Глава 12

Ещё немного поговорив, мы с её величеством разошлись. Я думала над тем, как сообщить Владыке о том, что собираюсь пойти в театр. С одной стороны, он не запрещал мне посещений мероприятий открытым текстом, это была моя инициатива. С другой стороны, не наврежу ли я этим своему положению?

Всё это меня очень заботило, пока я не увидела вдали Ортимуса. Едва приметив меня, он нахмурился, а я, подобрав элегантно юбки, развернулась в сторону дворца. Кумушки следом за мной. Всю неделю я буквально бегала от санморинского посла, а он с бесящей настойчивостью поджидал меня в самых неожиданных местах. Например, три дня назад он буквально зажал меня в нише, где нас нашёл – кто бы мог подумать?! – император! Диаруский попытался устроить скандал, но увы – не получилось. Лейард отшутился, мол, опять вы раскрыли наше тайное убежище, милорд. И забрал меня.

– Неужели он так влюблён в Теанию и стремится к открытому адюльтеру, что не страшится даже казни? – спросила я тогда.

– Казнь ему не грозит – он посол, а вот Теании… Теания может пострадать в этой связи, – хмуро произнёс Яр.

Проводив меня до моих покоев, попрощался. И ведь в той нише я оказалась не случайно – вновь убегала от Диаруского, когда перед обедом направлялась в малую столовую.

Поэтому сегодня, сбегая от Диаруского, я решила, что больше никаких ниш! Исключительно мои покои. Но удача решила от меня отвернуться. Когда я шла в сопровождении своих тюремщиц, навстречу мне выплыла Эль, причём не одна, а в компании моего “мужа”. Её рука доверчиво покоилась на сгибе его локтя, и девушка, едва увидев меня, счастливо улыбнулась. Впрочем, такие же улыбки тронули и губы моих надсмотрщиц.

– Ах, ваше величество! – выпорхнула она вперёд и взяла меня за руки. – Как я безмерно рада видеть вас! В последнее время наши встречи ничтожно коротки, а мне бы столько хотелось с вами обсудить! Например, завтрашнюю премьеру. У меня есть чудесные платья, которые я привезла из Боравира. Мне они, увы, велики, а ушивать работы мьены Гертруды я бы так не хотела. Как было бы чудесно, если бы вы согласились принять их от меня в качестве подарка!

Хм, как мило! На боже, что мне негоже. И ведь смотрит так наивно, будто действительно не понимая неуместности своего предложения, не говоря уже о намёке на мои размеры. Эль была хрупким нежным цветком, я же рядом с ней смотрелась великаншей. Дурацкие сто семьдесят пять сантиметров.

– Боюсь, что её величество… – начал император, приближаясь к нам.

– С удовольствием посетит завтрашнюю премьеру, – выдала я и посмотрела Лейарду в глаза.

Сама от себя такого не ожидала! Но почему-то, едва я представила, как завтра Эль будет блистать в объятиях Владыки, стало обидно. За Теанию! Вот ей кумушки не спустили с рук измену, а тут Владыка ходит под ручку с другой, а они улыбаются.

Я вновь посмотрела на “мужа”. Яр ничего не говорил, но смотрел так… не могу точно описать этот взгляд. Интерес, предвкушение, веселье… Но неодобрения там не было. Значит, он не против моего присутствия на завтрашнем мероприятии.

– Это так чудесно! – воскликнула девушка и приобняла меня, быстро отстранившись. – Значит, завтра мы встретимся в императорской ложе и сможем даже поболтать во время антракта! Как я счастлива.

И я. Очень! Она что, будет в императорской ложе? Я посмотрела на Лейарда, ища там подтверждение. Нашла. Он взял её под опеку, когда её родители погибли… Кстати, я так и не расспросила об этом подробнее у Лягуха. Моё упущение – нужно исправить и восполнить пробелы в знаниях.

– Мы с его величеством планировали прогуляться по саду… присоединитесь к нам? – спросила Эль доверчиво.

