Глава 32

Элис уже проснулась и сделала зарядку, когда раздался звон летмиттера.

«Буду к завтраку. Мастер.» — гласило послание.

На душе стало тепло. Элис надела специально купленные штаны, рубашку, сапоги для верховой езды. Еще вчера она твердо решила сесть в седло. Да, Ветер — не спокойная колхозная лошадка, но упадет, так упадет. Из закоулков памяти всплыло, как в далеком детстве дедушка утешал соседского мальчишку: «Кто не падал, тот ездить не умеет!». Гораздо больше возможности падения Элис сейчас волновала возможность ходить в доме в сапогах не разуваясь. Магия очищала обувь и сохраняла полы безупречно чистыми. Как? Куда девается мусор? Мысли привычно свернули на порталы. Пока дошла до столовой, где повар Кукфуд, румяный полный дядечка с роскошными черными усами, уже накрывал на стол, Элис поняла, что идея летмиттера для телепортации не годится. Слишком сложно, слишком материалистично по сравнению с изящными решениями бытовых заклинаний и артефактов. Услышав сигнал открывающихся ворот, она выбежала из столовой в холл.

— Доброе утро, Мастер. Я тут подумала… — она показала на его блестящие, черные сапоги. — Куда исчезает пыль и грязь, когда пользуешься очищающей магией?

Мастер пожал плечами.

— К защищенным предметам они не пристают, вот и все.

— Возможно, у вас сапоги защищены, но моя-то обувь обычная. Когда я прихожу из города или с прогулки по парку в испачканной обуви, в доме она тут же становится чистой.

Элис старательно скрывала, что одна чудесная пара у нее таки была — собственноручно заколдованные кроссовки. Поэтому ходила в туфлях и сапожках, купленных на рынке.

— Ты хочешь сказать, что грязь мгновенно… Напомни, как ты это называешь? — спросил Мастер.

— Телепортация.

— Грязь мгновенно телепортируется из дома, например, на улицу?

— Ну, да. А может, все проще, чем мы думаем? Может, достаточно пожелать, чтобы перенестись в другое место? Вы же как-то ставите барьеры без заклинаний и артефактов.

Они вошли в столовую и продолжили разговор, сев за накрытый стол.

— Я маг высшего уровня. Уже даже не третьей, а четвертой ступени, — сказал Мастер. Он задумчиво посмотрел в окно, предоставив Элис возможность полюбоваться своим профилем. Взял со стола салфетку, положил ее на колени и сказал: — Нет. Пожелать недостаточно. Тем более мы собираемся сделать порталы, которыми сможет воспользоваться любой человек. Но ты подала верную идею. Не стоит упираться в один способ.

Элис вздохнула, пожелала Мастеру приятного аппетита и принялась быстро поглощать вкусную еду повара Кукфуда. Когда будут порталы — неизвестно, так что надо осваивать доступный способ быстрого передвижения, не зависящий от расписания почтовых карет. То есть, верховую езду.

После завтрака они вышли в парк, и Элис засвистела особым образом, подзывая Ветра. Долго ждать не пришлось. Казалось, этот конь никогда не покидал своего наблюдательного поста у входа в дом. В это время у ворот показались рабочие, которые разделяли бальный зал на удобные классы согласно плану, утвержденному Урсулой и Его Светлостью. Мастер ненадолго отлучился, чтобы понаблюдать за ходом работ, затем они пошли к конюшне, рядом с которой находился огороженный песчаный плац.

Вид уздечки не вызывал у Ветра большого энтузиазма, но против барьеров высшего мага не попрешь, так что вскоре он покорно сунул морду в ремни, взял трензель в рот и со вздохом дал затянуть подпруги седла, которое принес конюх. Элис вознаградила его сухариком и похвалила.

Мастер не стал пользоваться стременем, легко вскочил в седло с земли. Он пустил Ветра шагом вокруг Элис, стоявшей в центре плаца, и стал объяснять тонкости управления. Оказалось, что уздечка и пятки — это далеко не главное. Гораздо больше важна работа корпуса, бедер и внутренней части ноги от колена до щиколотки с загадочным названием шенкель. Элис с удивлением узнала, что если сильно тянуть повод на себя, но при этом упасть корпусом вперед, то лошадь не только не остановится, но и поскачет еще быстрее. Так что в любой сложной ситуации лучше сидеть ровно, в центре седла.

