Глава 28

– Непременно, леди Вильгельмина! – с ехидцей произнес император и с выражением величайшего удовольствия на лице потянулся к статуе Темного бога, вытягивая драгоценную магическую энергию. – Ох, как давно я мечтал об этом моменте!

Я, между прочим, тоже! – Решила не отставать от Кель-Раррша и коснулась Пресветлой девы.

Нашим спутникам ничего не оставалось, кроме как завистливо вздохнуть, дожидаясь очереди. Впрочем, концентрация энергии возле каменных фигур была такой, что контакт с божественным идолом не требовался.

Наверное, в этом и состояла наша ошибка, что мы обрадовались возможности вернуть магию и позабыли, сколько опасностей таит подземелье. Кто-то ведь спрятал храм позабытого бога под толщей антимагического камня, создал ловушки и сделал все, чтобы это место не нашли.

К сожалению, мысль об этом пришла слишком поздно. Я не следила за Маджери и Бернаром, не ожидала подвоха. И сильно удивилась, когда граф дель Шин вдруг ринулся к ложементу, невзирая на угрозу жизни. Защита вспыхнула, привлекая наше внимание. Раздался сдавленный вскрик темной принцессы. Тело графа вспыхнуло в один момент, засветилось и распалось на миллионы крохотных песчинок. Я оторопела, не понимая, что происходит.

Сработавшая дважды защита запустила древний механизм. Ложемент вдруг пришел в движение и переместился в горизонтальное положение. Установка под ним, похожая на демоническую шкатулку, засветилась непонятными символами. Тотчас горку песчинок, оставшихся от графа дель Шина, затянуло в куб, как будто там включился бесшумный пылесос. Затем над ложементом засиял серебристо-серый купол, внутри которого заклубился туман и замелькали иглы, на кончиках которых блестели серебристые капельки «ртути». Подобно диковинному 3D – принтеру, они слой за слоем восстанавливали тело Бернара, собирали его заново. Если я что-нибудь понимала, то передо мной запредельные технологии. На Земле еще не достигли такого уровня развития. И для Ролата это сложнейшие магические манипуляции уровня архимага или даже Бога. Увидеть настоящее чудо собственными глазами дано не каждому. Не прошло и пяти минут, а на ложементе лежал обнаженный мужчина, бедра которого накрывала узкая полоска ткани.

– Бернар? –  Мадж подалась вперед, но девушку притормозил отец, глаза которого клубились тьмой.

Раньше мне становилось дурно от проявления темной стихии, а сейчас она ощущалась по-другому. Мирной и дружелюбной.

Древнее устройство снова пришло в движение и вернуло капсулу с ложементом в вертикальное положение. Мы прикипели взглядами к человеку внутри, который отдаленно напоминал прежнего графа дель Шина. У заново собранного мужчины прослеживалась развитая мускулатура и гармоничные пропорции тела, плечи расширились, черты лица стали резче, а волосы будто присыпали пеплом.

Я невольно вздрогнула, когда Бернар открыл глаза, в которых клубился серый туман. Возникло ощущение, что меня просканировали насквозь, вплоть до затаенных уголков подсознания. Мужчина пошевелил рукой, и удерживающие тело зажимы исчезли. Только мерцающая пленка магического купола напоминала, что человек далеко не беззащитен.

Внезапно голову сдавило тисками, а на плечи легла неподъемная тяжесть, вынудившая припасть на колено.

– Приветствуйте нового бога, смертные! – раскатистый голос ударил по нервам, порождая звуковую волну, от которой завибрировала каждая клеточка.

В жизни не сталкивалась с подобной мощью. Императора тоже пригнуло, однако у него хватило упорства, чтобы устоять на ногах. А вот принцесса оказалась слабее и рухнула на пол, касаясь лбом каменной поверхности.

– Ма-аджери! – обратил на нее внимание новый Бог. – Ты первая преклонила колени. Значит, достойна занять место первой жрицы в храме. Подойди же и получи дар, который поможет тебе возлечь со мной, зачать и выносить детей.

– Этому не бывать! – рявкнул Дреган. – Моя дочь не станет подстилкой!

– Ксела-атис! Все такой же дерзкий и непокорный, – пожурил «Бернар» темного, – и даже земную оболочку выбрал с таким же вздорным характером. Маджери станет наложницей. Первой, но одной из многих. Я больше не допущу ошибки и не сделаю никого равным себе. В моем распоряжении была вечность, чтобы продумать идеальный план и заманить сюда твоего аватара. Тысячи лет и сотни бесплодных попыток вырваться из ловушки, в которую вы двое меня заточили. Но теперь этот мир вздрогнет и покорится, как и прежде бывало. Как же долго я ждал этого момента!

– Один раз мы уже тебя остановили, – ответил император странным голосом, от звучания которого меня охватила дрожь и пробудилось острое желание близости.

А вот это не к месту! – Прикусила кончик языка, чтобы прийти в себя.

– На-армелис! – Губы божества дрогнули в усмешке, будто ему открылись мои тайные помыслы. – По-прежнему горячая, необузданная. Преклони же колени! Признай, что Кселатис и вполовину не так хорош, как я. Может, если ты вымолишь прощение, то место второй жрицы будет твоим?

