Глава 17

Голова раскалывалась, я с трудом разлепила веки. В глаза бил яркий свет, я зажмурилась, и тут же почувствовала чьи-то руки у себя на животе. На обнажённом животе! Ойкнув, я вцепилась в мужские запястья и, всё ещё плохо видя, попыталась их отстранить, но какой там! Вместо этого меня поцеловали в шею. Поцелуй получился неприятным, шершавым, я вновь попыталась отбрыкнуться.

– Тише, тише, моя прелесть… а как на тебе чудесно смотрится подаренное мной бельё!

“Не тобой”, – где-то на краю сознания подумала я, узнав голос Диаруского.

Я хотела ответить вслух, но в этот момент услышала, как дверь с громким стуком открывается.

Заохали, заахали, запричитали… Кажется, упала ваза. Потом я услышала грозный голос Диаруского – он начал громко с кем-то ругаться. Зрение возвращалось постепенно. Сначала я поняла, что я лежу на постели, а в дверях толпятся придворные – уж не знаю, кем сюда созванные. А я лежу в одном нижнем белье, подаренном Лейардом, на постели с обнажённым Диаруским, который прикрывается подушкой.

Твою ж матушку!

Я подскочила, но что было делать в такой ситуации – совершенно не знала, поэтому единственное, что могла – громко мысленно позвать императора, памятуя о его подарке. Лейард пришёл быстро и порталом. Мгновенно оценив обстановку, он привлёк меня к себе за руку и забрал сумраком. Всё это молча, без вопросов, но под причитания многочисленных зрителей.

Голова кружилась. Я буквально вывалилась из Сумрака и упала на ковёр. Яр приподнял меня за талию и усадил на диван. Налил в стакан воды из графина и подал мне. Я с жадностью выпила и почувствовала, что стало намного легче, особенно теперь, вдали от всех этих событий. Яр внимательно всматривался в моё лицо, пытаясь найти следы паники. Мне уже стало лучше, теперь я начинала понимать, что вообще произошло. Понимать и дрожать.

– Тише, – прошептал император и принёс из спальни одеяло, укутав меня в него. – Мне конечно хочется полюбоваться твоим телом, особенно в этих кружевах, но думаю, что так тебе будет уютнее.

– Яр, – простонала я, – это катастрофа!

– Признаюсь, я не ожидал, что Ортимус так себя подставит.

– Подожди… там была Эль, в беседке. С ней всё в порядке? Девушка не пострадала? Меня чем-то усыпили, возможно, и её могли!

– Эль? – нахмурившись, переспросил император и поцеловал меня в лоб. – Разберусь. Я уйду ненадолго… Нужно решить вопросы с послом, Эль и… с советом. Пожалуйста, подожди меня. Дверь в твои покои я запер магически. Тебя никто не потревожит.

– Спасибо.

Яр ушёл сумраком. Стоило ему скрыться, как кто-то дёрнул край одеяла. Я обернулась к Цезариону, у которого вся мордочка была измазана вишнёвым джемом. Это он ради меня пренебрег такими вкусностями? Я вымученно улыбнулась.

– Ты пришла во дворец в одном белье… И дрожишь как осенний лист на ветру. Что случилось?

– Это ужасно, – выдохнула я и вкратце рассказала всю историю.

Лягух вздохнул, уселся поудобнее на складке одеяла, в которое я завернулась поплотнее, и призадумался.

– Ну он же к тебе не прикасался? Ничего тебе не сделал?

– Не успел, – мотнула я головой. – Но теперь репутации Теании конец. Лейарда заставят развестись.

– Да-а-а, и слух о беременности не поможет… это ведь всего лишь слух, – вздохнул лягух. – Видимо, придётся тебе вернуться в свой мир. Как грустно. А я только привык к тебе!

– Да, – кивнула я, сама испытывая неприятное чувство. – Но неделей раньше – неделей позже… не суть важно, правда?

Шухер рассеянно кивнул, а потом притащил откуда-то бутылку вина. М-да, сопьюсь я в этом мире, да ещё и духа замка спою!

