Глава 13

Оставив Элис в академии, Майкл Форс поспешил во дворец с докладом.

— Добрый день, Ваша Светлость… — начал он, войдя в кабинет Ричарда.

— Добрый день, Майкл.

Повисла пауза. Капитан, впервые в жизни услышав от герцога приветствие в свой адрес, застыл с приоткрытым ртом.

— Докладывай, — сказал Ричард.

Майкл со всхлипом втянул в себя воздух, проморгался, отгоняя наваждение, — ведь ему показалось, что Его Светлость с ним поздоровался — и коротко, но емко изложил результаты поездки в Вайтвилл, тем самым добавив ярких деталей к своим письменным посланиям.

— Хорошо. Очень хорошо.

— Ваша Светлость. Есть еще кое-что… Чарли сказал, что я накручиваю себя, но, Ваша Светлость.

— Присядь, — Ричард кивнул на кресло. — Что случилось?

Капитан с опаской посмотрел на роскошный предмет мебели.

— Ваша Светлость, можно я так? Стоя?

— Ты меня пугаешь… — насторожился Ричард.

Майкл Форс тут же плюхнулся в кресло и уставился на своего господина с самым жалобным видом.

— Ваша Светлость, она меня обнимала! — сказал он и закрыл рот ладонью.

— Капитан Форс, отставить панику, — строго сказал Ричард. — Кто она?

— Элис! Я не хотел, но она такая сильная… — Майкл, чуть ли не рыдая, принялся рассказывать о том, что случилось, когда Элис очнулась в Вайтвилле.

Ричард слушал, смотрел на своего капитана и чувствовал, как внутри просыпается нехорошее, темное чувство на букву «з».

— Ваша Светлость… — Усы Майкла поникли, брови встали домиком, подбородок задрожал.

— Ты не виноват, Майкл. Ты все сделал правильно, как и Элис. Я не стал с ней разговаривать, когда она просила, что еще ей оставалось делать?

— Ваша Светлость, она висела на мне…

— Я понял. Успокойся, это ничего не значит. Просто у нее под рукой не было магических пут, вот и обошлась подручными… и подножными средствами. Любой на ее месте поступил бы так же.

— Я не виноват?

— Нет. Ты сделал благое дело… Успокоился?

— Да. Ваша Светлость. Кстати, Элис согласилась, чтобы мою клятву ответить на все ее вопросы исполнили вы.

— Ты что, раскрыл ей, кто я?

— Что вы. Как можно. Я сказал, что артефакт-переводчик принадлежит не мне, а моему другу… — сказал капитан. — Вы не сердитесь? За то, что я так вас назвал? Элис понравилось ваше высказывание. «Если под рукой нет армии, бери палку»… Она решила, что эта мудрая мысль принадлежит моему другу, и я не стал ее разубеждать.

Ричард сцепил пальцы и задумчиво посмотрел на Майкла Форса. Ему стало стыдно за переживания капитана. И обидно. Неужели он, герцог Флорингемский, выглядел такой же заносчивой сволочью, как и тот мелкий виконт из академии?

— Майкл, мы с тобой вместе уже пятнадцать лет. Разумеется, мы друзья, — уверенно сказал Ричард. И добавил аргументов: — Иначе я бы не узнал, что тебя крепко обнимала красивая девушка.

Пока капитан переваривал сказанное, Ричард пытался разобраться в своих чувствах. Магия не терпела душевного смятения, а он помимо легкой зависти стал испытывать что-то, похожее на ревность. И через эти два темных чувства пробивались ростки чего-то светлого и согревающего, правильного.

— Майкл, ты показал Элис Золотую беседку? — спросил Ричард, и предвкушение праздника усилилось, когда Майкл ответил ему:

— Да, Ваша Светлость… Спасибо за то, что выслушали и помогли разобраться…

Ричард коротко кивнул и достал из ящика письменного стола толстую, потрепанную тетрадь.

— Записи артефактора Нилса. Это все, что нашлось в библиотеке академии. Посмотри, тебе случайно не знаком этот шифр?

— Увы… — Майкл развел руками. — А что говорит Дэвид?

