Глава 26. Подарок

Утро следующего дня выдалось солнечным и ясным, но только не для Тании. Она не выспалась, чувствовала себя уставшей и подавленной, хмурилась и невпопад отвечала на вопросы Тенонеля и совсем не прислушивалась к тому, о чём разговаривали эльфы. Она уезжала из Танлендара. Уезжала от своей семьи.

Тания получила долгожданную свободу, о которой мечтала, вот только почему-то не чувствовала себя счастливой. Оглянулась и посмотрела на дворец. Где-то там, в одной из башен, сейчас стояли все члены королевской семьи и провожали её взглядами. Сердце полнилось тоской от разлуки с родными и мрачным валарийцем, и сейчас уже совсем не было понятно, чьи это чувства – пантеры или Тании.

«Не буду думать об этом. Не буду!» – упрямо повторяла она про себя, не замечая направленных на неё недовольных взглядов эльфов.

– С тобой точно всё хорошо? – в который раз повторил свой вопрос Тенонель, он всю дорогу наблюдал за атшарой, и то, что он видел, ему совсем не нравилось.

– Что? – спросила Тания, выныривая из своих дум. – Прости! Я не расслышала.

– Я спросил, у тебя получилось завершить свои дела, о которых ты мне писала?

– Да, хорошо, – невпопад ответила Тания.

– Что – хорошо?

– Всё в порядке, Тенонель.

Тания сейчас была не готова к откровенному разговору, ей едва удавалось сдерживать своё тело от превращения в пантеру, которая так и рвалась наружу, чтобы сбежать к своему ненаглядному коту.

«Ну вот что она в нём нашла? Почему так тянется к нему? Ох уж эти мне животные инстинкты!»

Снова попыталась воссоздать в памяти события прошлой ночи. Но свидание двух пантер вспоминалось лишь отрывками. Тания то видела глазами кошки, то отключалась и словно спала, но рядом с валарийцем она постоянно испытывала чувство защищенности и покоя.

Тания заявилась во дворец только под утро. В комнате она нашла братьев. Они, как и обещали, дрыхли на её кровати. Переоделась и улеглась рядом. Принцы морщили носы, потому что от сестры жутко воняло рыбой, но никто из них не проронил ни слова. Это была, возможно, их последняя ночь вместе, и каждый ценил неумолимо убегающее время.

А теперь она ехала рядом с Тенонелем, явно встревоженным её состоянием.

– Что тебя беспокоит? – спросил он, стараясь говорить тихо, чтобы никто больше их не услышал.

– Меня ничего не беспокоит.

– Не надо меня обманывать, – твёрдо сказал Тенонель. – Я ведь очень хорошо тебя знаю.

– Такое ощущение, что все меня знают лучше, чем я сама, – с иронией проговорила Тания, поворачивая голову и встречая напряжённый взгляд нереально зелёных глаз учителя. – Что я чувствую, чего хочу, как поступлю, куда пойду.

– Иногда так бывает, да, – подтвердил Тенонель спокойным тоном, чувствуя настроение ученицы, как своё. – Но думаю, что в этом нет ничего плохого.

– Ты ошибаешься! Это до ужаса раздражает.

Тания сжала коленями бока своей лошади, посылая её вперёд лёгкой рысью.

Отряд эльфов только что проехал Начальные (так их было принято называть среди катьяр) ворота Танлендара и повернул в сторону Эделиана.

А на холме, недалеко от дороги, ведущей в земли эльфов, скрывшись за деревьями, стояли два валарийца и провожали отряд мрачными взглядами.

– И что, ты её вот так просто отпустишь? – Скарт едва сдерживался, чтобы не наорать на принца.

– Да, – буркнул Кирьян, не отводя взгляда от белой лошадки, которая оторвалась от отряда и уверенно ехала впереди всех, словно убегая от чего-то или кого-то.

– Но почему? – с нажимом в голосе спросил Скарт. – Ты ведь мог потребовать узаконить сделку немедленно, скрепить ваши отношения кровью, ты ведь…

– Да, мог! – Кирьян посмотрел на друга. – И наверняка она была бы сейчас рядом, вот только в мыслях – не со мной. Зачем мне это? – Лёгкая усмешка тронула его губы. – А так из нас двоих хоть кто-то теперь будет счастлив.

Скарт ошеломлённо смотрел на принца. Никогда прежде он не слышал от друга таких слов.

– О, Духи предков! Ты что, любишь её? – пришла вдруг догадка.