Интересно, на какой ответ она рассчитывала? А я возьми, да согласись. Мужчина выставил оба локтя для нас, не желая обидеть ни одну, и втроём мы отправились в сад. Кумушки, переглядываясь, посеменили следом.

– Завтрашняя премьера важна, но больше меня заботит бал у герцогини Торнберри через неделю, – произнесла Эль и вздохнула. – Эта дама так строго оценивает всех! Боюсь не оправдать её ожиданий. Я изучила её вкусы, ошибки других дебютанток, а также предпочтения в искусстве.

– Эль, – изумилась я и отпустила руку императора, чтобы посмотреть на девушку, – неужели чьё-то мнение для тебя так важно? Совершенно глупо рассчитывать, что ты будешь нравиться всем. В конце концов, ты ведь не золотая монета, чтобы привлекать каждого.

– Я и не хочу нравиться всем, – немного обиженно фыркнула Эль. – Но ведь от мнения герцогини Торнберри зависит так много! То, что она скажет, подхватят все, и будут повторять направо и налево. А мне нужно найти себе достойного мужа, поэтому моя репутация должна быть идеальной.

Император с интересом слушал нас и бросал заинтригованные взгляды. Вот и теперь он обратил свой взор на меня, ожидая, что я отвечу на эту тираду.

– Возможно, моё мнение будет непопулярно и оно тебе не понравится, – начала я, смело ответив на вызывающий взгляд “супруга”, – но среди тех, кто полагается лишь на чужое мнение, будь то мнение герцогини Торнберри или чьё бы то ни было другое, не может быть достойных. Будь собой. Ты слишком хорошенькая и добрая, чтобы всерьёз подстраиваться под чьи-то стандарты. Это тебя уничтожит и превратит в социофоба.

– В кого? – нахмурилась девушка, и я поняла, что слово было ей незнакомо.

– В того, кто боится общества, потому что заранее знает, что не оправдает его ожиданий. Ты день изо дня будешь стараться угодить кому-то, в чём-то, но… постоянно будешь думать, что разочаровываешь их. Поверь мне, подобные мысли и стремления не сделают тебя счастливой.

– Я согласен с её величеством, – неожиданно сказал Владыка и улыбнулся мне. – Ты хорошая и милая девушка, тебя непременно полюбят те, кто узнает тебя хорошо. А для тех, кто и не хочет узнавать тебя настоящую, не стоит и стараться. Просто будь собой.

Вот вроде и меня похвалил, но в то же время сделал комплимент Элиане. Мы обе, переглянувшись, смущённо улыбнулись. Эль вздохнула.

– Вы правы, ваши величества… Я словно неразумный ребёнок, которого следует всему учить. Но иногда так тяжело! Слышала, как одна придворная дама назвала меня бриллиантом сезона… это такая ответственность! Я теперь и шагу боюсь ступить, ожидая осуждения.

– Ты уже начала себя загонять в рамки и подстраивать под стандарты общества, – я покачала головой. – Выбрось эту чушь из головы! То, что у людей недобрые мысли и желание уколоть и обидеть тебя, никак не связано с тобой. Это не твои проблемы, а их. В их душах слишком много злобы, неудовлетворённости, может, даже сожаления или грусти. Но всё это не имеет отношения к тебе, понимаешь?

Элиана призадумалась. Мы с Лейардом вновь переглянулись и обменялись понимающими улыбками. У меня возникло чувство, словно мы родители и ведём поучительную беседу с дочерью. А ведь и правда… Яр не относился к Эль как к девушке, и надежды кумушек на их союз – напрасны. Она была для него младшей сестрой или даже дочерью, за которую он нёс ответственность, которую даже, возможно, любил по-своему, но никогда и не думал заводить с ней романтических отношений.

Странно, но едва это открытие промелькнуло в моей голове, я даже задышала ровнее. Возможно, в душе мне не хотелось, чтобы Лейард связывал свою жизнь с ребёнком. Да, думаю, причина именно в этом.

