Глава 27

«Зачем ты так со мной? Неужели ты не понимаешь, что твоя забота делает мне только хуже? Остается надеяться, что ты спешишь по какому-то внезапному делу и проедешь мимо…» — успела подумать Элис, пока статный всадник на великолепном вороном коне приближался к ней. Она отошла в сторону, давая дорогу, но напрасно — Мастер перевел своего скакуна в рысь, потом на шаг, остановился рядом с ней и спешился.

— Решил пойти с тобой. Давненько я не гулял при свете дня. Давай поклажу, пусть ее Ветер везет. — Мастер забрал у Элис котомку и пристегнул ее к седлу ремнями. — Верхом ехать не предлагаю, это та еще скотина, я сам еле-еле с ним справился. Напомни мне устроить выволочку начальнику почтовой станции и выгнать берейтора.

Мастер говорил деловито, не глядя на Элис. Как только котомка была пристегнута, он тут же пошел вперед, и она еле поспевала за ним.

— Ага. Напомню, если дойду. Вы куда так спешите, Ваша Светлость?

Поведение Мастера озадачивало. Она ожидала, что он будет ругать ее за то, что ушла одна. В душе мечтала, что скажет: я не мог отпустить тебя одну. Но он не сделал ни того ни другого. Вел себя как… Как друг. «Поздравляю, Элис, ты попала во френдзону!» — подумала она и почувствовала облегчение. Как будто лопнула струна, больно врезавшаяся в душу.

— Элис, ты представляешь, сколько отсюда до ближайшего трактира? Будем идти медленно — до ночи не дойдем. — Мастер снова говорил, не глядя на нее.

— Представляю. До ночи не дойдем, даже если будем бежать. Если боитесь ночевать под елкой, давайте сюда мою сумку и скачите вперед. А я пойду, как шла. Без задержек, но и без надрыва.

Мастер сбавил шаг и изумленно посмотрел на нее.

— Под елкой?

— А что вас смущает? Вы вроде у нас высший маг. Не замерзнете и мягко будет. Там такая перина из иголок!

— Иголок⁈

Герцог смотрел на нее, как на сумасшедшую. Элис на него — изумленно.

— Да ладно, Мастер. Вы что, никогда не ночевали на природе?

— Я герцог!

— Ой, простите. Ваша Светлость, вы что никогда не ночевали…

— Я герцог в том смысле, что у меня не было необходимости ночевать под деревьями, Элис! Мастером меня можешь звать… — сказал Его Светлость и чуть не улетел в придорожный куст. — Твою дивизию!

Ветер действительно был той еще скотиной. Он воспользовался тем, что Элис и Мастер остановились, и ломанулся к жухлой придорожной траве так быстро и решительно, что Ричард не успел среагировать, и повод, который он крепко держал, потащил его вслед за Ветром.

— Твою дивизию? Однако, вы быстро учитесь, Мастер, — сказала Элис и закашлялась, скрывая смех. Потому что герцог, на повышенных тонах беседующий с лошадью, был тем еще зрелищем.

Следующие полчаса пути прошли в борьбе за перерыв на обед для Ветра. Элис уже даже не пыталась скрывать, как ее забавлял процесс воспитания полутонной лоснящейся тушки.

— На редкость бестолковое создание, — раздраженно сказал Мастер, в очередной раз наставляя конягу на путь истинный.

— Может, покормить его? — пожалела вороного Элис, и Мастер с досадой посмотрел на нее.

— Элис, этот черный демон ел сено все время, пока мы беседовали, пока я спал, пока мы обедали и пока я отдавал распоряжения старосте. Посмотри на его бока и шею, ему худеть надо, — Мастер ткнул пальцем в лоснящуюся шкуру и высокий гребень с гривой. Потом посмотрел вокруг, наложил на коня следящее заклинание и стал отстегивать котомку с едой. — Элис, хочу кое-что попробовать. Но ты должна молчать о том, что увидишь.

