Глава 16

Справившись с расшифровкой дневника, Элис весь день чувствовала себя счастливой. Николас Нилс использовал то же кодирование, что и знаменитый Леонардо да Винчи. Он писал свои заметки в зеркальном отражении, и чтобы их прочитать, достаточно было поднести дневник к зеркалу. Задачка была несложной, но Элис все равно гордилась собой. Словно вернулась в веселые студенческие годы и на отлично сдала первую сессию. Впрочем, если вспомнить, где она жила и в каком положении находилась, примерно так оно и было.

Урсула поняла радость Элис по-своему и включила в уроки слова и фразы, обозначающие семейные отношения и характеристики мужчин. В те минуты, когда в библиотеке не было студентов, она писала новые слова и разыгрывала пантомимы, изображая сильных, умных и состоятельных представителей сильного пола. В конце она нарисовала бородатое лицо в очках и поставила рядом большой знак вопроса. Элис узнала портрет посыльного, который приходил от Мастера, и неопределенно покрутила пальцами в воздухе. Урсула ткнула пальцем в рисунок, потом показала на Элис и вопросительно подняла брови. Элис замотала головой, написала слово «мужчины», потом уверенно зачеркнула его, вывела рядом крупно «ДЕНЬГИ» и мечтательно возвела глаза к потолку. Урсула рассмеялась, одобрительно похлопала ее по плечу и стала проверять домашнее задание.

Отличное настроение сослужило Элис хорошую службу. На душевном подъеме до десяти вечера она успела навести порядок в библиотеке и у себя в комнате, выучить новые слова и составила список вопросов, которые надо было задать Мастеру. Например, ее очень интересовало, как в Ричленде обстояли дела с авторскими правами и получением патентов на изобретения. В назначенный час Элис взяла плащ, спустилась в беседку и стала ждать своего напарника, который снова задерживался.

Вечер в Парадной гостиной ничем не отличался от вчерашнего вечера в Жемчужной комнате. Разве что нарядами дам и самого Ричарда. Он стойко выдержал неодобрительный взгляд матери и недоуменный взгляд герцогини Аламской, которыми они одарили его скромное черное одеяние.

— Магия сегодня неспокойна. Заранее приношу извинения на случай, если мне придется срочно вас покинуть, — сказал Ричард герцогине Аламской по совету Дэвида Брэйна.

— Будет очень, очень жаль, если это случится, — мелодично проворковала Маргарет Фулл. — Возможно, городская стража сможет обойтись без вас? У них ведь есть амулеты и заговоренное оружие, разве нет?

— Ваша Светлость, там, где могут погибнуть люди, высшему магу достаточно щелкнуть пальцами, — сказал Ричард и осекся. Он действительно почувствовал колебания, означавшие, что в городе растет уровень темной энергии.

— О, да, разумеется, вы правы, — пропела герцогиня. — Ваша Светлость, вы такой сильный и смелый. Я в восхищении.

Ричард ощутил, что его засасывает болото бессмысленных фраз и фальшивых чувств. Что ж. Браки по расчету предназначены для выгоды, а не для удовольствия. Ему еще повезло, герцогиня Маргарет Фулл не только богата, но и красива. Если она готова принести ему наследников, он женится на ней.

После того, как пробило девять вечера, Ричарду пришлось прилагать усилия, чтобы не смотреть на часы. Чтобы отвлечься, он стал расспрашивать герцогиню о ее владениях.

— Ах, я ничего в этом не понимаю, — жалобно сказала Маргарет Фулл. — Боюсь, что с тех пор, как умер Говард, управляющие обманывают меня. Ах, если бы вы знали, как мне трудно, как мне одиноко… — Она многозначительно посмотрела на Ричарда.

Он понимающе кивнул… И вспомнил историю Элис. «Демоны раздери, вот кому действительно трудно и одиноко! Попасть в мир, где говорят на непонятном языке, где у тебя за душой ни гроша — вот настоящие проблемы», — подумал он и мысленно похвалил себя за то, что тогда, в деревне, бросил Элис золотую монету.

— Ваша Светлость, капитан Форс просит доложить о своем визите, — неспешно объявил мажордом.

— Пусть войдет, — сказал Ричард.

Увидев не на шутку встревоженного Майкла, он мысленно выругался и спросил:

— Где?

