Глава 65

— А ты никому не расскажешь? — спрашиваю я, стараясь развеять все свои сомнения.

— Если для тебя это важно, то нет.

— Точно? Даже если орден потребует от тебя противоположного?

— Ты заставляешь выбрать между тобой и верностью ордену?

Улыбка Вельена гаснет. А меня накрывает жгучий стыд: ведь так вела себя Идаелира, вынуждала Эстро отказаться от ордена, играя на его чувствах.

— Послушай, — продолжает Вельен, — тогда тебе действительно лучше оставить при себе свою тайну. Я не могу отказаться от слова, которое я уже дал ордену. — Ладонь Вельена накрывает мою, и от его прикосновения мурашки по спине. — Я лишь хочу знать, что твоя тайна не причинит тебе вреда.

— Не должна.

— Хорошо, — он кивает, — я подумаю, как объяснить Беренизу, почему о тебе нет упоминаний в документах.

Вельен резко меняет тему, пространно рассказывает о книге по истории, которую пишет уже не первый год, а я не могу не думать о том, что ради меня Вельен готов соврать Беренизу.

В гостиную вваливается Тессара с полными щеками конфет и горстью шоколада в руке.

— Такие вкусные, — чавкает она. — Я взяла, тебе же не жалко, да?

— Не жалко. Они от Лао.

Тессара застывает с набитым ртом, хлопает глазами.

— Ну и пускай! — небрежно машет она и снова принимается жевать. — Выкидывать такую вкуснотищу — хозяюшка-богиня не простит. А зачем мне сердить небеса?

Звон дверного колокольчика раздаётся так внезапно, что заставляет меня вздрогнуть.

— Ты кого-то ожидаешь? — настораживается Вельен.

— Нет, некого мне ждать.

Вельен выходит, притворяет за собой дверь. Я осторожно сажусь на диване — всё равно надоело лежать, — а Тессара подкрадывается к двери и прислоняется ухом.

— Что там? — шепчу я ей.

— Да ничего не слышно.

— Так ты перестань чавкать и услышишь.

— Ха! У меня богатый опыт. Поверь, конфеты мне не мешают.

Она смешно вертится у двери, стараясь в щель разглядеть, что происходит в вестибюле. Вдруг ахает, опрометью бросается на соседний диван, быстренько дожёвывает конфеты и прикладывает руку ко лбу.

— Кто там? А, это ты, дорогой Алин, — стонет Тессара, когда на пороге вместе с Вельеном показывается рослый веснушчатый парень. Наверное, это тот самый, который под луной. — Ах, магические преступники меня умучили. Вот-вот умру. Как хорошо, что ты всё же вернулся за мной. Хоть свидимся напоследок.

Парень кидается к ней, спотыкается на ровном месте, задевая столик, бестолково мечется возле Тессары. А она не забывает тяжко вздыхать и закатывать глаза. Правда, образ умирающего лебедя вышел бы убедительнее, если бы не испачканные в шоколаде пальцы.

Мы с Вельеном многозначительно переглядываемся, и я едва сдерживаю смех.

— Лейр Алин, отправляйтесь в Дородо, привезите лекаря, пожалуйста. Поставьте в известность мэра о происшедшем, я передам для него записку, — говорит Вельен, сохраняя серьёзность.

Парень что-то жарко шепчет Тессаре, вскакивает, неуклюже кланяется мне и широкими шагами топает к двери. Даже жалко его, Тессара явно перегнула палку.

Вельен уводит Алина, и в гостиной становится тихо, однако не надолго.

— У-и-и! Он всё-таки переживал и искал меня! — Тессара вскакивает с дивана, забыв про раненое плечо, и морщится от боли. — Ой! Если бы не Холторда, это мог быть такой вечер! Фу, чтоб его, собачью морду! Я хотела пойти в погреб и пнуть его как следует, но твой Дэрейер мне запрещает.

— Он не мой, — ворчу я, рассматривая солнечные зайчики на стене.

— Твой, твой, твой, — щебечет Тессара. — Можно подумать, я слепая.

— Вот и не мой! — злюсь я, но понимаю, что больше на себя, чем на Тессару. У меня был шанс на поцелуй под летним дождём, был шанс сблизиться с Вельеном, но я всё упустила. — Мы, к твоему сведению, мало знакомы, мне нужно узнать его получше. Да и что у нас общего? — рассуждаю я, хотя сердце противится моим же словам.

Возвращается Вельен, и я чувствую, как заливаюсь краской: надеюсь, он не слышал нашу болтовню.

— Лейр Алин готовит мой экипаж и немедленно выезжает в Дородо. Лекарь прибудет совсем скоро.

— Алин уже уезжает? — Тессара подхватывает юбку и несётся к двери. — Мне резко стало лучше, я еду с ним. Хорошего дня!

Вот, Тессара та ещё дурында, но у неё есть чему поучиться. Условности и сомнения никогда её не беспокоят.

Я хочу подняться, но Вельен возражает.

— Ты пострадала, у тебя рана на голове, синяки и неизвестно ещё, почему потеряла сознание. Пока тебя не осмотрит лекарь, тебе лучше оставаться в кровати. — Он подходит, опускается рядом, — я побуду с тобой. Никуда не уйду. По крайней мере, пока не приедет Берениз.

Тогда пусть Берениз вообще не приезжает!

— Вельен, — я закусываю губу, раздумывая, где взять храбрости на откровенный разговор, — ну… я слышала… или показалось… ты сказал… тогда… «отравить мою судьбу»?

— Подумать только! — Он прикладывает руку ко лбу, передразнивая Тессару. — Услышала всё-таки. Я уже говорил, когда ты рядом, оратор из меня не получается. — Вельен задумывается, а потом придвигается ещё ближе, поправляет плед на моих коленях. — Знаешь, на территории Белых архипелагов живёт уникальный народец, сошаны. Два года назад я гостил у них, чтобы лично познакомиться с древней культурой. Так вот, сошаны верят, что в груди у человека только половина сердца, а вторая половина у той или того, кто предназначен им судьбой. И только те, кто смогли найти друг друга и соединиться в одно большое сердце, по-настоящему счастливы. Судьба своими тропами ведёт половинки навстречу. Поэтому сошаны никогда не отчаиваются, так как уверены, что даже после смерти, в другой жизни, в других мирах, временах, при иных звёздах, их будет ждать предназначенная половинка. Я думал, что это просто красивая легенда, но когда встретил тебя, моё сердце словно стало целым.

Вельен замолкает, пристально всматривается в моё лицо, медленно приближаясь. Наши губы разделяет не больше сантиметра, и внутри меня распускаются цветы.

❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀❀