Глава 10

“Свита”, как выразилась Таня, оказалась моя. А вот разговоры они вели между собой о Кунтури Пачакутеке. Интересно, что они обсуждают с таким жаром, пользуясь тем, что мы не знаем языка кечуа?

Я пожалела, что рядом нет Флауэрса, и постаралась запомнить самые повторяемые сочетания слов, чтобы потом спросить у него, что они означают.

Девушки проводили нас в домик и хотели помочь мне переодеться ко сну, но я знаками показала, что сама справлюсь. Когда я одна, легче смириться с этими церемониями, а вот в присутствии коллеги все кажется дикостью.

После этого сложного дня хотелось лишь умыться и упасть на какой-нибудь топчан или диванчик. Поэтому женских разговоров у нас не вышло. Но мне кажется, Тане хотелось отвести душу и высказать, что она думает о напыщенном болване, дорвавшемся до избытка женского внимания.

Бережно расходуя ценную влагу из кувшина для омовения, я наскоро ополоснулась и, надев просторную рубаху, с наслаждением вытянула ноги. А потом и провалилась в сон, рассчитывая открыть глаза не раньше чем через двенадцать часов.

Но у судьбы были на меня другие планы. Хотя не знаю, стоит ли называть судьбой одного неугомонного профессора.

Его осторожный стук услышала Таня. Я проснулась уже когда дверь с небольшим скрипом открылась.

– Простите, что побеспокоил, — сказал Дуглас, — но мне кажется, научный прорыв мы должны совершить все вместе.

– Научный прорыв? — спросила я, пытаясь сообразить, который час.

– Только не говори, что не хотела проникнуть на это необычное устройство! — Эрвин выглядел удивленным и слегка возмущенным.

– Но ведь там радиация, змеи и вообще если ночью идти - мы ноги переломаем! — опешила я.

– Где твоя пытливость ученого, Виннер? — обиделся Дуглас. — Или инженеры не способны мыслить широко и рисковать по-крупному?

– Ну, знаешь ли! — разозлилась я.

Мне вторую ночь выспаться не дают. И собираются таскать по джунглям. Не о таких экскурсиях я мечтала, покупая путевку, но что теперь.

– Если тебе откусит голову змея, учти, ампулы закончились!

– В случае ампутации у меня головы никакие лекарства и не потребуются, — легкомысленно ответил профессор, — так что, вы идете или я один сделаю открытие и обеспечу себе бессмертие?

– Один? А как же Сэм? — спросила Таня.

Дуглас слегка замешкался.

– Он все еще рядом с Питером. Да и незаметно позвать его не выйдет, в домик не пробиться. Там толпа обожательниц и внутри и снаружи. Ждут возможности помочь.

Зря он про обожательниц. Особенно о тех, что могут толкаться внутри домика. Но Таня сдержалась. Только сказала сквозь зубы:

– Действительно, не будем отвлекать его от миссии. Я согласна, пойдемте. Алекс, ты с нами?

Мне совсем не хотелось к змеям в джунгли. Но и отказываться неудобно. Кивнув, я взяла с собой рюкзак с остатками аптечки.

– Пока для освещения придется обойтись фонариком, — сказал Дуглас, — но если мы найдем что-то интересное, завтра попытаемся собрать генератор и в следующую вылазку у нас будет нормальное освещение. А сейчас постарайтесь не топать. Особенно ты, Виннер. Нам надо прошмыгнуть, чтобы охрана нас не заметила и не услышала.

Да что он себе позволяет! Можно подумать, я как слон хожу!

– И сопеть желательно не так громко, — дополнил профессор шепотом.

Ему повезло, что мы уже вышли из домика и я побоялась производить лишние звуки.

Ночь стояла прекрасная, тихая и безветренная. Луна неплохо освещала окрестности. Трое безумцев отправлялись навстречу приключениям.

Мы крались как мышки. А может даже тише. Пискнуть я точно боялась. И от всей души надеялась, что кечуа спят, вместо того, чтобы нас караулить. Но несколько ошиблась. Мой бывший домик, который сейчас стал резиденцией посланника богов, как раз хорошо охранялся.

У дверей сидели трое могучих воинов и играли во что-то, напоминающее кости. Нет, не игральные, а вполне настоящие. Подкидывали их и потом о чем-то толковали, наверное очки подсчитывали.

Я все это рассмотрела в полевой бинокль, который мы с собой взяли. Умудрившись обойти охраняемую хижину и при этом не попасться, вырулили к ведущей вниз тропе. Стало немного спокойнее. Все же большая часть населения кечуа осталась за нашими спинами. Возможно, есть разведчики или охранники и в лесу, но это не обязательно. Город, который находится на высокой горе, не обязательно так уж охранять. Возможно. где-то на подступах и есть какой-то наблюдательный пункт, чтобы отсечь тех, кто вздумает карабкаться на вершину. Но это далеко отсюда.

– А мы сумеем найти аппарат без Флауэрса? — спросила я, когда стало можно говорить.

– Очень на это надеюсь, — вздохнул Дуглас, — но попробовать мы должны. Я не стал звать его с собой, все же он человек пришлый. И мало ли, что у него на уме.

– Я запомнила несколько интересных деревьев, — обнадежила я профессора, — думала, что хорошо было бы их зарисовать.

– У тебя такое прекрасное увлечение, — подала голос Таня, — было бы неплохо сделать наброски людей кечуа. Если они конечно позволят. Слышала, что некоторые племена категорически против этого. Считают, что в изображения перетекает душа и потом художник или фотограф может распоряжаться ею на свое усмотрение.

– Даже странно, что кечуа производят впечатление дикарей, — задумчиво сказал Дуглас, вручая Тане фонарик. Сам он принялся расчищать путь руками. Мачете нам, конечно же, не выдали.

– У них на вершине горы стоит штука, похожая на пункт наблюдения за звездным небом, — продолжал Эрвин, — и предмет, который мы нашли в джунглях, выглядит таким высокотехнологичным. Что их так откатило назад?

– Ты все же думаешь, что летательный аппарат создало племя кечуа? — не вытерпела я.

– Под ноги внимательно смотри, Виннер, — посоветовал Дуглас, — не пойму, откуда у тебя такая уверенность, что это летательный аппарат? Начиталась фантастики? Наши ученые доказали, что такая форма не аэродинамична. Ну как эта круглая штуковина сможет не просто взлететь, но и передвигаться?

Я вняла его словам и принялась внимательно изучать тропинку под ногами. Спорить с ним об аэродинамике не хотелось. Я в этом и не соображаю почти ничего.

Сколько же живности вылезает по ночам!

Жуки, муравьи, пауки… и все такие огромные! Может быть, это из-за радиации как раз, не только из-за теплого климата.

– Нам бы сейчас свинцовые костюмы, – вздохнула я, — от аппарата все еще могут исходить опасные лучи.

Но Дуглас только рукой махнул.

Что ж, через тарелку уже деревья проросли. И ни на одном нет двухметровых бананов или кокосов размером с пушечное ядро. Может и не так все плохо.

Наконец мы смогли приблизиться к таинственному аппарату. Я была уверена, что его оставили представители инопланетной цивилизации, Дуглас же считал, что до диких кечуа эти земли населяли более прогрессивные народы, и это их рук дело.

Памятуя о том, что случилось с Питером, мы шли очень аккуратно, чтобы не наступить на ночных обитателей леса.

Когда мы стояли к тарелке вплотную, смогли наконец оценить ее размеры. Неведомое устройство оказалось очень большим. Из круглого брюха росли три ножки. Четвертая то ли не была предусмотрена, то ли отвалилась при неудачной посадке.

– Нам надо проникнуть внутрь, — решительно сказал Дуглас.

– Уверен, что это безопасно? — проявила благоразумие уже Таня.

– Я ни в чем не уверен, – улыбнулся профессор, — кроме того, что буду жалеть всю оставшуюся жизнь, если пройду мимо такой загадки. А с учетом того, что жизнь моя в этом племени может завершиться в любой момент, глупо осторожничать именно сейчас.

