Глава 14

Переделка бывшего спортзала в консервный цех, оказалась непростым делом. Помимо устройства вентиляции, отопления и перегородки, выделившей две дополнительные комнаты, надо было подумать и о том, где будут переодеваться рабочие, и как будет проводиться дезинфекция помещений. А еще построить постаменты для оборудования, закупить уголь, ведь механизмы работали на паровых двигателях… проблемы и проблемки лезли со всех щелей, отодвигая запуск консервного цеха.

Как-то само-собой получилось, что Фипп отвечал за строительные работы, а я занималась вопросами закупки материалов и санитарного состояния моего мини-производства. Ремонт длился больше месяца, но когда все было готово, бывший спортзал мало походил на деревянную хибару, которой был, и даже на бывшие склады, где консервы пытались варить сами купцы.

Мы соорудили фундамент под станки, перестелили полы во всем помещении, сделали потолки, обили стены, плотно подогнав гладко оструганные деревянные дощечки, чтобы грязь не забивалась в щели. И покрыли все лаком в три слоя, чтобы легче было мыть и дезинфицировать. Можно было выложить все плиткой, но по деньгам это выходило очень дорого.

На кухне мы сложили большую печь, которая выполняла сразу две функции: позволяла готовить в больших, вмурованных котлах, и обогревала всю производственную зону, а также небольшой пристрой, ставший комнатой для персонала. Там мы установили узкие шкафы для одежды, обеденный стол и лавки. Небогато, но Фипп сказал, что фабриканты ничем подобным не заморачиваются, и работники работают в своей одежде. Я же планировала одеть сотрудников в белые халаты, шапочки и бахилы.

Чистота на моем заводике должна быть идеальная.

Вот тогда я поняла, как правильно поступила, что не отдала все свои деньги за оборудование. Золотые таяли, как снег весной. А ведь я все еще не была уверена на все сто процентов, что идея с автоклавом сработает.

Фипп работал над изобретением параллельно со стройкой, и уверял, что к нужному моменту все будет готово. А нужный момент должен был наступить, когда мы, наконец-то, установим оборудование, ведь только тогда мы сможем герметично закрыть мясо в консервных банках.

Волнение нарастало, мы оба становились все более нервными, отчего все чаще огрызались и друг на друга и на прислугу. Но наконец-то наступил день, в который все должно было решиться. Оборудование было установлено, мясо для тушенки закуплено, приправы приготовлены. Осталось только дождаться утра.

Всю ночь я проворочалась в постели, изводя себя вопросами и пытаясь ответить на них так, чтобы успокоить оголенные нервы.

А вдруг у меня ничего не получится? Тогда я прогорю по полной программе. У меня почти не осталось денег, у меня долг в банке на сто золотых… Но зато я точно не помру с голода, напуганные крестьяне регулярно тащили в усадьбу продукты, в счет будущего оброка. Они присмирели и больше не пытались обмануть меня. Особенно после того, как Гизелла по моему распоряжению, оштрафовала одного ушлого мужика за то, что принес в усадьбу зараженную долгоносиком муку. Теперь все продукты были чистые и свежие. Чтобы рассчитаться с банком, правда, придется придумывать что-то другое… ну, или в крайнем случае выйти замуж.

А вдруг получится, но окажется, что мои консервы никому не нужны? Вопрос реализации готового продукта пугал до чертиков. Что я буду делать с ведерными консервами, если они не будут нужны армии? Не знаю, но я обязательно что-нибудь придумаю. Предложу, например, купцам Орсту и Агусту заняться реализацией. Пусть везут хоть в Иносту, хоть в Треану. Себестоимость ведра тушенки не так велика, чтобы ее перевозка стала невыгодной.

А вдруг автоклав не сработает так, как надо? Я сама никогда в жизни не имела дела с этим агрегатом. Я его даже не видела ни разу. Но моя коллега, жившая в пригороде, разводила кур и купила автоклав, чтобы закрывать куриную тушенку. Вот ей и я отдавала свои банки пару раз. И тушенка получалась очень вкусная. И из любопытства погуглила, что это за штука такая – автоклав. И все, что запомнила так это про герметичность, давление внутри, и что готовить тушенку надо при ста двадцати градусах Цельсия и трех-четырех атмосферах в течение часа. А еще, что автоклав нельзя открывать, пока котел полностью не остынет. Вот и все мои знания. Поможет ли это Фиппу сделать работающий аппарат – не знаю. Но он выглядит уверенным в успехе даже больше меня.