Буквально через несколько минут Ветер продемонстрировал эти самые сложные ситуации. Мастер пустил его рысью, и вороной, сделав полкруга по периметру плаца, вдруг взбрыкнул и пустился вскачь. Элис ахнула от неожиданности, но всадник сохранил ровную уверенную посадку. Он сидел глубоко в седле, немного откинувшись назад, и крепко держал поводья, почти не изменив положения рук. Только локти ушли назад. Ветер нехотя замедлил галоп и перешел в рысь. Мастер тут же перестал его сдерживать и подал руки вперед. Когда взбрыки и подрыв в галоп повторились в третий раз, Элис не выдержала.

— Мастер, почему вы его не накажете?

— Нельзя наказывать скакуна за желание двигаться вперед, — ответил Мастер, в очередной раз возвращая «скакуна» к спокойной, размеренной рыси. — Ветер не вредный. Просто молодой и веселый дурак. Надо заниматься с ним каждый день, тогда это пройдет. Постепенно привыкнет, что каждому аллюру свое время, и со всадником лучше не спорить.

— Ох. Но я совсем не умею ездить. Как же быть? — разволновалась Элис, но Мастер ничего не сказал, только загадочно улыбнулся.

Он сменил направление движения. Ветер под ним бежал широкой рысью, изогнув шею лебедем и высоко вскидывая передние ноги. После пары кругов без подрывов всадник похлопал коня по шее и похвалил. Дал коню немного пошагать, снова сменил направление и поднял в галоп. Ветер фыркнул и радостно затыгыдымкал по периметру плаца. Мастер плотно сидел в седле, покачиваясь точно в такт аллюру, слившись с конем в единое целое. Он уменьшил диаметр круга, затем снова расширил до максимума, который позволяло огороженное пространство. Перевел в рысь, сменил направление, поднял в галоп в другую сторону. Сейчас борьба с «веселым дураком» совсем прекратилась, и стало казаться, что всадник ничего не делает, а конь бежит сам, по своей воле. Снова рысь, круги, восьмерки, подъем в галоп и снова рысь. Езда стала походить на красивый танец.

Мастер перевел Ветра в шаг, потрепал по его шее и подъехал к Элис.

— Понравилось? — с улыбкой спросил он.

— Очень, — улыбнулась она в ответ и выдала Ветру угощение. В процессе тренировки рот вороного покрылся пеной. «Пережевывание» трензеля вызывало сильное слюноотделение. Мастер сказал, что это хороший знак. Значит, затылок и шея коня расслаблены, и он лучше реагирует на средства управления. Элис вытерла обслюнявленную ладонь о шею «скакуна» и попросила: — А можно теперь я? Хоть несколько шажочков?

— Элис, не обманывайся. В данный момент он немного успокоился, но в следующий раз все придется начинать заново. Он и сейчас может выкинуть все что угодно. Потерпи, скоро я прикажу доставить сюда учебную лошадь.

Разговаривая с ней, Мастер наклонился в седле и лег на гриву Ветра. Прядь волос упала ему на лоб, лицо потеряло свою обычную строгость. Взгляд исподлобья светился заботой, теплом и еще чем-то неуловимым. Но Элис не поддалась чувствам, хоть внутри все горело от желания. Провести бы пальцами по щеке Мастера. От высокой скулы до изгиба соблазнительных губ. Остановится на миг и продолжить движение до центральной впадинки на нижней… Она тряхнула головой, отгоняя наваждение, и продолжила настаивать на своем.

— Мастер, не жадничайте. Буду лететь — поймаете меня щитом. Типа того, на котором вы седло несли, когда мы возвращались из деревни Джо. Зачем время терять, надо учиться.

— Элис, ты как ветер, — сказал Мастер и сделал то, о чем она только что мечтала: провел длинными пальцами по ее щеке. От виска до губ. И неуловимым движением соскользнул со спины коня, вставая рядом с ней.

Элис выпрямила спину и с вызовом посмотрела на Мастера.

— Хотите сказать, я такая же веселая и дурная? — Она похлопала вороного по шее. — Нда, Ваша Светлость, умеете вы комплименты женщинам говорить… Удивительно, как с такими способностями дожили до ваших почтенных лет.

Элис сделала шаг назад и обошла Мастера по дуге, чтобы подобраться к седлу. Когда она встала у бока вороного и поняла, на какую высоту ей придется взбираться, ее решимость залезть туда сильно пошатнулась. Но признаваться в этом она не собиралась! Другие как-то ездят, она тоже сможет.

— Элис, нет. Ты… — начал говорить Мастер, но она его перебила.

— Я хочу в седло. Пожалуйста, научите меня.

На самом деле Элис прекрасно поняла, что Мастер имел в виду. На самом деле ей польстило сравнение с порывистым, быстрым, сильным и очень красивым Ветром. На самом деле ей безумно хотелось снова оказаться в надежных, заботливых объятиях. Но в этом не было смысла! Послезавтра во дворце герцога Флорингемского состоится бал. И весь город знает, что на этом балу Его Светлость, сделает предложение герцогине Аламской.

