Глава 23

Чем ближе Ричард приближался к столице, тем тревожнее ему становилось. Неужели Элис разменяла его монету? Жаль, что он не догадался наложить на артефакт-переводчик такое же заклинание, как и на свой кошелек. Но, кто знал, что она исчезнет, даже не поговорив с ним? «Болван. Ты столько раз твердил ей, что магия недоступна простолюдинам! Вот она и поехала сразу к королю, что толку с тобой говорить?» — возразил он сам себе. Но все же, ему было очень досадно, что Элис проигнорировала его письмо и даже к окну не подошла в ту ночь.

— Ваша Светлость, мы уже должны были догнать ее. Почтовые кареты не ездят так быстро. Наверное, мы разминулись? — Майкл озвучил тревоги Ричарда.

— Думаю, да. Ничего, я догадываюсь, куда она направляется…

Сразу по приезду в Борней, Майлк Форс обратился в управление городской стражи с просьбой в течение нескольких дней проверять все гостиницы и постоялые дворы, чтобы найти девицу по имени Элис. Нет, она ничего не украла, напротив. Герцог Флорингемский приказал отыскать ее, чтобы вознаградить за заслуги перед городом. Начальник стражи, которому Ричард когда-то помог, пообещал, что лично займется поисками.

После этого, немного успокоившись, Майкл и Ричард отправились в столичную резиденцию герцогов Флорингемских. Но к вечеру тревога опять усилилась. Пусть королевский тракт был безопасным местом, но много ли надо, чтобы обидеть одинокую женщину? Услышав звук оповещения, Ричард схватил летмиттер.

— Что там? — обеспокоенно спросил Майкл, увидев, как на лице Его Светлости разочарование сменяется растерянностью и озабоченностью.

— Чарли здесь. Сегодня было предварительное слушание по делу графа Диссоля.

— Но почему он раньше не сообщил? Или вы знали? И… Как оно прошло? — спросил Майкл, хотя по лицу Его Светлости и так было понятно, что прошло плохо. — Так вот куда отправилась Элис! Помочь девушкам?

Ричард отрицательно покачал головой. Нет, Элис не знала адрес летмиттера Чарли Форса, а он не знал, что у нее тоже есть почтовый артефакт. Суд не мог быть причиной ее отъезда. Впрочем, неважно. Все к лучшему. Он быстро написал ответ Чарли и прошение королевскому секретарю о встрече. Через час брат Майкла явился в особняк и сообщил им подробности.

— Граф Диссоль останется безнаказанным. На заседании присутствовал лишь один судья. Он сказал, что Ричленду ни к чему международный скандал, а девушкам позор. Поэтому он предложил мировую. Граф оплатит им дорогу домой и на этом все закончится.

— Позор девушкам⁈ — вскричал Майкл. — Не этим ублюдкам, а девушкам⁈ Почему речь идет только о Диссоле?

Ричард промолчал, но сжал подлокотники своего кресла так, что они затрещали.

Прозвенел летмиттер и спас кресло. Король был рад приезду герцога Флорингемского и ждал его завтра в девять утра. Такая ранняя аудиенция была хорошим знаком. Значит, Его Величеству что-то нужно, и взамен Ричард может попросить короля о милости. Но придется выбирать: справедливость для девушек или исключение в законе об инициации для Элис. Выбирать не хотелось. Значит, что-то он должен решить самостоятельно.

— Чарли, разузнай, где живет судья. Передай девушкам большой привет от Элис. Пусть вспомнят все, чему она их учила. Скажи, чтобы завтра отказались от мирового соглашения и требовали королевского суда по отдельности. Найди законника, пусть поможет каждой написать заявления. — Ричард достал из секретера кошель с деньгами и отдал Чарли. Затем дал задание своему верному капитану. — Майкл, достань мне карнавальную маску во все лицо. Чем страшнее, тем лучше.

Чарли Форс узнал не только адрес Пентона Пана, но и подробности жизни этого чиновника. Королевский судья не понравился Чарли с самого начала слушания и дальше отвратное впечатление только усиливалось. «Равнодушный, старый козел», — подумал про него Чарли, когда Пентон Пан огласил предложение замять дело и сделать вид, что ничего не было.

Перед тем, как вернуться из разведки в резиденцию Марвелов, Чарли нашел законника и привел его в дом, который снял для пострадавших девушек на время суда. Через переводчика он объяснил им новый план, передал привет от Элис и приврал, что она попросила их не сдаваться. «Впрочем, почему приврал? Когда Элис найдется, она так и скажет», — подумал он.