– Ну чего уж тут, – вздохнула я, – выпьем!

Пьяный Лягух – ещё хуже трезвого. Он действительно напился! Магическое существо после шестой крышечки решило, что пора отомстить всем придворным, которые насмехались надо мной (и плевать, что насмехались они над Теанией), а потому активировал одно очень старое, древнее, ныне уже не используемое заклинание.

– Яр нас убьёт, Яр нас убьёт, – бормотала я, стоя поздней ночью в парке в лёгком домашнем платье и переминаясь с ноги на ногу.

– Не убьё-о-от! Ква! – нараспев отвечал Цезарион, попутно икая, стоя на плече статуи, словно капитан на рее. – Ещё спаси-и-ибо мне скажет, ква!

О да, трижды спасибо! Цезарион взмахнул руками, и тут весь замок словно задрожал, голубая защита вокруг него, до этого не видимая, проявилась и начала стремительно приобретать серо-дымчатый цвет, а потом… Потом из неё начали вылетать призраки и залетать в окна! Даже я, стоя вдали от этой мистики, вздрогнула, а уж каково было придворным, вернувшимся с сегодняшнего бала обратно во дворец – представить страшно!

Заверещали, закричали! Зажёгся свет в окнах. Кто-то пытался сбежать прямо в окно, а призраки всё голосили и голосили.

– Фанто-о-омы, ква, – самодовольно произнёс Лягух, – тысячу лет назад, когда люди верили в призраков, они были очень действенным оружием против взломщиков! Кто бы знал, как я давно мечтал применить это заклинание!

Я пьяненько хихикнула и скосила взгляд на Шухера, выглядевшего как властитель мира. Выглядел он, к слову, так недолго – минут пять, потому что на шестой его схватил император и приподнял за заднюю лапу.

– Ну и что ты тут устроил?

– Мстю-у-у! – самодовольно отозвался Цезарион, и я вновь рассмеялась.

Владыка вздохнул, покачал головой и приказал всё вернуть на место. Шухер попыхтел немного от недовольства, но защиту вернул. Все призраки ушли, купол стал голубым и скрылся. Его величество приобнял меня за талию и увёл сумраком. Мы вышли в моих покоях, и я отстранилась, сев на диван. За последние два часа я много думала и пришла к выводу, что больше не имеет смысла хранить секреты от Лейарда, раз всё равно рассказала ему о своей необычной способности.

– Как ты? – спросил Лейард и присел рядом.

– Немного кружится голова и… Как Эль?

– Её тоже чем-то отравили, поэтому она ненадолго отключилась и ничего не помнит, но она в полном порядке, с ней бабушка, – задумчиво, голосом, в котором проскальзывало сомнение, ответил Лейард.

– Хорошо… Яр, я должна тебе кое-что рассказать. То, что я сначала не связала с Теанией, но происшествие в театре заставило меня задуматься, но раскрыться тебе я так и не смогла. Мы ведь не доверяем друг другу, – немного обиженно произнесла я и вздохнула. – В общем, из-за того что звуконепроницаемый купол для меня не помеха, я услышала то, что не должна была. А именно разговор Абрахама и магистра Прайма. За огромные деньги барон купил у магистра зелье Семи печалей, сказав, что это не для жены.

Лейард застыл, внимательно смотря на меня, и сопоставляя всё то, что и я пыталась сопоставить ранее. А именно – для кого Абрахам купил это зелье.

– Тебе следовало сказать мне об этом раньше, – сурово сказал Яр и поднялся на ноги.

– Не упрекай меня в отсутствии доверия, когда сам не открывался мне.

– Это может быть важной зацепкой, а мы теряем время. Как давно ты это услышала?

– В первые дни моего пребывания в этом мире.

– Давно, – нахмурился император. – Мне нужно идти. Возможно, это послужит ниточкой в поиске Теании – как-то ведь он должен был передать ей зелье?

