Глава 14. «Мужчины сами разберутся»

◈Надежда◈

На протяжении нескольких часов я старалась занять себя хоть чем-нибудь. В каюте были кое-какие книги, но они были не настолько интересными, чтобы отвлечь меня от пугающей реальности. Несколько раз я выглядывала в окно, чтобы увидеть тех, о ком говорили моряки, и сумела заметить блестящий хвост, покрытый чешуёй, который мгновенно скрылся в морской пучине.

К горлу подкатил прогорклый ком, так всегда бывало во время особенно сильной тревоги. Руки то и дело тянулись что-нибудь сделать, лишь бы не оставаться наедине со своими мыслями, но дрожь, сотрясавшая всё моё тело, не давала мне ни секунды передышки, и я не могла сосредоточиться на чём-то одном. Сон вообще был чем-то из разряда невозможного в таком состоянии. Жаль, что Терей не дал нам никаких успокоительных настоек, они бы мне очень пригодились. И вообще, надо было взять с собой Ульриха. Этот говорун точно нашёл бы способ, с помощью которого меня можно отвлечь.

На самом деле, мне стоит поблагодарить судьбу за то, что матушка моего жениха решила преподнести ему такой подарок, который впоследствии перешёл ко мне. Несмотря на кажущуюся беспечность, Ульрих был хорошим помощником, который схватывал всё на лету. В общении с людьми ему не было равных, и он мог вытащить любую информацию из кого угодно. Сначала люди боялись его, но потом проникались и открывали черепу свои сердца, рассказывая о том, что их тревожит. Только с его помощью нам удалось наладить конфликт с эльфами, которые смотрели на меня, как на блоху, не достойную даже их драгоценного волоса. Для этих напыщенных индюков не имел значения тот факт, что я их будущая королева и действующий лекарь. Мне до сих пор не удалось выявить методы, которыми пользовался мой ассистент, но он обещал показать мне парочку трюков политика по возвращении. Этот мир, очевидно, не особо-таки был нацелен на осознанность, тут нужно было действовать тоньше, и терпения иметь побольше. Я пока что была слишком вспыльчива.

Коротко выдохнув, я подошла к окну ещё раз и принялась высматривать сирен. Пока они не представляли опасности, но… Но, кажется, я ошиблась.

Теперь они плыли ближе к поверхности, то и дело поглядывая на верхнюю палубу, где сновали матросы. Возможно, я слишком впечатлительная, и мне просто показалось, однако одна из полудев оскалилась, обнажая острые, как лезвие бритвы, зубы, и облизнулась в предвкушении. По моей спине поползли мурашки от этого зрелища, настолько оно было жутким. С одной стороны, у них были практически ангельские лица, но нутро… Оно было пропитано жестокостью и жаждой убийства. Их глаза лихорадочно блестели от жажды наживы.

В следующую секунду та самая сирена чуть опустила взгляд и с удивлением уставилась на меня. По всей видимости, женщина на морском судне была для неё в новинку.

Не удивлюсь, если здесь тоже считали, что баба на корабле — к беде. В любом случае, не думаю, что моя половая принадлежность как-то изменит кровожадные планы этих чудовищ.

Как же от них защититься? Берушей здесь нет, иначе бы это не было такой сильной проблемой. Спрятаться в каютах и рубке? Тоже не вариант. В жизни не поверю, что в такую профессию идут самоубийцы. Они бы точно нашли способ… Так, хватит! Николас и капитан точно что-нибудь придумают и обойдут этих… Этих, в общем.

Пришлось достать аптечку, собранную Тереем, и начать её перебирать. Он сказал, что это будет тревожная сумка, но на деле это оказался целый чемодан, причём немаленький. Каждый отсек был предназначен для определённого рода снадобий: остановка кровотечения, различные обезболивающие, снотворное, от тошноты и многое другое. Разглядывая склянки, я то и дело возвращалась к снотворному, которое казалось мне неплохой альтернативой успокоительному. Заснуть, а проснуться, когда всё будет хорошо и спокойно, не такой плохой вариант.

При перекладывании бутылочек из одной секции в другую, я случайно задела какой-то крючок, державший потайной карман, незаметный с первого взгляда. Отодвинув кусок ткани, я присвистнула от удивления. Главный лекарь был достаточно дальновиден, так что снабдил нас не только настойками, но и большим количеством ваты и бинтов. Даже удивительно, что я не подумала о том, что эта часть выпирала не просто так. Вытаскивая бинты и шарики из ваты, я размышляла о том, хватит ли их на весь экипаж в случае катастрофы. Пришла к неутешительному выводу: нет. Оставалось надеяться, что на корабле есть ещё.

Точно!

