Глава 17

Чтобы не врать лишний раз, Элис попросила Урсулу не расспрашивать ее, откуда она и как попала в Ричленд. Она хотела сначала посоветоваться с Мастером, как ей поступить. Сказать правду, или скрыть то, что она из другого мира? К счастью, начальница отнеслась с пониманием к ее просьбе. «Когда захочешь, сама расскажешь», — сказала она и принялась объяснять Элис те нюансы языка, на которые раньше ей не хватало жестов.

С артефакторм-переводчиком не только учеба, но и работа заиграли новыми красками. Теперь Элис понимала, о чем говорят студенты. Она жадно прислушивалась к обсуждению предметов и заданий, и в который раз смеялась над тем, что ей, преподавателю со стажем, хочется сесть за парту и учиться. А еще она вникала в обсуждение местных новостей и аристократических сплетен, потому что твердо решила выбиться из нищеты и безвестности. А раз так, нужно знать, чем дышат богатые люди. Пусть без титула, но она станет магом и не будет ни в чем нуждаться. И будет свысока смотреть на тех, кто скажет, что ни один аристократ на ней не женится. Да не очень-то и хотелось! Радость материнства она познала в прошлой жизни, так что в этой спокойно одна проживет. Или не одна. Несерьезные отношения для удовольствия еще никто не отменял.

Перед тем как идти в Золотую беседку, Элис проверила летмиттер. Письма об отмене встречи в нем не было, и она почувствовала волнение от предвкушения свидания с Мастером. И потому, что он привлекал ее, и потому, что являлся ключом к ее новой, лучшей жизни. Чтобы успокоиться, Элис посмотрела в зеркало. Отражение неизменно возвращало ее из радужных фантазий в реальность: на нее смотрела бедно одетая простолюдинка.

— Ничего. Цыплят по осени считают, — сказала она сама себе, гордо вскинула голову и улыбнулась. Улыбка вышла надменной и недоброй. Так улыбаются врагу, которого собираются победить, и это было здорово. Боевой настрой в ее положении — то, что доктор прописал.

На этот раз Мастер пришел первым и сходу завел разговор про оснащение летмиттера звонком. Элис порадовалась, что взяла с собой смартфон. Еще больше порадовалась, что заряд почти не падал. Видимо потому, что в этом мире не было мобильных сетей, вай-фая, сигналов GPS и прочего, на что постоянно откликаются телефоны.

— Мастер, а можно я вас сфотографирую? — спросила она, неожиданно для самой себя.

— Что сделаешь?

— Мастер… — Элис в голову пришла чудесная идея. — Вы можете снова сделать бабочек? Чтобы в беседке стало светло? Тогда здесь — она показала на экран смартфона — появится ваше изображение.

— Ты хочешь сохранить мой портрет, чтобы любоваться, когда меня не будет рядом? — спросил он, и его губы изогнулись в лукавой ухмылке.

— На что тут любоваться, если вы в маске? Я даже не знаю, красивый вы или нет, — не растерялась Элис. — Просто хочу показать вам, как это работает, чтобы потом изготовить подобный артефакт. Или вы вчера на меня всех бабочек потратили?

Мастер поджал губы с выражением: «Ну, ты и язва, Элис». Через секунду по беседке запорхала золотистая стайка, и в галерее смартфона появился десяток фото таинственного мужчины в маске и черном плаще.

— А теперь селфи. Смотрите, тут есть переключатель на фронтальную камеру… Держите. У вас рука длиннее моей, лучше получится, — сказала она и села рядом с мужчиной.

Элис научила Мастера делать снимки, попросила посадить несколько бабочек ей на волосы и стала строить в камеру милые рожицы на фоне невозмутимого Черного плаща. Ну, почти невозмутимого. Последние снимки запечатлели и грозный оскал, и загадочную улыбку, и прикушенную нижнюю губу. Последнее, вместе с рукой, непонятно как оказавшейся на ее талии, заставило Элис опомниться и вернуться к работе. Она быстро показала Мастеру варианты оповещений, выбор мелодий, выключила смартфон и отсела от него подальше.

— Это гениально, — задумчиво сказал Мастер. — Мне не терпится приступить к работе, но для этого нам нужна лаборатория, склад, материалы.

— Может взять в аренду?

— Нет. Я выкуплю особняк Нилсов. Это займет время, зато там уже есть все необходимое. Надо только привести все в порядок, он уже несколько лет стоит заброшенным.

— Время? Как долго?

— Наследники артефактора живут в неделе пути от Флорингема. Завтра же пошлю поверенного узнать, за сколько они согласятся продать особняк.

— Стоп. Не тот ли это особняк, где вчера демона поймали? Заброшенное здание недалеко от академии? — спросила Элис. — Сегодня студенты говорили о нем. Говорили, что оттуда постоянно нечисть лезет!