— Ты не поверишь…

Ричард признался, что ему в голову не пришло подключить к поиску своего секретаря. Он исправился, вызвал Дэвида, и они втроем занялись проблемой артефакта-переводчика. Так увлеклись, что не заметили, как в кабинете появилась герцогиня-мать.

— Ричард, как хорошо, что здесь присутствует твой секретарь. Пусть запишет в твое расписание Летний бал Флорингемской академии. Пятый день следующей недели, девять вечера. И не делай такое лицо, мой мальчик, ты обещал. Как когда? В тот день, когда племянник Его Величества чуть не отдал концы во время инициации, и ты сорвался его спасать. Оставил родную мать в лапах бестолковых целителей и уехал! — Патриция поджала губы и промокнула кончиками пальцев абсолютно сухие уголки глаз.

Ричард поймал на себе сочувственные взгляды Майкла и Дэвида. Но отступать было некуда. Он действительно дал обещание сходить с матерью на ближайший бал.

Без артефакта-переводчика Элис чувствовала себя, как рыба, выброшенная на берег. Урсула что-то рассказывала ей, но она почти ничего не понимала и лишь беспомощно разводила руками. Полегчало, когда в библиотеку потянулись студенты с привычными фразами: «Вот список, неси быстрее». Элис с радостью принялась за работу. Поиск книг отвлекал ее от тяжелых воспоминаний и переживаний за девчонок. Не очень верилось ей в справедливость суда, когда дело коснется слов простолюдинок-чужеземок против слов знатных мерзавцев. А еще ее волновала предстоящая встреча с «другом» капитана Форса. В течение всего дня Элис записывала вопросы, которые ей хотелось прояснить, а вечером, как только Урсула ушла спать, стала перебирать свой скромный гардероб.

— Какой кошмар, — прошептала она, глядя на себя в зеркало.

Серое крестьянское платье было новым, но сидело и выглядело ужасно. Она взъерошила волосы и вздохнула. Не в таком виде ей хотелось бы предстать перед ночным рыцарем, который наказал насильников и спас бедных девушек. Еще хуже стало от мысли, что в Золотой беседке ее мог ждать не тот мужчина в маске, а кто-то другой! Например, пузатый, лысый старичок. Внутри поднялось чувство протеста.

— Лариса Петровна, о чем вы думаете, какая может быть романтика? Ночной рыцарь намного моложе вас! — выговаривала она себе и тут же возражала: — Да, но я больше не Лариса Петровна. Я — Элис, и с виду даже младше буду!

Она весь вечер удивлялась, откуда у нее вдруг взялось желание нравится мужчине, но потом поняла, в чем дело. В объятиях. Когда незнакомец обнимал ее, она чувствовала защиту, заботу, спокойствие и обещание, что все будет хорошо. Она чувствовала то, что ей было так необходимо сейчас, после пережитого напряжения, после того, как она отдала все силы, чтобы помочь другим. Да! Она хотела снова почувствовать себя защищенной!

Разбираясь с чувствами и споря сама с собой, Элис сидела в гостиной и неотрывно следила за стрелками часов. Без пятнадцати десять она поднялась и, кусая от напряжения губы, спустилась вниз и свернула на парковую дорожку. Золотая беседка находилась недалеко от входа и была на виду. Сердце Элис сжалось: тот, кто прятался за маской, не мог выбрать для встречи подобное место. Она вздохнула и поставила жирный крест на своей надежде снова увидеть ночного рыцаря. Впрочем, был в этом и положительный момент. Ей стало плевать, как она выглядит.

Золотая беседка была круглой формы. Ее купол поддерживали несколько белых колонн, украшенных золотым тиснением, невысокая кованая ограда была так же покрыта золотом. Внутри по периметру располагалась широкая деревянная скамья с удобной спинкой. Элис вошла внутрь, села, достала тетрадь с записанными вопросами и вечный карандаш. Смартфон, который удивительным образом все еще сохранял девяносто пять процентов заряда, она оставила в кармане. Достанет, если у «друга капитана» не окажется с собой светового артефакта.

— Добрый вечер, — раздался над ухом знакомый голос, и Элис резко обернулась.

За ее спиной, снаружи беседки, стоял мужчина в черном плаще и маске.