– Я даже не была уверена, что зелье для неё – я спрашивала у тебя, здорова ли твоя супруга, ты сказал, что абсолютно. Так я предположила, что зелье покупалось для очередной любовницы барона. И мне действительно жаль, что я не рассказала раньше. Ты бы спросил, откуда я знаю, а я боялась открывать тебе свою способность до сегодняшнего вечера, когда мне напрямую грозила опасность. Был бы ты со мной более открыт – я бы ответила тем же.

Яр поджал губы и вздохнул.

– Ты права. Доверие – важная вещь. Я не проявил его к тебе и ты не была обязана обо всём мне докладывать. Мы оба виноваты, но хорошо, что исправляем свои ошибки.

Яр дотронулся до моих волос и вздохнул.

– Не переживай сильно в моё отсутствие, хорошо? И ложись спать – отдохни.

Он ушел сумраком, а я перебралась в постель и почти мгновенно уснула.

Лейард

– Ваше величество, мы требуем, чтобы вы развелись! Духовенство легко пойдёт на такой шаг – императрица изменила! Откуда нам знать, что будущий наследник – ваш ребёнок?! Её величество такая ветреная!

– А есть ли сам ребёнок? – спросил другой советник.

Они ввалились в мой кабинет с утра пораньше, в дорогих одеждах – нарядились, чтобы показать свою значимость – и сверкая недовольными лицами. У меня забот хватало и без них. Например, та же Эль. Говорила девчонка правду или лгала? Впрочем, у меня уже есть план, что делать с дурью в её голове. Говорят, в Фамии есть потрясающий пансион для благородных девиц, и хозяйка всегда не прочь взять себе новую воспитанницу.

– Ходят слухи, но магистр Прайм их не подтвердил! – влез третий.

Всего советников было двенадцать – в полном составе явились. Я понимал их беспокойство. Даже разделял бы, не будь всё так запутано.

– Ваше величество, вы и Аверлад достойны лучшей императрицы. Подумайте, какого наследника она произведёт на свет? Не втянет ли он позже весь Аверлад в междоусобицу? – вышел вперёд герцог Квийский, родной племянник вдовствующей императрицы и, соответственно, мой дядя. – Мы готовы идти за вами, но… у некоторых могут возникнуть сомнения по поводу вашего сына от такой… императрицы.

Паузы были акцентированными, каждый мог вставить в них слова по своему разумению.

– Я вас услышал, уважаемые мьены, вы можете быть свободны.

Советники переглянулись, не удовлетворённые моим ответом, но покинули кабинет, я же перешёл сумраком в покои Диаруского. Мужчина сидел на стуле и завтракал.

– О, тюремщик решил навестить своего пленника, – хмыкнул Ортимус.

– К чему эти аллегории, – фыркнул я и прошёл вперёд, извлекая из кармана перстень. Ортимус расширил глаза и сглотнул. – Полагаю, через него вы держали связь с Теанией?

– Откуда это у вас?

– Нашли вчера при обыске покоев, пока вы наслаждались произведённым эффектом в поместье герцогини Торнберри. У нас есть спецы, способные вскрыть даже такие надёжные тайники как ваши.

– Вы всё равно не сможете его активировать.

– Это правда, – кивнул я и присел напротив него. – Но его сможете активировать вы. Не окажете услугу?

– Вы глупец, если думаете, что я пойду на это. Я никогда не предам Теанию.

– Думаю, живой вы ей пригодитесь больше, чем мёртвый, – резонно заметил я и откинулся на спинку кресла.

Сейчас. Сейчас сок ягод в соусе, которым было полито мясо, начнёт действовать. Ортимус закашлялся, а на его руках выскочили красные пятна.

– Яд! Вы пытаетесь меня убить! Шантажируете!

– Какие громкие заявления и обвинения! Будьте осторожнее с ними, посол, где ваше красноречие? – изумился я. – Я хочу вам помочь. Всего капля противоядия способна спасти вас. Взамен же прошу сущую безделицу – активировать это кольцо.

