Глава 13

Глава 13: Золото и алмазы не предлагать

Всю ночь я пыталась уползти. Глаз не сомкнула, извиваясь гусеничкой, а этот нахальный тип неизменно подтягивал меня обратно, укладывая себе на грудь. У меня даже возникло острое желание использовать вазу в коварных целях, но, как только я ее приподнимала, чтобы замахнуться как следует, этот синеглазый демон тут же открывал глаза и смотрел на меня с укором. Приходилось делать вид, что сплю, да и вообще не при делах. Только не слишком-то мне и верили.

Так и промаялась до самого утра, переживая о том, куда запропастилась моя кошатина, да только к утру стало значительно прохладней, а потому пришлось уже самой подползать ближе к своей грелке, сворачиваясь на нем, словно кошка, клубочком. Так и уснула, проснувшись оттого, что кто-то или что-то ползает по моей спине.

— Руку оторву, — предупредила я, настороженно открывая один глаз.

— Не сомневаюсь, — усмехнулся Арбейхел, медленно стаскивая с меня одеяло, которое я пыталась удержать всеми конечностями. — Приводите себя в порядок. Скоро будем отправляться.

— А вы кошку мою нашли? — продолжала я лежать, искоса наблюдая за тем, как мужчина открывает тот самый сундук, который мне вчера презентовал, и достает оттуда то ли покрывала, то ли одежду.

— А зачем ее искать? Сама пришла. Такая же наглая, как и вы. Притащила с собой риграса, как будто нам ее одной мало. С вашего позволения, я воспользовался вашим дурманящим порошком.

— Но я же не разрешала! — возмутилась я тому, что у меня из-под носа увели вторую кошку, избавляя меня от возможного защитника.

— Значит, я сам себе разрешил, — чарующе улыбнулся синеглазый. — Поторопитесь.

Невыносимый тип!

И вот что странно, каждое утро мы начинали с «вы», а заканчивался день… Хорошо, что вообще заканчивался.

Оставшись одна, я начала быстренько одеваться, пока никто не ворвался в шатер и не застиг меня неглиже. То, что Арбейхел достал из сундука, действительно являлось одеждой. Но какой-то странной, непривычной. Вдоволь налюбовавшись в зеркало на черную татуировку, распластавшуюся по всей спине, я натянула симпатичные кожаные темно-фиолетовые штаны и свободную рубашку цветом светлее.

Заправив ее, никак не могла понять, что делать с двумя лоскутами ткани, у которых были странные застежки, но на помощь мне пришел Бербихайл, который не выдержал произвола и пришел пнуть меня для скорости, потому что без меня завтрак ему не давали. Он-то и подсказал, что один лоскут — это юбка, которая пристегивается к штанам по бокам. Женщины у демонов были свободного нрава, но кое-что они все-таки соблюдали.

Второй кусок ткани являлся одновременно накидкой на плечи и платком для головы. Платки эти носили не повсеместно. В основном только воины — им полагалось скрывать свое лицо, а также ими пользовались те, кто путешествовал по джунглям. Платки спасали от насекомых и жары, а накидка на плечи просто являлась частью костюма, которая оберегала от холода по ночам.

Выглядела я, откровенно говоря, интересно, но что я понимала в чужой культуре? Надо так надо. Лишь бы не голышом.

Завтрак проходил в непринужденной обстановке. Ну, как в непринужденной? Мы с Бербом с удовольствием ели, наблюдая за тем, как риграсы заглатывают рыхаков, отбирая друг у друга каждую колючку. Завтракали тем, что осталось от вчерашнего праздничного стола, тогда как Ар ограничился только отваром. Хмурился все утро и как будто отсутствовал, витая мыслями где-то далеко-далеко.

Уже перед отправлением я решила уточнить этот вопрос.

— У вас все хорошо? — дернула я младшенького за рукав, не давая ему залезть на коня.

— У нас все хорошо, — выделил он интонацией второе слово, но его кривой усмешке я нисколько не поверила, вперившись в молодого мужчину многообещающим взглядом. — Ладно-ладно, не смотри на меня так.

— Не лги мне, и я не буду смотреть.