— А что я увижу? — встревоженно спросила Элис и посмотрела на Ветра. — Вы же ничего ему не сделаете, Мастер?

— Ничего плохого. Я хочу создать вокруг нас барьер. Достаточно большой, чтобы этот пирожок на ножках мог пастись, пока мы идем, — пояснил Мастер.

— И что тут секретного? Разве это не обычное дело для высшего мага?

Мастер задумался, потом внимательно посмотрел на Элис. Так внимательно, что она смутилась и быстро сказала:

— Ой, все. Не хотите объяснять, и не надо. Честное слово, я никому не скажу, что вы пасли лошадь!

— Во-первых, этот барьер будет ограждать очень большую площадь, во-вторых, он будет двигаться вместе с нами. Я буду его центром.

Элис недоуменно пожала плечами. Она пока не настолько разбиралась в магических тонкостях, чтобы находить в этом что-то необычное. В ее представлении магия затем и была нужна, чтобы проделывать подобные штуки.

— Хорошо. Я ничего не видела и не слышала.

Мастер проверил подпруги, закинул повод на шею Ветра, перекрутил его несколько раз и пропустил через него подбородный ремень.

— Учись, — сказал он Элис. — Так делают, чтобы повод не оказался под копытами пасущейся лошади.

— Ага. Заведу себе лошадку, буду скакать на ней вдоль полок в библиотеке, — усмехнулась она.

Мастер ничего не ответил. Он закрыл глаза и сосредоточился. А потом отпустил Ветра. Тот сделал долгое «фр-р-р-р» и принялся жадно щипать скудную осеннюю траву. Мастер открыл глаза и несколько секунд как будто бы прислушивался к чему-то. Затем закинул котомку на плечо и сказал Элис:

— Идем. Особняк Нилса готов, там есть небольшая конюшня и маленький дворик, где ты сможешь учиться.

— Мне бы для начала научиться книги читать, — ворчливо сказала Элис, чтобы скрыть радость. Скоро они будут вместе работать над артефактами! А после работы Мастер, возможно, будет провожать ее до академии…

Метров сто они шли молча, потому что Мастер был сосредоточен на барьере, а Элис ругала себя за непозволительные мечты. Когда герцог остановился, Элис нашла глазами переливающуюся на солнце черную тушку. Конь самозабвенно щипал травку.

— Теперь попробуем… — тихо сказал Мастер и сделал несколько шагов спиной вперед, не отводя взгляда от ничего не подозревающего Ветра.

Коня поволокло к ним. Он пробовал упереться, навалился боком в сторону давления, но безуспешно. Тогда вороной недовольно махнул головой и отбил задом в сторону невидимого барьера. Тот не поддался, и Ветру пришлось идти вперед. Пока Мастер шел, барьер не давал коню остановиться. В конце концов, вороной догадался рвануть галопом вперед, обогнал Элис и Мастера, и принялся пастись там, где его ничто не трогало.

— Работает, — удивленно сказал маг и посмотрел на свой перстень. Тот оставался черным, и это, как уже знала Элис, означало, что у Мастера не было перерасхода магической энергии.

— Ветер будет гулять внутри волшебного круга, пока мы будем идти? — спросила она.

— Да.

— Сила вашего барьера такова, что может сдвинуть лошадь?

— Выходит, да, — все также удивленно ответил Мастер. — Мы, высшие маги, можем ставить очень мощные барьеры. Но обычно они привязываются к местности, не могут двигаться и не превышают пятидесяти метров в диаметре.

Элис прикинула расстояние, на котором Ветер почувствовал воздействие.

— Мастер, но радиус вашего барьера — метров сто! Это двести в диаметре.

— Вот именно… Но этого не может быть!

Они зашагали дальше, и Мастер рассказал ей о происшествии у Пурпурных камней. У Элис язык чесался рассказать, что цветочки тоже вели себя необычно и инициировать ее согласились только с третьей попытки. Но она здраво рассудила, что высшие маги и без нее разберутся, тем более, ничего плохого, кроме хорошего с ее Мастером не случилось.

— Мастер, пока мы в безлюдной местности, вы можете получше изучить свои новые возможности. — сказала Элис. — Например, сделать что-то типа этого барьера только поменьше и параллельно земле. Туда можно положить седло и котомку, пусть их за вами несет магия. Смотрите, Ветер собирается лечь, но с седлом же неудобно…

— Стой, бестолочь! — крикнул Мастер и запустил в вороного каким-то синим сгустком, заставив того подняться на ноги. — Ну что за конь… Элис, попробуем твою идею, пока этот негодяй не поломал седло.

Спустя несколько минут расседланный Ветер задорно валялся вверх копытами, почесывая и массируя спину.

— Мне нравится эта незамутненная живность! — сказала Элис, хохоча над умильно-дурацким выражением морды вороного. — У него есть чему поучиться. Мастер, давайте возьмем его с собой в Флорингем? В особняке есть дворик для выгула? Мастер, я умею ладить с животными, вот увидите. Тем более, если вы меня научите…

Седло и котомка плыли по воздуху, а Элис и Мастер шли вперед, и их беседа не умолкала ни на минуту. Через пару часов пути они сделали привал, чтобы перекусить, а потом продолжили путь и достигли ельника, про который говорила Элис, когда на небе засверкали первые звезды.

Огромная, приметная ель встретила их гостеприимно распахнутыми лапами. Давным-давно кто-то обрубил нижние ветви, и верхние образовали над основанием ствола огромный шатер. Опавшая хвоя устилала его пол толстым, мягким ковром.

— Пришли, — сказала Элис, и Мастер зажег под елью свет.

Ее сердце дрогнуло. В свете желтых магических огней мужественное лицо Мастера приобрело нереальные, сказочные черты. Черный плащ дополнял образ прекрасного эльфийского воина. И даже ненасытная вороная мордаха, показавшаяся из-за его спины в поисках угощения, не смогла испортить это впечатление.

Несмотря на то, что Мастер мог разогреть еду и вскипятить воду бытовыми заклинаниями, он предпочел развести костер. Попросил Элис показать, как сделать это без магии, и она была рада спрятать свое пылающие лицо, склонившись над собранными ветками. Мысль о том, что они будут ночевать вместе, под одним деревом, колола сердце. Безумно хотелось прижаться к Мастеру, вдохнуть его неповторимый запах, коснуться его губ своими. Хотелось заснуть в его объятиях и проснуться у него на груди…

Костер разгорелся, и теплый воздух усилил аромат хвои. Элис с Мастером сидели рядом, ели простую дорожную еду и любовались непредсказуемым танцем пламени. А еще они говорили, и общение кружило голову Элис сильнее самых страстных поцелуев. Кружило так, что предложение лечь спать под одним одеялом она посчитала бы самым естественным и логичным продолжением сегодняшнего дня. Но мелодичный звон летмиттера разрушил наваждение. За пределами сказочного елового шатра их ждал реальный мир. Мир, в котором Мастер был герцогом, а Элис — простолюдинкой. Мир, в котором между ними лежала непреодолимая пропасть. Точнее, пропасть, которую герцог не собирался преодолевать…

Пока Мастер доставал летмиттер из походного планшета, пришло ещё два уведомления.

«Вечер перестает быть томным», — подумала Элис и наклонилась, чтобы поворошить костер веткой.

— Твою дивизию… — раздался сзади раздосадованный голос Мастера.

Пока ее спутник шуршал письмами, Элис постукивала веткой по горящим поленьям. От каждого удара вверх взметались искры, напоминая золотых бабочек. Тех самых, которые однажды залетели в окно и навсегда остались в ее сердце.

— Я могу чем-то помочь? — спросила она не оборачиваясь.