— Держись за седло и согни левую ногу, я подкину тебя наверх, — сказал Мастер.

— Нет, я сяду сама, — упрямо сказала Элис, злясь на него за провокацию.

После нескольких неудачных попыток у нее получилось одновременно оттолкнуться правой ногой от земли и подтянуться руками за гриву и луку седла, чтобы подняться на стремени и оказаться на спине Ветра.

— Надо закрепить, — сказала она и слезла на землю.

— Элис, важный совет. Перед тем как спешиться, бросай оба стремени, только потом переноси ногу и спрыгивай, придерживаясь за седло. Лошадь — пугливое животное. Если шарахнется, нога может застрять в стремени, и добром дело не кончится.

— Вот! Я же говорю: нужны порталы! — сказала Элис, повторяя путь наверх. И добавила ворчливо: — Какой ужас — эта ваша верховая езда.

Она снова спешилась, и Ветер заплясал на месте. Он явно не понимал, зачем это туда-сюда, когда можно куда-нибудь весело скакать.

— Ты посмотри на него! Работаем, Ветер. Работаем. Ты же умница. Хороший мальчик, — Тон ее голоса сменился от строгого выговора к ласковой похвале, Ветер развесил уши и замер на месте.

— Удивительно, — сказал Мастер, глядя на него.

— У меня талант — общаться с животными, — подтвердила Элис. И добавила: — А еще я очень скромная.

Под конец урока Элис таки убедила Мастер отправить их с Ветром в свободное плавание. «Заодно потренируетесь барьерами управлять», — сказала она. Но магическая подушка безопасности не потребовалась. Ветер шагал активно, но ровно, не ускоряясь и охотно подчиняясь грубоватому пока управлению Элис.

— Магия какая-то, — сказал Мастер, когда они закончили тренировку. — Коня не узнать.

— Это же я предложила забрать его с собой. Поэтому он меня ценит и катает как хрустальную.

— Хорошо, а что я ему плохого сделал? — спросил Мастер.

Они вышли с плаца и повели Ветра в конюшню.

— Вы? Ничего. Просто он чувствует, что с вами можно попрыгать, вы не свалитесь, вот и скачет, — объяснила Элис.

Мастер покачал головой и сказал:

— Элис, ты невероятная.

«Я безродная простолюдинка, на которой вы никогда и ни за что не женитесь!!!» — с болью в сердце подумала Элис. Внутри разлилась горечь обиды, во рту стало кисло от ревности. Но вслух она сказала:

— Да, Мастер, я такая. Благодарю за тренировку. Когда следующая?

Конюх забрал Ветра и повел его расседлывать. Элис смотрела на задумавшегося Мастера. «Следующая после помолвки. Когда-нибудь. Если невеста отпустит», — ответила она на свой вопрос. И очень удивилась, когда услышала:

— Если ты не против, то завтра. Так же. После завтрака.

Элис ничего не понимала. Весь день Мастер провел с ней. Разумеется, никто из них и не вспомнил про отдых. Они пересматривали записи Нилса, вникали в построение заклинаний, в устройство артефактов. Искали зацепки, которые могли бы навести их на мысль, как лучше реализовать идею с порталами. Расчеты показали, что идти путем летмиттера теоретически можно, но практически приготовить такое количество магического сплава невозможно.

Поиски продолжились и на следующий день. После урока верховой езды, где Ветер снова показал себя смирным и терпеливым учителем, Элис и Мастер засели в библиотеке. Они вызвали в особняк Дэвида Брэйна, который славился своей сообразительностью, и устроили мозговой штурм.

В день бала Элис снова ездила верхом под присмотром Мастера! Он покинул особняк только после обеда, оставив ее в полном раздрае.

Герцогиня Маргарет Фулл безумно гордилась собой. Идея сблизиться с матерью герцога Флорингемского оказалась блестящей. Патриция Марвел не подвела — поговорила с сыном, убедила его не терять благоразумия и не упускать свой шанс жениться на красивейшей женщине королевства. Маргарет украдкой бросила взгляд в одно из зеркал, украшающих бальный зал дворца герцогов Флорингемских. Да! Она была великолепна. Ни одна женщина в зале не могла сравниться с ее утонченной красотой. Так же, как и ни один мужчина не мог сравниться с Ричардом Марвелом. Маргарет довольно улыбнулась и похвалила себя за дальновидность. Нового мужа она начала присматривать на втором году затяжной болезни Говарда. Лекари еще на что-то надеялись, но она понимала — годы беспощадны. Мужу, который был на двадцать лет старше, осталось недолго.