— Да, речь о нем. Демона не поймали, а истребили. Демона и двух духов-оборотней, — пояснил Мастер.

— Ха! Тогда вы должны послать поверенного, чтобы взял деньги с наследников. Штраф за то, что они в городе нечисть разводят! Вы берете на себя их проблему, они вам должны приплатить за это! — Элис возмущенно всплеснула руками, и золотые бабочки запорхали вокруг ее головы веселым хороводом. — Мастер, если у вас деньги лишние, лучше несите их мне, чем отдавать тем, кому они не нужны.

По телу Элис пробежал электрический разряд, когда Мастер повернулся, и его рука опустилась ей на голову, потрепала по волосам, спустилась ниже. Теплые пальцы задели ухо, нежно прошлись по щеке… Элис замерла, полностью отдавшись ощущениям.

— Ты права, моя мудрая помощница. Я так и поступлю, — сказал он низким, волнующим голосом и убрал руку. — Иди отдыхать. Завтра и послезавтра меня не будет, но на третий день проверь летмиттер, хорошо?

— Да, напарник… Ой, то есть, Мастер. Спокойной вам ночи, — бодро сказала Элис, скрывая охватившее ее разочарование.

Она кивнула мужчине и быстрым шагом покинула Золотую беседку. Но от мыслей было не убежать. «Он никогда не будет с тобой. В лучшем случае — редкие встречи по работе. Смирись и смотри вперед. Он не единственный мужчина в этом мире», — уговаривала себя Элис, но сердце не переставало протестующе ныть. До тех пор, пока она не вошла в свою спальню. Уходя, она оставила окно открытым, чтобы проветрить комнату… И теперь вся она была усыпана сверкающими искрами, среди которых порхали золотые бабочки!

Бальный зал академии был высоким, в два этажа, и располагался над столовой в центральном крыле, которое уходило вглубь парка от основного здания. Вдоль одной из длинных сторон зала располагался широкий балкон, увитый розами и плющом, куда можно было выйти подышать воздухом. А над ним, скрытая зеленью, шла узкая деревянная галерея, предназначенная для ухода за огромными окнами. Попасть на нее можно было только через крышу, спустившись оттуда по лестнице. Это было то самое укромное место, о котором говорила Урсула.

Библиотекарь собиралась на бал со знанием дела. В корзинку для пикника отправились: бутылка вина, бокалы, сладкие пончики, пирожки с картошкой, нарезка из сыра и ветчины, толстый плед, две небольшие подушки и пара плащей. Вместо платья Урсула нарядилась в мужской костюм. Элис последовала ее примеру и с большим удовольствием надела на себя свои брюки, футболку и кроссовки.

— Главное — вести себя тихо, — сказала библиотекарь, когда они успешно преодолели чердак, лестницу и спустились на галерею. — И никому не рассказывай об этом месте, а то в следующий раз тут будет не протолкнутся.

— Понял-принял, — с заговорщицким видом прошептала Элис.

Ей очень нравилось это приключение. Настоящий выходной, когда не надо думать о работе или учебе, а можно расслабиться и «посмотреть телевизор». Канал, правда, был один, с одной программой, зато Элис надеялась разглядеть Мастера среди толпы аристократов. Надеялась и в то же время боялась увидеть его с какой-нибудь достойной дамой.

Для наблюдения они выбрали среднее окно, откуда открывался прекрасный вид на обе стороны зала. Элис внимательно слушала шепот Урсулы и запоминала, как выглядят значительные фигуры академии и города. Особенно ее заинтересовал ректор, импозантный мужчина лет шестидесяти. Оказывается, он был магом второй ступени, а все, что было связано с магией, не могло оставить Элис равнодушной. Как объяснила Урсула, великолепное световое оформление зала было делом его рук. Вместо люстр с потолка спускались переливчатые гирлянды в форме огромных цветов, а между ними летали полупрозрачные светящиеся птицы с длинными хвостами. Вскоре на бал прибыл герцог Флорингемский, и Элис обрадовалась невероятной удаче — это был тот самый всадник, который бросил ей золотую монету! Она думала, придется его искать, а он сам нашелся! Осталось заработать и отдать долг.

— Герцог хороший человек? — спросила Элис у Урсулы.

— Он наш герцог и как герцог он хорош… А как человек? — растерялась библиотекарь. — Думаю, скорее да. Благодаря ему в академии появились места для простолюдинов… И он не гнушается сам сражаться с демонами, призраками и духами.

— Он тоже маг?

— О, да. Маг третьей ступени! А это кто с ним? — Урсула присмотрелась к даме в роскошном фиолетовом платье. — Ах, это его матушка. Большая любительница балов, ни один не пропускает. Прекрасно выглядит, я ее даже не узнала.

Мажордом объявлял титулы и имена гостей, которые все прибывали и прибывали, и для Элис они вскоре слились в один сплошной ком. Она перестала пытаться всех запомнить и стала просто наблюдать. Разглядывала наряды, украшения, прически, а так же жесты и мимику дам-аристократок. Если подумать — ничего особенного. Медленно, плавно, манерно. Потренироваться, и у нее выйдет не хуже. Она нашла взглядом герцога Флорингемского и мысленно записала его рядом с ректором в список потенциально полезных знакомств. Оба были влиятельными людьми и магами. Кто знает, вдруг они не так категоричны, как Мастер? Вдруг они допускают, что магом может стать простолюдин. А что? Разрешили же они учиться в академии Джо, парнишке из далекой маленькой деревни!

Надежду отыскать в разряженной толпе Мастера Элис оставила. Среди танцующих было несколько мужчин, чьи губы и линия нижней челюсти вроде были похожи, но стопроцентной уверенности у нее не было. Все-таки сейчас она смотрела на них сверху при хорошем освещении, а с Мастером они общались в темноте или в обманчивом, мерцающем свете золотых бабочек.

— Так вот зачем она приехала! — вдруг громко прошептала Урсула. — Смотри, смотри, Элис, вон там, рядом с нашим герцогом. Это герцогиня Аламская, свежеиспеченная вдовушка… И судя по тому, как охотно Патриция Марвел оставила ее наедине со своим сыном, герцогиня-мать прочит ее себе в невестки! Вот ради кого наш герцог заявился на бал, несмотря на то, что терпеть их не может.

Элис могла бы поспорить, но не стала разубеждать Урсулу. Наверное, зрение подводило пожилую даму, если она не заметила, что с появлением прекрасной леди выражение лица герцога ни капли не изменилось. Как был мрачным истуканом, так им и остался.

— Отличная партия, Его Светлость можно наконец-то поздравить. Ему давно пора думать о наследниках, — сказала Урсула.

«Ну, если в этом смысле, то да. Заявился на бал ради выгодной партии», — подумала Элис и мысленно пожалела овдовевшую красавицу. Все-таки печальна была участь женщин в эпоху феодализма. Впрочем почему была, она и есть печальна, даже у аристократок. Выбор женихов небогат, ибо ограничен условностями и расчетом. Хорошо, что самой Элис не придется во всем этом участвовать, потому что она пойдет другим путем. Рано или поздно она овладеет магией и станет известным артефактором. Будет жить в роскоши и помогать людям. И с мужчиной будет встречаться исключительно по любви, а не по расчету!

Общение и речи внизу закончились, мажордом объявил первый танец. Зазвучала плавная музыка и на середину зала вышли герцог Флорингемский и герцогиня Аламская. Они были очень красивой парой. Он брюнет в серебристо-белом, она блондинка в небесно-голубом. И двигались они великолепно. Элис так понравился их танец, что она стала покачивать бокалом в такт музыке. Вскоре весь зал заполнился танцующими людьми, но Элис продолжала следить глазами за герцогом и герцогиней. Первый танец закончился, и мужчина повел свою партнершу к дивану, на котором восседала его матушка. Дама льнула к своему кавалеру, а он вел ее через толпу, оберегая от столкновений и ловко придержал за талию, когда она наигранно споткнулась. Элис улыбнулась. Она не могла их слышать, но все равно знала, о чем они говорили.

«Ах, простите, я такая неловкая», — сказала Она, повиснув у него на руках.

«Все в порядке. Вы можете на меня положиться», — ответил Он с улыбкой.

«Я так благодарна вам за поддержку, Ваша Светлость», — говорит Она, заглядывая ему в лицо. Наивно распахнутые глаза, приоткрытые губы, бурно вздымающаяся грудь, касающаяся его руки, наглядно показывают степень этой благодарности.

«Всегда рад вам помочь», — говорит Он с серьезным видом и сжимает ее тонкие пальцы в своей ладони.

Элис усмехнулась. Игра, правила которой известны с незапамятных времен. Она и сама не прочь поиграть в такую. Вот только сначала разбогатеет и найдет подходящего мужчину, а не вот это все: «я не могу на тебе жениться». Не то, чтобы она хотела замуж… Господи, да она даже лица его не видела и имени не знает, какой замуж! Ей просто нравится в нем… Все нравится! Честность, забота, желание помочь… Бабочки в конце концов… Элис вздохнула. Частота смены ее отношения к Мастеру могла соперничать с частотой переменного тока в сети. Решив отвлечь мозг от мыслей о Мастере, Элис вытащила медальон и повесила его поверх футболки, чтобы не переводил. Урсула одобрительно отсалютовала ей бокалом и начала что-то рассказывать про пожилую графиню в зеленом платье.