Мастер не ответил. Элис обернулась. Открытый пустой летмиттер лежал на коленях Мастера, в руках он держал три послания: на обычной почтовой бумаге, на тонкой белоснежной и… И на розовой! Порыв воздуха донес до Элис тонкий аромат цветочных духов. Это было так романтично! Ночь, костер, тихое поскрипывание ельника. Розовый лепесток письма в сильных мужских пальцах. Элис засмотрелась на руки Мастера. Руки воина. С широкими запястьями, с проступающей сеткой вен. Красиво. Романтично. Больно. Не дождавшись ответа, она отвернулась. И резко повернулась обратно. Так резко, что глаза Мастера удивленно расширились. А затем его взгляд стал таким, что Элис на секунду забыла о своей догадке. Но лишь на секунду!

— Мастер, летмиттер передает бумагу⁈ — быстро спросила она.

И в случае с летмиттером капитана Форса в Вайтвилле, и переписываясь с Мастером сама, Элис писала на обычных почтовых листах бумаги, используя один и тот же, пока на нем не заканчивалось место. Когда заканчивалось, брала новый. И была уверена, что летмиттер всего лишь проявляет буквы на листах адресатов! Ей в голову не приходило, что летмиттер перемещает в пространстве саму бумагу!

Ее вопрос еще больше озадачил Мастера. Он посмотрел на письма в своих руках, потом снова на нее.

— Элис, ты же пользовалась летмиттером, почему спрашиваешь?

— Ответьте…

Он показал ей розовый листок, исписанный аккуратным почерком, и усмехнулся.

— Элис, ты же не думаешь, что это я пользуюсь подобной бумагой?

— Не думаю, поэтому и спросила. Мастер, вы действительно не понимаете?

Элис охватило волнение, но она постаралась взять себя в руки. Ее мозг лихорадочно работал. Она огляделась. Наклонилась, подняла с земли несколько хвоинок.

— Мастер, а если положить это в летмиттер и отправить вместе с письмом? Иголки исчезнут?

Взгляд Мастера стал заинтересованным. Он сунул письма за отворот камзола и протянул Элис открытый летмиттер. Она положила туда хвоинки.

— Отправлю капитану, — сказал Мастер и стал отвечать на письмо, написанное на обычной бумаге.

Элис облизала губы и подобралась, когда пришло оповещение об ответе.

Мастер открыл летмиттер. Ответ капитана Форса был написан на том же листе. Хвои не было. Элис подняла глаза на Мастера.

— Мастер, вы понимаете, что это значит?

Тот покачал головой.

— Думаю, ты имеешь в виду нечто большее, чем то, что с письмом можно отправить какую-то мелочь, вроде лепестка или перышка.

— Я имею в виду, что вашему герцогству не помешали бы порталы! Это такая полезная штука вроде ворот. Входишь в них в одном месте, а выходишь уже в другом. В моем мире их еще не изобрели… Но в вашем они уже есть. — Элис тронула пальцем летмиттер и внезапно вспомнила академию, где оставила свой. — Кстати, Мастер, вы не могли бы связаться с Ричардом Маском? Думаю, он не откажется передать Урсуле Мэй, что со мной все хорошо, и я скоро вернусь на работу. У них сложились теплые отношения…

— Элис! — с упреком сказал Мастер. В его глазах заплясали веселые демонята. — Ричард Маск — это я.

Элис чуть не упала с бревна, на котором они сидели. Потом догадалась, что ее разыгрывают.

— Не смешно, — сказала она со вздохом. — Урсула беспокоится. Я рассказала ей, кто я на самом деле, и куда собираюсь идти.

— Зачем? — резко спросил Мастер.

