Глава 31

Хард

Защитные экраны, которые устанавливали еще на Айтоне, помогли безопасно преодолеть пограничный сектор. И вскоре «Шиор» оказался в космическом пространстве, контролируемом террианцами.

Перво-наперво Хард Старкастер проверил наличие в округе любых военных судов.

Обычно за перемещениями у своей границы нориане следили при помощи специальных радарных установок. Доступ к данным остался у Харда и по сей день, пусть он и не мог пользоваться всеми технологиями расы.

К тому же у него хватило своих кораблей-разведчиков и пилотов к ним.

За все это время он выходил из гиперпространства лишь трижды. Тогда ему сразу наваливалась масса сообщений. Сначала они были от Шейна Ринаргена или его заместителей. Потом и от самого короля, где он уговаривал не творить глупости и вернуться.

Но Хард заблаговременно отключил локацию, вряд ли кто-то сейчас смог бы вычислить его точное местоположение. Хотя, возможно, на Нории и догадывались, откуда идет сигнал.

Харду казалось, что он и правда сошел с ума, решив захватить станцию без правительственного указа, ведь перед тем Ольрин намеревался отправить его обратно на Фирес. Но промедление могло сыграть плохую роль.

Он делал это не только ради Элинды, но и ради безопасности всех граждан Нории, которые могли стать жертвами гадкого заговора террианцев и кзотов.

Несмотря на давнюю неприязнь к террианцам, с которыми не раз приходилось сталкиваться на поле боя, Хард отлично понимал, что не вся раса виновата в экспериментах и чудовищных планах. А вот знал ли глава террианского совета, что происходило на самом деле, пока непонятно.

Наверняка знал. Но большинство граждан на планетах, населенных террианцами, точно не были в курсе происходящего и не имели к делам спецслужб никакого отношения. Но хуже всего, что именно кзоты, которых нориане всегда считали надежными союзниками, и затеяли эту опасную игру.

Военный линкор завис в космосе на достаточном расстоянии, чтобы его не обнаружили, но при этом иметь возможность получать сведения.

Лиловая планета-гигант, на орбите которой находилась станция, была безжизненной. Но там добывали полезные элементы. Вероятно, именно этой добычей и прикрывали свою деятельность сотрудники станции, корабли которых время от времени перемещались по сектору.

Хард со своей командой вели наблюдение несколько часов, тщательно разрабатывая стратегию проникновения. И в план пока не входило участие Элинды. Хотя она сама периодически наведывалась в рубку, чтобы справиться о делах адмирала и его самочувствии.

Харду была приятна ее забота. Она компенсировала его страдания на протяжении всего полета, когда любимая женщина находилась рядом, но при этом постоянно приходилось себя сдерживать и напоминать, что можно, а чего нельзя.

Но зато они узнали друг о друге много нового. Говорили о привычках, увлечениях, беседовали о жизни. Старкастера поражала ее способность так четко и просто излагать свою позицию, а их мнения во многом совпадали.

Она была его идеалом во всех отношениях. И он точно знал, что никуда ее теперь не отпустит. Жаль, до отлета так и не удалось выяснить подробности ее родословной.

Но Дрейк поручил расследование лучшему частному детективу Нории, которому заплатили достаточно много, чтобы тот не отвлекался на всякие сторонние сплетни о причастности Харда к «так называемому мятежу».

Хард надеялся получить ответ в ближайшее время. Главное – самому не попасть в опалу. Иначе за Линду некому будет постоять. А для этого…

– Адмирал Старкастер, только что нами получена информация о том, что корабль спецслужб покинул станцию и ушел в гипер, – доложил его специалист по разведке, Рем Найригер.

– Что с защитным полем станции? – уточнил Хард, мгновенно включившись в происходящее.

– Мы считали коды, так что поле проблемы не составит. Сейчас на станции находятся несколько небольших шаттлов и два транспортника.

– Значит, настало время…

Старкастер мысленно собрался, вновь проговаривая про себя план действий.

Нескольких боевых звездолетов будет достаточно, чтобы проникнуть на Хоуп-3. Его способности до сих пор спали, на них не приходилось надеяться. Он действительно использовал энергию своего линома до конца и пока не чувствовал ее отголосков.

Если бы перед приемом у короля он успел как следует «подзарядиться», таких проблем бы не возникло. А контакт с Элиндой, чтобы проверить состояние эль-фактора, был невозможен. Но Хард искренне надеялся, что не выжег лином до конца. Это равносильно тому, что потерять частичку самого себя. Но пока он кое-как с этим справлялся, отгонял мысли прочь, заменяя их более насущными.

Станция не являлась военным объектом, иначе они бы давно узнали о ее существовании. Потому и охрана на ней была не такой уж сильной: защитное поле, предупреждающее несанкционированное проникновение, несколько орудий, не способных причинить серьезный урон мощным норианским кораблям…

Но и рисковать попусту Хард не собирался, поэтому велел всем действовать в режиме особой боевой готовности, включив отражающие экраны.

