Глава 23. После…

В королевской ложе творилось нечто невообразимое: все радостно шумели, обнимались и делились впечатлениями от турнира. Писари самозабвенно строчили в своих пергаментах, стараясь не упустить ничего из произошедшего, а волшебники стояли рядом и с вдохновением подсказывали, что непременно стоит запечатлеть для истории, а на что можно и закрыть глаза.

Всё это время Баррет неотрывно смотрел на Кирьяна, словно боялся, что если отведёт взгляд хоть на мгновение, то с сыном непременно случится что-то плохое. А через поле арены к победителю уже со всех сторон бежали катьяры, но впереди всех мчался Скарт.

– Держись. Помощь уже близко, – негромко сказал он и был услышан.

Золотая пантера подняла голову, посмотрела на своего родителя, сделала шаг, другой и как подкошенная рухнула на землю под балконом. Правитель Валарии с досады ударил кулаком о перила и бросился к выходу. Рорг проследил обеспокоенным взглядом за валарийцем и отдал распоряжение советникам, чтобы те немедленно направили к победителю турнира лучших лекарей и обеспечили всем необходимым.

Дайрин подлетел к Тании, хотел поздравить с тем, что всё так удачно разрешилось, но, заметив, в каком она состоянии, благоразумно отступил. Он решил, что у него ещё будет время поговорить с сестрой. Ещё раз бросил довольный взгляд на победителя и… тихо выругался и рванул вслед за Барретом.

Тания, конечно же, ничего этого не замечала, она неотрывно смотрела на золотую пантеру и не могла заставить себя сдвинуться с места.

– Да что со мной такое? – Нервно смахнула слёзы со щёк. – Переволновалась, наверное, – нашла она оправдание своему состоянию.

Пантера внутри неё ликовала и предлагала немедленно отправиться к потайному пруду и наловить для победителя жирных рыбёшек или, того лучше, пригласить побегать по лугу, на котором жили прекрасные бабочки. Ну что взять с ребёнка? Это умиляло и раздражало одновременно.

– Твой альфа-самец сейчас не способен даже лапой пошевелить. – Тания проследила за тем, как золотую пантеру уносят с арены. – Поэтому мы не будем ловить бабочек, а пойдём и поговорим с ним.

Атшары поздравляли Филирину с победой валарийского доминиона, как вдруг Айсель заметила, что её правнучка с отрешённым видом стоит в стороне и снова разговаривает сама с собой. Атами-атшара коснулась плеча королевы-матери и кивнула в сторону Тании. Тагира без слов поняла, что хочет сказать ей старейшина рода, и решительно направилась к дочери, но дорогу ей преградила придворная катьярка.

– Ваше Величество, – уважительно прошептала девушка, опускаясь на одно колено и чуть наклоняя голову набок. – Прошу вас, выслушайте меня.

– Не сейчас, Алиша, – отмахнулась Тагира, узнав в девушке одну из прислужниц принцессы. – Я должна поговорить с дочерью.

– Речь пойдёт о юной атшаре, – торопливо проговорила Алиша, склоняясь ещё ниже. – Обещаю, это не займёт много времени.

В это время Тания кивнула каким-то своим мыслям и зашагала с балкона, стражники распахнули перед ней двери, и она со всех ног побежала по дощатому настилу.

Тагира проследила взглядом за дочерью, мысленно посетовала на то, что не успела поговорить с ней, велела катьярке встать с колен и нетерпеливо спросила:

– Ладно, рассказывай, что там у вас случилось.

***

Тания спустилась со второго этажа, но не рискнула пересечь арену на глазах у зрителей, помчалась в обход вокруг трибун, возведённых для гостей, чтобы они могли с комфортом насладиться зрелищем. Завернула за угол и столкнулась с эльфами. И если бы учитель не поддержал её, она бы непременно упала.

– Тания, – удивился Тенонель. – Что ты здесь делаешь? Меня ищешь?

– Я? – удивилась Тания и, смущённо взглянув на эльфов, сопровождавших учителя, попыталась высвободить руку из его ладони и негромко сказала: – Можно я пройду?

Но Тенонель только сильнее сжал её пальцы и подозрительно прищурился.

– Что за срочность такая?

– Мне нужно кое с кем повидаться, – выпалила Тания, сама не понимая, почему испытывала такую жгучую потребность срочно увидеть валарийца. – Это важно!

– Это, случайно, не с валарийским принцем? – спросил Тенонель ледяным тоном.

– Да, я иду к Кирьяну Горену, – отстранённо ответила Тания и снова попыталась обойти учителя.

– Это может подождать, – недовольно буркнул Тенонель и настойчиво потянул ученицу за собой подальше от прохода, туда, где были свалены срубленные деревья и сучья, оставшиеся от постройки трибун. – Нам надо серьёзно поговорить.