— Особняк Нилсов, Ваша Светлость, — выдохнул запыхавшийся капитан. — Духи-оборотни и… И демон, Ваша Светлость.

Ричард вскочил, еще раз извинился перед матерью и герцогиней Аламской и стрелой вылетел из дворца.

Демон — отличный повод сбежать со скучного приема, но так же — неизбежная причина опоздать на свидание. «Свидание? Какое еще свидание! Это деловая встреча», — поправил себя Ричард, спешиваясь и бросая поводья коня стражнику, дежурившему у ворот.

Особняк Нилсов сочился тьмой, как перезрелый овощ гнилью. Духи-оборотни уже набрали силу, приняли форму огромных быков и бросались на людей под издевательский хохот демона. Зачарованные мечи и копья рассекали их призрачные тела, но эти раны быстро затягивались, благодаря подпитке от высшей твари и все начиналось по новой. Ричард оставил оборотней стражникам, взбежал по ступеням центрального входа и проник в просторный холл, где бесновался красноглазый демон. Увидев противника, тварь завизжала и попыталась ускользнуть, но Ричард успел набросить на нее сдерживающий купол. Осталось перемолоть демона светлой магией и не умереть при этом со скуки, потому что на такую мощную тварюку уйдет часа полтора, а то и два.

Ричард сосредоточился, поднял руки, и в демона полетели серебристые диски светлой магии. Сталкиваясь, две энергии рассеивались, возвращаясь к своим истокам. Магия непрерывно текла через тело, причиняя боль. Требовался невероятно высокий самоконтроль, чтобы не сдаться, не отступить. Только тому, кто пережил три инициации и достиг наивысшей магической ступени, была по плечу такая задача.

Сдерживая и методично уничтожая демона, Ричард то и дело возвращался мыслями к Элис. Следовало предупредить ее о том, что он задержится, но позвать Майкла и отправить его в академию он уже не мог. Придется отложить подарок до утра. Ричард недовольно сжал челюсти и сразу двадцать светящихся дисков пронзили побледневшее тело демона. От визга твари заложило уши… Ничего, завтра «Ричард Маск» отнесет Элис и переводчик, и летмиттер. Хорошо, что секретарь Брэйн сделал «помощнику библиотекаря» бессрочный пропуск в академию.

Как только демон исчез, Ричард нашинковал на мелкие куски духов-оборотней, запрыгнул в седло и помчался к академии, которая находилась всего в трех кварталах от заброшенного особняка. Но, несмотря на то, что вечер сегодня был теплым, Элис в Золотой беседке уже не было. Расстроенный неудачей Ричард вернулся к тому месту, где оставил лошадь и обнаружил там Майкла.

— Уже ушла? — спросил капитан.

— Да. И правильно сделала. Я уже второй раз опаздываю. — Ричард закинул поводья на шею лошади, взялся за гриву, но потом передумал садиться. — Майкл, узнай у дежурного привратника, где находятся комнаты Урсулы Мэй.

— Ваша Светлость! — с упреком в голосе сказал капитан. — Ладно вам на мою репутацию наплевать, но вы понимаете, что подумают о почтенной библиотекарше? Днем к ней приходит один мужчина, ночью ищет другой. Ваша Светлость, в конце концов, вы маг, должно же быть какое-нибудь заклинание…

Ричард задумался. Если бы у Элис была какая-нибудь его вещь… Но артефакт-переводчик она не взяла, а ту монету, что он когда-то ей дал, наверняка потратила на путь до города… Или нет? Если у женщины есть деньги, она в первую очередь потратит их на одежду. Но Элис носила какие-то ужасные тряпки! А еще она упоминала, что ей пришлось много трудиться, чтобы купить вещи, на которые покушались грабители. Возможно, та монета все еще цела!

— Ты прав. Попробую заклинание. Жди здесь, — сказал Ричард и снова преодолел забор.

От духов-оборотней Элис убегала в левое крыло академии. С него он и начал разыскивать свою золотую монету. Через десять минут связующая нить указала ему на одно из окон третьего этажа, которые выходили в сторону площади. Нашел! Надо же, она сохранила ту монету… Ричард довольно усмехнулся, взмахнул рукой, и у окна спальни Элис запорхали светящиеся золотые бабочки. Соприкасаясь со стеклом, их крылья тонко звенели.

