Глава 20

«О, нет… Мы не можем! Или да? Да!» — проносились в мозгу Элис противоречивые мысли, а тело горело и предавало, тянулось навстречу выразительным губам, потрясающему, мужественному подбородку, дрожало под горячими, напряженными ладонями. Элис подняла руки, положила их на плечи Мастеру, и застыла, не зная, как поступить: обнять в ответ или оттолкнуть?

Но по настоящему в жар ее кинуло, когда мужчина отпустил ее и сделал шаг назад.

— Прости, — прошептал он снова.

Сердце Элис прыгало как сумасшедшее, от обиды шумело в ушах, но ее лицо не дрогнуло. «Вспомнил, что я ему не ровня?»

— Да ладно, я привыкла, что вы меня без спросу хватаете, — сказала она, припомнив их первую встречу. Тогда Мастер поднял ее в воздух и переставил к себе за спину, защитив от грабителей. — Продолжу мысль. Городу не хватает такси. То есть извозчиков по вызову. И общественных летмиттеров, с помощью которых можно заказать карету в определенное место. Я вчера неслась, как скаковая лошадь, чтобы без приключений обратно в академию добраться. А могла бы вызывать карету и безопасно доехать. Как вам идея? Можно подумать и доработать с учетом местных реалий…

Элис вернулась за стол, Мастер молча последовал за ней, сел и положил подбородок на сцепленные руки. Просторные рукава его черной рубашки скатились вниз, обнажая широкие запястья, мускулистые предплечья с рельефной сеткой вен. У Мастера были руки воина, а не изнеженного аристократа. Может, он служит вместе с капитаном Форсом? Подумав о своей усатой жертве, Элис вспомнила о пленницах Диссоля.

— Мастер, я давно хотела спросить, что сейчас с теми девушками, как они?

Маг прервал молчание.

— Все хорошо. Они в приюте, ожидают суда на своими мучителями… Элис… — сказал он и снова замолчал, внимательно глядя на нее.

— Рада за них. Очень. — Элис отвела взгляд и поднялась. Она собрала со стола свои заметки, огляделась, все ли на месте, все ли в порядке, и весело сказала: — Мастер, нам пора отдыхать.

Маг тоже встал и взял свой плащ.

— Элис, завтра начинается осенний фестиваль. Занятий не будет. После я напишу тебе.

— Хорошо. С праздником. Желаю весело провести время, — сказала она как ни в чем не бывало, хотя на душе мерзопакостно скреблась обида. Обида за несостоявшийся поцелуй.

Но позже, укладываясь спать в мягкую, уютную постель, Элис поняла, насколько порядочно поступил Мастер. Он не стал воспользоваться моментом ее чувственного безумия, он сохранил их отношения на приемлемом для обоих уровне! Он избавил ее от боли, которую она обязательно испытала бы после его женитьбы. Да, он говорил, что не хочет жениться, но это не значило, что он не будет этого делать. Рано или поздно Мастер последует своему долгу, как это сделал герцог Флорингемский, о котором не прекращали сплетничать студенты.

— Мастер молодец, а мне, дуре, не зачет, — прошептала Элис и повернулась на бок, укладываясь поудобнее. На душе стало хорошо и спокойной, и она позволила себе помечтать. Помечтать, что однажды ее наставник снимет маску и скажет, что согласен жениться только на Элис. Потому что она самая умная, веселая и привлекательная… «Мечтать не вредно, вредно не мечтать», — оправдалась Элис перед самой собой и вскоре заснула.

«Все-таки не в деньгах счастье, а в их количестве», — думала Элис, надевая удобную обувь и красивое платье. Сегодня на празднике они с Урсулой будут выглядеть как две зажиточные горожанки. Деньги герцогу она тоже решила вернуть красиво — одной монетой. Для этого она специально обменяла серебро на один новенький золотой, а тот, который Его Светлость бросил ей в деревне, она решила оставить себе в качестве талисмана.

Праздничный Флорингем был великолепен! Правящий герцог и ректор академии — оба были сильными магами — постарались на славу. Повсюду сияли разноцветные огни, над крышами домов летали сверкающие длиннохвостые птицы, на площадях артисты и музыканты разыгрывали целые представления. В воздухе стоял аромат яблок, меда, свежей выпечки, душистых трав и специй. Улицы были переполнены людьми, разодетыми в праздничные наряды. Движение карет и повозок ограничили, поэтому аристократы прогуливались пешком, и лишь изредка толпу рассекали богато отделанные паланкины.

В город приехало множество торговцев, прилавки заполнили все крупные улицы, ведущие к центральной площади. Элис сгорала от любопытства, ей очень хотелось все рассмотреть и изучить, но надо было спешить: только сегодня герцог Флорингемский лично принимал прошения горожан и других простых людей.

— Уверена, что хочешь вернуть ему деньги? — в который раз спрашивала ее Урсула.

— Уверена, — твердо ответила Элис. И в тот же момент она решила, что расскажет наставнице все, как есть. Тем более, смартфон все еще работал. — Урсула, как вернемся, я дам ответы на все ваши вопросы. Обещаю, будет весело…

— Оу! — Урсула удивленно посмотрела на Элис и захлопала в ладоши. — Жду с нетерпением.

Они быстро добрались до центральной площади перед герцогским дворцом, и Элис заняла место в длинной череде просителей.

Как-то Екатерина Ивановна, она же Жози Блонди, показала Ларисе Петровне, ныне известной как Элис, видео. На нем известный корейский актер, в которого в тот момент была без памяти влюблена Катеринаванна, раздавал поклонницам автографы. Так вот, происходящее на площади выглядело один в один! Разве что Его Светлость, в отличие от того актера не улыбался. Он с каменным лицом сидел за столом на возвышении, к которому по одному подходили просители. Слева и немного позади герцога в высоких креслах расположились пожилая дама и молодая красавица. Обе были роскошно одеты, и имели скучающий вид. Это было еще одно отличие от автограф-сессии. Там менеджеры актера стояли стоя, бдили и улыбались! Впрочем, у герцога тоже было кому бдить — за порядком следили широкоплечие, высокие стражники в красивой форме.

Очередь двигалась медленно, и это подняло местного герцога в глазах Элис еще на пару ступеней. Он не просто брал исписанные листы и письма в конвертах, он внимательно выслушивал каждого!

«Какой молодец», — подумала о нем Элис. Она нашла глазами Урсулу, стоявшую за ограждением, и помахала ей рукой. «Возможно, в следующем году я тоже подам ему заявление. Попрошу разрешить мне стать магом. Как раз за год соберу убедительное портфолио, рекомендации, напишу резюме…» Тут мысли Элис свернули к Мастеру и она погрузилась в приятные воспоминания и мечты.

Все когда-нибудь заканчивается, закончилось и ожидание, подошла ее очередь. Мысль, что она избавится от тяготившего ее долга, наполняла Элис счастьем. Сияя как тот самый золотой, она приблизилась к возвышению герцога и встала на деревянную ступеньку перед ним.

— Добрый вечер, Ваша Светлость, — сказала она с ослепительной улыбкой. — Пару месяцев назад вы приняли меня за нищенку и бросили монету. Я действительно находилась в очень затруднительном положении, поэтому взяла ее… Взяла в долг, с обещанием отдать, когда разбогатею. И вот этот момент настал! Еще раз благодарю вас за неоценимую помощь и прошу принять мой скромный подарок.

Элис открыла шкатулку, которую держала в руках. Там лежали золотая монета и набор из авторучки, воронки и усовершенствованных чернил. Элис добавила в обычные чернила глицерин, который действовал как смазка для шарика в наконечнике авторучки, поэтому писать ими было гораздо приятнее. Элис поставила шкатулку на стол и быстро, чтобы не задерживать очередь, заговорила:

— Ваша Светлость, это авторучка. Откройте защитный колпачок и попробуйте что-нибудь написать. Внутри корпуса есть стержень, туда с помощью этой воронки можно доливать чернила, когда они закончатся. Можно использовать любые, но я добавляю глицерин, тогда авторучка пишет лучше. Если что, я работаю в библиотеке академии, пришлете слугу, я вам сделаю… — Элис замолчала и посмотрела на герцога, который продолжал сидеть неподвижно. — Уф-ф…

Она резко выдохнула и вынула авторучку из шкатулки. Корпус из красного дерева был украшен прямыми линиями из темного золота. Ничего лишнего. Сильно, красиво, удобно. Сама бы такой писала! Элис сняла с авторучки колпачок, поискала взглядом чистый лист бумаги, но на столе кроме прошений ничего не было. Такая мелочь, как отсутствие записной книжки, не могла ее смутить. Она раскрыла левую ладонь, старательно вывела на ней первое пришедшее в голову слово и показала ладонь герцогу.

— Как-то так. Удобно, надежно. Протестировано на самых богатых студентах академии, — сказала она ему и протянула ручку, чтобы сам попробовал.

Герцог наконец-то вышел из ступора. «Нда, далеко ему до Мастера. Тому целая попаданка досталась, он и глазом не моргнул, а тут всего лишь долг отдали, и он полчаса не может перестроиться с прошений на подарки!» — подумала Элис. Она отдала авторучку, подвинула шкатулку поближе к Его Светлости… И резко подняла голову, вглядываясь в губы герцога. Потом снова бросила взгляд вниз, на его правую руку, державшую подарок. Точнее не на саму руку, а на перстень-печатку на безымянном пальце. Нет, не показалось. На верхней круглой площадке печатки располагался хорошо знакомый ей рисунок из магических знаков в форме снежинки.

— Твою дивизию… — прошептала Элис и снова всмотрелась в лицо мужчины.

В ответ на ее пристальный взгляд, герцог медленно прикрыл глаза и качнул головой. На его мужественном лице мелькнуло виноватое выражение, так что сомнений не осталось — таинственного Мастера звали Ричард Марвел, герцог Флорингемский. Элис посмотрела влево и наткнулась на пренебрежительные взгляды матери и невесты герцога. Сегодня дамы выглядели так же великолепно, как и в вечер Летнего бала академии. Сердце пронзила тупая боль, грудь сдавило тесным обручем обиды и ревности, но лицо Элис не дрогнуло.

Оставаться у герцогского стола больше не было смысла. Долг она отдала, а как пользоваться авторучкой и делать улучшенные чернила, Мастер давно знал. Потому что, как только у нее появились деньги на сандал и черный агат для подарочного варианта корпуса, она подарила ему это полезное приспособление. Она даже рассказала, что в ее мире сандал издревле символизировал духовность и божественность. Люди верили, что он помогал медитациям и восстановлению ауры, а так же отпугивал злых духов. Про то, что аромат сандала считали афродизиаком, пробуждающим чувственность, Элис решила не упоминать. Зато рассказала, что черный оникс в ее мире является символом мудрости, стойкости, справедливости и победы добра над злом. Самое то для человека, который в маске и черном плаще защищает Флорингем от злодеев и темных чудовищ. Мастер был очень тронут и сказал, что ответный подарок будет ждать ее в отремонтированном особняке. Впрочем, он и сегодня был впечатлен. Так смотрел на нее… Она бы растрогалась от его теплого, ласкающего взгляда… Но боковое зрение не переставало передавать ей изображение прекрасной блондинки с нежными чертами лица. Той самой, которая являлась общепризнанной невестой Его Светлости.

— Еще раз примите мою искреннюю благодарность, Ваша Светлость. Чудесного вам праздника, — сказала Элис с ослепительной улыбкой, развернулась и быстро пошла к выходу за ограждение.

Урсула тут же подхватила ее под руку и повела туда, где у прилавков шумела толпа, торгуясь за чудесные товары.

— Ты так удивила герцога, что он и слова вымолвить не мог? — прошептала наставница ей на ухо. — Что ты ему сказала?

— Ничего особенного. Поблагодарила и объяснила, как пользоваться авторучкой, — беззаботно сказала Элис. — Ну-ка, посмотрим, что тут продают…

Чем сильнее болело внутри, тем ослепительнее она улыбалась. Свое разбитое сердце она оплачет потом, в дороге. Сейчас надо держаться. Рассказать свою историю Урсуле. Узнать, как добраться до деревни Джо. Купить вот это замечательное магическое одеяло-грелку. И фонарик. И флягу для воды. Одежда у нее есть, с едой по дороге разберется, не в первой.

— Элис, тебя не узнать, ты так радуешься. Неужели долг настолько тяготил тебя? — удивлялась Урсула.

— Да, очень… Потому что это был не долг, а милостыня. Он… Герцог принял меня за нищенку и бросил монету… — Элис замолчала, потому что горло перехватило, на глаза навернулись слезы. Она сделала вид, что засмотрелась на гирлянду светящихся цветов, которыми была украшена улица, на которую они свернули.

— Вот как… Ты правда мне все расскажешь? Откуда ты, где жила раньше? — спросила Урсула.

— Да… Я все расскажу, — сказала Элис, продолжая идти с запрокинутой вверх головой, чтобы наставница не видела ее лица.

— Тогда возвращаемся, а то меня разорвет от любопытства. Впереди еще два дня праздника, успеем нагуляться…

Элис держалась. Проглотила слезы, купила в подарок Урсуле бутылку знаменитого местного вина, не переставала любоваться праздничным городом. Но когда они сели за стол в своей уютной гостиной, не выдержала, расплакалась.

— Не обращайте внимания, Урсула. Это я от тоски по дому, — сказала она. — Буду плакать и рассказывать. Давно не рыдала. Так соскучилась… Хочу вернуться, но не могу…

Элис рассказала обо всем, кроме своего знакомства с Мастером, то есть Ричардом Марвелом, герцогом Флорингемским. Показывая Урсуле смартфон и фотографии, она предварительно пролистала галерею до места, где не было его снимков. А еще умолчала про магические цветы и тоннель, идущий от озера. Она не могла рисковать своим единственным шансом стать магом. Вдруг король узнает и наложит свою загребущую лапу на заветный источник.

— Урсула, я хочу пойти в горы, в то самое место. Побуду там несколько дней, попробую вернуться в свой мир. Жаль, конечно, терять работу… Меня не будет примерно три недели… Урсула, если вы позволите, я оставлю у вас лишние вещи и летмиттер, — всхлипывая, говорила Элис.

— Моя дорогая, конечно. Что до работы… Если у тебя не выйдет, возвращайся ко мне. Я оставлю эту комнату за тобой.

— Ох… Спасибо! — Элис обняла свою добрую наставницу и зарыдала у нее на плече. Успокоившись, она сказала: — Урсула, у нас заказаны и оплачены пять комплектов деталей для авторучек. Вы сможете сами их собрать?

— Смогу, но почему ты спрашиваешь?

— Потому что я уезжаю завтра утром. То есть уже сегодня. Вы знаете, как называется деревня, где живут родители Джо?

— Как утром? — испугалась Урсула. — Ты не в соседний город едешь! Надо как следует подготовиться. Нанять карету, проводника, запастись продуктами, теплыми вещами. В горах нужны хорошие сапоги…

— У меня кроссовки есть. Помните, я в них на крышу лазила, когда бал был. Что тут собираться, я с гор до Флорингема смогла дойти, а обратно тем более доберусь, — беззаботно сказала Элис. — Теперь у меня и деньги есть, и переводчик, и одеялко-грелка.

— Одну не пущу! Напиши капитану Форсу, пусть пришлет того посыльного. Ричарда Маска!

Слезы Элис мгновенно высохли.

— Нет. Я поеду одна, — твердо сказала она.