устала, что не могу ничего съесть. Если вам не трудно, то оставьте мне немного. Я отдохну и обязательно поем.

— Да, конечно. Я с радостью, — тут же оживляется девушка.

— Благодарю вас. Гавриил, мы можем идти?

— Да, извольте, я вам помогу.

— Не стоит. Я справлюсь, — приподнимаю подол платья и выхожу из-за стола.

— Дед, а я могу пойти с вами?

— Сиди, ешь! Мы с тобой ещё вечером поговорим о том, как уходить без спроса.

Поджимаю губы, смотря на раскисшую Элли и ничего не могу добавить. Гавриил прав. Элли поступила необдуманно и должна это понять.

— Госпожа Марианна, пройдемте сюда.

Гавриил с трудом перебирает ногами. Металлический наконечник на его трости цокает от соприкосновения с полом, отзываясь эхом в ушах. Я молча следую за ним, затаив дыхание. Что же он нашёл? Почему он выглядит слегка встревоженным?

— Это здесь.

Он останавливается у дверей в библиотеку. Не понимаю, к чему эта таинственность, ведь я бывала здесь неоднократно и…

— Госпожа, прошу не реагировать слишком резко, но я вынужден сообщить вам о своей находке, чтобы вы были в курсе.

— Гавриил, я вас не понимаю. Вы уверены, что всё в порядке?

— Сейчас вы сами всё увидите.

Он толкает вперёд тяжёлую дверь, и та со скрипом открывается, впуская нас в полутемное пространство. Света здесь непривычно мало. Руки сами тянутся к масляной лампе, но Гавриил касается руки, не позволяя её зажечь.

— Не стоит. Здесь будет достаточно света. Следуйте за мной.

Напряжение в груди нарастает. Гавриил ещё никогда не был столь загадочным. Воздух вокруг нас становится тяжёлым. Каждый новый вдох даётся мне всё сложнее. Странное зловоние проникает в лёгкие.

— Что это? — спрашиваю я, прикрывая нос рукой.

— Я наложил небольшое заклятье на это место, чтобы не привлекать внимания. Госпожа Марианна, нам сюда.

Гавриил проводит меня между двух высоченных стеллажей, доверху набитых книгами, и останавливается.

— Здесь.

Его взгляд устремляется на пустую стену. С недоумением оборачиваюсь к нему и только хочу сказать, что он совсем выжил из ума и ему надо отдохнуть, как спохватываюсь и, прикрыв рот рукой, замираю.

— Где же занавешенные тканью картины? — выкрикиваю, не сдерживая своего удивления. — Их нет. Они пропали!

— Тише вы! Они здесь, — шикает он и принимается что-то шептать себе под нос.

С замиранием сердца смотрю на пустующую стену. Нет, лампа определенно не будет лишней. Хотя, возможно, мне стоит протереть глаза, потому что я в упор не вижу картины.

— Вот, — тихо проговаривает он и тростью указывает на стену. — Смотрите внимательно, госпожа Марианна.

В воздухе, в том месте, где висели картины, все начинает завиваться, закручиваться, переливаться палитрой желтых оттенков, словно волна волшебства скользит по стене. С самого низа и медленно уползая вверх. Касаясь потолка и мягко стелясь по всей стене. В груди появляется волнение. Все выглядит так завораживающе, что я не могу оторваться от созерцания.

Непонятные узоры становятся все более отчетливыми. Завихрения света принимают ясные очертания, вырисовывая собой рамку от картин и ткань, которой они были закинуты. Замираю, не веря в то, что все сейчас происходит на самом деле. Протягиваю руку, чтобы коснуться волшебства, но она проходит сквозь завихрения, не позволяя их коснуться.

Свет наполняется какой-то силой. Он становится более плотным, насыщенным. Картины становятся все четче. Материя, которую я видела раньше, раскидывается на картинах, не позволяя увидеть то, что под ней.

— Это… невероятно, — шепчу я, не в силах сдержать восторг.

Гавриил бросает на меня быстрый взгляд, и я вижу в его глазах что-то вроде гордости. Он приподнимает подбородок вверх и тихо произносит:

— Вам стоило показать это ранее. Вы заслуживаете того, чтобы знать правду, — отвечает он, и его голос звучит привычно мягко. — Вы будете удивлены, но постарайтесь не реагировать слишком бурно.

— Что вы имеете в виду, говоря, что я буду удивлена? Разве есть еще куда?

Его лицо озаряет саркастическая ухмылка.

— Вы не представляете, сколько вам еще предстоит узнать.

— Но почему вы решили показать их именно сейчас? — вдруг озаряет меня и голос слегка срывается от волнения.

— Настало нужное время. Вы можете оказаться в опасности.

— В о-опасности?

— Я чувствую, что впереди у вас будет нелегкое испытание, и чтобы его преодолеть, вы должны знать правду.

По спине проскальзывает легкий холодок. Гавриил подходит ближе к стене и одним махом стягивает ткань с картин.

— Ох! — выкрикиваю, закрывая рот рукой. — Этого не может быть!

— Увы, но это именно так, как выглядит.