– Что ж, безрассудно, но благородно, — вдруг согласилась женщина, — давайте искать, где тут вход.

– Надо смотреть ближе к брюху тарелки, — предположила я, тоже заражаясь исследовательским азартом.

– Конечно, в крайнем случае мы сможем расширить одну из дыр в обшивке, — заметил Дуглас, — но голыми руками или палками сделать это проблематично.

Осторожно обойдя тарелку, мы увидели то, что нам нужно. Овальной формы вход в неизвестное. Металлическая дверь когда-то была раздвижной, как в лифте. Но сейчас одна ее половинка была отогнута, словно ее смяла огромная рука, и болталась.

– Кажется, ее можно будет открыть! — воодушевленно сказал профессор. Мы все переглянулись. В крови уже бушевал адреналин.

– Так вперед! — задорно воскликнула Таня и сделала первый шаг к разгадке тайны.

Мне показалось, или внутри инопланетного транспортного средства что-то грохнуло?

– Там может быть опасно, Дуглас! — предупредила я нашего командира, который уже подтянулся на руках к входному люку и готовился покорять неизведанные пространства.

– Прекращай ворчать, Виннер, — отмахнулся он от меня ногой, потому что руки заняты были.

Я возмутилась. Как будто надоедливую муху отгоняет! Хорошо, не хочет слушать голос разума, то есть меня, пусть влипает в неприятности. И разгребает их, как наш лидер.

– Не тряси фонарик, — раздраженно бросил мне Дуглас, — я плохо вижу, куда ставить ногу.

И правда, моей задачей сейчас было подсвечивать область, куда лез профессор Эрвин. Сосредоточившись на этой задаче, я высветила верхнюю часть двери, за которую нетерпеливо дергал Дуглас. Он сумел примоститься на выступающем ободе летающей тарелки и не упасть.

Со скрежетом шлюз открылся до конца.

– Добро пожаловать в мир открытий! — Эрвин сделал приглашающий жест.

– Давай ты первая, — подтолкнула меня Таня, — а потом вы меня вдвоем втащите, я потяжелее тебя буду.

Дуглас, стоя на коленях, протянул мне руку, ухватившись за нее, я оперлась на торчащий ствол дерева и довольно скоро оказалась по пояс втянута в тарелку. Фонарик, который я так и не выпустила, выхватывал из темноты отдельные картинки.

Как же мое воображение будоражил этот объект! Неужели в нашей реальности тоже были пришельцы?!

Не хотелось самой себе признаваться, но я была в восторге от нашей вылазки. Безумно интересно узнать, что же внутри космического аппарата, занесенного к нам с просторов вселенной.

Положив фонарь на пол, я помогла Дугласу втянуть Таню, и все втроем мы упали внутрь. Спиной я чувствовала что-то жесткое, похоже на ветки и камни.

Когда мы встали, оказалось, что кроме этих природных компонентов пол усеивали осколки, точнее, оплавленные куски стекол, куски металла и какие-то еще фрагменты корабля.

– Признаков жизни тут нет, зря ты боялась, — удовлетворенно сказал Дуглас.

Как можно было понять, тарелка разделена на два отсека, мы стояли в большом. В нем я разглядела упавшие металлические стеллажи, перевернутый на бок стол. Тоже металлический. Когда-то его ножки были прикручены к полу, теперь две были вырваны и на их месте зияли дыры.

– Это похоже на кровати, — сказала Таня, показывая на три овальных поверхности, приподнятых на высоту полуметра над полом. И правда, как мини-диванчики.

– А в другом помещении, наверное, кабина пилота, — предположила я.

– Ты все же уверена, что это звездолет? — саркастически спросил Дуглас.

– А что еще? Времянка для древних сторожей? Карцер для преступников? — ощетинилась я.

– Мне кажется, — вмешалась Таня, — Алекс может оказаться права. Посмотрите, как ствол вошел в пол и выходит из крыши. Мы думали, что дерево проросло постепенно. Но по характеру повреждений я вижу, что этот аппарат упал сверху и сломал растение. Оно уже было достаточно высоким к тому времени. Конечно, потом оно развивалось дальше. Но вот расщепление, видите?

Мы присмотрелись. Да, кажется, это дерево было сломано, чуть ли не разрезано пополам вдоль. Но жажда жизни взяла свое, раны затянулись и разделенный надвое ствол дал новые побеги, разрастаясь уже в двух направлениях.

– Пойдемте в эту, как Алекс сказала - рубку, и станет ясно, кто из нас прав, — почти примирительно предложил Дуглас. Даже по имени меня назвал.

– Идите вдвоем, — попросила Таня, — а мне хочется осмотреть эту каюту. Позже я к вам присоединюсь.

Второй раз повторять не пришлось, нам было очень интересно проверить мою догадку. Дуглас толкнул дверь, разделявшую помещения, плечом. Она подалась внутрь и мы оказались в тесной комнатке с более низким потолком, чем в первом отсеке.

И это определенно был пункт управления космическим судном. По крайней мере, именно таким я его себе и представляла.

Половину рубки занимала приборная панель, заполненная рычагами и кнопками. Сейчас все это покрывала пыль, ветки и листья деревьев и комья земли.

Кроме нее в помещении были три кресла, два из них лежали друг на друге, спинками вместе, третье, разбитое и разодранное стояло чуть поодаль.

– Поразительно! — Дуглас бросился к ящику, стоящему рядом с полуразрушенным креслом на вращающейся ножке.

– Алекс, ты видишь это?

Я на всякий случай кивнула. Видеть-то я видела, но не очень понимала, почему приспособление, наполненное трубочками и проводами так его радует.

– Это же… генератор для выработки электроэнергии. Той, что передается без проводов. Откуда здесь может быть самая современная разработка?

– Ничего себе! — я не нашлась, что еще сказать.

И два заваленных друг на друга кресла зашевелились. А потом и с грохотом свалились на пол. Из-под них выпрыгнуло что-то. Ужасное, волосатое и наверняка оно питается людьми!

Я завизжала. Мохнатая тень выпрыгнула из дыры в обшивке прочь.

– Тихо, Виннер, это всего лишь безобидная местная зверушка! — пытался успокоить меня профессор. Но напряжение последних дней и стресс от внезапного появления животного меня доконали. Я не могла перестать кричать так сразу.

И тогда Дуглас решительно взял меня за плечи, притянул к себе погасил мой крик поцелуем.

От неожиданности я замолчала. Я чувствовала его губы, слегка потрескавшиеся от палящего местного солнца, вдыхала запах его кожи. И мне нестерпимо захотелось к нему прижаться, потому что объятия этого упрямого и неуступчивого мужчины сейчас показались мне самым безопасным местом если не на свете, то в этих джунглях точно.

– Ну вот, успокоилась, — сказал он, оторвавшись от меня, — извини, это единственный способ, который пришел мне… даже не то чтобы в голову. Кричать здесь небезопасно.

Мои щеки вспыхнули. Почему меня тут постоянно целуют, не спросив разрешения?!

И как мне на это реагировать?

— У вас что-то произошло? — в приоткрытую дверь просунулась голова Тани. Мы с Дугласом все еще находились слишком близко друг к другу. Он крепко держал меня за плечи, привлекая к себе. Только что уже не целовались.

– Ой, извините, — смутилась наша попутчица, — я, конечно, подозревала что вы главным образом решили спрятаться в джунглях от принца Укумари…

– Что? – не сразу поняла я ее. — Нет! Я не такая! То есть, между нами нет ничего.

– Точно, ничего. Даже расстояния.

Дуглас неловко засмеялся, наконец выпуская меня.

– Я нашла в большой каюте необычные чертежи, — сообщила Таня, — одни очень напомнили мне схему генератора электроэнергии.

– А мы нашли его уже в собранном виде, — похвастался профессор, показывая на ящичек.

Таня кинулась к нему, словно это обнаружилось все ненайденное золото инков.

– Интересно, он в рабочем состоянии? — восхищенно выдохнула она, поглаживая металлическую коробку.

– Очень интересно проверить, — Дуглас чуть ли не облизнулся, как кот на сметану. Будто уже и забыл, что только что произошло между нами.

