Глава 27. Как порвать клятву?

Проснулась я в прекрасном настроении. Еще до того, как открыть глаза, поняла, что лежу на кровати рядом с Ивом, и даже частично на нём. Как он тут оказался, не знаю.

Дроу еще спал. Приподняв одеяло, я уверилась, что на нем есть только трусы, неизменно черной расцветки. Вообще на светлых простынях смуглокожий Ив смотрелся, как картинка: подтянутое тело, широкие плечи, красивое лицо, правда, худоват немного, но ничего, это поправимо. 

Я же по привычке, приобретенной в этом мире, ложилась спать в ночной рубашке. После того, как меня несколько раз будили среди ночи пациенты, пришлось купить эту деталь гардероба. Не могла же я выходить встречать посетителей в трусах и короткой майке? Да и ночи в Силании довольно холодные.

У Гамаисы ночной рубашки не нашлось, поэтому на ночь я надела длинную тунику без украшений, из приятной для кожи ткани. И сейчас туника была задрана, а на моей ягодице собственнически расположилась ладонь Ива. Не могу сказать, что мне это не нравилось.  Очень даже наоборот. 

Вчера, после ухода менталиста, мы всем составом переместились на кухню. Как-то незаметно это место стало чем-то вроде комнаты для совещаний. Проблему с разрешением на выход из пещер мы решили, оставалось только разработать план дальнейшего путешествия.

Никаких сомнений в том, что нужно уходить подальше, ни у меня, ни у моих «супругов» не было. Я предлагала поехать в Урос. Это островное государство, где правил Совет Капитанов. В зависимости от ситуаций в него входили от четырнадцати до двадцати лиц, причем, это могли быть и люди, и нелюди. В этом государстве не смотрели на происхождение и ценили личные качества и умения. 

Каждый Капитан правил своим островом или островами так, как считал нужным. Конечно, для всех были утверждены единые законы – надо сказать, весьма своеобразные – а так же существовал высший судебный орган, но дополнительные правила для разных островов, порой, сильно различались.

Нравы в Уросе были довольно свободные. Женщины вполне могли занимать высокие должности, если доказывали, что способны на это, и им подчинялись так же, как и мужчинам. В прошлом в Совет Капитанов входило несколько женщин, но сейчас в Совете состояли только мужчины.

Как правило, в Урос отправлялись те, кто не нашел себе место в других государствах: авантюристы всех мастей, и, что уж скрывать, беглые преступники. У жителей островов было не принято интересоваться прошлым человека, главное, чтобы новый гражданин доказал свою полезность и удачливость. Проще говоря, в Урос можно было соваться только тем, кто мог доказать свою силу, умение постоять за себя, либо тем, за кого поручались высокопоставленные жители. 

Наряду с авантюристами туда съезжались крестьянские общины, которых приглашали Капитаны, чтобы осваивать острова, мастеровые, ученые, кораблестроители – за последних в Совете едва ли не дрались – и даже актеры, художники и певцы. Конечно, Урос – это довольно опасное место, но оно как нельзя лучше подходит для беглецов.

Если честно, я не сомневалась, что выслушав все аргументы, мужчины со мной согласятся, однако, недооценила веру дроу в клятву. Главным доводом в пользу Уроса было то, что там нас не станут искать. Ведь, по сути, своих кораблей у тёмных эльфов нет. Они не любят морские пространства и не поедут за тридевять земель  в поисках травницы.

– А почему ты решила, что нас станут искать? – удивленно спросил Ивэлас.

Эрэль и Ниас смотрели на меня с таким же непониманием в глазах.  Я растерялась.

– Мы ведь уйдем из клана, и когда Айеари обнаружит отсутствие клятвы, то решит, что ты погибла, – объяснил маг. – Возможно, какое-то время будут искать тела, но если не найдут, то успокоятся. Только сам дроу, которому поклялись, может разорвать клятву. Айеари это не делала, значит, нить клятвы пропала в результате смерти. Это очевидно. Та ситуация, в которой ты оказалась, слишком невероятна.