Майкл Форс тоже не терял время даром. Он нашел потрясающую карнавальную маску и выяснил, что все шестеро нелюдей были в столице. Не доверяя друг другу, они прибыли, чтобы лично дать судье взятки, значит, не придется ждать, пока их доставят в столицу. Его Светлость обрадовался хорошей новости и остался в полном восторге от маски. «Я просто обязан показать ее Диссолю и остальным мразям», — сказал он, когда Майкл достал из чехла это произведение искусства.

Город укутала стылая осенняя ночь, но в спальне Пентона Пана было тепло и уютно. Едва голова коснулась подушки, пожилой королевский судья погрузился в сон. Ему снился обласканный солнцем летний луг и деревенские девушки в серых полотняных рубахах. Одна из них бросила свой серп на гору скошенной травы, отряхнула руки и поманила Пентона за собой. Туда, где на краю луга темнел небольшой лесок.

— Пен, Пе-ен! Просыпайся, Пен. Открывай глазки, — звала она его низким приятным голосом и ее грудь колыхалась в такт ее словам.

Пентон Пай заерзал в постели, предвкушая тесное общение с юной прелестницей. Он не хотел ждать до леса! Трава высока — их никто не увидит! Пентон вытянул руки, сложил губы трубочкой и зачем-то открыл глаза, хотя во сне они и так были открыты…

Крик застрял в горле, оттуда вырывался лишь сипящий стон. По ногам побежала горячая струя, а сердце зашлось в бешеной скачке… Луг исчез! Пен находился в собственной спальне, освещаемой приглушенным светом ночника. А вместо пышногрудой крестьянки над ним склонилось ужасное чудовище!

Ричард немного понаслаждался произведенным эффектом, потом на всякий случай уточнил:

— Пентон Пай, королевский судья первого ранга? Отвечай быстро, не зли меня.

Судья закивал, медленно приходя в себя. Когда до него дошло, что перед ним не исчадие потустороннего мира, а человек в плаще и маске, он осмелел и взял себя в руки.

— К-кто вы? Что вам надо⁈ Как вы смеете находится здесь?

— Я — Мастер, — ядовитым тоном сказал Ричард. — Мастер наводить порядок. Люблю, чтобы всё было на своих местах. Вещи. Деньги. И люди.

— Грабитель! — закричал Пентон Пан. — Стража! Стража!

— Они не придут. Потому что я подкупил твоих людей, — с удовольствием соврал Ричард, потому что судья был куплен подонками. Пусть узнает, каково это — страдать, потому что кто-то оказался богаче тебя. На самом деле комнату окружал непроницаемый купол для ловли демонов, поэтому Пентон Пан мог орать сколько влезет — наружу не проникнет ни звука. — Немного денег, и ты в моей власти. Могу делать с тобой, все, что хочу.

Судья хотел вскочить с кровати, но тут же был отброшен обратно и надежно зафиксирован при помощи четырех заранее приготовленных кожаных ремней.

— Граф Диссоль очень богат. Живет в огромном роскошном особняке с подземельем, — Ричард сделал паузу, вглядываясь в лицо судьи, чтобы убедиться, что тот читал материалы дела. На лице старика отразились отвращение и ужас, значит, читал. — Там происходили такие занятные вещи, как похищение людей, пытки, изнасилования, убийства.

— Чего ты хочешь? Кто ты? Развяжи меня сейчас же! — заорал Пентон Пай и затянутая в черную перчатку рука Ричарда влепила ему пощечину.

— Я хочу, чтобы ты почувствовал себя на месте жертв графа Диссоля и его сообщников.

— Стража! Стража! Помогите! Убивают!

Ричард поправил полы плаща и присел на край кровати со скучающим видом. Насколько этот самый вид можно было изобразить, будучи в маске. Он подождал, пока Пентон Пан не охрипнет, потом продолжил говорить.

— Не понимаю, зачем так кричать. Разве я предлагаю тебе сделать что-то страшное или неприятное? Вовсе нет. Потеря невинности — такая мелочь. Побои и пытки — сущая ерунда. Если останешься жив, я дам тебе денег на лекаря, на этом разойдемся и сделаем вид, что ничего не было. Итак, приступим.

Ричард поднялся, взял стул и отломал от него толстую, полированную ножку. Сделал вид, что стряхивает с нее пыль, затем сунул под нос Пентону Пану.

— Начнем с этого размера. Тебя оставить так или перевернуть на живот?

— Нет! Нет, умоляю! Я все понял, я понял! Умоляю, не надо…

По лицу Пентона Пана потекли слезы. Его губы тряслись, а тело била крупная дрожь.

— Ты не хочешь? Тогда предложу невинные развлечения графа Диссоля твоим дочерям…

— НЕТ! Кха-кха-а… Нет!

Пентон Пан завыл и забился в путах, его глаза полезли из орбит.

— Опять нет? — тихо сказал Ричард. — Объясни, почему нет? Хочу понять, что тебе не нравится. Например, что плохого в…

Ричард придерживался мнения, что лучше один раз потратить время и сделать все основательно, чем потом исправлять недочеты. Вспоминать то, что он слышал и видел в подземелье, то, о чем поведали девушки, было очень тяжело, но он взял себя в руки и спокойным тоном пересказал все это судье.

К счастью, Пентон Пан не был законченным негодяем вроде Диссоля, а всего лишь взяточником. Просто для него, как и для большинства других аристократов, простолюдинки были чем-то вроде грязи под ногами. Одной больше, одной меньше, какая разница. Изнасиловали? Обычное дело, почему бы господам не развлечься… Поэтому на то, чтобы судья осознал, какую мерзость собирался прикрытьза деньги, ушло не так много времени, как предполагал Ричард.

— Скажу, что ошибся, перепутал разные дела. Вызову следователя и законника, пусть подают иски отдельно по каждой жертве. Деньги, которые эти негодяи мне заплатили, присовокуплю к делу. — Пентон Пан не стал дожидаться, пока ему прикажут, что делать, сам предложил план действий. — На время суда обвиняемых заключат под стражу.

— Суд необходимо сделать публичным, — сказал Ричард.

— Но каково будет жертвам? — вскинул на него глаза судья. — Это же такой позор!

Ричард скрежетнул зубами и медленно провел ножкой стула по груди Пентона Пана.

— Позор? Разве жертвы кого-то убили или обокрали? — вкрадчиво спросил он. — Разве они кого-то похитили и обесчестили? Нет. Эти девушки — настоящие герои. После всех пережитых ужасов они нашли в себе смелость и силу привлечь подонков к суду. Их честь, несмотря на побои и пытки, осталась с ними. Обесчещенными надо называть тех, кто надругался над ними. Вот у них действительно не осталось ни капли чести. Они навеки опозорены и будет опозорен каждый, кто выступит в их защиту или будет клеветать на жертв. Что так смотришь? Говори.

Ричарду пришлось замахнуться своей дубинкой, чтобы судья заговорил.

— Н-но… П-простите… Это же не я придумал. Так всегда говорят, когда девушка теряет невинность до свадьбы. Говорят, что она опозорена.

— Даже, если она потеряла невинность не по своей воле?

— Я понимаю, о чем вы, но люди…

— Разве мы, аристократы, не должны направлять народ твердой рукой? — перебил его Ричард. Он не стал торопить судью, чтобы тот сам пришел к нужным выводам. И правильно сделал. Судья сам придумал наилучший выход.

— Я начну заседание с хвалебной речи в адрес пострадавших. Напишу речь и секретарь ее зачитает. Как вы сказали: «Они герои. Нашли в себе смелость и силу обратиться в суд».

Чтобы речь получилась более убедительной, Ричард рассказал Пану о тех троих женщинах, которым удалось сбежать ранее, но которые отказались обращатся в суд. А чтобы судья не думал, что легко отделался, Ричард приказал ему оплатить проживание и содержание пострадавших за все время, которое они проведут в столице из-за суда.

В резиденцию Ричард вернулся с первыми проблесками рассвета. Ложиться спать не было смысла — его ждал сложный разговор с Его Величеством. Надо было как следует подготовиться.

Ричард долго и упорно подбирал слова, которые скажет королю. Еще раз проверил доклад, который составил по итогам принятия прошений.

«Ваше Величество, я выяснил, что простые люди тоже могу приносить пользу государству. Среди них встречаются весьма умные и талантливые. Например, цветочник Смит предложил ввести единые правила дорожного движения после того, как не смог вовремя привезти горшки с цветами на праздник графини Монтонской. На выезде из проулка, где расположена его лавка, столкнулись две кареты. В одной ехал граф Доули, в другой граф Додсон. Ни один не хотел уступать дорогу другому, разбирательство затянулось на полдня и продолжалось бы до вечера, пока кто-то не догадался позвать моих стражников. Такое происходит повсеместно, страдают все, и аристократы, и простолюдины, но введение общих правил поможет это исправить. Или, к примеру, помощница библиотекаря академии. Она подала мне идею добавить в летмиттеры оповещения о входящих письмах. Эта сообразительная девушка может стать прекрасным артефактором. В последние годы их катастрофически не хватает…»

Ричард вздохнул, потому что слишком хорошо понимал, что короля этим не проймешь.

Он вышел из кареты на площади Величия и прежде чем войти во дворец, задержался, чтобы полюбоваться Борнейским столпом. Как маг третьей ступени, Ричард чувствовал исходящую от черного гранита магическую энергию даже на расстоянии, но до аудиенции еще оставалось время. Он подошел к колонне и погладил полированный камень. Глаза закрылись сами собой, сознание затянуло в переплетение магических потоков. Изменчивых, всемогущих, не знающих границ и преград. «Как Элис», — пронеслось в мозгу Ричарда, и он внезапно понял, что сказать Его Величеству.