— Мы ждем очередное нападение, — все же ответил Бербихайл нехотя. — Сейчас придется подниматься по крутой тропе в горы, которые соединяют наши земли с землями гномов. Разведчик сказал, что тропа слишком чистая. Нас стопроцентно там ждут, вот Ар и беспокоится.

— А нельзя нам туда не идти? — запереживала я за свою шкурку, которая мне больше нравилась в своем целом состоянии.

— В том-то и дело, что нельзя. Мы должны сами встретить дары.

— Дары? Еще рабыни?

— Демоны любвеобильные, — попытался отшутиться Берб, все-таки вскакивая на коня. — И, Лейла, постарайся во всем слушаться Ара. Кстати, твоя лошадь.

— Она принадлежала тому воину, которого убили?

— Все они принадлежат султану, — важно отметил парень.

— Я не умею сидеть верхом.

— Научишься, — встрял Арбейхел в наш разговор. — Я подсажу, а дальше сама. Моя невеста должна уметь управляться с лошадью.

— Вот пускай ваша невеста и управляется! — огрызнулась я, а уже в следующую секунду меня закинули на скакуна.

Лицом к хвосту.

И да, далеко я не уехала, рухнув в ближайших кустах на потеху публике, но кого такие мелочи останавливали?

Это был ад. Вцепившись в поводья пальцами, чувствовала себя как при землетрясении, пока не поняла, что нужно подскакивать в седле вместе с лошадью. Откровенно плелась позади всего отряда, потому что договориться с этой вредной хвостатой у меня не получалось. Вместе со мной, не очень довольные такой расстановкой, ползли как улитки риграсы и один из воинов, оставленный защищать меня.

Прежде чем мы отправились, я выпросила у женишка хоть что-нибудь, чем смогла бы отбиваться при нападении. Недовольно зыркнув на меня, а потом и на своего брата, который внезапно что-то увидел на небе, он все-таки выдал мне крохотный ножичек, больше похожий на зубочистку.

Естественно, этой штукой я вряд ли смогу спасти себе жизнь, но кое в чем она мне могла пригодиться. Уж насколько я любила животных, но эту лошадь уже давно следовало бы выпороть. Да надо мной все воины смеялись, не говоря уже об Аре. Этот еще и едкими шуточками разбрасывался.

Осторожно обернувшись, я достала ножичек из кармана и несильно, но ощутимо кольнула острым концом лошадь прямо в неторопливый зад. Кольнула — и сама пожалела уже в ту же секунду, потому что, моментально заржав и встав на дыбы, эта скотина понеслась вперед, ловко обходя на скалистой тропе абсолютно всех наездников. А учитывая то, что и кошки от нас не отставали — очень уж им понравилась эта игра, — все, кто не спасался, оказывались снесенными и выкинутыми из седел.

Чего мне только не кричали вслед. Судя по интонациям, это были ругательства, но демонический язык я не понимала, а потому и переводом себя не утруждала. Краем глаза видела, как Арбейхел и черненькие платки пытаются меня догнать, да только остановить эту тушку у меня не получалось ни ногами, ни примитивным: «Бр-р-р!»

Не получалось у меня, а вот у кого-то третьего очень даже получилось. Лошадь внезапно споткнулась на склоне, и я полетела вперед, перелетая не только через нее, но и через кусты. Через кусты, в которых нас ждала очередная облава. А я с маленьким ножичком, которым разве что в зубах можно поковыряться.

— А что это вы тут делаете? — решила я быть вежливой и улыбнуться.

— Перерезать ей горло, — прозвучал короткий приказ.

— Спасители! — не теряя времени, кинулась я на шею того, кто в этой банде тихушников, видимо, был главарем. Руку ощутимо било током, меня скрючило буквой зю, но объятий не размыкала. — Меня похитили эти злые демоны, а вы спасли! — целовала я гладкие щеки молодого мужчины, без труда рванув на себя ткань хиршаны, буквально превозмогая боль.

Сказать, что он был в шоке, — это ничего не сказать, но оторвать меня от него другие бандиты не могли даже вчетвером. Хиленький какой-то отряд.

