Глава 25. Припугнуть бактерии!

Никогда бы не подумала, что яйца и буханка хлеба покажутся мне чем-то сродни деликатесу. Но именно так я ощущала свой завтрак. Ела, наслаждаясь каждым кусочком. Хотя, если верить Анне, время давно перевалило за полдень…

– Миллилитр? – позвала я, когда разделалась с едой. – И где он? – прошептала, задумчиво осматривая комнату и кучу наваленных на полу книг.

Фамильяр не отозвался и не появился. Где он, я понятия не имела. Зато знала, куда нужно отправиться мне.

Шумно вздохнув, я поднялась с кровати и вышла из комнаты, настраивая себя на будущий подвиг. Посещение местной уборной иначе назвать было нельзя. Еще жутко хотелось принять душ и сменить одежду. Господи, да хотя бы умыться и почистить зубы! И угораздило же меня попасть в столь дикий мир…

Из туалета в коридор я практически выбежала, жадно хватая ртом воздух. Нет, с этим определенно нужно что-то делать! Рассказать герцогу про то, к чему приводят вот такие нарушения санитарных норм, что ли?.. Я сомневалась, что он меня станет слушать. Сам наверняка справляет нужду в какой-нибудь керамический горшочек с нарисованными цветочками…

– Божечки, – прошептала я, поняв, что моя фантазия свернула куда-то не туда. – О чём я вообще думаю?

– А-а-а! – я замерла, услышав за одной из дверей странные завывания. – А-а-апчхи!

Следом послышался звук сморкания. Смачный такой. Душевный.

– Сопливая хворь, – усмехнулась я, покачав головой.

Я хотела спуститься на кухню и спросить у Анны, где могу привести себя в порядок. Хотя бы относительный! Я понимала, что про душ могу только мечтать, как и про горячую ванну, но где-то же здесь должно бы что-то вроде… не знаю. Умывальника? Если нет, придётся его изобретать.

Дойдя до лестницы, я даже воодушевилась, прикидывая, как можно его сделать. Самым простым было проделать в дне ведра дырку, придумать что-то похожее на пробку и…

– О, Анна! – мне повезло. Кухарка подошла к лестнице, держа в руках поднос, накрытый железной крышкой. – Я как раз искала тебя, чтобы…

– Это может подождать? – тяжело дыша, ответила мне женщина. – Господин де Каррисель приказал подать ему в комнату…

– Кто? – переспросила я, пропуская женщину наверх.

– Господин Лансель де Каррисель, гувернер для маленькой леди, – Анна остановилась, внимательно посмотрев на меня. – Он захворал в пути. Может, ты… глянешь его?

Кухарка произнесла эти слова практически шёпотом, зачем-то оглянувшись по сторонам.

– Чтобы герцог снова выгнал меня на мороз? – усмехнулась я, с интересом поглядывая наверх. Оттуда снова раздалось громогласное чихание.

– Так его светлости сейчас нет в замке, – заговорщически произнесла Анна, поудобнее перехватывая поднос. – Пойдём-пойдём. Ты вона как Эдфледа лихо на ноги поставила. Второй день, а он работает уже! Может, и здесь чем смекнешь. А то как бы весь замок от грудной хвори не слег…

– Грудная хворь – это серьёзно, – протянула я, нерешительно идя следом за Анной. – Я хотела вас попросить помочь мне. Где здесь можно помыться? Переодеться?

– Помыться? – переспросила она, закончив подъем по лестнице. – Так купальня на прошлой седмице была. А коль лицо ополоснуть – так это тебе во двор. Снега намело, тебе мало, что ль, моську ополоснуть.

– На прошлой неделе? – переспросила я, утверждаясь в своих мыслях об изобретении персонального умывальника. – А вы знаете, что личная гигиена крайне важна? Ежедневно нужно…

– Дверь открой, – приказала мне Анна, не став слушать нравоучения.

– Да пожалуйста, – хмыкнула я, деликатно постучав и дернув за ручку.

Зайдя в комнату за кухаркой, я остановилась, внимательно осматривая сидевшего на кровати мужчину. Он закутался в покрывало и подрагивал, то и дело шмыгая носом.

– Господин де Каррисель, – важно обратилась к нему Анна, – я принесла ваш обед.