Ричард улыбнулся, когда герцогиня Аламская неуклюже споткнулась. Годы идут, но женские хитрости не меняются.

— Ах… Простите, Ваша Светлость, я такая неловкая! — с придыханием прошептала Маргарет Фулл.

— Ничего страшного, я привык, — сказал он, не скрывая, что ему смешно.

— Я так благодарна вам за поддержку, Ваша Светлость, — продолжила герцогиня, как будто не слышала, что он сказал.

Ричард перестал улыбаться.

— Нам надо поговорить.

Он сжал ее пальцы, чтобы привлечь внимание к тому, что сказал, но она продолжала смотреть на него с открытым ртом. Ричард незаметно вздохнул и сменил курс. Вместо того, чтобы доставить Маргарет на диван к матери, он отвел ее к свободной банкетке, усадил туда и сел рядом.

— Ваша Светлость, вы ищите мужа, не так ли? — прямо спросил он.

Герцогиня Аламская наконец-то отбросила образ очаровательной глупышки. Взгляд янтарных глаз стал серьезным и внимательным.

— Да. Моему герцогству нужна твердая рука, а мне — надежная опора, — сказала она с некоторым вызовом.

— Скажите, Ваша Светлость… Если этой опорой стану я, вы готовы подарить мне наследников? — спросил Ричард.

— Разумеется, — твердо ответила Маргарет Фулл. — Разве не в этом заключается счастье и предназначение женщины! Я уверена: брак без детей не имеет никакого смысла.

Ричарду показалось, что она переигрывает, но тем не менее, ответ был дан.

— Траур по мужу закончился. Еще два месяца отдания памяти его душе, и я буду готова принимать предложения о помолвке, — сказала Маргарет, глядя на танцующие пары. — Еще через три месяца, я стану чьей-нибудь женой.

Такая Маргарет Фулл нравилась Ричарду гораздо больше. Расчетливая женщина, которая знает, чего хочет, и не изображает из себя наивную дурочку.

— Через два месяца я буду готов сделать вам предложение, — сказал он то, что должен был сказать, и тут же пожалел об этом.

Алые губки приоткрылись, брови взлетели вверх, густые ресницы затрепетали… Можно подумать, после вопроса о наследниках, она не поняла, зачем он завел этот разговор!

— Ах, Ваша Светлость… Я очень рада… — сказала герцогиня и тут же смущенно опустила глаза.

Ричард встал и подал ей руку.

— Идемте. Я обещал герцогине-матери три танца. Она не простит, если не сдержу слово.

Патриция Марвел очень хотела знать, о чем беседовали Маргарет и Ричард, но он расчетливо пообещал ей все рассказать, когда они будут ехать домой. Поэтому герцогиня-мать даже не пикнула, когда под предлогом заботы о ее здоровье, Ричард решил уехать с бала сразу после полуночи.

— Наконец-то! Наконец-то мы решили нашу проблему, — радовалась Патриция, когда узнала, что помолвку с герцогиней Аламской можно считать делом решенным. — Ричард, ну разве твоя мама не чудо? Нашла тебе такую невесту… И как хорошо, что дети Маргарет живут в замке ее родителей! Она поступила мудро, отдав их на воспитание бабушке и дедушке. Ах, как же я рада…

Ричард понимал восторг матери, но разделить его не мог, как ни старался. Маргарет Фулл была идеальным вариантом, но он не испытывал к ней никаких чувств, кроме раздражения. Он вздохнул, представив, что придется выполнять супружеские обязанности. Мало ему забот по управлению герцогством, ежедневных отчетов, разбирательств, сбора налогов…

— Мальчик мой, ты чем-то озабочен? — Патриция наконец заметила отсутствие на лице сына радости.

— Ты же знаешь, как я не люблю балы, — уклончиво ответил он.

— Но тебе придется к ним привыкать, — твердо сказала мать. — Иначе твоя жена с ума сойдет, сидя в четырех стенах. Балы, приемы, пикники, поездки в столицу… Время, проведенное вместе, поможет вам привыкнуть друг к другу и сблизиться.

«Нет. Пустое времяпровождение нам не поможет. Другое дело, если Маргарет согласится пройти инициацию…», — подумал Ричард, но вслух ничего не сказал. Прикрыл глаза и откинулся головой на мягкую обивку кареты.

Прежде чем отправиться спать, Ричард зашел в кабинет и проверил почту. Письма от Элис не было. Он взял чистый лист, вписал туда адрес летмиттера, который отдал ей, и вывел аккуратным крупным почерком:

«Золотая беседка, десять вечера»

Отправил письмо и недовольно забарабанил пальцами по столу. Какая беседка, если можно было назначить встречу у нее в комнате!