Я почувствовала себя Ньютоном, которому яблоко долбануло. Да, именно в такой формулировке, потому что идея, возникшая в моей голове, вызвала звон в ушах и учащённое сердцебиение.

Вот оно, спасение!

Мне уже приходила мысль о берушах, но я даже не подумала о том, что можно было сделать их из чего-то другого. Если заткнуть уши ватой и перевязать голову бинтом, закрепляя её, то можно было бы избежать влияния сирен.

Подбежав к шкафу, я распахнула дверцы и принялась выкидывать оттуда все вещи, чтобы понять, куда делась моя рабочая сумка. Когда мне удалось её найти, я закинула туда всё, что было нужно, и выбежала из каюты, направляясь на капитанский мостик. Если сделать всё быстро и незаметно для этих рыбин, то можно будет спокойно поднять паруса и изменить курс, не опасаясь их влияния.

Спотыкаясь и ругая всё, на чём свет стоит, я преодолела жутко неудобную лестницу и, увидев жениха, разговаривающего с капитаном, помчалась к ним, полная энтузиазма. Они повернулись, услышав мой топот, и капитан, находившийся ближе ко мне, подал руку, чтобы я не растянулась прямо перед ними.

— Спасибо, — поблагодарила мужчину за помощь и вытащила то, что могло спасти наши жизни. — Вот!

Они изумлённо переглянулись между собой и разве что у виска не покрутили, настолько ошеломлённым был их вид.

— Это, конечно, замечательно, — Николас старательно подбирал слова, — но ты настолько в нас не веришь, что решила подготовиться к перевязке ран?

— Да нет же! — я затанцевала на месте от нетерпения, чем вызвала ещё большее удивление. — Это поможет нам не слышать сирен. В моём мире есть специальные затычки для ушей, их чаще всего используют те, кто чутко спят, чтобы не слышать посторонних шумов по ночам. Это действительно помогает. Мы можем сделать такие же из ваты и закрепить их бинтом. Тогда нам не придётся опасаться того, что нам смогут запудрить голову.

Николас взглянул на капитана, который, в свою очередь, смотрел на меня, как на маленького глупого ребёнка, не способного предложить что-то действительно стоящее. Конечно, он скептически относился к моему способу, да только другого-то у них нет. Чем плохо-то?

— Не нужно, леди, забивать свою хорошенькую головку всякими глупостями, — он потрепал меня по макушке, как собственного сорванца. Я настолько опешила, что даже не среагировала на этот жест. — Переберите платья, почитайте роман какой-нибудь или чем вы все там занимаетесь? А мужчины сами разберутся.

Ась? Я не ослышалась?!

Николас снисходительно взглянул на руководителя этой посудины, прекрасно понимая, что произойдёт, как только мой мозг обработает произошедшее. И он не ошибался.

Будет скандал!

— Знаете, что? — прошипела ядовитой змеёй, отбрасывая от себя клешню этого шовиниста. — Может быть в вашем мини-мире женщина — это красивый атрибут или кухонный комбайн, но я требую к себе уважения! Я вхожу в штат королевских лекарей, за моими плечами больше двенадцати лет непрерывного получения образования, так что оставьте свой снисходительный тон при себе! Что-то мужчины в панике молотили кулаками по двери моей каюты, и я не слышала, чтобы они предложили хоть какое-то решение! Есть альтернативы получше? Валяйте! Только не удивляйтесь, если сирены воткнут якорь Вам в зад! Ну, так, забавы ради!

— Леди…

— Я меньше месяца «леди»! Предложите боцману, матросам и остальным членам экипажа мой метод! Те, кто не согласятся, будут сами себе злыми Буратино.

— Будут кем? — глаза пожилого капитана были, как два блюдца. Он настолько оторопел от моей наглости, что даже не указал мне на нарушение субординации.

— Неважно, это выражение такое. Сами будут виноваты. Как только сирены запоют, нам всем кирдык, — красноречиво провела пальцем под подбородком. — Чем больше человек сохранят головы на плечах, тем лучше. Как Вы не можете понять?! Николас, — повернулась к жениху, — ну, хоть ты скажи!

Он положил руку мне на плечо, и мне совершенно не понравился этот жест.

— Надя, не переживай. Если они запоют, я применю магию. Вполне вероятно, что они просто развлекаются.

— Ты серьёзно сейчас? — я приподняла бровь, выражая крайнюю степень скепсиса.

— Сирены далеко не всегда топят корабли.

— Да ладно? — всплеснула руками. — А, ну, тогда всё предельно понятно! Паника экипажа была чистой развлекаловкой! Делать им было нечего! А желваки у тебя ходили, потому что ты продолжил театральное представление, да? Меня развлекали. Организовали, так сказать, адреналинчик!