– О, благодарю, – гнусаво протянул мужчина, тут же громко чихнув. – Но что-то я не чувствую аппетита, майн шерри зигн манпасье, – добавил он на какой-то смеси французского с немецким акцентом.

Впрочем, мир не мой. Языки тоже не обязаны быть похожими на привычные для меня. Хорошо, что разговорную речь я здесь воспринимала как свою. Да и с чтением проблем не было. А ведь всё могло быть в разы хуже.

– О, – заметив меня, мужчина воодушевленно уточнил, – а вы случайно не та самая гостья из другого мира, о которой меня предупредил его светлость?

– Гостья? – улыбнулась я. Так привыкла к слову «пришлая», что не сразу поняла, о чём говорит этот де… Кисель. – Да. Я иномирянка.

– Восхитительно! Же тру мизанс монифик! – он даже в ладоши хлопнул, а вот меня его восторг немного пугал. – Где мои манеры? Разрешите представиться, господин Лансель де Каррисель, выписанный его светлостью учитель точных и не только наук, – встав с кровати и уронив с себя покрывало, мужчина поклонился мне.

– Эм… – протянула я, растерявшись, и чуть согнула ноги в коленях, делая нечто похожее на реверанс или книксен. Черт его знает, что я сделала и как это правильно называется. – Карина. Врач… то есть лекарь. Была лекарем. В своём мире.

– Восхитительно! – вновь повторил господин Кисель, с трудом сдержав очередной чих. – Лорд Ройд рассказывал мне о вас и даже рекомендовал воспользоваться вашими навыками, чтобы быстрее поправиться и приступить к своим обязанностям!

– Да ладно.

– Быть не может! – хором со мной произнесла Анна, как и я, растерянно наблюдая за чересчур воодушевленным моим иномирским происхождением мужчиной.

– Леди Карина, я человек широких взглядов и с насмешкой смотрю за откровенной глупостью закостенелых консерваторов, – добродушно пояснил господин Кисель, раскинув руки в стороны и прикрыв глаза. – Прошу вас. Окажите мне честь и… а-а-а… апчхи! – встряхнув головой и шмыгнув носом, мужчина с достоинством произнес: – Лечите меня. Я готов.

– Ну, раз лорд Ройд разрешил, – протянула я, неуверенно приближаясь к больному. – Присядьте, пожалуйста.

Мне казалось, что герцог высокий мужчина, но этот иностранец был даже выше его светлости. Вот только худее. Не скажу, что Ройд страдал излишним весом, наоборот! К его телосложению было не придраться. А хотелось…

– Так, – выкинув из мыслей воспоминания о накачанном торсе герцога, я приступила к осмотру. – На что жалуетесь?..

Анна с интересом наблюдала за моими манипуляциями. Как я осмотрела чуть покрасневшее горло выписанного учителя. Как прощупала лимфоузлы. Измерила пульс. Навскидку определила температуру. Не губами, разумеется, а тыльной стороной запястья. Хорошая альтернатива, если под рукой нет градусника.

– Ну, что я могу сказать, – резюмировала я, оборачиваясь на кухарку. – Анна, мне нужен тазик с горячей водой, чеснок, горячий отварной картофель и крепкий алкоголь. Ой… вы же знаете, что такое картофель? Картошка? Клубни…

– Знаем, – кивнула кухарка, начиная задавать вопросы: – Чеснока ящика хватит? И таз для…

– Таз размера, – я указала пальцем в сторону больного, – чтобы поместились ступни господина…

– Можете называть меня просто Лансем, майн шерри ту парменос! – восхищенно произнес мужчина.

– Чеснока хватит несколько головок, картофель варим прямо в кожуре и горячим приносим сюда.

– Я должен буду его съесть? – уточнил Ланс.

– Нет, – улыбнулась я. – Ваша простуда лечится гораздо проще.

Кто сказал, что дедовские методы плохи? Меня всё детство бабушка лечила, заставляя дышать над картошкой. И ничего. Всегда помогало. Особенно в сочетании с хорошо пропаренными ногами.

А Лансу ещё и припугнуть бактерии спиртным можно. Главное, чтобы градус был подходящим. Ну, и чтобы мужчина позволил мне растереть его.