– Не дождётесь, – раздражённо ответил Диаруский и откинул полотенце для рук на стол. – Я не предам её!

– Что ж, раз не вы, то скажет об этом барон Лиоруз, который передал Теании зелье Семи печалей. А ваша смерть будет напрасной.

Я видел, как сменяются эмоции на лице Диаруского: от неверия до принятия. Наверняка про себя думает, что магистр Прайм слил всю информацию, а потом уже и барон Лиоруз. С последним я так и не связывался, хотя приказал доверенным людям следить за ним. Дело магистра Прайма тоже уже на столе у Эйрина и в ближайшее время он займётся им. Дворец Мунграда ждут большие перемены.

– Не зря, – произнёс посол, взяв себя в руки, – моя смерть вам просто так не сойдёт с рук.

Неужели?

– О чём вы говорите, дорогой посол? – округлил я глаза. – Все видели, как вы соблазнили мою жену, а она возьми да отомсти вам. Женщины так коварны и жестоки. Я всего лишь хотел вам помочь, но вы сами не желаете принимать от меня помощь. Засим откланиваюсь.

Я встал и открыл сумрак, но в этот момент в спину мне донеслось:

– Стойте! Я… я принимаю вашу помощь.

Удержав улыбку, я обернулся к Диарускому и потребовал у него кодовое заклинание для активации кольца. Проверил – сработало. Отдав флакон, я тут же ушел сумраком. Разумеется, травить посла я не собирался, но ягоды, которые вызывали у него аллергическую реакцию, парализовали бы его на сутки. Их действие схоже с действием одного широко известного яда, но приводит к летальному исходу лишь при непереносимости компонентов.

В кабинете меня уже ждал герцог Танский. Эйрин поднялся со своего места, и я передал ему кольцо.

– Отлично, – улыбнулся глава тайной канцелярии. – Теперь мы найдём её быстро. Посол буквально развязал мне руки своей выходкой.

– Информация о зелье Семи печалей дала результат?

– Я поговорил с бароном и узнал место, где они встречались. Судя по показаниям очевидцев – они действительно видели девушку, похожую на Теанию, она останавливалась на постоялом дворе, но не надолго. Я попытаюсь поймать её на живца с помощью артефакта и передать информацию о следующей встрече. Буду держать тебя в курсе, Яр.

Эйрин ушёл сумраком, а я вздохнул. Всё складывалось хорошо, возможно, даже удастся вернуть Призму, но меня не покидала тоска. Неужели это связано с иномирянкой? Я понимал, что вскоре наши пути разойдутся.

Странная бесхитростная девушка с широкими взглядами, которая покоряла меня с каждым днем всё больше. Я хотел её, бесспорно, но к желанию примешивалось и другое чувство – мне хотелось заботиться о Юлии.

То, как она относилась к Элиане, хотя та вела себя ничуть не лучше избалованного ребёнка, восхищало. Она терпеливо выслушивала её, давала советы и не обижалась, когда любая другая затаила бы злобу. Как она отвечала мне, как боролась с собой, ведь я видел, что тоже небезразличен ей – всё это пробуждало во мне ещё больше чувств и эмоций. Она зажигала меня одним своим присутствием.

И теперь я потеряю её. Больше никогда не увижу, если сам не решусь перейти порталом. Но сколько у нас будет времени в её мире? Месяц?

И будет ли у меня это время, если я не найду Призму?

В кабинет вошёл секретарь, доложил о приходе вдовствующей императрицы. Впрочем, та не нуждалась в представлении, сама прошла вперёд и остановилась передо мной. Дождавшись, пока за секретарём закроется дверь, она с улыбкой спросила:

– Ну и кто она, Леайрд? Явно не Теания.

Кто бы сомневался, что моя наблюдательная бабушка обо всём догадается.

– Настолько очевидно? – с ленцой спросил я и прошёл за кресло, облокотившись на спинку.

– У этой девочки добрый взгляд. У Теании был не такой.

Это точно. И эта девочка вскоре отправится домой.