— Надя…

— Что, Надя?! — сбросила его руку со своего плеча. — Я хочу помочь. Я могу помочь, что важнее, а вы оба в упор не желаете этого видеть! Почему вы до сих пор не применили хоть какое-то оружие, чтобы устранить их?

— Ты предлагаешь нам прыгнуть за борт и разрубить их мечами?

— Это было бы хоть что-то, — фыркнула в ответ и, развернувшись, гордо подняла голову и зашагала по направлению к палубе.

Да, бред, но меня просто взбесило то, что эти двое настойчиво не желали признавать очевидное. Мужланы. Натуральные. Таким всегда проще отвергнуть хорошую идею, чем послушать женщину.

Конечно, что толкового может сказать баба?!

А Ник тоже хорош. Не захотел ударить в грязь лицом перед старшим! Может, конечно, причина в другом, только нормально объяснить мне никто не соизволил.

В расстроенных чувствах я отправилась на камбуз, чтобы стащить что-нибудь съестное, тем более, что я почти не позавтракала. Надеюсь, хотя бы кок тут нормальный и не прогонит меня куда подальше.

Долго петлять не пришлось, и нужное место нашлось достаточно быстро. Помимо кока, присутствовали помощники, которые сновали в разные стороны, таская посуду.

— Кхм, — тихонько кашлянула, привлекая к себе внимание. — Добрый день.

Раздался грохот металлических кастрюль, упавших на пол. Молодой парнишка уставился на меня во все глаза.

— Леди? Что Вы тут делаете?

— Нарушаю дисциплину, — с улыбкой проговорила я. — Меня тут немного расстроили, и я захотела узнать, можно ли стащить маленький кусочек чего-нибудь.

— А я говорил! В море всегда нужно питаться хорошо, иначе с голоду опухнешь! Чего ж Вы еду вернули, невеста Его Высочества? — судовой повар хитро взглянул на меня и погрозил пальцем.

— Перенервничала, — всё, что я могла, так это развести руками. Действительно сглупила, но такое со всеми случается, разве нет? — Не судите строго. Обещаю, что больше так не буду.

— Ладно уж, — мужчина махнул рукой и вытащил какие-то сухари. — Наши продукты строго рассчитаны, но мы храним небольшую заначку для перекуса. Разумеется, леди такое не едят, но…

— Знали бы Вы, что леди ела во время учёбы в университете, — рассмеялась в ответ и взяла кусочек подсушенного хлеба из бумажного мешка.

Жаль, что догрызть его мне так и не дали. Со стороны палубы раздались мелодичные голоса, уносящие разум далеко и вызывающие в душе некий трепет.

Да вашу ж…

— Закройте уши! — рявкнула я. — Все! Быстро!

Работники камбуза не спорили, и быстро приложили ладони к головам. Я же начала напевать песенку из рекламы шампуня, чтобы оставаться на связи с реальным миром, пока ищу вату и бинты.

Сделав импровизированные беруши и закрепив их, проделала то же самое со всеми присутствующими.

Игнорируя удивлённый взгляд кока, начала лазить по ящикам в поисках сковородки. Откопав её в многочисленной утвари, обрадовалась, потому что какое-никакое оружие мне было необходимо.

Жестом приказав мужчинам следовать за мной, направилась на верхнюю палубу. Понятия не имела, подействует ли это чугунное оборудование на сирен, но два человека точно получат от меня по тыкве, в этом можно не сомневаться.

Выйдя на воздух, я на мгновение застопорилась, наблюдая за происходящим. Матросы напоминали зомби. Или манекенов из магазина, стоящих на месте и смотрящих в одну точку. Их глаза были абсолютно пустыми, что вселяло ужас. Складывалось ощущение, что они разом лишились разума и души.

Периферийным зрением я заметила, как на борт кто-то запрыгнул. Это была сирена, распахнувшая свою зубастую пасть. Назвать это ртом язык ни у одного нормального человека не повернётся, хоть как крути.

Сама того не осознавая, я подбежала к ней и от души приложила её сковородой, отправляя в короткий свободный полёт до водной глади, откуда только силы взялись. В этот же момент все мужчины пришли в движение, направляясь к бортам. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы предсказать дальнейшее развитие событий. Если прямо сейчас ничего не предпринять, весь экипаж эпично сиганёт за борт и пойдёт на корм рыбам, как бы иронично это ни звучало. Благо, команда с камбуза быстро сориентировалась и смогла перехватить нескольких человек. Но этого всё равно было недостаточно. Нас, адекватных, было слишком мало.

Повернувшись к капитанскому мостику, я увидела, что два упёртых барана, один из которых с некоторых пор именуется моим женихом, собирались проделать тот же трюк, танцуя под рыбью дудку.