Тания послушно последовала за учителем, хотя сама всеми мыслями сейчас находилась далеко отсюда. Эльфы невозмутимо переглянулись и с каменными лицами направились дальше по мощёной дорожке к дворцу.

– Вот здесь нас никто не потревожит. – Тенонель ногой оттолкнул ветки и усадил ученицу на бревно, отошёл и какое-то время задумчиво молчал, не зная, с чего лучше начать разговор. А потом тихо заговорил: – Я много думал о нашем вчерашнем разговоре, всё никак не мог понять, к чему были все твои вопросы. Но сегодня, когда увидел тебя, как ты шла в окружении девушек в этом наряде для путешествий, я сразу всё понял. Скажи, ты хочешь уехать из Тарлендара?

Но Тания была подозрительно молчалива и безучастно смотрела перед собой. Тенонель в изумлении вскинул брови.

– Ты меня сейчас слышала?

– Прости. – Тания недоумевающе посмотрела на учителя. – Что ты говорил?

Вот это уже Тенонелю совсем не понравилось, он решительно подошёл к девушке, наклонился и грубо подхватил её под локти, без каких–либо усилий приподнял с бревна и поставил перед собой.

– Да что с тобой такое? – его голос звучал жёстко.

– Я просто не расслышала, что ты сказал, – спокойно пояснила Тания. Взгляд нереально зелёных глаз учителя проникал в душу, тревожил сердце, заставлял снова с головой окунуться в чувства, которые она пинками загнала как можно глубже. – Повтори, пожалуйста, свой вопрос, – попросила она, отводя взгляд.

– Я спрашивал: ты куда-то собралась?

– Да, я хотела уехать после турнира, – Тания не стала скрывать своих намерений. – Мне нужен отдых от всего этого, – она неопределённо махнула рукой, разглядывая сапоги учителя, – и хорошенько подумать над тем, что со мной случилось за последнее время. А это лучше делать вдали от семьи и подальше от Танлендара.

– Я с удовольствием предоставлю тебе свой кров, – уверенно сказал Тенонель. – Ты ведь поэтому спрашивала, буду ли я рад видеть тебя в своём доме? Так вот, ты можешь жить в Эделиане столько, сколько угодно твоей душе, или же до того момента, пока твоя семья не призовёт тебя исполнить свой долг перед катьярским народом.

Тания, словно очнувшись, медленно подняла голову и спокойно посмотрела в глаза учителя.

– Спасибо, что ты мне это сказал, – искренне поблагодарила она; теперь у неё было официальное приглашение в Эделиан, и это радовало. – Для меня это важно!

– Как же иначе? – ласково произнёс Тенонель. – Прости! Мне это надо было раньше сказать. Я просто забыл, какие странные у катьяр законы. Для них главное объявить следующего избранника атшарского рода, а союз узаконить можно и потом. Кстати, я очень рад, что им стал валариец. – Он помолчал, надменно изогнул изящную бровь и негромко продолжил, словно думая вслух: – Об этих горных катьярах среди эльфов до сих пор ходят легенды. Это ведь единственный род, который так и не покорился нашей расе. – Задумчиво усмехнулся: – Но это было так давно, что сейчас больше напоминает сказки, которые рассказывают детям на ночь.

Тания непонимающе посмотрела на эльфа. Да, она читала в Великой книге «От истоков жизни» об этом мире, но в памяти отложилась лишь основная информация: где кто живёт, как себя называет и чем известен. Ещё очень хорошо запомнилось, что эльфы считали себя перворождёнными этого мира, а все остальные расы якобы появились после, придя уже на всё готовенькое.

– А что, у вас когда-то была такая идея – приручить катьяр? – удивилась она.

Тенонель выглядел так, словно сболтнул лишнее, напряжённо улыбнулся.

– Почему сразу – приручить? Катьяры с удовольствием и сейчас нанимаются к нам охранять подступы к Светлому Лесу. И поверь мне, это взаимовыгодное соглашение для обеих сторон: для нас это спокойствие и уверенность, что враг незаметно не проберётся в наши земли, а для наёмников – плодородные земли, богатые угодья для охоты, вдобавок ко всему этому ещё и покровительство и защита высшей расы. – Он замолчал, а потом величественно произнёс: – Эльфы весьма щедры с теми, кто им полезен.

Тания очень серьёзно посмотрела на учителя, но не стала больше ни о чём спрашивать, однако для себя сделала ещё одну пометку: при первой возможности обязательно изучить историю этого мира, но более углублённо, и особенно уделить внимание «высшей расе» и катьярам, которые по доброй воле сами идут в услужение к эльфам.

– Мне просто раньше не попадалась такая информация, и никто при мне никогда об этом не говорил, – объяснила она и смущённо замолчала.

– Да не бери ты в голову! Всё это мелочи. – Тенонель стиснул девушку в объятиях, зарылся лицом в её волосы и, шумно дыша, прошептал на ухо: – Я так рад, что у нас всё же получилось поговорить. Я ведь себе места не находил от того, что не понял тебя, не сообразил.

Тания стояла со сжатыми до боли кулаками, не решаясь в ответ обнять учителя, и вдруг почувствовала, как его губы легонько коснулись её виска. От нежности защемило сердце, и она улыбнулась. Как же хотелось вернуться в то время, когда не надо было думать о том, прилично ли это и стоит ли вообще такое позволять себе среди белого дня.

«Нас ведь могут увидеть здесь!» – всполошилась она и попыталась отодвинуться.

– Хотя бы ещё мгновение, – попросил Тенонель, крепко прижав девушку к своей широкой груди. И – о, чудо! – Тания сдалась: доверчиво прильнула, обняла и положила голову ему на плечо. – Как же давно это было.

– Угум, – невнятно промычала Тания, с наслаждением вдыхая знакомый аромат леса, ветра, свободы. – Очень давно!

Вот так они и стояли в обнимку, словно и не было всех этих месяцев разлуки, всех этих недомолвок, непониманий, и просто наслаждались возможностью снова прикоснуться друг к другу.

– Если ты готова, мы можем выехать прямо сейчас, – тихо сказал Тенонель.

– Мои вещи уже собраны, но прямо сейчас я уехать не могу, – ответила Тания и осеклась. «Ну не рассказывать же ему, что я хочу повидаться с валарийцем, спросить, зачем он это сделал и что будет дальше, заглянуть к оркам, попрощаться с подругами и договориться о новой встрече, и самое главное – объясниться с родителями, точнее, серьёзно поговорить с Тагирой». – Мне ещё надо кое-что сделать, – твёрдо произнесла она.

– Просто сообщи, как будешь готова, мы тотчас уедем. – Тенонель приподнял лицо девушки за подбородок и заставил посмотреть в глаза. – Как же я скучал по тебе, – прошептал он и наклонился к девушке.

Тания завороженно смотрела, как приближается его лицо, и ничего не могла с собой поделать. «Хотя бы ещё раз», – подумала она и прикрыла глаза. И в тот миг, когда его губы коснулись её губ, всё разом отошло на задний план: стихли все звуки, исчезли проблемы, отступили сомнения.

Именно в этот момент из-за угла деревянных подмостков показались валарийцы. Скарт заботливо поддерживал под локоть мать Кирьяна и ногой расчищал ей путь – откинул камень в сторону, оттолкнул ветки.

– Осторожнее, не споткнитесь. Вот сюда ногу ставьте.

– Да вижу я. Вижу! Не беспокойся. – Филирина, опираясь на руку катьяра, перешагнула через толстую ветку. – Не понимаю, зачем надо было идти этой дорогой?

– Так быстрее будет пройти к озеру, – ответил Скарт. – Если бы мы пошли через арену, пришлось бы потом обходить весь дворец.

Как только объявили победителя, Филирина хотела броситься к сыну, но её задержали. А поскольку Баррет ушёл намного раньше, пришлось ей принимать поздравления от королевской семьи, советников и других гостей, которые заглянули в королевскую ложу специально для того, чтобы лично поприветствовать валарийскую чету. Незаметно уйти удалось лишь тогда, когда королеву-мать отвлекла юная катьярка, а атами-атшара отошла поговорить с Роргом, и советники затеяли спор, правильно ли поступил валариец, оставив в живых барсага.

Филирина сразу направилась в свои покои, взяла чистое полотно, целебные мази и настойки, с которыми никогда не расставалась, и пошла разыскивать своего сына. Вот тут она и повстречала Скарта, который по приказу Баррета примчался за ней во дворец.

– Давайте вашу корзинку, я понесу, – Скарт потянул плетёнку из рук женщины.

– Нет, я сама, – воспротивилась Филирина. – Лучше расскажи, что с Кирьяном.

– Уверяю вас, с ним всё хорошо.

– Мне-то можешь не врать! – Филирина отчитала катьяра и осторожно переступила через строительный мусор. – Я видела, в каком состоянии унесли моего сына. – И снова на её глаза набежали слёзы, мешая чётко видеть. – О, духи предков! Как представлю, как мой котёнок одиноко лежит на сырой земле, так сердце кровью обливается. Да если бы мы знали, что он заявится на турнир, то тоже разбили бы шатёр у озера, а не поселились бы во дворце!

– Да не переживайте вы так! Нашему герою любезно предоставили на выбор любой шатёр. Каждый был рад помочь валарийскому принцу.