— Мой спаситель! — завывала я, желая привлечь к этим кустам как можно больше внимания. Прекрасно слышала, что еще немного и меня нагонят, но, вспомнив о том, что лошадь моя не просто так на ровном месте споткнулась, решила действовать наверняка. — А давайте им за меня отомстим? — предложила с энтузиазмом начинающего самоубийцы и, свалившись с главаря, рванула на дорогу через кусты, крича во всю мощь своих легких: — За мной!

Так и бежала навстречу демонам, пока в голове гуляла мысль, что я вполне могла бы свернуть с дороги в другие кусты. Что я, собственно, и сделала, едва увидела приближающийся отряд. Кони мчались во весь опор, поднимая пыль. Предатели-риграсы кого-то доедали прямо на дороге, а я решила быть эгоисткой. Хотя бы раз в жизни, пока эта жизнь у меня вообще есть.

Сиганув в ближайшие кусты, я нос к носу встретилась с новой партией разбойников. Они этой встречи явно не ожидали, потому что тут же наставили на меня свои сабли.

— А там наших бьют! — пожаловалась я. — И жрут! Быстрее на помощь!

Или я была такой убедительной, или звуки сражения подействовали на них благодушно, но, бросив меня в кустах, бандиты рванули на дорогу. Дожидаться следующей встречи я не стала — и без того сердце от страха стучало у самого горла. Спешно оглянувшись по сторонам, рванула через кусты — куда глаза глядят.

Бежала долго и со вкусом. Бок кололо, руке возвращалась чувствительность, ноги заплетались, а легкие грозились выплюнуться вот прямо сейчас, но я все равно упорно двигалась вперед, пробираясь через кусты и низкие деревья, которых на пути становилось все меньше.

Казалось, горы были повсюду, и тем сложнее давался путь. Сапожки, которые я нашла в сундуке, были сделаны из мягкой кожи, и я чувствовала стопами все неровности и острые выступы. Не знала, сколько времени прошло, но шла я долго — солнце уже стояло высоко. Опасалась погони, но одновременно с этим искренне надеялась встретить хоть одного местного жителя, да только никто на глаза мне так и не попался.

Когда время перевалило за полдень, силы мои окончательно иссякли. Солнце опаляло нещадно, и даже хиршана, намотанная абы как, нисколько не помогала. Хотелось пить, есть, лечь, но воплотить в жизнь я могла только последний пункт. Что и сделала, распластавшись на плоском камне у дороги. Так и лежала, прикрыв веки, пока мое лицо от всей души не облизали.

— Если собираетесь сожрать, то делайте это быстрее, — взмолилась я, не открывая глаз.

— Риграсы предпочитают есть живых жертв, а не полудохлых, — решил поделиться со мной своими познаниями в животном мире Арбейхел, нависая надо мной и создавая тем самым желанную тень, пока моя собственная кошка пыталась слизать меня до костей. — Ненадолго тебя хватило.

— Только палочкой в меня не тыкай, — все-таки открыла я веки, чтобы зло глянуть на совершенно не запыхавшегося собеседника, но сил не оказалось даже на эту малость.

— Палочкой не буду, — весело усмехнулся мужчина.

— Как ты меня нашел?

— Благодаря рисунку на твоей спине я всегда знаю, где ты, — разоткровенничался он, поднимая меня на руки.

Но ему тут же пришлось поумерить свой пыл, потому что врученную им зубочистку я так из рук и не выпускала. Именно ее я сейчас и приставила к его шее. Рука дрожала от слабости, пока Ар медленно отклонялся, улыбаясь мне своей белозубой улыбкой. Черная хиршана подобно шарфу висела на его плечах.

— Давай, — толкал он меня в пучину отчаяния, продолжая держать на руках.

И вот надо бы отомстить за мое унижение. Надо бы избавиться от этого демона, чтобы продолжить свой путь. Найти хорошего мага и отделаться от проклятья. Стереть татуировку со спины и вернуться обратно в свой мир, но страх остаться в горах одной был слишком велик.

Ни карты, ни еды, ни воды. Только горы и я. Ну, еще и риграса, которая в качестве ужина точно не дастся. Скорее меня сожрет с голодухи.