Развив невиданную для себя скорость, я подбежала к штурвалу и огрела капитана так же, как и сирену, предварительно подпрыгнув, чтобы достать до его головы, которая была, по всей видимости, сделана из дуба, потому что мужчина упал, но всё ещё пребывал в сознании. Во всяком случае, даже этого мне хватило для того чтобы прочно заткнуть ему уши.

Помотав головой, капитан посмотрел на меня осоловелым взглядом и попытался снять повязку. Я же сунула ему под нос кулак и многообещающе покачала сковороду в другой руке, давая понять, что готова повторить этот приём. Но, наверное, благоразумие проснулось в нём уже после первого удара. Теперь нам было в разы проще скрутить Николаса, однако мы оба совсем не ожидали, что он начнёт применять магию.

Удар, и капитана отбросило к другому борту. Он быстро пришёл в себя, но теперь дело сильно осложнилось.

— Ник! — я постаралась докричаться до дракона. — Ник, да проснись же ты!

Заглянув в его глаза, я в ужасе отпрянула, увидев лишь непроглядную черноту.

— Прости меня, — прошептала, даже зная, что он меня не слышит. — Но, если бы ты меня послушал, то этого бы не произошло.

Думаю, если бы существовал вид спорта по избиению людей кухонной утварью, то после сегодняшнего дня я бы получила, как минимум, кандидата в мастера спорта.

С помощью капитана мне удалось лишить сирен возможности влиять на моего упёртого ящера, но он оказался послабее и отключился. Мы оттащили принца подальше, чтобы он случайно не упал за борт, или не был сцапан особо проворной сиреной, и принялись за матросов. Пока я сооружала всем беруши, капитан орудовал мечом, отсекая головы особо ретивым тварям, и локтями, отталкивая свою команду и мешая ей перешагнуть тот рубеж, после которого уже не вернуться назад.

Но нас всё ещё было недостаточно. Я со слезами на глазах наблюдала за тем, как люди добровольно шагали на встречу с собственной гибелью. Иногда я кричала, стараясь вернуть матросов к реальности и остановить их от рокового шага, но, разумеется, все мои попытки были тщетны.

Когда команда «оглушённых» стала достаточной для того, чтобы капитан мог встать у штурвала, корабль сменил курс. Это не могло не радовать, потому что так мы скорее оторвёмся от этих надоедливых чудовищ.

Правда, счастье моё было недолгим, потому что складывалось ощущение, что этой пакости становилось только больше, несмотря на то, что матросы вовсю орудовали клинками. Эти твари лезли на нос и корму, чтобы затормозить ход судна. Они взбирались по бортам, протягивая руки с плавниками между пальцев и острыми когтями. Я не слышала происходящего, но почему-то мне казалось, что петь они перестали. Теперь их лица исказились в жутчайших гримасах, при которых можно было только вопить от ярости, но никак не очаровывать своим голосом. Некоторые были в крови, они уже успели поживиться.

Спасая очередного бедолагу от морока, я совершенно забыла о том, что и сама могу стать жертвой хвостатой мерзости, очнулась лишь тогда, когда когтистая конечность резко схватила меня за горло, прижимая к правому борту. Я уже была готова попрощаться с жизнью, как хватка ослабла. Повернув голову, увидела измученного Николаса, лицо которого было испещрено такими же чёрными трещинами, как во время извержения вулкана. Переведя взгляд на его руку, заметила, что его меч светился. Фиолетовый ореол огибал лезвие, переходя на рукоять.

— Ник… — в горло будто песок насыпали. — Боже мой…

Выглядел мужчина, мягко говоря, жутко. Казалось, он не спал минимум неделю, настолько вымотанным казался.

Обратив на сирен полный гнева взор, дракон взмахнул оружием и поднял руки вверх. То, что произошло дальше, я никак не могла объяснить: полудев объяло чёрное марево, и они начали задыхаться, пачками отваливаясь от древесины. Матросы, почувствовав относительную свободу, ринулись к мачтам, чтобы поднять все паруса и дать кораблю полный ход, благо, ветер был попутный.

Спустя несколько минут исход битвы был очевиден — наша взяла.

Когда всё закончилось, я сорвала повязку с головы и рухнула на колени. Кто-то пытался меня поднять, но я отталкивала от себя каждого, кто прикасался ко мне, не желая ничего слушать.

Наравне с невероятным облегчением моё сердце заполнилось горем от того, что я не сумела настоять на своём. У меня не было понимания, сколько людей мы потеряли, но я видела минимум десятерых. Плевать на соотношение, мы могли спасти всех.

Мужчины сами разберутся.

Разобрались, ничего не скажешь.