Глава 11

Линда

Как назло, Хард медлил, словно нарочно тянул резину. Я даже начала немного нервничать. Вдруг он вообще ничего об этом не знает, а лишь использовал вместо приманки? Вот же глупая!

– Возможность общаться с живыми организмами выше пятого уровня умственного развития – а к таковым относятся и ленгары – обусловлена фай-фактором, иногда присутствующим в линоме. Это довольно редкий дар, и даже при наличии в генетическом коде фай-фактора он не всегда активен, – слегка озадачил он меня разными терминами.

– Я тебя не понимаю. Что такое фай-фактор и лином? Ты можешь объяснить попроще?

– Ты не знаешь? – изумленно поднял бровь Хард.

– Я никогда не изучала генетику, – покачала я головой. Вот только остаточная память Элинды навязчиво подсказала, что это один из обязательных предметов, и я поправила себя: – Точнее, как… изучала, но у меня по ней была худшая оценка.

Вот и где бродят мои воспоминания, когда они нужны?

Перед глазами замелькали картинки из прошлого, в которых Элинда училась в школе, а потом и в заведении более высокой ступени. Какие-то светлые аудитории, оснащенные компьютерами, приятели, педагоги, вечеринки… Но ничего из того, что требовалось мне в этот момент.

– Лином – совокупность особых нейронов в мозге, создающая комплексный блок, способный концентрировать большое количество энергии. Сочетание конкретных силовых схем, химических и электрических каналов линома и определяет взаимодействие с пространством, откуда носитель черпает энергию. Если тренироваться достаточно много, эти умения оттачиваются до идеала. Лином фактически является проводником, состоящим из различных факторов, отвечающих за конкретные способности.

– Я примерно поняла. Но почему тебя так удивило наличие у меня этого фай-фактора?

– Потому что лином присущ только нашей расе, – ошарашил Старкастер. – Я ни разу не видел террианца с этим даром, даже не слышал о таких, да и среди нориан он не слишком распространен.

– Постой… хочешь сказать, у меня норианские гены? – Наконец дошло.

– Тебе ведь лучше знать о своем происхождении, – процедил адмирал, чуть склонившись ко мне.

Тут я совсем оторопела. Ну же, память! Подскажи, что с моим происхождением не так?! Но где там! Воспоминания заглохли, как только я специально попыталась достать их наружу.

– Я мало знаю о своих предках, моя мама не любила о себе рассказывать, – на ходу соврала я. – Возможно, у меня в роду и были твои соотечественники, но я о них ничего не слышала.

По выражению Харда Старкастера я поняла, что он не поверил. Свечение в глазах усилилось, по нему я уже немного определяла его настроение.

– Кем были твои родители?

– Они владели небольшим заводом по переработке руды на Цитерре. Но десять лет назад погибли во время эпидемии лихорадки зиури, – с грустным лицом поведала я то, что мы успели заранее обсудить с Ральфом Мендесом. Если Хард надумает проверить, именно это и увидит в моих данных.

Про лихорадку я, кстати, почитала в Сети в первые дни полета, о ней было довольно много сведений. Это была настоящая катастрофа космического масштаба, которая унесла жизни триллионов гуманоидов. Вирус занесли в Спираль из далекой галактики, откуда вернулся исследовательский корабль кзотов. Отговорка вполне годилась и сейчас.

– Теперь ты, надеюсь, понимаешь, что вызвало мое недоумение. Полукровок-террианцев с линомом почти нет. И вероятность, что он будет активен, близка к нулю. А ты пользуешься даром с легкостью.

– Я не знаю, почему так происходит, – хотела добавить, что сама недавно о нем узнала, но вдруг осеклась. Если скажу, что выяснила о своих способностях несколько дней назад, придется признаться, что и с Альмой мы вместе не так уж давно, а это противоречило предыдущей лжи.

– Кстати, по поводу ленгары, – словно считал по эмоциям мое опасение Хард, – откуда она у тебя?

– Разве это так важно? – вздрогнула я.

– Эти животные разумны и самодостаточны. Они никогда не подчиняются гуманоидам.