— Добрый вечер, — сказала она спокойно, несмотря на участившийся пульс и подскочившее до звезд настроение.

Ночной рыцарь вошел в беседку и сел рядом.

— Элис, я хочу принести вам свои извинения за то, что похитил, ничего не объяснив, — сказал он мягко. — Я не подумал…

— Нет, вы все сделали правильно. — Элис улыбнулась. — Артефакт-переводчик был у Чарли Форса в Вайтвилле, чтобы он мог общаться с девушками. Без него я бы вас не поняла. Если перед кем извиняться, так это перед капитаном Форсом. Ему от меня досталось…

— Он до сих пор под впечатлением, — тоже улыбнулся незнакомец. — Элис благодарю вас за помощь…

— Расскажите мне про магию, — перебила она его. — Как можно подробнее.

Мужчина пристально посмотрел на нее. Потом вздохнул о чем-то своем и сказал:

— Стать магом может только аристократ. Достаточно богатый, чтобы заплатить за доступ к местам магической силы, и достаточно смелый, чтобы принести жертву.

— Какую жертву? — насторожилась Элис.

Ее собеседник помолчал, что-то взвешивая, но потом заговорил:

— Магией можно овладеть только через взаимодействие с истоками-проводниками. Это могут быть камни, деревья, цветы, водные источники. Они дают магию в обмен на боль. Когда адепт касается проводника, он переживает иллюзию, не отличимую от реальности. Чем теснее взаимодействие, тем страшнее и дольше испытание, и тем больше силы получает маг.

— Чем больше цветов сорвешь, или камней соберешь, тем ты сильнее? — задумчиво переспросила Элис. Она старалась говорить спокойно, хотя внутри нее все затрепетало от внезапной догадки.

— Не совсем так. В источниках купаются, на камни ложатся, деревья обнимают. С цветами сложнее всего. Нужно осторожно трогать их лепестки. Так, чтобы не повредить. Но это мало кому удается, потому что после первого прикосновения человек начинает видеть свои самые страшные кошмары.

— Купаются? Получается, все тело взаимодействует? Наверное в источниках получают больше всего силы? — Элис изо всех сил старалась не выдать своего интереса к магическим цветам.

Мужчина усмехнулся и покачал головой.

— Нет. Чтобы окунуться в запруду или лежать на камнях, не нужен сильный самоконтроль. Обнимать дерево, когда в видениях тебя разрывают на части чудовища, гораздо сложнее. Это требует большого умственного и волевого напряжения, соответственно адепт получает более высокий уровень магии. Так же, сила и опасность зависит от местоположения истока. Если рядом проходят жилы Тьмы, инициация может оказаться смертельной.

— Капитан Форс сказал, что все магические места охраняются королем. Что это значит?

— Элис, это значит, что туда нельзя попасть другим путем, кроме как заплатить взнос в королевскую казну. Но, как я уже сказал, деньги принимают только у аристократов.

Элис сама не заметила, как сбросила ботинки, поставила ступни на скамью и обняла себя за ноги. Она всегда так делала, когда надо было раскинуть мозгами и принять важное решение. Рассказать Черному плащу про цветы, которые она нашла на месте своего попаданчества или не стоит?

— Что за манеры? — удивленно спросил Плащ, и Элис поняла, что решать тут нечего. Сытый голодного не разумеет, а молодой аристократ из феодального мира никогда не поймет пенсионерку из постсоветской страны. Она молча спустила ноги и поставила их на башмаки, прикрыв длинной юбкой.

— Так нормально? — спросила она, бросив на мужчину косой взгляд.

— Да. Надеюсь, ты поняла, что мы зря тратим время, обсуждая магию?

— Пару минут назад вы обращались ко мне на вы… — горько усмехнулась Элис. Впрочем, Черного плаща не в чем было винить. Он всего лишь продукт системы. Представитель общества с монархическим строем. Что с него взять? На вопросы отвечает, и на том спасибо. Сев поудобней, она продолжила рассуждать вслух: — Что касается зря или не зря, время покажет. Я молода и красива, вдруг какой-нибудь аристократ влюбится в меня и возьмет замуж. Стану, например, графиней, накоплю денег, пройду инициацию…

— Элис, никто из знати не возьмет замуж безродную женщину. Даже самый захудалый баронет, — резко сказал Плащ.