Острие впилось в шею мужчины, оставляя тонкую кровавую полосу. Царапала кожу, а сама смотрела в его глаза, ожидая реакции. Прекрасно понимала, что совершаю плохой поступок. Даже не так: совершаю тот поступок, который плохо отразится на наших дальнейших отношениях, какими бы они ни были, но остановить себя не могла.

— Удовлетворена? — спросил холодно, а от улыбки не осталось и следа.

Наверное, не верил в то, что я все-таки осмелюсь напасть на него, пусть и нанося только неглубокую царапину.

— Нет, — ответила коротко, подозревая, что меня сейчас оставят в этих горах, учитывая мое поведение.

И я даже была с ним согласна, но синеглазый поступил по-другому.

Просто взял и скинул меня в портал.

Упала я уже в шатре. Лишь чудом не промазала мимо матрасов, из которых соорудили постель. Следом за мной вывалилась риграса, которой повезло чуть больше — ее встретили подушки, а больше никто и не вышел. Серебристое кольцо схлопнулось, не оставляя следа, да только голос Арбейхела я прекрасно слышала за пределами шатра.

Он был зол.

Судя по интонациям, отдавал какие-то приказы. Говорил коротко и отрывисто, будто едва-едва сдерживал гнев. Скорее всего, причиной его ярости была именно я.

Зачем я его порезала?

На этот вопрос ответа я не знала. Это был даже не душевный порыв. Четко осознавала, что причиняю боль. Не хотела делать больно, но в то же время часть меня отчаянно желала…

Не отомстить. Показать, что я могу постоять за себя. Мною двигала гордыня.

— Ох ты ж, алмаз мне в печенку! — внезапно раздалось от входа в шатер, вынуждая меня буквально подпрыгнуть на матрасах. — Худющая-то какая!

— И вам здравствуйте, — растерялась я, глядя на женщину явно в годах.

Ростика она была маленького — наверное, на целых две головы ниже меня. Гномка — а это была именно она, учитывая чуть заостренные ушки, — обладала внушительной фигурой и носом-картошкой, который ей на удивление шел.

— Где же ты была, болезная, пока я всех обедом кормила? — подбоченилась женщина, глядя на меня с суровостью матерого генерала.

— А вы кто? — села я на постели, пытаясь придать себе хотя бы видимость солидности.

— Так Дис я. Подарок этому, крылатому вашему, который зыркает на всех, будто его неделю не кормили. А ты кто будешь?

— Невеста, — жалобно вздохнув, призналась я.

И чего-то мне горько так стало, что я возьми и нажалуйся на всех и сразу.

Ну, как на всех?

На демонов. Все остальное я рассказывать поостереглась, но на демонов нажаловалась от души. И так приятно было, что меня слушали. И не только слушали, но и сочувствовали, соглашаясь, что, дескать, «наш крылатый, который зыркает на всех, будто его неделю не кормили», совсем оборзел. Бедную девочку насильно невестой сделал, издевался в первый день, есть не давал, да и вообще демон, одним словом.

К концу моей исповеди добрая тетушка Дис была настроена решительно поговорить с Арбейхелом, потому как я уже час целый в шатре нахожусь, а у меня после завтрака во рту и росинки маковой не было. А он же жених! Он заботиться должен! Воды приказать натаскать опять же.

— Сейчас я ему, ироду проклятущему, покажу! — грозно выдала гномка, поднимаясь с кровати, на которой мы с ней вместе сидели, поглаживая разомлевшую риграсу.

— Да не надо. Достанется вам из-за меня, — обеспокоилась я ее решительностью.

— Сиди здесь и жди, — наказала она.

Но я же умерла бы от любопытства!

Прокравшись ко входу в шатер, глянула в щель между тканью и похолодела, потому что тетушка Дис, вооружившись непонятно откуда взявшейся сковородкой, твердым шагом направлялась в сторону демона, безошибочно распознав его под черным платком среди других.

Когда она наставила на него сковородку и начала что-то эмоционально выговаривать, я уже была готова рухнуть в обморок и одновременно с этим бежать ее спасать. Но когда она замахнулась своим орудием и безбоязненно ударила Арбейхела по заднице, потому что выше не доставала…

В общем, хоронить нас явно будут вместе.