Элис прикусила губу и впилась пальцами в шершавую кору. Зачем… Затем! Чтобы не слышать больше о «великолепной паре для нашего герцога». Чтобы получить магию. Чтобы убежать от боли в сердце… «Дура ты, Лариса Петровна! Какое сердце, какие чувства к почти женатому мужчине… Причем не просто мужчине, а герцогу, будь неладен этот феодализм с его аристократами». Она резко выдохнула и сказала:

— Я ей доверяю. И мне так проще. Вернемся к делам, Ваша Светлость. — Элис выразительно посмотрела на неотвеченные письма.

— Подождут до утра, — сказал Мастер и убрал их в планшет. — Объясни, что значит проще?

— Мастер, вы сами знаете, что такое двойная жизнь. Только вы ведете ее только тогда, когда хотите, а мне приходится постоянно делать вид, что я из местных. У меня даже документов нет. Я никто…

— Элис… — перебил ее Мастер. — У тебя есть документы. Ждут тебя в твоем доме. Надеюсь, ты не против фамилии Мэй?

— Что? — переспросила она. — Опять розыгрыш?

Мастер вздохнул и произнес незнакомое Элис заклинание. Потер щеку рукой. Раздался характерный шорох щетины, и через две минуты его лицо украсили знакомая борода и усы. Он приложил сомкнутые колечками пальцы к глазам и спросил:

— Узнаешь?

Элис вскочила на ноги.

— Вы сами работали на выдаче книг⁈

— Да, я очень талантливый. Мне идет борода?

— Нет, без бороды вам… То есть, мне все равно! Какая мне разница! — воскликнула она опомнившись.

Еще одно заклинание, и перед Элис снова сидел гладковыбритый Мастер, а не заросший Ричард Маск. Он положил ладонь на бревно рядом с собой и мягко сказал:

— Садись, Элис. Удивительно. Мы целый день вместе, но чем больше общаемся, тем больше становится тем для беседы.

Элис отвела взгляд от его внимательных глаз и вонзила ногти в ладони, чтобы унять переполнявшие ее мысли и чувства. Ричард Маск. Это был Мастер. Летмиттер-портал. Документы, какой-то дом… Они вдвоем, вокруг никого. Сердце сладко замерло, но Элис покачала головой. Нет! Она не поддастся искушению. Потому что слишком хорошо помнила нежный аромат изящного розового послания!

— Поговорим при свете дня. Я очень устала. Пойду спать, — сказала она не поднимая глаз.

Отошла от костра, бросила на хвойную перину свой плащ и торопливо достала из котомки согревающее одеяло. Легла, закуталась в него и крепко зажмурила глаза. В костре громко щелкнула головешка, почти заглушив раздавшиеся рядом шаги. Элис сжалась в комочек, мысленно умоляя Мастера не трогать ее. Ей нужна была передышка! Осмыслить разговор, обуздать чувства, выстроить линию поведения, чтобы оставить отношения с Мастером в дружеских рамках. Теперь, когда у нее появилась магия, он был нужен ей, чтобы выжить в этом мире! Волосы обожгло горячее дыхание, и по телу Элис прокатилась волна мурашек. Надо было отпрянуть, но тело, охваченное предвкушением близости, отказывалось слушаться. Что-то мягкое толкнулось в плечо и взъерошило волосы, заставив сердце замереть. Послышался шумный вдох, и над головой Элис прокатилось раскатистое «фр-р-р-р-р». От костра раздался голос Мастера:

— Элис, я отдал распоряжение секретарю, утром он навестит почтенную кэру Мэй, чтобы сказать ей, что с тобой все хорошо. Элис? Элис, что с тобой?

Мастер подбежал к ней. Элис села, утирая слезы. Ветер, которого на ночь глядя обуяла жажда общения с людьми, отпрянул в сторону.

— Мастер, аха-ха… Вы как хотите… Ха-ха… Но я с ним точно не расстанусь… — сквозь смех проговорила Элис. — Говорите, в особняке Нилса есть конюшня?

— Нет, Элис. Конюшня есть в твоем доме. В доме Элис Мэй, дальней родственницы кэры Урсулы Мэй.