Кирьян долго не отвечал, глядя вслед всадникам, и лишь когда те скрылись вдали, обернулся к другу и негромко сказал:

– Теперь это уже не имеет значения.

– Как это не имеет? – взвился Скарт. – Очень даже имеет! Давай догоним эльфов и отобьём её. Ты же потом жалеть будешь. Ты ведь не простишь себе этого никогда! – возмущался он.

Кирьян положил руки на плечи друга, призывая успокоиться.

– Нет. Мы не будем этого делать. Я принял решение – я отпустил её. Всё!

Скарт не верил своим ушам.

– Но…

– Нет, никаких «но», – твёрдо сказал Кирьян. – И мы это больше не обсуждаем! Давай лучше проедем к Водопадам Жизни, посмотрим, что там нам досталось. Я хочу выяснить, почему столица полна переселенцев из Аворского нагорья. И надо бы подняться к истокам, питающим водопады, и посмотреть, что там случилось.

– Кирьян, да послушай ты! – Скарт попытался снова воззвать к разуму друга.

– Хватит!

Валарийский принц махнул рукой и зашагал к палатке гаркалов, которая на время турнира стала для него убежищем, нужно было поблагодарить принца Закаи за гостеприимство и отправляться в путь.

Баррет Горен оставил чёткие распоряжения, что нужно делать с новым владением Золотой Валарии. И Кирьян собирался их выполнить как можно быстрее.

Ему это было сейчас необходимо. Новое поручение. Новая жизнь. И если повезёт, то в будущем – новые отношения. Вот только тяжело будет забыть красную шерстку юной атшары и восхищённый взгляд коричневых глаз с золотыми искорками.

***

До крайних земель Эделиана оставался всего день пути. Эльфы решили не путешествовать ночью, а заночевать в лесах предгорья. Тания так и не проронила ни слова и отказалась вечером от еды, а Тенонель больше не навязывал ей своё общество.

Ближе к ночи, когда подошло время укладываться спать, эльфы вдруг забеспокоились. А через какое-то время стало понятно почему. Через лес, петляя между деревьями, к ним стремительно приближалась какая-то тень.

Тания поднялась со своего места у костра и встала за спинами эльфов. Хоть это и было волнительно, но страха она не испытывала, скорее, любопытство: кто мог бы их догнать в пути?

Ослад Вайрар что-то тихо сказал на эльфийском Тенонелю, и они оба склонились в лёгком, но почтительном поклоне, словно тот, кто к ним сейчас приближался, был важен для них.

– Мы приветствуем Стража этого мира и приглашаем разделить с нами ужин.

Раблус Ен остановилась, обвела эльфов внимательным взглядом и холодно сказала:

– Спасибо за приглашение, но я здесь для того, чтобы поговорить с Танией Чауррь. Вы не будете против, если я уведу свою воспитанницу ненадолго?

Эльфы переглянулись и отошли в сторону.

Вот кого-кого, а ректора академии Белые Столбы Тания точно не ожидала здесь увидеть.

«Интересно, что могло случиться, чтобы баба-змей бросилась вдогонку за мной?!» – думала она, проходя мимо своего учителя и пожимая плечами в ответ на его вопрошающий взгляд.

Раблус Ен не стала далеко уходить, остановилась возле небольшого водоёма и какое-то время просто стояла и молчала, глядя на отражающиеся в водной глади звёзды.

– Значит, ты всё же решила связать свою жизнь с Тенонелем.

– Я не знаю, – тихо ответила Тания. – Мне нужно было разобраться в своих чувствах.

– Почему нельзя было это сделать, оставаясь на катьярской земле, среди своих родных и близких? Зачем тебе для этого нужно ехать в Эделиан?

Тания ошеломлённо уставилась на Стража этого мира.

«А правда – зачем? – И сознание тут же подкинуло ответ: – Потому что я этого всегда хотела, мечтала об этом». – Вот только внутри ничего не отозвалось, не было ни радости, ни грусти, только пустота.

– Я приходила, чтобы попрощаться, но уже не застала тебя, – продолжала Раблус Ен. – Тагира сообщила, что ты уехала, и рассказала – куда.

– Вы хотели только попрощаться со мной или есть ещё что-то? – с тревогой в голосе спросила Тания.

– У меня для тебя есть подарок, – ровно проговорила Раблус Ен, протягивая ученице украшение в виде прямоугольной пластины с символами, которые в лунном свете переливались призрачным голубоватым светом. – Надень это на себя и носи не снимая.