– Ну так где вы разместили моего сына?

– Мы воспользовались гостеприимством принца Закаи. – Скарт улыбнулся: – Гаркалские катьяры были безмерно счастливы, что мы выбрали именно их шатёр, хотя, если честно, он просто был ближе всех.

– Я очень давно дружу с матерью Закаи и помню этого катьяра ещё котёнком. Обязательно потом лично выражу свою благодарность Натифе.

– Вам придётся всех отметить добрым словом, – Скарт усмехнулся, вспоминая, как все катьяры, которые прибыли на турнир, пытались оказать хоть какую-то помощь валарийскому принцу. – Кирьян своей победой над Жаргалом сегодня заставил обратить на себя взоры каждого катьярского доминиона. Даже сагмары пришли на поклон, предлагали лучших своих целителей и хотели лично засвидетельствовать своё почтение нашему принцу.

– Даже сагмары были? – удивилась Филирина; сколько Валария ни пыталась заключить с этим доминионом мирный договор, у них так и не получилось. Скарт кивнул. – А как отреагировал Баррет на предложенную помощь?

– Он никого не пустил к сыну, даже отказал лекарям, которых прислали атшары. И срочно послал меня за вами. Но я долго провозился, разыскивая вас, думал, вы всё ещё в королевской ложе.

– Ещё долго? – беспокойно поинтересовалась Филирина: её сын нуждается в помощи, а она всё никак дойти не может.

– Да мы совсем уже близко, сейчас обойдём вон ту груду мусора и по тропинке вниз к озеру. Первый шатёр – как раз тот, куда нам и надо. Только давайте я для вас сначала дорогу расчищу, откачу в сторону ствол дерева. – Филирина остановилась, а Скарт зашёл за наваленные друг на друга стволы деревьев и… замер как вкопанный.

Лицо катьяра стало бледным, как полотно, что лежало в плетёнке Филирины, глаза горели гневом, а губы скривились в презрительной усмешке.

«И вот ради этой Кирьян сегодня чуть голову не сложил? Дрянь!» – в сердцах выругался он про себя и сделал шаг к сладкой парочке, собираясь расправиться с длинноухим прямо здесь, прямо сейчас.

Первым катьяра заметил Тенонель, он тотчас задвинул ученицу себе за спину и схватился за меч. Все знали, насколько быстро катьяры умели превращаться в зверей, а судя по тому, какой ненавистью горели глаза у нежданного визитёра, ничего хорошего ожидать не приходилось. Одно неверное движение, и пантера бросится на них и разорвёт на куски.

Тания выглянула из-за плеча учителя и чуть не задохнулась от ужаса. Перед ней стоял друг Кирьяна, и выглядел он совсем не приветливым и спокойным, а злым и опасным оборотнем. И было ясно, валариец видел, чем они здесь занимались. Да, поцелуй с Тенонелем был её осознанным выбором, но ей бы хотелось, чтобы никто этого не видел.

– Скарт, – нетерпеливо позвала Филирина. – Чего ты там копаешься?

И Тания готова была сквозь землю провалиться.

Именно эта фраза охладила пыл катьяра; он отступил, тряхнул головой и, прожигая взглядом эльфа с атшарой, процедил сквозь зубы:

– Вы не сможете здесь пройти. Здесь стволы навалены кучей.

– Какие глупости, Скарт. Я переберусь.

Тания увидела край платья и носок туфли матери Кирьяна и с силой зажмурилась, но Скарт решительно встал на пути женщины и оттеснил её назад.

– Вы испачкаетесь там, – твёрдо произнёс он. – Давайте лучше обойдём.

– Ну что ты такое говоришь! – негромко возмущалась женщина, уводимая катьяром подальше от груды стволов, за которыми сейчас прятались эльф с атшарой.

Тенонель облегчённо вздохнул и негромко сказал:

– Думал, скандала уже не избежать.

– Я пойду, – прошептала Тания и двинулась прочь, но не к дворцу, а в сторону озера, куда только что ушли валарийцы; она хотела сначала заглянуть в лагерь к оркам, а потом зайти повидаться с Кирьяном.

Тенонель удивлённо вскинул брови и схватил девушку за руку.

– Куда ты? – спросил он, и вдруг догадка пришла сама собой. – Не ходи к нему.

Тания непонимающе посмотрела на учителя.

– Почему? – спросила она.

– Не нужно этого делать!

– Почему? – снова спросила Тания, но уже более настойчиво.

– Сегодня-завтра ты уедешь из Танлендара, – ледяным тоном проговорил Тенонель. – Уедешь со мной. Зачем тебе с ним встречаться?

– Затем, что мне надо завершить свои дела, – невозмутимо сказала Тания и решительно зашагала к озеру.