– Ниас, а материнская клятва позволяет узнать, жив дроу или нет? – поинтересовалась я.

– Да. Моя мать узнает, если я погибну. Айеари пустит гонца в мой клан, он сообщит о смерти Гамаисы. Мама, конечно, обеспокоится. Возможно, организует собственные поиски.    

Теперь я начала понимать, почему Эрэль так переживал о том, что маг пойдет с нами. Если разрыв клятвы для Айеари означал смерть нас троих, то в случае с Ниасом все не так просто. Как только станет известно, что маг жив, его начнут искать. Хотя бы для того, чтобы узнать, что произошло со мной. Учитывая это, вероятность того, что нас обнаружат, возрастет в разы.

– Бежать в Урос –  значит создавать для себя ненужные сложности. Тем более, если передвигаться по поверхности. Среди людей четверо дроу будут слишком заметны, – поделился своими соображениями Ниас. – Поэтому предлагаю следующее: после того, как мы ограбим лавку, вернуться, а потом сразу уйти по пещерам. Пропуск будет действовать. Затем можно податься в Бизарию. После того, как мы помогли людям выиграть войну, отношение к дроу в этой стране гораздо лучше, чем в Уросе и других государствах людей. Часть молодых кланов даже осела в Бизарии.

– Если там так много наших, наоборот, дроу из кланов с окраины вызовут не нужные подозрения, – отверг план мага Эрэль. – И к тому же, нас могут узнать: госпожа участвовала в этой заварушке на поверхности. Слух о том, что на самом деле Гамаиса жива, рано или поздно может достигнуть ушей Айеари.

– Нет, в Бизарию нам нельзя, – слово взял Ив. – Лучше остаться в Силании. Уйти подальше и поселиться возле моря, чтобы была возможность уплыть в Урос, если вдруг нас обнаружат. Женщина-травница, да еще и тёмная эльфийка – это слишком заметный след.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍В этом был смысл. Если жить в приморском городе, можно спокойно и обстоятельно подготовиться к путешествию. Кроме того, была еще одна причина, которую я не озвучила:  в Уросе мы могли бы получить поддержку. Не сразу конечно же, но этот вариант не стоило сбрасывать со счетов.

Дело в том, что Арбикус «лечил» принцессу Силании по той же методике, что и меня. В её тело вселилась душа девушки из Минска. Мы с Еленой первое время довольно близко общались. Когда у неё проявились способности к магии земли, авторитет королевы и её дочери пошатнулся. При дворе стали происходить странные и неприятные вещи, и Лена решила прекратить наше общение. Боялась, что мне могла угрожать опасность.

Вскоре её выдали замуж за мужчину из Совета Капитанов. Династический брак. Лена прислала несколько писем, где намекнула о том, что её корреспонденция тщательно проверяется. В принципе, можно было бы (или: можно будет) попросить принцессу о помощи. Устроилась она на островах вполне комфортно, о жизни там я знаю, в основном, от неё. Травники и целители востребованы везде, так что не пропаду, особенно, если за нас замолвит словечко жена Капитана.

План Ива после недолгих обсуждений признали лучшим. Мужчины настаивали на том, чтобы после ограбления лавки вернуться под землю и сразу после этого покинуть клан, воспользовавшись другим тоннелем. В конце концов, я сдалась. На поверхности мы будем заметны, даже если попробуем передвигаться ночью.

Потом мы обсуждали маршрут, спорили о том брать или не брать ящеров и о том, сколько нужно еды. Где-то в этот момент я поняла, что уже клюю носом, и решила, что мужчины справятся без меня. Быстро приняв ванну, я натянула нижнее белье и спальную тунику и завалилась в постель.

А утром проснулась в объятьях Ива.

Можно было, конечно, не париться и прямо сейчас будить моего дроу самым приятным способом, но неприятный червячок сомнений грыз изнутри. В прошлый раз нам не дали договорить, а хотелось бы расставить все точки над «ё». Думаю, Ива тоже тяготит этот кабальный брак. А, может, прямо сейчас разорвать эту чертову клятву? Это гораздо лучше всех слов.