Тание стало любопытно: не каждый день доводится получать подарки от Стража. Она потянулась к вещице и, лишь взглянув, отшатнулась, испытывая животный ужас, но не свой, а зверя. Пантера и так была расстроена расставанием с ненаглядным, а тут ещё почувствовала ненавистный ей металл и вообще запаниковала.

– Зачем мне это? – холодно спросила Тания, пытаясь отогнать неприятное воспоминание о той далёкой ночи в академии Белые Столбы, когда она впервые столкнулась со своим врагом. – Пантеру больше не получится сдержать, у неё есть свои желания, мнение и даже характер, и я чувствую, как она потихоньку взрослеет.

– Я немного поколдовала над этой вещицей, медальон больше не сможет сдержать никакого зверя, – попыталась успокоить её ректор.

– Тогда зачем вы мне его даёте?

Раблус Ен подошла к Тании и взяла её за руки.

– Я не могу больше за тобой присматривать, но и не в моих силах перестать волноваться за тебя. Всё было бы иначе, если бы озеро Правды показало в тот день единую сущность, а Духи предков признали бы тебя своей. Я ведь специально приезжала на посвящение, чтобы увидеть это своими глазами и наконец успокоиться. Но, увы, в этом теле по-прежнему живут две сущности, которые совершенно не связаны между собой.

– Да, но это не объясняет того, зачем мне надо надеть на себя этот медальон. – Голос Тании прозвучал на удивление спокойно, в нём не было эмоций, но чувствовалось недовольство.

– Таня, если с тобой что-то случится, я не хочу, чтобы это тело снова притянуло чью-то душу. Ротасий предположил, что так происходит из-за того, что эта катьярка, – Раблус Ен прошлась напряжённым взглядом по телу своей воспитанницы, – королевская атшара. Просто ни одно другое существо не смогло бы пройти через те испытания, какие выпали на долю этого тела.

– Но почему вы думаете, что со мной должно что-то случиться? – удивилась Тания. – Я собираюсь жить долго и счастливо.

Привычная невозмутимость на лице Раблус Ен сменились вдруг замешательством. Она сложила руки на груди и какое-то время молчала, а потом тихо произнесла:

– Таня, это всего лишь страховка, медальон действует как замок от проникновения в тело любого другого духа извне. Для тебя же он станет хорошим оберегом и связующей ниточкой со мной.

– Хорошо. – Тания взяла украшение и надела себе на шею, поймала пытливый взгляд Стража и спросила: – Что-нибудь ещё?

– Только пожелание беречь себя и стать счастливой.

– А я уже счастливая, – сказала Тания, но её голос предательски дрогнул, и она отвернулась, прошептав: – Правда-правда!

Раблус Ен изучающе посмотрела на профиль своей воспитанницы, назидательным тоном проговорила:

– Знаешь, счастливый человек прежде всего находится в гармонии с самим собой, он уверен в завтрашнем дне и понимает, что его счастье – это только его дело. Ему не нужно кого-либо убеждать или постоянно напоминать об этом себе, другим, всему миру, он просто живёт своей жизнью. Я же чувствую в тебе сомнение, как если бы ты стояла на перепутье и не знала, куда повернуть.

– Я понимаю, о чём вы говорите. Думаю, со временем всё у меня наладится. —Тания серьёзно посмотрела на Стража. – Не знаю, придётся ли нам когда-нибудь ещё свидеться, но я хочу вас поблагодарить за всё, что вы сделали для меня.

Страж и атшара долго молча стояли, глядя друг другу в глаза, а потом Раблус Ен скупо улыбнулась, открыла портал и исчезла в темноте. А Тания вернулась к костру, подкинула пару гнилых коряг в огонь и уставилась на пламя.

– Всё хорошо? – спросил Тенонель, присаживаясь рядом и разглядывая медальон на шее своей воспитанницы.

Тания кивнула.

– Для тебя поставили палатку, пойдёшь приляжешь или ещё посидишь возле костра?

– Ещё посижу, – ответила Тания, наблюдая за языками пламени.

И вдруг тишину леса разорвал волчий вой, ему тут же откликнулись с другой стороны. Создавалось ощущение, что поляну взяли в кольцо, и звери переговариваются между собой.

У Тании волосы встали дыбом, она выхватила горящую головешку из костра и вскочила на ноги.

«Волки? Да что им от меня надо?»

Почему-то не возникло сомнений, что пришли именно по её душу. Ту ночь, когда волки впервые напали на неё, она помнила смутно, но страх и отчаяние, которые испытывала пантера, когда билась за свою жизнь, Тания не забудет никогда.