— Говорят, тут нормальных артефакторов не хватает… — Она продолжала говорить, не обращая внимания на обидные слова и боль в груди. — Летмиттер не оповещает о новых письмах — как можно было до такого додуматься⁈

— Не смей, — глухо сказал Плащ. — Николас Нилс был великим артефактором, и сделал то, что никому до него не приходило в голову. Летмиттер был и остается самым удивительным артефактом из всех ныне известных.

Элис подняла ладони в примиряющем жесте.

— Приношу извинения, была не права. Если это первое подобное устройство, тогда все понятно. У вас все еще впереди. И оповещения, и голосовые, и медиа.

— Что ты хочешь этим сказать? — насторожился Черный плащ. — Откуда ты можешь знать, что будет?

— Я же вам говорила.

— Что? Если ты про нашу встречу у «Сладкой булочки», то я был без переводчика и ничего не понял.

«Тогда зачем ты меня обнял?» — чуть не сказала Элис. Он почувствовала усталость. Ей так хотелось покоя, защиты, тепла, а разговор ушел в какие-то дебри о научно-техническом прогрессе.

— Уф-ф… Я хочу сказать, что сначала появляется колесо, потом тачка, телега, затем карета. Так же будет и с летмиттером, — ответила она и вдруг поняла, что не факт. Она так и сказала вслух: — А может и не будет. Потому что отсутствие конкуренции, то есть соперничества, приводит к застою.

— Объяснись, — сказал Плащ. — Кстати, почему ты не спросишь, как следует ко мне обращаться?

— Потому что на вас маска. Вы хотите сохранить свою личность в тайне от всех, вот и сохраняйте на здоровье. Итак. Допустим, в городе есть только одна портниха. Сначала она старается шить хорошо и быстро, но потом она позволяет себе работать медленно и кое-как. Почему? Потому что она единственный мастер, и люди все равно будут к ней идти, куда им деваться. Поэтому одежда горожан лучше не станет, зато хуже — запросто. Так и с магией. Стать магом может только знатный и богатый человек. У него есть деньги, слуги, вкусная еда и красивая одежда. Зачем ему работать, то есть делать артефакты? Придумывать, подбирать материалы, изучать опыт предшественников? Он лучше на бал поедет или на охоту. Я права?

Мужчина вздохнул, а потом спросил с досадой в голосе:

— Откуда в тебе столько рассудительности? Кто ты? Из какой страны?

— Я из другого мира, — спокойно сказала Элис. — Из страны, где есть богатые и бедные, но происхождение не имеет такого значения, как здесь.

— Что за бред? Как это может не иметь значения? Кто-то должен отвечать за людей, за охрану земель. Править может только тот, кто учиться этому с детства.

— Да-а-а, насмотрелась я, как ваш граф Мразь-золь и его дружки умеют заботиться о людях, — зло сказала Элис. Но потом смягчилась: — Спасибо, что наказали их. Отлично придумали.

Ей показалось, что Черный плащ поднял руку, чтобы обнять ее. Она замерла… Но он положил ладонь на скамью между ними и сказал:

— Я вспомнил про инициацию магии. Боль, которую представляет себе разум, может быть страшнее того, что можно испытать в реальности…

Мужчина сказал это таким тоном, что сердце Элис невольно сжалось. Она чуть было не накрыла своей рукой его руку, вцепившуюся в доски скамьи.

— Вы маг, — сказала она утвердительно. — И вы хороший человек. Несмотря на то, что аристократ.

Последнее предложение явно отвлекло мужчину от тяжелых воспоминаний. Он резко повернул к ней голову, приоткрыл губы… Элис фыркнула, а он потянулся к вороту и снял с шеи знакомый медальон. Взял ее руку, вложил в нее артефакт и что-то сказал на незнакомом языке. Элис покачала головой:

— Нет. Я не могу взять ответственность за такую ценную вещь.

Она сунула ступни в ботинки, встала и повернулась к Черному плащу. Она хотела надеть на него артефакт, но его руки вдруг оказались на ее талии, и Элис застыла от пронзивших ее тело ощущений.