– Ты прав. Она не совсем питомец, – соображала я, что ответить. – Скорее, она мой друг. Я спасла ее от браконьеров, которые не гнушались тем, что отлавливали разных существ. Она просила ей помочь.

– Ленгара попросила помочь?!

– Ну да, так все и было, – совсем растерялась я. – Я сама удивилась. Потом мы научились общению.

Я поднялась и подошла к иллюминатору. Голова предательски закружилась. Видимо, я все-таки не подрасчитала с лиэром и хватила лишку. Зато в теле чувствовалась небывалая легкость, и казалось, если подпрыгну, то смогу взлететь. Странный, однако, эффект у местного вина. Я скосила взгляд на Харда, который в этот момент внимательно наблюдал за моими перемещениями.

– Насчет ноэль… – начала я, пытаясь совладать с собой.

– Хочешь услышать, что это такое?

– Да.

Старкастер медленно поднялся и направился прямиком ко мне. В полумраке его силуэт казался огромным. И я почувствовала себя маленькой и слабой в сравнении с ним. Он подошел совсем близко и внезапно обнял меня за талию так, отчего по спине промчались мурашки.

– Ты ведь помнишь условие, при котором я расскажу тебе о знаке?

– Эмм, условие? – растерялась я, тщетно пытаясь отдалиться. – Да, конечно, я помню.

Он развернул меня к себе, впечатав в свое твердое тело. Ладонь нахально прошлась по груди, ключице и захватила мой подбородок. Горячее дыхание опалило, а от синего свечения в его глазах пришлось на миг зажмуриться.

Я даже пикнуть не успела, как его губы отыскали мои, и мы принялись целоваться с разгорающейся страстью. Наверное, именно поцелуя мне сейчас и не хватало! Подсознательно я уже ждала от Старкастера решительных действий, хотя по доброй воле никогда бы на поцелуй не напросилась.

Но мое тело утверждало обратное, оно так и трепетало в сильных руках инопланетного мужчины, и я вся дрожала от его прикосновений, как пламя на ветру. Обстановка в каюте способствовала тому, чтобы желание вспыхнуло словно спичка и мгновенно разгорелось в пожар, растекающийся между ног.

В животе будто запорхали бабочки-голограммы, что летали под потолком.

Невероятно! Я давно не ощущала подобного и была твердо уверена, что мне от мужчин больше вообще ничего не нужно! Возможно, на мое состояние как-то влиял и гормональный фон нового тела, но я действительно снова почувствовала себя молодой и желанной, будто пробудилась от долгого сна.

Хард увлек меня на диван, где продолжил целовать. Его губы казались невероятно вкусными. Но это ведь все виноват лиэр, верно? Иначе почему хочется и дальше наслаждаться вкусом, посасывать язык норианина, ощущать на себе дыхание, от которого охватывает дрожь?!

Я сошла с ума, раз так реагировала на мужчину, которого почти не знала. И когда он прервал наш контакт, тяжело задышала. Между ног стало жарко, я чувствовала там влагу, и от этого охватывал стыд.

Щеки запылали – хоть лед из охладителя прикладывай! А сияние цветка на плече было видно даже через одежду. Он откликался на ласки Харда вне зависимости от моего настроения.

– Я уже сказал, что лином черпает из пространства энергию и видоизменяет ее. Ты видела мои способности – они обусловлены эль-фактором, – начал говорить Хард, нежно поглаживая мой живот. – Я могу управлять силовыми потоками, и порой они достигают невероятных показателей. Но при этом потенциал линома не бесконечен, его нужно восполнять. Например, если я потрачу слишком много энергии, нейроны эль-фактора потеряют активность. На их восстановление потребуется время. Среди нориан известны случаи, когда фактор полностью выжигался и дар больше не работал.

Рука Харда сдвинулась на ремень моих брюк, и он с легкостью отщелкнул застежку. Одновременно с этим прикусил мочку уха и подул на нее. Мое дыхание резко сбилось.

– Продолжай, – попросила я, имея в виду то ли рассказ о его способностях, то ли мое раздевание.

