Глава 37. С доверием легко прожить в мире, но тяжело

– Что случилось? – я выскочила на улицу и сразу заметила её.

Женщину в потрепанном платье и наспех накинутой на плечи шубе, которую, судя по заметным дырам, не первый год с удовольствием ела моль. Или кто покрупнее.

– Лекарка нам нужна! – кричала женщина, приковывая к себе внимание дворовых слуг. – Позовите её! Дочка моя погибает! Помогите…

– Что случилось? – повторила я свой вопрос, поежившись от порыва холодного ветра, и осторожно дотронулась до руки перепуганной матери. – Я и есть лекарь. Успокойтесь и расскажите, что произошло? Где ребёнок?

Женщину трясло. Она не сразу обратила внимание на меня, растерянно смотря куда-то мимо и прося привести ей лекаря, про которого в деревне ходили слухи. Мне потребовалось несколько минут, чтобы она поняла, кто сейчас стоит перед ней, и начала отвечать на вопросы.

Правда, из её путаной речи я мало что поняла. «Дочь», «беда», «умирает» и «скорее» – пожалуй, это всё, чего я смогла добиться.

– Умоляю, помогите! – вцепившись грубыми пальцами в мои плечи, женщина продолжала кричать. – Нам нужно в деревню! Дочка…

И вырваться из её хватки не получалось.

– Деревня далеко? – обернувшись, я заметила среди наблюдавших за нами слуг Эдфледа.

– Верхом минут пятнадцать, – задумчиво ответил конюх, – но ночью мело шибко… да и его светлость может не дать лошадей.

– Я лесом шла, – с отчаянием зашептала женщина, сильнее сжимая пальцы на моих плечах. Словно боялась, что, стоит отпустить, я тут же исчезну. А вместе со мной и шанс спасти её дочь. – Напрямки оно быстрее. Да и протоптали уже местные…

– Дайте мне собраться, – вкрадчиво произнесла я, стараясь осторожно убрать от себя руки обезумевшей от горя женщины. – Я быстро. Всё будет хорошо.

Я говорила спокойно, тихо, уверенно, и это подействовало. Отпустив меня, она заторможенно наблюдала, как я отступаю к входу в дом. Вот только зайти я не успела, ко мне выбежала Анна, в одной руке бережно неся корзинку, а во второй сжимая валенки и подбитый мехом плащ.

– Служки сказали, что беда в деревне, вы помогать пойдёте, – подбежав ко мне, кухарка аккуратно поставила корзину на снег, а вещи протянула мне. – Одежда, – пояснила она очевидное.

– Спасибо, – поблагодарила я, скидывая с ног промокшие от снега тканевые туфли и быстро надевая валенки. – А это…

– Нитки ваши, бутылка, иглы прокалённые, нож и простынь разрезанная, – отчиталась Анна, помогая мне закутаться в плащ.

– Спасибо вам, – от души поблагодарила я, не ожидая такой заботы от кухарки.

И оперативности, что немаловажно! Если честно, я думала, что сейчас придётся бегать по замку, собирая подобие аптечки для оказания первой помощи, а здесь… всё же наблюдательные у герцога люди. И добрые.

– Я готова, – кивнула я не отходящей от меня ни на шаг женщине. – Ведите.

Думала, смогу разговорить её по дороге, но… снова ошиблась.

Стоило нам отойти от замка и ступить на… как она озвучила? Протоптанную тропинку? Я бы назвала это иначе. Идти было тяжело. Я едва поспевала за женщиной, несколько раз чуть не упав. Сугробы местами доходили почти до пояса. И чем дольше мы шли, тем тяжелее мне давался каждый шаг. И тем гуще становился лес, что совсем не придавало энтузиазма.

– Долго ещё идти? – запыхавшись, выкрикнула я в спину спешащей на помощь своему ребёнку матери.

Я с трудом за ней поспевала. Она ушла метров на пятнадцать вперёд, заставляя меня чувствовать себя немощной. И хоть я понимала, что сил и скорости ей даёт всплеск адреналина, легче мне не становилось.

– Почти пришли! – крикнула она мне в ответ и ускорилась.

– Да чтоб тебя! – выругалась я, потеряв в какой-то момент равновесие, и завалилась в сугроб вместе с корзинкой, из которой, как назло, всё вывалилось из-за попытки устоять на ногах и слишком резких движений руками.

Пока я встала, пока собрала всё обратно, радуясь, что иглы отчётливо были видны на снегу и не провалились под него… моя провожающая ушла далеко вперёд. И не просто далеко – она просто пропала из поля зрения.

Хорошо, что «дорога» здесь была одна. Мне ничего не оставалось, как продолжить путь и постараться делать это как можно быстрее. Кто знает, что случилось с несчастной девочкой. Одно дело, если очередная местная «хворь». А если ранение? Кровотечение? Тут счет идет на минуты. И нельзя опоздать. Я же никогда себе не прощу!..

В какой-то момент я поняла, что выдохлась. Так торопилась, бежала, что даже холод не чувствовался. Но теперь… каждый вдох давался с трудом, а воздух покидал лёгкие с тяжестью и свистом. Горло саднило. Руки кололо от холода, а деревни всё не было. Каждый шаг давался с трудом. Я даже корзинку оставила, рассудив, что лучше я быстрее окажусь на месте, чем приползу к ожидающим людям с инвентарём, но никакая от усталости.

Вот только деревня всё не появлялась. Меня окружал лишь лес, пугая своей изредка нарушаемый хрустом веток тишиной. Я так накрутила себя, что в какой-то момент мне даже почудилось рычание за спиной. Но, обернувшись, я никого не заметила.

– Где же эта чёртова деревня? – зло прошептала я, поглаживая себя по боку, в котором неприятно начало покалывать.

– В противоположной стороне, пришлая, – услышала я знакомый голос.

– Аська? – выдохнула я, обернувшись.

Вот только даже рассмотреть служанку герцога не успела, ощутив, как затылок пронзает острой болью.

Последним, о ком я подумала, перед тем как мир погрузился в темноту, был Ройд. Почему-то именно его замершая у дверей в мою комнату фигура встала перед мысленным взором.