Из недр «Шиора» в сторону Хоуп-3 устремились несколько звездолетов, за ними Хард и другие офицеры пристально наблюдали из рубки.

Выяснилось, что на станции имелись скрытые ионные излучатели, которые открыли по незваным гостям стрельбу голубоватыми лучами.

Оружие было довольно опасным для кораблей. Два звездолета быстро вышли из строя. Но другим удалось проникнуть за силовое поле, где их уже не могли достать электромагнитные импульсы. К тому же пушки тянули много энергии и были пригодны лишь для короткого боя, но никак не годились для сдерживания длительной осады. До линкора их излучение тоже не могло дотянуться.

Отправив спасательные шлюпки за экипажами поверженных кораблей, Хард сосредоточился на оставшихся. Им удалось пробить оборону, а потом при помощи специального штурмового снаряжения открыть шлюз.

Обычно подобный метод использовали при атаке на пиратские корабли и станции. Но людей, работающих на Хоуп-3, Хард причислял к тому же контингенту.

Те, кто замышляет убийства, а возможно, и новую войну, ничем не лучше звездных корсаров, у которых хотя бы имелся свой кодекс чести. В отличие от таких, как Ги-Терм Д’ершам и прочих негодяев.

Сражение вышло довольно коротким, хотя все командиры и члены экипажа успели потрепать себе нервы. Что происходило внутри, Хард уже не видел. Оставалось лишь догадываться, что все в порядке. Его штурмовики знали свое дело.

Адмирал проводил уже не одну подобную операцию. Но почему-то сегодня волновался сильнее обычного, ведь на кону стояла не только его репутация, но и будущее его и Элинды.

– Ураган, мы на месте, – использовав позывной, доложил командир группы.

В этот момент словно лопнули стальные обручи, сдавливающие грудь. И Хард смог нормально дышать. Волнение перешло в мысли о следующем этапе плана.

– Сколько там террианцев? – быстро спросил он.

– Около пяти десятков, в основном обслуживающий персонал. Мы захватили командира и взяли под контроль лабораторию, как вы и велели.

– Хорошо. Но удостоверьтесь, чтобы они не смогли отправлять сообщения. Сколько времени до прибытия возможной помощи?

– По расчетам, несколько часов в запасе пока есть.

Понятно, что придется торопиться. Но даже за пару часов можно успеть многое.

Отдав распоряжения, Хард направился к техническим помещениям около шлюза. Вошел в каюту, доступ куда был лишь у него. Там висел боевой костюм и личное оружие. Надев на себя всю экипировку, он остановился около выхода, обдумывая, как лучше поступить, когда у него зазвонил сайсет. Это была Элинда.

Подготавливая захват станции, он отчасти забыл о ней. Его мысли больше крутились вокруг предстоящих событий.

– Хард, у вас все получилось? – Ее голос слегка дрогнул.

Никогда в жизни он не обсуждал свои решения, особенно принимаемые во время боевых действий, с женщиной. Но на сей раз слегка изменил привычке. Линда знала, что они затевают, пусть он и не посвятил ее в подробности операции.

– Получилось. – Голос прозвучал глухо, чуть сдавленно.

– Я могу тебя увидеть? – неожиданно спросила она.

Как же невовремя! Его парни уже ждали команду по отбытию на станцию.

– Хорошо, сейчас я пришлю тебе координаты отсека.

Он чуть засомневался, но все-таки отправил план корабля с подробной схемой.

На мгновение подумалось, что весь ее рассказ – сплошная ложь с целью испортить его планы. Она не допустит похищения террианских секретов. И вообще продолжает делать прежнюю работу – шпионить на свою организацию.

Но он сразу вспомнил растерянный взгляд Линды, когда нашел ее в королевских покоях. Она выглядела так, словно искала любой выход из ситуации, лишь бы не убивать короля Ольрина. Да и перед тем пыталась сбежать от Д’ершама.

Возможно, она и полетела с Хардом только потому, что не собиралась участвовать в махинациях командора Мендеса? А сам он вовсе ее не интересует. Он ведь так и не услышал от нее признания, пусть отношения между ними значительно потеплели.

Хотя и сам пока сдерживал порывы рассказать ей о своих чувствах.

Они друг друга стоят.

Он придирчиво посмотрел на себя в стереозеркало. В боевом обмундировании его тела практически не было видно. Только лицо. Довольно привлекательное, как он сам предполагал и как считали многие. Но таким ли оно казалось Линде?

Да и вообще, что он сможет предложить ей, если вдруг ничего не получится? Вечное скитание? Им не позволят жениться. А Ольрин просто так своего модификата не отдаст. Даже если простит своевольного адмирала, даже если тот принесет ему важные сведения…

Конечно, можно улететь далеко-далеко и жить где-нибудь на отшибе. В Спирали хватает планет, населенных расами с уровнем развития пониже, чем у нориан или террианцев. Поселиться среди дикарей, завести хозяйство…

Согласится ли она разделить с ним участь отшельника? И долго ли он сам выдержит такую жизнь, после того как командовал целым боевым подразделением? Вся его жизнь – это космические полеты, сражения, служба королю, на верность которому он когда-то присягнул, пусть и считал, что систему надо видоизменить.