Первый автоклав у нас получился на пять банок – с учетом производительности оборудования в пять-шесть банок в день совсем не плохо. Технологически процесс, по крайней мере, выглядит весьма простым. Сделали банки, нарезали и сложили в них мясо, посолили, поперчили, добавили приправ, закатали и в автоклав, прогрели, оставили остывать, а потом вынули готовые консервы.

Главное, чтобы нигде ничего не сломалось…

Утром меня разбудила Клати. Помогла мне одеться, умыться и собраться.

– Леди Лили, – Фипп, как всегда, ждал меня в столовой подозрительно свежий и отдохнувший, – вижу, вам не спалось ночью? – ухмыльнулся он, а мне захотелось запустить в него чашкой с кофе, – волнуетесь?

– А вы нет? – угрюмо спросила я, намазывая на свежую булочку сливочное масло.

– Нет, – улыбнулся бесстыжий маг-инженер, – знаете, чем больше я работал над вашим автоклавом, тем яснее понимал, это и есть то, что мы упустили в технологическом процессе. Не знаю, как у вас получилось украсть этот секрет у Иносты.

– Ни у кого я ничего не крала, – сердито звякнула я ложечкой по краю стакана, – поверьте, я понятия не имею, как именно стерилизуют консервы в Иносте. Но зато я точно знаю, что автоклав можно использовать не только для консервов. Он отлично подходит и для стерилизации перевязочного материала. А еще по этому принципу работают домашние скороварки, потому что еда в автоклаве готовится гораздо быстрее, чем в печи. Но откуда я все это знаю, вы меня лучше не спрашивайте, – выдала я все, что вспомнила ночью из Википедии.

– Кхм-кхм, – подавился моими словами Фипп, – умеете вы, леди Лили, удивлять…

Еще бы, мрачно подумала я, я много чего умею. А удивлять «древних» ученых информацией из более развитого мира известной каждому, особенно. Жаль только знания на уровне потребителя. А то я бы устроила им промышленную революцию.

Запуск моего консервного цеха мы начали сразу после завтрака, я больше не могла ждать. Первую партию тушенки мы решили приготовить сами. Заодно прикинуть сколько времени займет каждое звено всей технологической цепочки, чтобы потом установить нормы для работников. Я собиралась не только платить хорошие деньги за работу, но и требовать неукоснительного соблюдения всех правил. Мой цех, как прообраз будущей фабрики должен был стать идеальным.

Пока Фипп изготавливал банки, я резала мясо. И это оказалось совсем не так просто, как мне представлялось. Нарезать пятьдесят килограмм мяса, когда перед тобой лежит целая огромная говяжья ляжка, довольно непросто. С первых минут стало ясно, мне нужен еще один участок в цехе – бойня, где будут забивать скот и разделывать туши, отделяя мякоть от костей. И тогда на кухне останется порезать его кусками и сложить в жестяные банки, которые предварительно тщательно промыли и обдали кипятком.

На каждую ведерную банку тушенки надо было положить по полстакана соли, чайную ложку молотого перца и десяток листиков лаврушки. Хорошо, что специи в этом мире не отличались от наших.

Все пять банок я заполнила только к вечеру, Фипп хотел мне помочь, но я не разрешила. Зато я теперь знаю, пока мне хватит всего одной работницы на кухню. Если справилась я, то и она должна справится. А вот в убойный цех и на разделку мяса лучше взять мужчину.

Еще одни мужчина нужен для работы на станках, а за автоклавом пока будет следить сам Фипп. Тем более присматривать за ним нужно будет всего три-четыре часа по вечерам, а я плачу ему достаточно много, чтобы не париться по поводу вечерней занятости.

– Леди Лели, – не смог смолчать Фипп, когда мы закатывали на станках банки, – а вы не будете предварительно варить мясо?

– Нет, сэр Фипп, – устало улыбнулась я, – оно сварится в собственном соку прямо в банках, когда мы будем стерилизовать их в автоклаве. Вот увидите, так намного вкуснее.

– Поверю вам на слово, – кивнул маг-инженер и сморщил нос, – вы можете идти отдыхать, дальше я все сделаю сам.

Какой чувствительный, фыркнула я мысленно. За ведь день я пропахла кровью и потом, упахалась до полного изнеможения. Белый халат и фартук, которые я надела утром, превратились в тряпки с розово-багровыми разводами на животе и груди. Пожалуй, я погорячилась, когда закупила на кухню белые халаты. Надо перекрасить их в черный. На черном кровь не так заметна.

– Не, – покачала я головой, – я никуда не уйду, пока мы не испытаем работу автоклава. Я слишком долго этого ждала, чтобы в последний момент предпочесть душ и постель.