– Так было, пока наша раса не встретилась с террианцами, освоившими космос через несколько веков после нас. Изначально обе расы плотно общались, у нас обнаружилось много общего. Естественно, не исключались и физические отношения. А потом один наш ученый, Ниран Бакстер, сделал потрясающее открытие. Оказывается, жители планеты Земля могли пробуждать у некоторых нориан погашенные нейроны фактора, вновь активизируя их. Для этого требовался близкий контакт…

– Насколько близкий? – выдохнула я, подавшись навстречу пальцам Харда, которые проникли под мое белье и уже добрались до нежной гладкой кожи на лобке.

Моя предшественница заранее позаботилась о том, чтобы сделать лазерную эпиляцию, поэтому любое прикосновение к интимной зоне откликалось остро и волнующе.

– Очень-очень близкий. – Старкастер вновь прижался к моим губам, а пальцы дразняще скользнули по влажной плоти, проникнув между набухших створок, за которыми уже начался настоящий потоп.

– О-о-о… – простонала я.

Такой разговор мне нравился, хоть я и пыталась напомнить себе, что это неправильно.

– По договору с террианцами мы начали проводить исследования. Был создан совместный научный проект, в котором принимало участие множество добровольцев обеих рас, ведь террианцев тоже интересовало это сотрудничество. Наши ученые изобрели способ изменять структуру клеток так, чтобы достигать наибольшего эффекта. Модификаты могли полностью восстанавливать фактор линома за короткое время, стимулировали рост новых нейронов и возобновляли силу. Террианцы, носители измененных генов, являлись проводниками силы во внешнее поле, в то время как нориане были потребителями этой энергии. Таким образом, энергообмен достигал наивысшей точки.

Хард надавил подушечкой пальца на мой клитор, и я тихо вскрикнула.

Да-да! Именно такой точки и надо достигнуть!

– Приподнимись, – попросил Хард, на мгновение убрав руку.

Я едва не взвыла от прерванного кайфа, но сразу поняла, что он задумал. Он снял с меня брюки вместе с трусиками, а потом стащил и тунику. Сам тоже сбросил серебристую рубашку, оставшись в одних штанах.

Я опустилась обратно на диван, покрытие которого приятно охлаждало кожу, а Старкастер прильнул ко мне, обняв одной рукой за плечи и прижав к себе. Пальцами другой руки сжал затвердевший сосок, а потом наклонился и лизнул его языком.

– Каждому фактору требовался свой набор измененных генов. Всего у нориан существует шестнадцать известных разновидностей фактора линома. Чтобы обладатель способностей мог сразу отличить подходящего ему террианца, а не проверять опытным путем, – усмехнулся он, – было решено особым образом пометить модифицированных людей с определенными генами. Тогда и придумали знаки. Так их называли в народе. Твой знак «ноэль» подходит к моему линому «эль». Есть и другие.

– Модификатов клеймили, словно животных? – поразилась я.

– Ты преувеличиваешь, милая, – прошелся он отрывистыми поцелуями по моему плечу, отвлекая от сути дела. – Это ведь не клеймо, а символ, внешний признак дара, проявляющийся у носителей генов в совокупности с нужной способностью.

Мой огонек от его поцелуя вспыхнул еще ярче, я снова видела, как сплетаются щупальца разных сил. Будто плюс на минус. Выходит, наши с Хардом способности имеют совместимость?! Поразительно!

– Он бывает только на плече? – глухо спросила я, теряясь в его бесконечных ласках.

– В любом месте: на спине, на ягодице, на бедре. Это как отметины или особенности у разных видов животных, передающиеся из поколения в поколение. Ты же никогда не задавалась вопросом, почему, например, у ленгар есть скрытые шипы, у драйденов хвост с кисточкой, а у касаток вокруг глаз белое пятно? Так и ноэль – разве что его код внедрен искусственно. Если есть определенный ген, он обязательно где-то себя проявит.

– Почему об этом нет ничего в Сети?!

Хард отстранился, глядя мне в глаза, будто я спросила нечто очевидное. Хотя так оно, по сути, и было.

