Глава 24 · Подозрительная фауна чужих лесов

Лекси

Не успела я пискнуть, как оказалась отгорожена от потенциально опасных кустов широкой спиной Аркона. Только бы это был заяц! Пушистый такой и милый. Нет, я, конечно, могу попытаться колдануть злоумышленника куда подальше, пусть где-нибудь на Северном полюсе злоумышляет, но с моей удачей я скорее нас с Арконом на полюс отправлю.

В кустах зашуршало громче, Аркон ощетинился и… зарычал? Нет, я бывало фантазировала о таком мужчине, чтобы прямо зверь, но не в этом смысле же! Ах, Лекси, надо чётче формулировать запросы ко Вселенной. Не зря же говорят: бойтесь исполнения своих желаний!

Ветки зашевелились, а вместе с ними и волосы у меня на голове. Из кустов вылезло нечто непонятное. Больше всего оно было похоже на большую объемную кляксу, сделанную из прозрачного, с лёгкой зеленцой, желе. Клякса шевельнулась и пошла в наступление.

Плавным движением Аркон перетек в драконью форму и подался вперед, готовый, если возникнет необходимость, защищать меня от подлой кляксы. А необходимость явно возникала, поскольку неизвестное науке создание пребывало в дурном настроении и пёрло на дракона с настойчивостью глючного робота-пылесоса, наткнувшегося на порог.

Клякса выплюнула кляксочку поменьше и та прожгла аккуратную дырочку в траве и земле, остановившись только когда наткнулась на камень. Надо же, как интересно! Да тут целую диссертацию можно написать! Аркона же диссертации, кажется, мало интересовали. Не утруждая себя более рычанием, он легонько пыхнул огнём и клякса сгорела, не оставив после себя и следа.

— Вот зачем ты её? — пожурила дракона я. — Интересная штука же. Её можно было в врагов бросать. Кстати, что это?

Вернувшийся в человеческий вид Аркон только нахмурился. Сказать ему, что нельзя столько хмуриться, а то морщинки будут? Нет, не буду. Ещё неправильно поймет.

— Ты хоть чего-нибудь боишься вообще? — поинтересовался он, не переставая хмуриться.

— Конечно, боюсь. Аллергии на шоколад, например. Жуткая штука же! Если со мной подобное случится, убейте меня сразу! Сколопендр тоже опасаюсь. Вот зачем нормальному существу столько ног? С другой стороны, у осьминога восемь ног, но все они, и осьминоги, и их ноги, меня не смущают. А ты что думаешь?

Но по взгляду дракона я поняла, что вопрос был более чем серьёзным и рассуждать о ногах осьминогов и сколопендр он не настроен. Я вздохнула и попыталась объяснить понятнее:

— У меня не так уж много настоящих страхов. Понимаешь, моя работа — это смерть. Я каждый день вижу мёртвых людей: взрослых и детей, умерших из-за несчастных случаев, болезней… или просто убитых. У них были разные жизни, длинные и короткие, счастливые и не очень, но конец всегда один.

И если я уже знаю последнее предложение книги, какой смысл мчаться напролом, перескакивая абзацы и переживать о том, что может случиться, каждую минуту? Не лучше ли получать удовольствие от каждой страницы и от каждой строчки? Мне нравится этот мир, мне нравился мой мир. Мне нравится море и солнце, коктейли и мятный мокко. Мне интересно жить и узнавать больше о магии и желейных кляксах. В тот день, когда мир перестанет вызывать во мне любопытство, моя жизнь станет унылой. Поэтому да, я предпочитаю меньше бояться, и это мой осознанный выбор… А теперь я бы предпочла переместиться куда-нибудь в другое место, потому что у меня ноги мерзнут.

И… это… кушать хочется! — я подняла на него жалобные-жалобные глаза, постаравшись максимально скопировать кота из мультика про Шрека.

Аркон замер, задумчиво глядя на мои босые ступни, а потом вдруг расхохотался. Он беззаботно смеялся, откинув голову и щуря глаза так сильно, что они превратились в крохотные щёлочки, а у рта обозначились складки.

В этот момент я вновь ощутила то самое притяжение, которое почувствовала прошлой ночью. Словно у меня внутри был компас, настроенный исключительно и только на Аркона. Проще всего было списать это на несвежий салат или магнитные бури, но я больше не хотела прятаться за отговорками.

Что-то происходило между мной и Арконом. Что-то куда большее, чем всё, что я испытывала прежде, и масштаб этого меня немного пугал. Вся моя пылкая речь о глупости страхов выглядела лицемерно, ведь я сама готова была поджать хвост и отступить, когда речь зашла о моем сердце.

Моё похмельное приключение становилось всё более странным и запутанным. Связь с этим миром становилась все крепче и я не знала, смогу ли отказаться от него, уступив место Леарин, когда придет время.

Отсмеявшись, Аркон утёр слезы и покачал головой.

— Лекси, ты невероятна!

— Ну, поскольку я всё ещё здесь и всё ещё мерзну, я бы сказала, что я вполне вероятна, — проворчала я, глядя на кусты, из которых показалась клякса. Пусть оттуда вылезет еще одна! Мне не помешает немного отвлечься от мысли о том, насколько привлекателен этот мужчина, когда так искренне смеется и смотрит на меня так, словно мы разделяем какую-то тайну.

Плавным отработанным движением Аркон подхватил меня на руки, как невесту, и понёс в неизвестном направлении. Собственно, направление меня не очень-то интересовало, учитывая, насколько близко этот чужой-мой муж оказался. Однако, хотелось, чтобы цель его похода оказалась подальше. Уж больно приятно было лежать у него на руках, чувствуя, как бабочки водят довольные хороводы у меня в животе. Тьфу ты!

— Здесь неподалеку охотничий домик. Там нам будет тепло и уютно, — промурлыкал дракон, словно он не дракон, а кот какой-нибудь. Причем довольный и нализавшийся сливок.

Нет, надо срочно менять тему, пока я не растеклась расплавленной сладкой лужицей.