Долго втроём мы по парку не гуляли. Вскоре к нам подошла графиня, чьё имя совершенно вылетело из моей головы, с сыном. Я вновь напомнила себе, что перед завтрашним посещением театра необходимо повторить с учителем фамилии знати и видных деятелей государства. Молодой граф, испросив разрешения прогуляться с юной графиней у его величества, отправился с ней по другой тропинке. Их мать и мои кумушки зоркими орлицами полетели следом, а вот мы с Лейардом отошли к раскидистым деревьям. Здесь была чудесная полянка, лежащая в тени, и немного пахло грибами – видимо, дикими опятами или чем-то похожим (что растёт в этом мире), но аромат был чудесный. Я даже вдохнула полной грудью воздух и обхватила себя руками.

– Знаешь, в нашем мире редко встретишь девушку, которую не волнует мнение общества, – неожиданно произнёс Лейард.

– В нашем тоже, – кивнула я. – Социальные догмы всегда главенствуют, но в моё время, к счастью, всё больше звучит тема бодипозитива и личного счастья. Каждый имеет право быть счастливым, если его счастье не вредит другому человеку. Мне самой тяжело давалась борьба с общественным мнением, поэтому я старалась привить любовь к себе и независимость от чужого мнения своим сёстрам. Правда, у нас небольшая разница в возрасте, но с потерей родителей она, казалось, незримо увеличилась.

– Ты тоже потеряла родителей? Сочувствую.

– Спасибо… В этом мы похожи. Остались без родительского наставления в шестнадцать. Но у меня помимо бабушки по материнской линии были ещё сёстры, а ты… У тебя была Эль.

– Ты единственная, кто понял это, – подмигнул Владыка и заложил руки за спину, устремив свой взгляд на качающуюся листву. – Едва ей исполнилось шестнадцать, что в нашем мире считается возрастом согласия для брака, мне все стали намекать о женитьбе на ней. Но она мне как сестра, – Яр посмотрел мне в глаза, – я не могу думать о ней как о женщине и тем более испытывать сексуальное влечение. Я боялся, что мнение общества и навязанные им ожидания в итоге разочаруют малышку, поэтому отправил её учиться в Боравир – подальше от нашего двора. Я хотел, чтобы она выросла без мысли о замужестве со мной.

– Но это не совсем получилось, – заметила я невольно и прикусила кончик языка.

Мужчина посмотрел на меня недовольно, но в итоге кивнул.

– Возможно, но я надеюсь, что она тоже относится ко мне как к родственнику. Меньше всего на свете мне хотелось бы разочаровывать её. Юля, я хочу тебя попросить об одолжении. Ты умеешь выражать свои мысли, поэтому твои посылы, думаю, дадут свои плоды в мировоззрении Эль. Ты ещё с нами две недели… если, конечно, не захочешь остаться, – тут он бросил на меня коварный взгляд, – позаботься об Эль. Ей нужна такая наставница, как ты.

– Мне кажется, мьена Цеания или Рима справились бы с задачей лучше, – нарочито серьёзно, но с подразумевающейся иронией ответила я и передразнила: – “Держите спину ровнее, Элиана! Вам ещё с этой осанкой мужа искать! Как он с вами заговорит, когда вы так горбитесь? Не увидит ваших глаз!”

Лейард рассмеялся, запрокинув голову. На мгновение я застыла, любуясь мужчиной. Всё же император чертовски хорош собой. Уверенный, властный, но при этом разумный и понимающий мужчина. Где бы найти такого в своём мире?

– Ты неподражаема! – воскликнул он, и мы замолчали ненадолго, но молчание вскоре вновь прервал Яр: – Почему ты решила прервать своё затворничество и отправиться завтра на премьеру?

– По официальной версии – уговорила твоя бабушка, а по неофициальной… устала сидеть в четырёх стенах. Тем более, если я отправлюсь домой, то уже совсем скоро этот мир окажется лишь простым воспоминанием, недолгим путешествием без возможности повторить. Так почему бы мне не узнать эту реальность получше, насладиться последними днями? Понимаю твои опасения, но обещаю, что буду вести себя примерно, как меня намуштровали за последнюю неделю. Честно!