Элис долго сидела в беседке, бродила вокруг, любовалась незнакомыми созвездиями нового мира, но Мастер так и не появился. Вернувшись к себе, она повторила новые слова и легла спать, но сон не шел. Она понимала, что случиться могло всякое, но ничего не могла поделать с охватившим ее чувством разочарования и обиды. Элис ворочалась с боку на бок, уговаривая себя не переживать, как вдруг услышала со стороны окна мелодичный перезвон. Она открыла глаза и тут же села, пораженная сказочным танцем золотых бабочек. Она даже не сразу поняла, что они летали не хаотично, а рисовали буквы ее имени.

— Мастер? — прошептала она и кинулась к окну. Бабочки спустились вниз и осветили фигуру в черном, которая помахала ей рукой. Элис бесшумно открыла створку и громко зашептала: — Минутку, я сейчас спущусь.

Но вместо того, чтобы дожидаться ее внизу, мужчина взлетел в воздух.

— Твою дивизию… — Элис со скоростью света завернулась в то, что лежало ближе — в одеяло. — Мастер, а ваша жена знает, что по ночам вы навещаете спальни одиноких женщин? — сказала она протискивающемуся в окно мужчине.

— И тебе добрый вечер. Я пока не женат… — тихо ответил он, спустился с подоконника и оглядел комнату. Золотые бабочки прилетели вслед за ним, сбились в плотную стайку и осветили комнату мягким желтым светом. Мастер взял у стола единственный в комнате стул, переставил к кровати и сел, сказав Элис: — Не стой, садись. Я не надолго. Конечное заклинание нашлось в дневнике Нилса, так что теперь у тебя будет свой личный переводчик.

— Ох… Правда? — Элис так обрадовалась успеху с артефактом, что забыла уточнить, что насчет жены это была шутка. — Добрый вечер… Он действительно сегодня добрый!

Мастер достал из-за внутреннего кармана камзола медальон, сделанный из темного металла. Его створки были украшены вязью магических символов и сквозными прорезями. Маг осторожно взял руку Элис и повернул ладонью вверх. Положил на нее артефакт, сомкнул вокруг него ее пальцы и накрыл их сверху своими.

— Теперь Урсуле Мэй будет легче учить тебя, — сказал он, продолжая держать ее руку в своих руках.

Внутри Элис вспыхнул огонь. Прикосновение было таким сильным, таким волнующим, что ей безумно захотелось большего.

— Мастер. Вы рискуете, — честно предупредила она.

— Ни капли. Скажешь кэре Мэй, что артефакт тебе принес Ричард Маск в благодарность за помощь, которую ты оказала тем девушкам.

Мастер понял ее по-своему, и она не стала его разубеждать. Ладно, пусть живет, не зная, что она только что собиралась забраться к нему на колени, обхватить за шею и поцеловать.

— Зачем вы держите меня за руку? Жалко артефакт отдавать, что ли? — резко сказала Элис, и Мастер так же резко убрал руки. Она вздохнула. — Простите. Я вам очень благодарна. Но не делайте так больше. Пожалуйста…

Ну, вот. Сколько не старайся себя убеждать, что любовь этого мужчины ей не нужна, но сердцу не прикажешь. Рвется, глупое, хочет тепла и защиты, хочет быть рядом, хочет быть нужным. Но нельзя! Нельзя испытывать чувства к тому, с кем живешь в разных мирах!

Мастер молчал. Как ей показалось, молчал растерянно, и от этого Элис еще больше хотелось его обнять. Расспросить, почему опоздал, похвалить за танцующих золотых бабочек, поблагодарить за артефакт, за то, что все-таки пришел… Спрятаться на его груди, забыть о бедности и о трудностях, о том, что ей снова надо начинать с нуля… Она с тоской смотрела на губы мужчины, которые плотно сжались уголками вниз, и жалела, что заставила его выпустить ее руку… Она резко вдохнула, когда красивые губы шевельнулись, и Мастер снова заговорил.

— Завтра посыльный принесет тебе летмиттер. У меня бывают непредвиденные дела. Не хочу, чтобы ты зря ждала. Если завтра снова что-то случится, я сразу тебе напишу.