– Исследования прекратили. Группа террианцев раздула из-за них конфликт, разразился огромный скандал. Люди стали протестовать, они боялись, что со временем все станут модификатами, и раса полностью утратит свою идентичность. Говорили, что мы используем их в своих целях. Нашлись ярые противники генетических изменений. Проект закрыли, нарушив соглашение, а в ответ Нория демонстративно вышла из Ассоциации гуманоидных рас. Начались конфликты, приведшие к долгой войне, где каждая из сторон пыталась оставить за собой сферы влияния. Террианцы засекретили информацию, стерли все упоминания о проекте, но слухи не заткнуть. Модифицированные земляне никуда не делись, у них появились потомки, многие из которых обладали но-фактором. Хотя таковых с каждым поколением все меньше. Найти подходящего человека с нужным но-фактором весьма сложно, но некоторым везет. Мне повезло лишь сейчас, хотя мой фактор проявил себя лет пятьдесят назад.

– То есть… наши с тобой силы взаимодействуют? – осторожно спросила я.

– Только при определенной близости, – шепнул Старкастер мне в ухо, а его рука двинулась вниз. – Тебе не хотелось бы узнать, как это происходит?

– Ммм, я даже не знаю, – проурчала я, когда палец Харда на одну фалангу скользнул в теплую глубину.

Он надавил большим пальцем на чувствительный бугорок, принявшись массировать. И у меня зарябило в глазах, а кровь хлынула вниз, сосредотачиваясь там, где сейчас находились пальцы адмирала.

– Подумай хорошо. Это окажется приятным для нас обоих.

В ответ я положила правую руку на его живот, ощупывая кубики пресса. Левой держалась за спинку дивана, ведь казалось, что все вокруг уплывает. Мне хотелось ощутить внутри себя не только палец, но и все мужское естество Старкастера, и от одной только мысли о дальнейшей перспективе сегодняшнего вечера кружилась голова. Я хотела этого сексуального норианина больше всего на свете. Все мое существо тянулось к нему. А виной всему мои гены, оказывается!

– Такая узкая, – выдохнул он, пытаясь продвинуться дальше. – Ты что, и правда невинна?

В его голосе слышалось явное изумление.

– Я… – Черт, что же ему ответить? – Да какая разница?! Лучше продолжай!

Я это сказала? Самой не верится! Но я умру, если он сейчас остановится!!!

Старкастер неожиданно поднялся, оставив меня страдать на диване, и я разочарованно вздохнула. Вдруг он передумал? Хотя это к лучшему! Нам не стоит заходить так далеко лишь из-за того, что у меня какой-то знак. Надо набраться терпения и больше не вестись на его провокации до самого конца полета.

Но не успела я это подумать, как он положил обе руки на мои бедра и чуть стянул меня вперед, а сам опустился на колени. Сердце забилось быстрее; я занервничала, ведь еще не понимала, что именно он намерен делать.

– Расслабься, милая, тебе понравится, – хрипло произнес он, коснувшись кончиком языка пульсирующей от желания плоти. И одновременно провел пальцами ниже, поглаживая вход.

Хард принялся ласкать меня, постепенно ускоряя темп. При этом то посасывал клитор, то порхал над ним языком, едва касаясь. Он точно чувствовал, как сделать мне приятнее в конкретный момент, завести еще больше. Я громко застонала, когда в меня проник один его палец, это оказалось сладко, но… будто и непривычно одновременно.

Кажется… у Элинды действительно нет сексуального опыта.

Она никогда не была близка с мужчиной!

Даже не знаю, почему я это поняла, но внезапно испугалась возможной боли. Хотя уже «проходила» все в прежней жизни и знала весь процесс. Я прошептала Харду, чтобы он не торопился, и он меня понял, сосредоточившись на внешней части моего женского естества. Но мне и этого было достаточно, чтобы изнемогать от его касаний и неторопливых движений. Я запустила пальцы в густую шевелюру адмирала и только вскрикивала, когда удовольствие становилось невыносимым. Вне всяких сомнений, это был лучший куни в моей жизни! Норианин знал толк в удовлетворении потребностей своих любовниц.

– Какая ты мокрая! Не терпится оказаться внутри, – с выдохом произнес он, продолжая ласку.

– Еще немного, – попросила я и стиснула зубы, когда все тело содрогнулось в конвульсии.