Ричарда Марвела она заприметила на одном из королевских приемов. Высший маг тоже был старше, но благодаря магии, должен был прожить всяко дольше, чем она. Значит, в старости ей не придется остаться одной. Конечно, в запасе у Маргарет были и другие кандидаты, но после смерти мужа начать она решила именно с герцога Флорингемского и не прогадала. Патриция Марвел полностью разделяла ее взгляды на семью и традиции, и потому с радостью вцепилась в Маргарет крепкой хваткой. И вот сейчас, когда Ричард внезапно увлекся какой-то странной девицей, заинтересованность будущей свекрови пришлась как нельзя кстати. Патриция Марвел провела с сыном отличную воспитательную работу. Герцогиня Аламская нашла взглядом своего будущего мужа. Он выглядел расслабленным и даже счастливым. Ни малейшей тени недовольства предстоящей помолвкой не проступало на его мужественном лице. «То-то же, герцог! Потом спасибо мне скажете, что не дала вам совершить глупость и отказаться от брака со мной», — подумала Маргарет.

Патриция Марвел сидела в кресле на возвышении у торцовой стены зала и довольно разглядывала пеструю толпу. Утром она получила поздравления от Его Величества с помолвкой сына и не преминула сообщить об этом Ричарду, когда он соизволил появится во дворце после обеда. «О, меня король тоже поздравил. Очень приятно, что он не забыл и вас, герцогиня-мать», — сказал сын тоном, полным почтения, и у Патриции отлегло: вчерашний разговор заставил его пересмотреть свое поведение. Сейчас ее драгоценный мальчик бродил по залу и непринужденно общался с гостями, как настоящий хозяин бала! Патриция скрыла за веером довольную улыбку и взяла бокал с игристым вином, который ей поднес не кто-нибудь, а личный секретарь сына! «Матушка, если вы решили присутствовать на балу самого до конца, я должен быть уверен, что за вами присматривает самый надежный человек», — сказал Ричард, приставляя к ней своего доверенного слугу. Но этим забота сына не ограничилась. Трем лучшим лекарям так же предстояло провести бессонную ночь. Патриция поерзала в кресле и бросила взгляд на отставного маршала из соседнего герцогства. Скорее бы начались танцы! Танцы, помолвка и снова танцы!

Ричард переходил от гостя к гостю с самым гостеприимным видом, приветствовал, говорил комплименты дамам, расспрашивал о делах кавалеров и ловил на себе многозначительные взгляды. Согласно древним традициям предложение жениха должно было стать для невесты и гостей неожиданностью, но с веками это перестало быть жестким правилом. И пусть все делали вид, что это обычный бал, пусть никто не позволял себе говорить о помолвке вслух, но люди ЖДАЛИ. Ладно люди. Сам король удосужился прислать поздравление его матери, а Ричарду наставление сыграть свадьбу, как только закончится полный траур по Говарду Фуллу. Аристократическое общество и монарх ждали от Ричарда определенных действий, и немыслимо было обмануть эти ожидания. Мать права, король не прощает, когда кто-то нарушает его планы… Ричард с натянутой улыбкой кивнул графине Монтонской и поспешил ускользнуть от нее в другой конец зала. Она единственная отказывалась признавать, что герцог Флорингемский практически женатый человек, и норовила повиснуть на нем при каждом удобном случае… Мысли Ричарда вернулись к королю. Да, Его Величество был безжалостен и скор на расправу. Возможно, это было оправдано. Как иначе выжить в постоянной борьбе за трон? Обвинение в государственной измене действовало безотказно. Мятежный вассал оказывался в королевских подвалах и сгнивал там заживо. На памяти Ричарда такое происходило трижды. Маркиз, в голодный год отказавшийся платить королю дополнительные пошлины, граф, вырубивший на своей земле виноградники вопреки приказу монарха, и герцог, пытавшийся организовать мятеж и сменить правящую династию. По мнению Ричарда, по-настоящему наказания заслуживал только герцог, но Его Величество расценивал любое неповиновение, как покушение на трон… Если Ричард не женится на Маргарет Фулл, ему придется познакомиться с «удобствами» королевской темницы, а Элис никогда не станет магом. Они не изобретут порталы и другие невиданные артефакты. А без этого не убедить короля и общество в том, что магия должна быть доступна всем, независимо от происхождения…

— Ричард, Ричард! — откуда-то слева раздался недовольный шепот матери.

Он обернулся к ней.

— Пора начинать танцы! — почти беззвучно, но с выразительной артикуляцией, напомнила она.