Еще бы знать, как это делается. Я потянулась к Иву, и погладила его по груди. Сейчас хотелось поступить, как настоящая тёмная эльфийка: прямо здесь и сейчас… кхм… принудить к сексуальной близости. Но сначала хорошо бы умыться. Аккуратно, чтобы не разбудить спящего мужчину, я выкрутилась из его объятий и, стараясь не шуметь, привела себя в порядок. Ив даже не пошевелился. Интересно, когда они вчера легли, если он спит так крепко? 

С первого этажа приятно пахло свежей выпечкой (видимо, слуги уже приготовили завтрак). Что ж, надо устроить дегустацию. В дверях кухни я едва не столкнулась с невысоким юношей, который на ходу жевал булочку. Бедняга чуть не подавился, увидев Гамаису, и быстро ретировался. Его мать (судя по внешнему сходству) за что-то принялась извиняться, но я небрежно махнула рукой и приказала скрыться с моих глаз.  Во взгляде женщины явно мелькнуло облегчение.    

К свежим пышным булочкам захотелось кофе. Где-то я видела кофейные зерна и мельничку, чтобы их измельчать. Нашла! Нечасто мне хотелось этого напитка. Когда я уже доваривала кофе, в кухню зашел Эрэль.

– Думал, что этот прекрасный запах мне чудится, – вместо приветствия выдал он.

– Будешь? – я чуть приподняла небольшой ковшик, в котором подходил кофе. Турки в этом мире не придумали, поэтому пришлось варить так.

– Конечно! Он здорово бодрит! – Эрэль устало пристроился на стул, и я запоздало обратила внимание на то, что он в «уличной» одежде: куртке и плотных штанах.

– Ты куда-то ходил?

– Да, ящеров смотрел. Хотел взять нам еще двоих: надо много продуктов, сменной одежды, одеял – в общем, на себе мы всё не дотащим. Да и будет подозрительно, если мы отправимся на поверхность с лишними вещами. Разумней часть поклажи нагрузить на запасных ящеров. Кстати, всё обсудив, мы решили разделиться: ты, Ив и Ниас грабите лавку, а я со своим Мраком и двумя новыми ящерами подожду вас на выезде из города, – Эрэль, не прекращая рассказа, снял куртку и с удовольствием потянулся.

Я отметила, что он изменился после смерти Гамаисы. Стал уверенней в себе, спокойней. Сейчас он ничем не напоминал хмурого, неразговорчивого дроу, которым предстал передо мной в самую первую встречу.

– Ящеры нам нужны, только стоят они дороговато, – продолжал рассуждать Эрэль, – а потом не понятно, куда их девать. На поверхности к нашим скакунам не привыкли, да и внимание привлекать не стоит. Раз вы решили жить у людей, придется вам на лошадей пересаживаться или пешком идти.

– Тебе сахару положить? Может, молока? – вклинилась я.

– Нет. Мне без всяких добавок больше нравится.

– Деньги не проблема. У Гамаисы есть немного сбережений, а еще украшения. В конце концов, продадим парочку. У меня тоже в тайнике довольно крупная сумма спрятана. Так что экономить не надо. Раз ты считаешь, что грузовые ящеры необходимы, купим. Кроме того, ты можешь их после забрать с собой. Ты ведь все-таки решил остаться жить в подземельях? – Пока говорила, налила кофе в маленькие чашечки, сделала бутерброды с сыром и поставила на стол.

– Да, не вижу смысла идти туда, где ничего не знаю, – пожал плечами Эрэль, сделал глоток из кружки и довольно зажмурился: – Ты отлично сварила. Именно так, как я люблю. У Гамаисы работала служанка, которая умела готовить кофе, но она сбежала от госпожи, как только появилась возможность.

– Не могу её в этом винить. –  Я пригубила горячего бодрящего напитка, в который, не жалея, добавила молока и сахара. Как хорошо, что не надо вечно сидеть на диете. – Да и тебя тоже. Хотя мне жаль, что ты не хочешь путешествовать с нами.

– А ты хотела, чтобы я был с вами?