– Я в тебе не сомневаюсь, – покачал головой Лейард и посмотрел прямо на меня, – не понимаю лишь, какой толк от этого бабушке… С чего бы ей тебя уговаривать?

– У Теании с ней были плохие отношения?

– Вовсе нет… Скорее, не было никаких. Возможно, на неё повлияла новость о твоей беременности. Она просто мечтает о правнуках.

– Как странно, что она ещё не стояла со свечкой над вашей кроватью! – воскликнула я. – Твоя бабушка из того типа людей, которые идут к цели напролом. Думаю, она не слишком-то хотела внуков, – сделала я неожиданный вывод, – если бы у неё было действительно сильное желание, меня бы здесь не было, а ты бы уже нянчил первенца от Теании.

Лейард посмотрел сначала изумлённо, словно представляя себя с ребёнком на руках, а потом вновь рассмеялся, видимо, действительно узнав образ своей бабушки. Я же тоже представила Лейарда отцом. Учитывая, что я недавно видела, с какой заботой он смотрел на Эль и как бережно относился к ней, уверена, он станет чудесным родителем.

Вот интересно, а какая у него будет жена?

Нет-нет, я не собиралась представлять себя, но отчего-то образ в голове сложился подозрительно похожий на меня.

– Да, она такая, ты права. Тогда вновь вопрос, что задумала бабушка?.. Впрочем, она действует стремительно: вскоре мы узнаем о её планах.

Я пожала плечами и сцепила пальцы в замок перед собой, перебирая ими и смотря исключительно вниз. Тишина была достаточно комфортной, однако я вдруг задумалась: не принимает ли он меня за дикарку? Не забавляется ли надо мной? Над моим бескультурием, необразованностью, дерзостью…

Должно быть, я слишком далека от идеала, который у него в голове. Ведь наши идеалы складываются с детства, в зависимости от окружения, а я слишком чуждая для этого мира с его консервативными правилами. Но если он попросил чаще проводить время с Эль, может, не так ему и чужды мои взгляды?

– Портал нашли, – негромко сказал вдруг Лейард, и я подняла на него полные надежд глаза.

Сердца коснулись и сожаление, и радость. Странные, смешанные чувства охватили меня всю, я шумно выдохнула, и единственное, что спросила: где? Собственно, вопрос был глупый и бестолковый. Кто же мне сейчас скажет, где он? У нас ведь соглашение.

– За городом, – как я и думала, ответ Лейарда был очень краток. – Полагаю, тебя привезли сюда в карете, пронесли тайными ходами в гостевую спальню и уложили в постель спящего маркиза.

Я повела плечами. Не очень-то приятно слушать, как тебя волокли и подкладывали, словно мешок.

– Скажи… – внезапно произнёс император, – а между тобой и маркизом?..

– Точно нет, – выдохнула я и подняла руки. – Уверяю тебя, я бы запомнила.

Да и кровь бы осталась… Но об этом я думать не хочу. Не люблю вспоминать свои неудачи, а отсутствие в своей жизни мужчин я считала большой неудачей. Да и заводить отношения, в общем-то, было некогда: младшей, Еве, только месяц назад исполнилось восемнадцать. А репетиторы и выпускной влетели в копеечку.

И вообще, почему Лейард об этом спрашивает? Мне о другом следует думать! Например, сколько времени у меня осталось.

– Ты сказал, что портал может закрыться…

– Да, мой маг рассчитал время его существования, – кивнул Лейард. – Портал был создан ровно в полнолуние, поэтому и закроется в следующее. Точнее, в Солцнелунную ночь. Поэтому тебя необходимо доставить к порталу минимум за пару часов до Воздвижения, чтобы не упустить момент схлопывания.

В принципе, как я и думала. А если не успею… навсегда останусь в этом мире?