– Провались в бездну! – процедила, из последних сил сопротивляясь неконтролируемому влечению. – Пресветлая дева, помогай уже, а то не справлюсь!

– «Ну, наконец-то, позвала! – раздался в голове знакомый женский голос. – Я уж думала, самой придется вмешиваться и нарушать законы Вселенной».

Появление богини меня приободрило. Волна света, прокатившаяся по телу, принесла облегчение.

– «Что нам делать? У Бернара крыша поехала, новым Богом себя объявить вздумал. Относительно меня и принцессы планы идиотские строит», – нажаловалась на съехавшего с катушек графа.

– «Бельзеардис всегда страдал манией величия, упивался властью, жаждал поклонения, плотских утех и кровавых жертвоприношений. Однажды мы его остановили и сделаем это снова, пока он не вошел в полную силу. Позволь воспользоваться твоим телом? Обещаю сохранить его в целости и не злоупотреблять доверием».

Пока я отвлеклась на разговор с Пресветлой девой, новый Бог разразился длинной речью, смакуя подробности, каким пыткам меня подвергнет и как я буду страдать на жертвенном алтаре. Испугаться я не успела, потому что половину угроз прослушала, а после уже Наармелис заняла тело, задвинув меня на задворки сознания. Ничего другого мне не оставалось, как со стороны наблюдать за тем, что происходит.

– Дреган, если хочешь спасти дочь и весь мир заодно, призови покровителя и дай разрешение занять твое тело, – подсказала богиня императору. – Противостоять Богу на равных способны только другие Боги. Не будь упрямцем и признай, что есть сила, которая тебе неподвластна.

– Наа, ты по-прежнему боишься нарушить дурацкие законы, которые никто не соблюдает? – хмыкнул темный. – Я давно уже здесь и начну, пожалуй, пока Бельзеардис не сбежал. Будь послушной девочкой и помоги закончить то, что мы не доделали в прошлый раз.

Новый бог рассвирепел и обрушился на противника колоссальной силой. Мне сложно даже представить ее природу. Дикий холод, пронизывающий ветер, расщепляющий живые организмы на песчинки, железные тиски ментального давления. Я бы не справилась, а богиня успешно этому противостояла. Мое тело окуталось слепящим светом, который защищал физическую оболочку и не позволял магии Бельзеардиса причинить вред. Одновременно Наармелис колдовала над ожившим дисплеем, далеко не каменным и бесполезным, как я подумала на него сначала.

Поскольку органами чувств тоже управляла богиня, то я видела символы, возникающие на экране, и с невероятной скоростью порхающие по монитору пальчики. Краем глаза Наа все же следила за тем, что происходит вокруг. Поэтому и мне было доступно знание, как Кселатис прикрывается защитным темным облаком и активно перестраивает элементы демонического ящика. Я бы сказала, собирает на скорость большой кубик-рубик, а Бельзеардис отчаянно пытается этому помешать.

Сначала я переживала, что новый Бог одолеет Кселатиса и Наармелис, и тогда меня ожидает печальная участь. Но затем я прониклась уверенностью Пресветлой девы, что потуги старого Бога бесполезны против двух сплотившихся богов, находящихся на пике силы. Осталось только убедиться в этом воочию. Странный куб засиял, когда светлая и темный завершили манипуляции с древними артефактами. Внутри магического ящика будто бы спряталось солнце, от которого во все стороны разошлись потоки энергии, разлились по гигантскому залу и обозначили геометрическую форму запертой в камне конструкции.

Бельзеардиса вдавило в ложемент. Через мгновение от нового Бога отделилось серая структура, разрастающаяся снежным комом и обретающая форму человеческого тела. Бесплотная масса взмыла в воздух и опустилась на гигантский каменный трон, у подножия которого мы находились. Древняя конструкция с ложементом – это уменьшенная копия сложного механизма, который мы приняли за каменную стеллу посреди необъятного зала.

В силу ограниченных физических возможностей человека, мы изначально не видели всей полноты картины. Но теперь становился понятен хотя бы масштаб действий и приходило осознание, что перед нами действительно сверхсущества, которые по праву называют себя Богами. Бесплотные фигуры темного бога и светлой богини, возникшие рядом с Бельзерадисом, вмещали в себя неизмеримое количество энергии. И эта объединенная сила ринулась на противника и поглотила энергетическую оболочку старого бога, разрывая ее на кусочки и уничтожая до последней мельчайшей частицы.

Радость победы окрылила богов. Наармелис ликовала, как будто воплотился давно задуманный план. Удивительно было ощутить себя частью божественной энергии, которая, вместо крови, бурлила в бесплотном теле богини. Вместе с Наа я испытала эйфорические эмоции, оказавшись в объятиях Кселатиса, и ощутила жгучее желание принадлежать единственной паре, любить ее, одаривать нежностью и невероятной заботой. Как же они ненавидели друг друга тысячи лет? Притворялись? Выжидали? Но чего?

Похоже, Кселатису и Наа стало резко не до нас. Они перешли к активным действиям, позабыв, что занимают наши тела, управляют ими и транслируют собственные эмоции. И что было делать нам, если даже боги не выдержали умопомрачительного притяжения? Сливаясь в поцелуе и избавляясь от одежды, мы с Дреганом бросились друг к другу, одержимые запредельным желанием быть вместе.