– Главное, что ты хочешь. Я не буду тебя принуждать, отпущу, как договаривались, – и тут мои мысли вернулись проблеме с Ивом. – Кстати, Эрэль, а ты мне не расскажешь, как снимать клятву?

Я ощутила, как мгновенно поменялась атмосфера в кухне. Мой «супруг» напрягся, подобрался, как готовый броситься в атаку хищник, во взгляде мешалась безумная надежда и осторожность.

– Ты хочешь сейчас меня освободить? – спросил он.

– Нет. Я хочу быть готовой.

– Готовой к чему?

– Мало ли что произойдет? Попадем в переделку, а вы со мной связаны, можете погибнуть, если я умру. – Мне не хотелось озвучивать реальную причину. – Если нет никаких особых условий или, возможно, предметов для освобождения, то я просто отпущу вас в случае опасности для моей жизни.

– Ничего не нужно. Только твоё желание и слова.

– Научишь?

– Хорошо. Это несложно.

Слова, разрывающие клятву, действительно оказались просты. В конце добавлялась короткая магическая формула на древнем языке. Несколько раз повторив, я отлично все запомнила.

– А насчет ящеров, – снова вернулся к нашему прежнему разговору Эрэль. – Ты их просто так мне отдашь?

– Конечно! Они же будут куплены на деньги Гамаисы, а не на мои. По справедливости, мужья – наследники состояния жены. Думаю, будет правильно отдать Иву и тебе оставшиеся сбережения вашей супруги или разделить поровну на нас четверых. 

Эрэль внимательно посмотрел на меня, а потом надолго замолчал. Не знаю, о чем он думал, но на его лице четче обозначились морщинки.

– Ты вообще спал? – вырвалось у меня.

– Нет, как-то не получилось, мы тут долго сидели. Ив и Ниас решили пару часов поспать, а по мне лучше и не ложиться: потом не проснешься.

– Такие соблазнительные запахи кого угодно заставят проснуться, – в кухню вошел позевывающий маг и, не дожидаясь приглашения, сразу налил себе кофе.

Буквально минут через пять спустился Ив и тоже потянулся к ковшику. Эрэль пересказал соображения насчет ящеров и состояния Гамаисы, мы еще немного посидели, распределив дела и обязанности, а потом выдвинулись из дома. Я с Ивом – на работу, а Ниас и Эрэль –  договориться насчет ящеров, закупить продукты и вещи, а так же продать несколько украшений. Идея разделить наследство Гамаисы всем пришлась по вкусу.

Нет, я понимала, что могла бы все деньги и ценности присвоить себе, но мужчины достаточно натерпелись от истеричной жены и имели право хоть на какую-то компенсацию. Кроме того, у меня были собственные деньги, и их вполне хватало на путешествие и непредвиденные траты.   

День прошел в привычных делах. Работников ко мне направили хороших, никто не пытался отлынивать, но и я не зверствовала: устраивала перерывы, давала посильные задания. В какой-то момент мой резерв опустел и, чтобы восстановиться, я прилегла в маленькой комнатке. Видно в ней иногда отдыхал травник, а может, один из его учеников.

–  Принести тебе восстанавливающее зелье? Или что-нибудь еще? – В комнату вошел Ив.

– Лучше сам иди сюда.

– А ты уверена, что мы поместимся на этой кровати?

Да, кровать в этой комнатке стояла действительно неудобная: узкая, короткая, тяжелая. Один человек или дроу, если он был невысокого роста, еще мог бы поместиться, но двое вряд ли.

– Если я лягу на тебя сверху… – Я бросила провокационный взгляд на Ива.

– А ты хочешь, чтобы я был снизу?

Ему тоже нравилась эта игра.

– Да, – промурлыкала я. Ивэлас явно воодушевился. – Садись на кровать…

Мой вроде как супруг послушно присел, а я положила ему голову на колени.

– Ну, вот ты снизу, а я лежу на тебе, – невинно заключила я.

– Обманщица! – обижено поджал губы дроу, но в его тоне слышались веселые нотки.

Ив ласково погладил меня по щеке, а я чуть прикрыла глаза, наслаждаясь нежными прикосновениями. Сейчас было идеальное время, чтобы поговорить, объясниться, но что сказать и как именно начать, я не представляла. Да еще и ужасно устала от работы и нервотрепки. Все же быть травником в клане, да еще когда целитель отсутствует, – это вам не синекура*.

_____

Синекура – должность, приносящая доход, но не связанная с какими-либо серьёзными обязанностями (или вообще без них), либо даже не связанная с необходимостью находиться на месте служения. 

_____

– Ив, а ты хотел развестись с Гамаисой?

– Я и жениться на ней не хотел, – признался дроу. –  Мать, сестра и бабушка долго ей отказывали. Матриарх тоже не хотела меня отдавать, но само существование клана тогда было под угрозой. Гномы решились на атаку, а наши воины и маги в это время сражались на поверхности. Гамаиса предложила помощь, а взамен потребовала меня.   

– А на какой-нибудь другой женщине ты бы хотел жениться?

– Нет. Не хотел бы я жениться вообще ни на ком. Меня устраивали встречи по взаимному согласию с симпатичными мне дамами. – Ивэлас начал понимать, что этот разговор не просто так. – Почему ты этим интересуешься?

– Да вот думаю, не устроить ли нам встречу по взаимному согласию? – с намеком протянула я. – Ты не против?

– Ты немного не понимаешь. Такие встречи, в основном, происходят между свободными мужчинами и женщинами.

– Ну, это можно устроить! – улыбнулась я.

Слова, разрывающие клятву, будто сами собой слетели с губ. Я нигде не запнулась, даже проговаривая абракадабру на древнем языке. Холодной иголкой кольнуло грудь – брачная клятва больше не действовала! 

Думала, что Ивэлас обрадуется или что-то спросит, но он отреагировал странно: замер и, кажется, даже задержал дыхание. Я оперлась на кровать и заглянула в лицо дроу. Его взгляд остекленел.

– Откуда ты узнала, как разорвать клятву? – едва шевеля губами, спросил Ив.

– Сегодня утром Эрэль рассказал, когда мы кофе пили. – Я уже сообразила, что сделала что-то не то, но как все исправить не понимала.

– Понятно, утром, значит, договорились, – хмуро заключил мой дроу, – Ниас, безусловно, более выгодная партия. Брак с ним разорвет материнскую клятву, и о том, что он жив, никто не узнает…

– Что ты такое говоришь?! – перебила я.

Меня будто мешком по голове стукнуло. Он решил, что я разорвала клятву, потому что хочу выйти замуж за Ниаса?! Где тут логика?  

– Я тебе не нужен?

Ив, похоже, вообще не слышал, что я сказала. Его тело задеревенело, пустым взглядом он смотрел прямо перед собой.

– Нет, – растерявшись, выдала я. – То есть да!

Дроу по своему понял этот ответ, встал и сделал два шага к двери. Двигался он, как старик. Нельзя его отпускать в таком состоянии. Где бы я ни накосячила, сейчас самое время все объяснить.

– Стой! – я подлетела к Иву и чуть ли не силой усадила его на кровать.

Мало того, чтобы не сбежал, еще и встала рядом.

– Нам нужно поговорить! Ты не правильно понял.

Ноль реакции! Зараза! Как привести в себя заторможенного мужчину? Метода есть! Опробована в волосатые года принцем со спящей красавицей. Надеюсь, и на красавца подействует. Я уселась на колени к моему дроу и страстно его поцеловала. Пальцы зарылись в его волосы, грудью я прижалась к его груди, губами – к его губам. И Ив стал откликаться: сначала робко, и будто бы не веря в реальность происходящего, а потом с нарастающим желанием.

Его руки гладили меня по спине, я ближе прижалась к его телу, чувствуя, что  мужчина уже готов к большему. Инициатива тоже перешла к Иву, его язык властно проник в рот, а я неожиданно для себя, обхватив губами его язык, сделала движение вверх и вниз. Ив вздрогнул и застонал. Слишком сильно это напомнило наш первый раз. Меня словно током прошибло.

Хотелось порвать рубашку, дотронуться до гладкой кожи и… ох, нас же, наверное, слышно. Я сделала над собой усилие и слегка отстранилась. Мутные от страсти глаза Ива чуть не заставили меня передумать.

– Все не так. – Я с трудом вспоминала, как говорить. – Ты мне нужен, ты очень мне нужен. 

Как же тяжело сосредоточиться, чувствуя его горячие руки на ягодицах, его твердую готовность, видя голод в синих глазах, слыша быстрое дыхание и частый стук сердца. А его запах – удивительно родной и манящий – путал мысли и сводил все к одному желанию. Никогда и не к кому ничего подобного я не испытывала.

– Прости! Не знала, что ты так все воспримешь…

– А как я должен был это воспринять? – с болью в голосе спросил Ивэлас. – У дроу развод дают только самым убогим мужьям, калекам, ненормальным, преступникам. У людей, полагаю, тоже развод значит, что супруги не хотят видеть друг друга. Что я должен был подумать?

– Ну, уж точно не про брак с Ниасом! Какой Ниас?! Разве с ним я сплю рядом почти каждую ночь? Разве с ним обнимаюсь? Разве Ниаса я лечила, плача от вида его ран?! Разве он мне косички заплетает и про порядки у дроу рассказывает? Разве он меня носит на руках, когда я засыпаю?– так надо успокоиться, если я начну орать, это не поможет. – Мне не нужен Ниас. Мне нужен ты!

И снова поцеловала. Поцеловала яростно и даже агрессивно, выплескивая раздражение от идиотского предположения, страх, потому что фактически созналась в своих чувствах. Правда, реакция Ива говорила, что и он ко мне неравнодушен. Но… ох! Кажется, мой дроу тоже зол. И он сногсшибательно целуется.

Только мысль о том, что за дверью в лаборатории работают тёмные эльфы, которые не страдают глухотой, не позволяла прямо тут доказать Иву, как он мне дорог.

– Тогда почему ты разорвала клятву? – оторвавшись от моих губ и немного отдышавшись, спросил мой дроу.      

– Потому что это рабство, а не настоящий брак! Я не рабовладелица. Меня тошнит от этой роли. Это не здорово – унижать других, пользуясь их подчиненным положением. А еще я хочу точно знать, что ты со мной, потому что это твоё желание, понимаешь? Не великолепная игра, чтобы влюбить меня и получить привилегии, а твой собственный выбор. Я полагала, что ты обрадуешься, потому что избавишься от этой кабалы. И дальше, если захочешь быть со мной, то между нами будут нормальные отношения, по обоюдному согласию. А потом, если мы оба захотим, поженимся.

Начинала я этот монолог довольно бодро, а последние слова произнесла едва ли не шепотом. Боюсь, после того, как Ивэлас распробует свободу, жениться снова он не захочет. Да, когда я это говорила, то представляла равноправные отношения, а не клятву дроу, но пожив с такой супругой, как Гамаиса, Ив, скорее всего, приобрел стойкое отвращение к слову брак.

– Элли, – выдохнул Ивэлас. Вот как у него так сексуально получается произносить моё имя? – Если бы мне нужен был развод, я бы попросил его так же, как и Эрэль. Но раз я не прошу, значит, это и есть моё желание. Значит, я не просто хочу быть с тобой, но и доверяю тебе себя.

Он говорил это, глядя в глаза, и я просто тонула, растворялась в его чувствах. Какое искреннее, какое необыкновенное признание. Доверяю тебе себя. Себя. Не просто любовь, но гораздо больше – доверие. Я бы смогла так? Смогла бы вручить другому человеку не только свою свободу, но и жизнь? Наверное, нет.

Дроу недоверчивы. Для их общества не доверять никому – это навык необходимый для выживания. А Ив не просто остался со мной, не попросив развода, он это озвучил, объяснил, что это значит. Доверил себя мне. Что он должен чувствовать, чтобы настолько довериться мне?