– Но я бы хотел увидеть и другие чертежи, может там еще какие-то современные изобретения. И осмотреть все внутри, вдруг есть готовые приборы.

Таня что-то с чем-то соединяла, щелкала тумблерами, нажимала кнопки. И к моему изумлению на генераторе замигали разноцветные лампочки.

– Это просто чудо! — у женщины перехватило дыхание.

А я почувствовала легкую вибрацию в области лопаток. На спине моей висел рюкзак, в котором покоился телефон, который по моим расчетам мог окончательно разрядиться в любую минуту, хоть и стоял в режиме экстремального энергосбережения.

Кажется, вибрировал он.

Не удержавшись, я сняла рюкзак и достала смартфон.

Мой верный помощник был оборудован такой “примочкой” как поддержка беспроводной зарядки, которой я постоянно пользовалась дома. Гнездо для зарядного кабеля прикрывает специальная заглушка. Помещаешь мобильник на специальную панель и он начинает питаться током.

Что-то происходило с моим аппаратом, поскольку его экран проснулся и выдал надпись:

“Телефон заряжается. 3%”

Не может быть! Гаджет обнаружил источник беспроводного питания!

– Интересно, сколько лет он тут стоит? — гадал Дуглас.

– Мобильный генератор разработали только в прошлом году, — подсказала Таня, — но этот прибор выглядит гораздо старше. Посмотри, вот зеленоватый налет. Это же мох или лишайник, при таком освещении не видно. И металл потемнел.

– Я бы сказал, на вид этой штуке лет тридцать. Но ведь это невозможно!

Пока мои коллеги радовались, я услышала неприятное. Кто-то кричал недалеко от нас. Голоса были не испуганные, а вполне решительные и раздраженные.

– Дуглас, кажется нас нашли, — я дернула его за рукав.

– Еще бы, — вздохнул профессор, ты так орала, когда на нас выскочила зверушка. Кечуа наверняка обходят округу с каким-нибудь дежурством.

– Но сюда ведь они не зайдут! — сказала я с надеждой. — Тут же ама, запрет!

– Затаимся. Вдруг они решат, что здесь никого нет, и уйдут? — предложила Таня.

Других разумных вариантов пока не было. Не с кулаками же нам идти на здоровенных кечуа.

– Придется выключить фонарики, — сказал Дуглас. И наконец заметил, что я держу в руке смартфон. — Зачем ты достала свою разработку, посмотреть по карте, где мы находимся?

– Я… а… да.

Мне пока не хотелось никому рассказывать, что мой гаджет решил подзарядиться от генератора пришельцев.

Выключив источники света, мы оказались почти в полной темноте и я вспомнила о диких зверях, которые могли посчитать заброшенную летающую тарелку своей норой.

В металлическую обшивку ударил камень.

Кажется, дикари хотят нас таким образом выманить?

Но мы стойко скрывали свое присутствие. Хотя двоим ученым не терпелось кинуться на осмотр помещений в поисках новых технических штучек. Интересно, что еще мы тут можем найти? Роутер для раздачи интернета? Рентгеновский аппарат? Принтер?

Моя фантазия подбрасывала разные образы из моей реальности.

Наконец, голоса снаружи смолкли.

Глаза немного привыкли к темноте, да и сквозь дыры в обшивке проникал слабый лунный свет.

Дуглас осторожно выглянул наружу.

– Ушли! — громко прошептал он.

Мы включили фонарики и принялись торопливо осматриваться.

– Вот еще какой-то прибор! — радостно прошептала Таня. — Интересно, что он делает?

— Предлагаю взять с собой и разобраться в более подходящем месте, — сказал Дуглас, — Алекс, у тебя в рюкзаке, кажется, много места. Можешь взять?

Я кивнула, принимая продолговатую тяжелую коробочку.

Профессор же прихватил пачку чертежей. Таня тоже что-то взяла и мы пошли к выходу. Слишком долго задерживаться было рискованно. Наша вылазка и так получилась очень результативной. Кряхтя, Дуглас поднял генератор беспроводного электричества.