Фипп неожиданно рассмеялся и согласно тряхнул головой.

Мы сложили запаянные банки в автоклав, залили водой, закрутили крышку на котле и поддали жара в топку… Осталось только ждать.

– Леди Лили, – прошептал Фипп указывая на приборы, – эта стрелка показывает температуру, а эта давление. Мы с вами должны следить, чтобы они не вышли на красное поле, потому что иначе котел может пойти вразнос и взорваться.

Я поежилась. Предостережение прозвучало очень жутко. Я невольно представила, как вся эта махина похожая на установленную на печь половинку садовой бочки, из которой торчали разные приборы со стрелочками, взорвется к чертовой бабушке. От нас с Фиппом тогда останутся рожки да ножки.

– Если вы увидите, что стрелка какого-либо прибора слишком сильно приблизилась к красному полю, то нужно сначала притушить огонь в топке. А если показатели не упадут, то придется активировать охлаждающий кристалл, тогда котел надо будет нагревать заново, но взрыва не случится. – Фипп ткнул пальцем в прозрачный синий камушек, точно такой же, какой герцог вставил в мой кулон. Он говорил, что этот камень собирает магию…

– Сэр Фипп, – мне стало любопытно, – а почему вы не используете магию для нагрева котла?

– Это невозможно, леди Лили, – пожал плечами сэр Фипп, – магия всегда высвобождается залпом. Но зато она отлично подходит для экстренных случаев.

Температура и давление в котле поднимались медленно, мы осторожничали. И только через два часа показатели достигли нужных параметров: давление три-четыре атмосферы, а температура сто двадцать градусов.

Фипп слегка погасил пламя в топке и теперь внимательно следил, чтобы котел не остыл раньше времени а держался на нужном уровне не меньше часа. Пока все работало отлично. Мы сидели и смотрели на колебания стрелок приборов и молчали. Слишком велико было волнение, чтобы вести беседы.

Прошло полчаса… стрелки карманных часов Фиппа, который он держал открытыми, казалось замерли и не двигались вовсе. От нервов и запаха сырого мяса от моей одежды страшно разболелась голова, Комната, в которую мы установили автоклав была самой маленькой, к тому же половину занимал сам агрегат, и теперь внутри стало очень душно, и даже приоткрытое окно не справлялось с проветриванием.

А ведь сейчас только конец зимы… Надо придумать, как охлаждать помещения летом. Иначе все мои сотрудники просто напросто задохнутся.

– Сэр Фипп, – спросила я не глядя на мага-ниженера, – а есть какие-нибудь приспособления для охлаждения воздуха? А то мы летом у меня работники в цехах будут помирать от жары.

– Что? – Вздрогнул он и вздохнул, – простите, леди, я задумался. Нет, ничего такого я припомнить не могу. Но некоторые аристократы используют магию холода, активируя слегка заполненные кристаллы, чтобы вспышка магии не была слишком сильной. Но это очень дорого, леди. Вот такой кристалл, – он кивнул на синюю пуговку на теле котла, – стоит два золотых. Причем неважно сколько там будет магии, цена не падает ниже золотого. Магия холода слишком редкая.

– А огня? – заинтересовалась я.

– Огонь, вода, земля и воздух – самые распространенные магические стихии, – улыбнулся Фипп и добавил, – почему вы, леди Лили, не знаете таких элементарных вещей?

– Я уже говорила, – вздохнула я, – мне запрещено говорить об этом. Поэтому позвольте я сохраню свою тайну.

– Конечно, – тряхнул головой маг-инженер, – и если у вас еще будут подобные вопросы, можете спрашивать у меня. Я с удовольствием расскажу вам все, что знаю сам.

Пока мы болтали, стрелки часов наконец-то доползли до нужной отметки, можно было выключать автоклав и идти спать. Все равно консервы получится вытащить только утром.

– Леди Лили, – Фипп снова зашептал, – а может быть активируем холод и откроем?

Я чуть не сказала «да!». Соблазн был так велик, что даже плата в два золотых не пугала. Если бы не одно но…

– Нет, сэр Фипп… Придется ждать до утра. Мясо еще вряд ли готово, часа слишком мало, чтобы оно сварилось. Но автоклав будет держать температуру еще очень долго, и оно постепенно дойдет… в этом и секрет настоящей тушенки.

– Тушенки? – переспросил Фипп, подавая мне руку, чтобы идти в комнату для персонала, где были наши вещи.

– Да, – улыбнулась я, – у нас эти консервы, – кивнула на автоклав, – называют тушенкой.

– Отличное название, – улыбнулся он.