Каждого вошедшего королевский приемный зал подавлял огромными размерами и черно-красной угрожающей расцветкой. Ричард подумал, что его новая маска прекрасно вписалась бы в эту пугающую, мрачную обстановку. Король ждал его на троне и выглядел под стать залу. Хищный взгляд, большой крючковатый нос, тонкие, сжатые губы в обрамлении седых усов и бороды. Пальцы, усыпанные кольцами-амулетами, бордовый камзол, на котором красная отделка смотрелась брызгами крови. Ричард не пересек и половины зала, как почувствовал удар магии. Его Величество никогда не упускал возможности продемонстрировать свою силу. Ричард выставил слабенький щит и тут же опустился на одно колено.

— Приветствую, Ваше Величество. Рад видеть вас в здравии и полным сил, — сказал он, почтительно склонив голову и ожидая, когда король закончит упиваться своим могуществом.

Наконец, давление магии иссякло, Ричард поднялся и подошел к трону. Король жестом приказал ему сесть на скамью без спинки. Еще одно средство подавить подданного, который осмелился прийти к Его Величеству с просьбой.

— И я рад твоему приезду Ричард Флорингемский, — медленно сказал король. — Одобряю выбор Маргарет. Герцогство Аламское попадет в хорошие руки. Я и сам подумывал о ней позаботиться, но она все устроила сама… Прекрасная женщина… Итак. Что привело тебя ко мне? О чем хочешь попросить?

Под неспешную речь короля Ричард успел пережить самые неприятные эмоции, но лицо его оставалось непроницаемым, и лишь после вопросов короля он изобразил недоумение.

— Просить? Я прибыл помочь, Ваше Величество. Как я мог остаться в стороне, когда Ричленду грозит международный скандал?

Снисходительное самодовольство Его Величества пошло трещинами. Король растерялся, не понимая о чем речь, но из гордости не мог признаться в этом. Ричард не дал ему потерять лицо, поэтому встал и с жаром заговорил:

— Ваше Величество, я лично прослежу, чтобы имена этих мерзавцев прозвучали на все королевство. Кстати. Я привез вам усовершенствованный летмиттер. Уверен, он будет вам полезен. Так вот… Этих подонков мало казнить. Надо наказать их так, чтобы другим неповадно было даже подумать о таком, не то что сделать…

Ричард стал ходить перед тронным возвышением, изображая крайнее возмущение. Король продолжал молчать, но он уже справился с собой и теперь слушал Ричарда с задумчиво-озабоченным выражением лица.

— Ваше Величество, я до сих пор не могу прийти в себя. Похитить подданных Оверсии, держать их в подвале, пытать, убивать… Ваше Величество, а что, если за выходками графа Диссоля и его сообщников стоят ваши враги?

Король поджал губы и покачал головой, будто раздумывая. Ричард вздохнул и положил руку на грудь.

— Ваше Величество, я так рад, что брат моего капитана стражи приютил сбежавших пленниц и доложил мне о том, что творилось в подземельях графа Диссоля… — Ричард понизил голос до заговорщицкого. — Ваше Величество, хотите я расскажу вам все подробности?

Король не сдержал вздох облегчения. Он дал знак Ричарду подняться и магией призвал для него удобное кресло.

Не жалея красок, Ричард поведал всю историю, немного изменив обстоятельства побега. Он представил это так. Граф и его дружки опустились настолько низко, что в тот вечер в поисках новых извращений занялись друг другом. Старуха, которая следила за пленницами, то ли тронулась умом от зрелища этой оргии, то ли вдруг обрела совесть… В общем, она сняла с девушек оковы, те бросились прочь и дошли до Вайтвилла, где живет Чарли Форс. Он быстро сообразил что к чему, доложил Ричарду, и они вместе оказали жертвам всю необходимую помощь.

— Ваше Величество, большая удача, что моей помощнице удалось уговорить пострадавших остаться в Ричленде и пойти в суд. Если бы король Оверсии узнал, что его подданных у нас используют как рабов для утех… — Ричард посмотрел в глаза королю и многозначительно покачал головой. Они оба знали вспыльчивый и необузданный характер правителя Оверсии. — Ваше Величество, простите, что из-за праздника Процветания я опоздал на день и первое заседание суда прошло без меня, — Ричард встал и отвесил королю поклон. — Больше такого не повторится. С сегодняшнего дня я лично…

Король перебил Ричарда.

— Ты прав. Публичная казнь — лучшее решение. Она даст возможность показать свою лояльность к соседям и устрашит моих врагов, заставит их забиться в норы и забыть о своих кознях. Но, для тебя есть другое дело. А этим я займусь сам, — сказал король тоном, не предвещавшим преступникам ничего хорошего.