– Кричи, если хочешь! Нас все равно никто не услышит. Мне очень нравится, как ты на меня реагируешь, Линда. Ты почти готова, но я хочу сперва доставить удовольствие тебе.

Я закрыла глаза, погрузившись в необыкновенные ощущения. Но даже через опущенные веки видела яркий свет, будто моя энергия стремилась в тело Харда. А ведь это и не секс еще. Точнее, секс, но не тот.

Тело превратилось в комок нервов, средоточие которого находилось там, где сейчас орудовал язык Харда. Я цеплялась за его плечи и стонала, чувствуя нарастающую дрожь. И с каждой секундой меня все сильнее охватывала пульсация. Между ног стало совсем горячо, будто вся кровь разом закипела.

Я откинулась назад и тяжело задышала, в этот момент меня словно пронзило разрядом, волны от которого разошлись по всему телу. Ноги стали ватными, а руки безвольно опустились. Меня всю колошматило, и я осознавала, что только что получила сильный оргазм.

– Отзывчивая девочка, – довольно произнес Хард, оторвавшись от меня. – Продолжим?

Все еще находясь в состоянии прострации, я не поняла, спрашивал он меня или ставил перед фактом. Но уточнять не осталось сил. Я была готова сдаться. Хотя здравые мысли еще пытались пробиться в разум.

Он встал, поправив пятерней растрепавшиеся по моей милости волосы. На фоне светящегося иллюминатора его мощный силуэт выглядел совсем темным. По контурам я определила, что рука Харда потянулась к ремню на брюках. Но не успел он его расстегнуть, как вдруг насторожился.

– Надо ответить на звонок, я сейчас, – сообщил он и отошел в сторону.

Я подтянула к себе ноги, целиком взобравшись на диван, и издалека наблюдала, как Хард разговаривает с кем-то через биогарнитуру. В суть беседы не вникала. Было просто хорошо – а больше ничего и не надо. Хотя сейчас, когда я сама дошла до разрядки, вдруг появилось желание сбежать.

– Придется отложить остальное, – сообщил Хард, вернувшись ко мне.

– Что-то случилось? – Почему-то я испытала при его словах небывалое облегчение.

– Проблема на корабле. Тебя это совершенно не касается. Одевайся, провожу до каюты.

Несмотря на то, что он старался говорить ровно, я различила в голосе нотку тревоги. Наверное, и впрямь случилось что-то серьезное. Я поспешно кивнула. Тогда Хард включил подсветку, и я принялась натягивать на себя одежду, хотя руки дрожали. Я все еще не могла отойти от пережитого оргазма.

До каюты брела на заплетающихся ногах, ощущая себя расплавленной свечкой. Или куском пластилина, из которого сейчас можно вылепить любую форму. На прощание Старкастер приобнял меня за талию.

– У тебя ведь сохранился мой контакт? Ежели возникнут затруднения, можешь мне звонить сама. Только больше не отключай свой сайсет, – сказал он, быстро поцеловав меня между ухом и скулой. – Договорились, алиша?

– Хорошо, – в растерянности ответила я, приложив ладонь к месту, куда только что прикоснулись его губы, словно хотела запечатлеть поцелуй. И обескураженно наблюдала, как он удаляется от меня по коридору.

Альма пребывала настороже. Она сразу бросилась навстречу, обнюхивая со всех сторон, и мне стало немного неловко. Не то что я стеснялась своей бывшей собаки, просто сейчас действительно воспринимала ее почти как подругу. Пусть и понимала, что образ мыслей и инстинкты ленгары довольно далеки от человеческих.

«Где тебя так долго носит? Опять была с тем норианином? Ты уже пропахла им насквозь!» – Большие ноздри Альмы с силой потянули воздух, и она слегка оскалилась.

– Я вот не чувствую никакого запаха. А даже если так – ничего страшного в нем нет, – пожала я плечами, делая вид, что слова Альмы меня ни капли не зацепили.

Но все-таки решила снова наведаться в душ, хоть и принимала его перед свиданием с Хардом.