– Мы и его с собой возьмем? — удивилась я.

– Конечно, как можно оставить такое! Обязательно нужно будет проверить его совместимость с нашим. Только наш еще собирать придется. Он пока по частям разобран, лежит в корзине воздушного шара, на котором прилетел Сэм.

Обратно мы шли гораздо дольше, чем к тарелке. Тяжелый генератор несли по очереди. То Дуглас, то мы с Таней вдвоем.

А у самого входа в Небесный город пришлось затаиться, потому что для ночи там оказалось слишком уж оживленно - мы заметили пятерых кечуа, вооруженных до зубов. Мужчины шли по улице, переговариваясь.

Не нас ли они потеряли?

Столкнуться на улице с вооруженными и не очень благодушно настроенными индейцами нам совершенно не хотелось. Пока нас укрывала тень, но как только они подойдут ближе, то заметят и нас, и оборудование, которое мы контрабандой внесли в спящий город.

– Виннер, – горячий шепот Дугласа мазнул по шее, а потом он обвил рукой мою талию и резко дернул назад так, что я впечаталась в его торс.

Я даже пикнуть не успела, как меня куда-то втащили. Для надежности он еще и рот мне рукой зажал. Видимо второй раз использовать поцелуй не решился. Или не хотел это делать в присутствии Тани.

Приглядевшись я поняла, что мы находимся в чьем-то жилище, в которое мы нагло вломились без спроса. От улицы нас отделяла лишь занавеска. Шаги становились все ближе, кечуа явно были настроены агрессивно. Они громко переругивались и бряцали оружием.

Мы замерли и старались не дышать. Если хозяева дома нас заметят, то поднимут такой шум, что разбудят весь город.

Оборудование, которое мы унесли с потерпевшего крушение космического корабля оттягивало руки, но мы боялись, что поставив его на землю, привлечем ненужное внимание. Руки затекли, спина ныла, но мы терпели.

К счастью, шаги воинов удалялись и мы смогли дышать свободнее. Дуглас знаком показал, что генератор можно поставить на землю.

Только разогнувшись я смогла осмотреться. Мы вошли в довольно бедное жилище, здесь даже пол был земляной. Вместо диванчика в углу лежал тюфяк с соломой, а на нем, прикрывшись рогожей, спал обитатель дома. Если я правильно разглядела в темноте, это был древний старик, который с трудом передвигался. К счастью, со слухом у него было не очень, поэтому он даже не заметил нашего вторжения. Но стариков часто мучает бессонница,так что надолго здесь задерживаться не стоит.

– Где мы? – шепотом спросила Таня.

– Это было первое, что пришло мне в голову, – ответил Дуглас, – повезло, что хозяин дома спит.

– Как думаете, они за нами пошли? – спросила я, кивнув в сторону выхода.

– Не уверен, но раньше вооруженные до зубов кечуа по ночам не патрулировали город. И столкнуться с ними в любом случае мне не хотелось бы, – профессор выглянул наружу и замер, прислушиваясь, – никого нет, давайте поскорее постараемся добраться до нашего пристанища.

Мы вышли в ночь стараясь вести себя как можно тише и при этом быстро перемещаться, придерживаясь тени. Небо на востоке начало светлеть когда мы добрались до нашего с Таней жилища. Именно здесь мы решили оставить найденное оборудование и приступить к его изучению уже утром. Если удастся сделать это незаметно. Дуглас считал, что идеальный вариант - каким-то обрезом втащить реликвии в воздушный шар, чтобы потом на нем и вывезти. Но это задача не менее сложная, чем ночью навестить космический корабль.

Для того, чтобы служанки. которые наверняка придут меня навестить утром, не заметили нашей добычи, мы постарались спрятать находки под разными вещами.

Дуглас смог отправиться к себе когда на улице стало светать. Беспокойство за профессора вскоре вытеснила смертельная усталость, и я едва успела дойти до своего ложа. Последняя мысль, промелькнувшая в моей голове за секунду до того, как я усну, была о нашем странном поцелуе, а не об оборудовании которое мы обнаружили в настоящей летающей тарелке.