Элис посмотрела на артефакт в своей руке.

— Но он не поможет мне с чтением, так же? А кэра Мэй в это время уже спит.

Мастер встал, нашел на столе чистый лист бумаги и по совету Элис взял ее «вечный карандаш». Передвинул свой стул поближе к кровати и стал объяснять.

— Смотри, это мой адрес. Его надо вписать в правый верхний угол так, чтобы он попадал на адресное поле летмиттера. А так пишется «сегодня»… М-м-м, как легко пишется этим пером!

— Стойте. Мне надо записать перевод. У меня сейчас такая каша в голове из новых слов… До утра я все забуду…

— Идем за стол, — сказал Мастер, поднялся и вернул стул на его законное место.

Элис встала и, придерживая свою тогу из одеяла, посеменила к нему. Мастер предложил ей сесть, положил лист на стол, а сам встал у нее за правым плечом, вызвая волнение и трепет. Он писал новые слова, наклоняясь над ней так, что она чувствовала его тепло и дыхание. Задевал ее плечо, когда выводил буквы, касался рукой, лежащей на спинке стула… Их пальцы сталкивались, когда они передавали друг другу карандаш. От этой близости и интимности в животе Элис не переставая порхали бабочки. «Нельзя! Мне нельзя его любить!» — кричал ее разум, но сердце сжималось от желания быть еще ближе и протестующе заныло, когда они закончили.

— До завтра, — сказал Мастер и пошел к окну. — Надеюсь, ничего не случится и мы обсудим наши планы как следует.

— Спокойной ночи, Мастер. Большое спасибо вам за артефакт-переводчик. И за бабочек! Это такое чудо… — растроганно сказала Элис, глядя на стайку, которая порхала над его плечами.

— Тогда оставлю их тебе. Они погаснут, когда ты уснешь, — мягко сказал Мастер и улыбнулся.

— Спасибо, — прошептала Элис, глядя, как он спрыгивает вниз, унося с собой ее бьющееся сердце.

Она подбежала к окну, посмотрела вниз, в густую тень высоких кустарников, растущих вдоль фасада академии, но там уже никого не было. Закрыв окно, она легла, но снова не смогла уснуть. Ее терзал один вопрос. Почему Мастер пришел? Он мог передать ей переводчик завтра, через посыльного вместе с летмиттером, ведь ночью ей все равно не с кем разговаривать! Но он пришел сам, сегодня. Зачем? И как узнал, где она живет? Почему не дал ей спуститься вниз?

Те же самые вопросы терзали капитана Форса.

— Ваша Светлость, поверить не могу… В окно! Вы влезли в окно к незамужней девушке… Ладно, допустим, вам хотелось похвастаться, что сумели изготовить артефакт, но почему вы не могли подождать, пока она сама не выйдет к вам⁈

Ричард молчал. То, что еще пять минут назад казалось ему правильным и естественным, представало в совершенно ином свете. Элис, закутанная в одеяло, ее обнаженные плечи с тонкими бретельками ночной рубашки… Его бросило в жар, и он сорвал с лица маску, о которой совсем забыл.

— Это я виноват, — сокрушался капитан, надувая щеки и топорща усы. — Мне следовало остановить вас еще тогда, когда вы послали меня к привратнику, узнать про комнаты кэры Мэй. Я должен был догадаться, что битва с демоном слишком утомила вас и вы не способны рассуждать здраво. Ваша Светлость, как вы себя чувствуете? Может, поедем шагом?

Ричард отдернул руку, когда капитан Форс решил заботливо поддержать его за локоть, и перевел своего коня с рыси в галоп.

— Ваша Светлость… — жалобно прокричал ему вслед Майкл и бросился догонять своего переутомившегося господина.

Утро встретило Элис восторгами Урсулы по поводу артефактов, Ричарда Маска и его щедрого друга, а так же новостью, что послезавтра в академии состоится грандиозный бал.

— Элис, это будет незабываемое зрелище! Говорят, сам герцог Флорингемский к нам пожалует! Нас туда, конечно, не пустят, но я знаю тайное местечко, откуда будет виден весь зал. — Урсула заговорщицки подмигнула и многозначительно подвигала бровями. — А теперь снимай переводчик, посмотрим, как ты выучила новые слова.