Я была потрясена. Крепко обняла моего дроу и прошептала на ухо:

– Чувствую себя такой глупой. Надумала всякого, испугалась. Я случайно подслушала ваш с Эрэлем разговор. Он сказал, что ты влюбишь в себя человечку для того, чтобы добиться лучших условий, что тебе, должно быть, противно со мной. Да и я сама видела, что напоминаю тебе бывшую жену.

– Сейчас нет, не напоминаешь. Ты говоришь не так, ходишь не так, у тебя другая мимика и жесты, даже пахнет от тебя иначе. Не знаю, почему изменился запах, но это так, – Ив говорил тихо, его губы почти касались моей шеи, и дыхание щекотало чувствительную кожу. Какие изощренные и возбуждающие ласки! – Ты пахнешь диким медом и травами. Очень похоже на то, как ты пахла, будучи человеком.

– Хватит, пожалуйста, – простонала я. – Мне так сложно сдерживаться.

– А зачем сдерживаться? – ох, змей-искуситель, наверное, говорил подобным голосом.

– За дверью люди… в смысле дроу, они нас услышат. Я стесняюсь, если честно.

Ив со вздохом отстранился.

– Но дома обязательно продолжим с того момента, на котором закончили. Считай, что ты меня соблазнил, и я на все согласна.

– Неужели на все? – и столько предвкушения в голосе.

– Да. Ты слишком хорошо соблазняешь.

– Ну, раз я тебя хорошо соблазнил, предлагаю снова пожениться.

У меня натурально упала челюсть. Как только я подумала о том, что теперь-то понимаю дроу, он выдал это.

– Как ты себе это представляешь? – спросила я. – Мы завалимся в гости к Темнейшей и скажем что-то вроде: «Ой, извините, мы тут случайно развелись, не могли бы вы снова нас поженить?».

Ив тихо рассмеялся.

– Нет, для того, чтобы снова пожениться, не требуются храм и жрица, – ответил он. – Достаточно того, кто приносит клятву, и того, кому приносят. Никаких гостей, никакого белого платья, торжественных песнопений и последующего пьянства.

– В смысле? А как же одобрение богини?

Когда-то краем уха я слышала, что жрицы Ллос способны видеть особые знаки, которые помогают отличать настоящие брачные браслеты от поддельных. Некоторые мужчины-дроу так не хотели жениться, что носили фальшивки, стараясь показать, что уже заняты.  

– Одобрение Ллос накладывается не на мужа и жену, а на брачные браслеты, – объяснил Ив. – Чаще всего, конечно, в храме, во время церемонии, но можно и без этого. Заплатить жрицам, а они проведут несложный обряд. После принесения клятвы, муж и жена надевают браслеты. Можно сразу, а можно и спустя год или два. Да хоть через десять лет.

– А что мешает наложить знаки на фальшивые браслеты?

– Если мужчина, который не дал брачную клятву, наденет такие браслеты, то знаки растворятся, – Ив поднял руку и продемонстрировал свой браслет. – Скоро знаки исчезнут, а нам не надо, чтобы жрицы что-то заподозрили. 

– Ив, а ты хорошо подумал? Уверен?

– Да.

– Ладно. Что нужно делать? – Я нехотя встала.

Опять в чем-то клясться. Сумасшедшее общество. 

– Тебе – ничего. Просто сказать: «Я принимаю клятву».

Ив опустился передо мной на одно колено, достал кинжал, который неизменно висел у него на поясе, порезал им ладонь и начал торжественно произносить слова. Если вступление было понятно, то текст самой клятвы читался на зубодробительном древнем языке.

После моих слов: «Я принимаю клятву» вытекшая из раны на ладони кровь Ива словно растворилась в воздухе, и одновременно я почувствовала, как в грудь врезался горячий комочек. Один вдох – и все прошло.   

Когда Ив встал, никакой раны у него уже не было. А теперь моя очередь.

– Клянусь, разорвать брачную клятву дроу, если меня попросит об этом мой муж – Ивэлас…  – Я проговаривала слова собственной клятвы и видела, как удивление на лице Ива сменяется улыбкой. Ну что? Похоже, я второй раз вышла замуж.