– Я едва тебя нашла, – послышался голос Элинды, вошедшей в помещение.

Вслед за ней в комнату проскользнула Альма, остановившись у двери.

– Странно, мне кажется, я расписал навигацию весьма подробно.

– Тебе так только кажется…

Возможно, он действительно поторопился и не указал некоторых нюансов.

– Ты собираешься на станцию сам? – округлились глаза террианки, когда она заметила на нем боевой костюм с реактивным ранцем и закрепленным оружием.

Он кивнул.

– Но… я думала, ты останешься здесь.

– Мне нужно проконтролировать все лично.

– Разве там не опасно?

– Думаю, что нет.

– Тогда возьми меня с собой! – загорелись ее глаза.

– Что?!

– Что слышал! Возьми меня с собой на эту чертову станцию! – решительно шагнула она к Харду.

– Тебе там нечего делать, – отрезал он.

– Ты реально так считаешь? Вообще-то, эта станция – единственное звено, которое связывает меня и прежнюю Элинду! Она словно ключ к ее прошлому! И у меня накопилось достаточно много вопросов к доктору Манроу.

Ее голос звучал уверенно. Даже слишком.

Хард собирался отказаться. Но вдруг вспомнил о том, почему ему нельзя лишний раз даже прикасаться к Элинде. Биологические оружие, которое задействовало но-фактор, делало их связь слишком опасной! Оно ведь может сработать и на нем.

Именно доктор Манроу, как рассказала ему Линда, провел процесс «внедрения» – модификации ее анти-фактора. И только он знает, как избавиться от этой проблемы.

Если он просто заберет ученого как ценного пленника, оборудование все равно останется на станции. И кто-то обязательно воспользуется им с целью создания нового оружия. Либо повредит приборы. Хард сглотнул, на секунду представив, что процесс может оказаться необратимым.

– Хорошо, ты полетишь с нами. Но от меня ни на шаг. И ленгару мы брать с собой не будем. – Он строго посмотрел на Альму и вновь повернулся к Линде: – Сейчас я распоряжусь, чтобы тебе выдали женский боевой костюм.

Женщин на «Шиоре» практически и не было. Разве что несколько опытных космических десантниц, которые жили в отдельном крыле. Да среди инженерного состава встречались представительницы прекрасного пола. Все остальные члены экипажа были мужчинами. Космическая служба женщин на боевых кораблях не слишком приветствовалась их расой, несмотря на относительное равноправие. Лишь самые отчаянные подавали заявки на подобные должности. Из-за низкой рождаемости на Нории женщин попросту берегли. Но подходящая для Элинды экипировка все же имелась.

Так ему будет за нее спокойнее.

Костюм принесли уже через несколько минут. И он предложил Элинде свою помощь.

– Не забывай, что у меня остались кое-какие навыки эрессы Гровер, – напомнила она. – Как-нибудь с новой одежкой я справлюсь сама.

Она повернулась к Альме и велела отправляться в каюту. Хард не слышал слов, но видел выражение на лице Линды. Ленгара немного поупрямилась, но все-таки послушалась хозяйку. Похоже, ей, в отличие от девушки, не слишком хотелось возвращаться туда, где над ней издевались. Элинда успела рассказать и это.

Линда скрылась за перегородкой раздевалки.

Там уже висел снятый камзол Харда и стояли его сапоги. А с облегающим комбинезоном Линды будет и того проще натянуть на себя костюм с ранцем. Встроенная регулировка гравитации позволит не ощущать лишний вес.

Хард терпеливо ждал, пока она переоденется.

– Адмирал, куда вы запропастились? – поинтересовался через биогарнитуру Найригер.

– Сейчас приду. Можете включать двигатели.

Они с Элиндой поспешно вышли из технического отсека, направляясь к стоящим в ангаре кораблям. По пути Хард отметил, что ей очень идет новый облик. Она двигалась с грацией дикой кошки и чем-то походила на свою ленгару. Уверенная в себе, деловая, подтянутая.

Именно такой он всегда представлял свою пару. Женщину, которую он никогда не сможет разлюбить. Будущую жену. И дело даже не в стройной фигуре.

– Ну что, ты готова? – поинтересовался он у Линды, когда они сели в кресла напротив панели управления. С ними летел пилот.

Рем Найригер отправлялся на другом звездолете, а Дрейк и капитан оставались на линкоре, чтобы в случае чего организовать подмогу.

Линда выпрямилась в сиденье, пока система безопасности сама регулировала ремни.

– Готова. И ты не поверишь, насколько я рада, что здесь оказалась.