«Знаешь, тебе не стоит так остро на него реагировать. Хард совсем не плохой. Он спас меня от пиратов, потом доброжелательно принял нас обеих на своем корабле. А еще сегодня объяснил суть моих способностей», – уже находясь в душе, отправила в оправдание мысль.

«И поэтому ты воспринимаешь его, как своего нового самца?»

«Почему бы и нет? Он мне нравится… наверное».

Я встала под теплые струи воды, представляя, что меня снова гладят умелые руки адмирала. Пожар между ног постепенно угасал, но разум еще помнил все необыкновенные ощущения. И теперь мне хотелось гораздо большего. Может, идея поддаться соблазну не так уж и плоха? Я не видела ничего дурного в том, что поделюсь со Старкастером своей энергией, если он будет и дальше так же нежен и внимателен ко мне, как сегодня. Пусть наши отношения и не продлятся очень долго.

«Не сильно я ему доверяю», – раздался ответ Альмы, отвлекая от приятных мыслей.

«Знаешь что! Я тебе тоже не слишком-то доверяю после выходки с роботом!» – рассерженно отозвалась я. И поставила внутреннюю стенку, хоть это удалось не сразу. Мне совершенно не хотелось, чтобы Хард становился яблоком раздора между мной и Альмой. И ругаться с ней по этому поводу совсем не желала.

Вода окончательно вымыла из головы остатки лиэра. И я вдруг почувствовала себя довольно уставшей. Пора бы ложиться спать. Завтра будет новый день, и я пойму, что делать дальше. Но я никак не могла заставить себя прекратить думать о Старкастере, причем не только в качестве любовника. Скоро нам предстояло расстаться, и эта мысль слегка удручала заранее. Я все же хотела узнать его лучше. Секс – это прекрасно, но хочется ведь и обычного общения.

Я уже закрыла глаза, накрывшись теплым, но почти невесомым одеялом, как вдруг вспомнила про Альму. Она явно обидится, если я буду и дальше от нее закрываться. Я расслабила мозг, окончательно убирая блокировку. А потом вздохнула и повернулась на другой бок, пытаясь уснуть.

«Открой мне!» – раздался в голове призыв. Но на сей раз это была не Альма!

Я уж думала, что послышалось, и предприняла вторую попытку погрузиться в сон, когда зов повторился.

– Да что за хрень происходит?! – Я села на кровати, потирая сонные глаза.

«Элинда, я под дверью твоей каюты. Ты должна мне помочь».

До меня никак не доходило, кому это я вдруг на ночь глядя понадобилась. Но все-таки поднялась с кровати и набросила халат. А затем подошла к двери, открыв ее голосовой командой.

И удивленно уставилась на знакомое существо, представляющее собой шарик на щупальцах.

– А тебя сюда как занесло? – удивилась я.

«Я искал тебя почти весь день», – пропищало в моей голове.

– И как ты узнал, где я живу?

«Догадался, в каком ты блоке, когда от тебя ушел норианин. Ты ведь пустишь меня к себе?» – В розовой массе открылся глаз, наполнившийся прозрачной жидкостью. Шидрик выглядел таким потерянным и несчастным, что я мгновенно забыла, о чем еще хотела его спросить.

– Заходи, раз уже пришел, – зевнула я, жестом пригласив инопланетного «зайца» в свою каюту. – Ты можешь у меня переночевать, а утром мы поболтаем.

Вряд ли такое маленькое существо как-то стеснит. Здесь места для троих предостаточно.

«Хозяйка, а это еще кто?» – мгновенно ощерилась Альма, с подозрением глядя на розового гостя.

– Это Гошик, он случайно оказался на корабле и хочет на время остаться со мной, – быстро пояснила я, а потом строго предупредила: – Не вздумай его обидеть, пока я сплю! Иначе будешь наказана.

Уж не знаю, как можно наказать ленгару – разве что посадить на вегетарианскую диету. Но на Альму моя угроза подействовала безотказно: она хорошо знала, чего стоит такой мой тон, потому привычка сработала и сейчас. Конечно, она все равно поворчала, что я веду себя безрассудно, но ее возмущения касались, по большей части, адмирала. Хотя и шидрику тоже досталось на орехи.