Тенонель выхватил меч из ножен, задвинул свою ученицу за спину и твёрдо сказал:

– Стой возле костра и никуда не отходи.

Эльфы хладнокровно разошлись в разные стороны, каждый занимал выгодную позицию для стрельбы из лука, а двое воинов так вообще забрались на деревья и затерялись среди листвы.

– На нас напали? – спросил Ослад Вайрар, подходя к костру. – Кто посмел? Оборотни? Дикие звери?

Тания недовольно посмотрела на преподавателя факультета магической теории и практики, ещё с академии между ними не заладились отношения и сейчас они не стали теплее. Вот не верила она ему. Не верила! Даже сейчас его возмущение показалось ей фальшивым.

– Надо зажечь костры по краю поляны, – предложил Ослад. – Пусть мне Тания поможет растащить хворост.

Ни один эльф никогда не принесёт вред живому лесу. И чтобы поддерживать всю ночь огонь, путешественники насобирали огромную кучу сухого хвороста. Вот только, если дикого зверя можно было отогнать огнём, оборотням он был не страшен.

– Не очень хорошая идея, – возмутился Тенонель. – Лучше всем держаться рядом.

Но Тания молча подхватила хворост и спросила:

– Откуда начнём?

Ослад улыбнулся и зашагал к краю поляны. Они вместе складывали небольшие костры, и маг тут же их зажигал.

– Тания, сложи ещё парочку вон в той стороне, и на этом хватит, а я здесь сам закончу.

Тания подхватила хворост и отправилась выполнять поручение. Сложила один костёр, перешла на другое место, начала собирать второй. И в этот момент на неё напали. Два волка схватили её за одежду и, как тряпичную куклу, потащили в лес. Она видела, как Тенонель бросился к ней на помощь, но ему преградили путь. Становилось понятно: это не дикие звери, а оборотни, и нападение не случайно.

Волки волокли атшару по земле и порыкивали, словно переговаривались между собой. А Тания пыталась понять, куда её тащат и зачем.

«Ну же, проснись, – взывала Тания к пантере, прикрывая лицо от веток. – Иначе мы погибнем».

Но в ответ чувствовала лишь недовольство и обиду зверя. И если бы мысли пантеры можно было прочесть, то Тания увидела бы написанное чёрным по белому: «Ну и пусть, ну погибнем, зачем мне такая жизнь, если я не рядом с любимым».

– Да чего вы ко мне прицепились? Что вам надо?

Тания попыталась вырваться из зубов мучителей. Не получилось. До боли сжала кулаки. Руки тотчас занялись огнём. И это было как нельзя кстати! Не раздумывая, шарахнула искрами в одного волка, запустила огненным шаром в другого. От неожиданности звери взвыли и выпустили свою добычу. Тания поднялась на ноги и припустила бегом в сторону костров. Она почти добралась, когда её догнали и снова сбили с ног.

– Тенонель! – в отчаянии закричала Тания, отбиваясь от зверей огненными шарами и искрами. – Я здесь.

Искры летели в разные стороны, невыносимо воняло палёной шерстью, но волки теперь знали, чего ожидать от своей добычи, и стоически терпели.

– Ах ты ж, жертвенные ёжики! Да чтоб вас, – ругнулась Тания и тут же во всю силу лёгких завопила: – Учитель!

И Тенонель как-то умудрился прорваться сквозь огонь и через волков. Отшвырнул одного зверя, вцепился в другого, и они покатились по земле.

– Тания, беги на поляну. Скажи Осладу, что нужна его помощь.

– Я не оставлю тебя.

– Беги!!!

И Тания сломя голову помчалась за подмогой.

На поляне творилось что-то невообразимое. Волки мельтешили на границе света и тьмы, а эльфы пытались достать их своими стрелами и даже иногда получалось, но на место раненых тут же вставали другие. Создавалось ощущение, что звери вовсе и не собираются нападать, а просто пытаются удержать эльфов на поляне.

Невозможно бежать и швыряться огненными шарами, зато можно орать, что Тания от души и делала. Первыми отреагировали эльфы, которые прятались на деревьях, за ними следом подтянулся и Ослад, и всем скопом они пробились к Тенонелю.

– Что так долго? – возмущался учитель.

– Нам пройти не давали, – ответил Ослад, отгоняя волков заклинанием.

Тания помогала ему, как могла, но получалось на так эффективно, как у эльфа-мага.

И снова по лесу прокатился волчий вой. И звери будто по волшебству отступили в темноту.

– Это как называется? – возмущался Ослад. – Совсем страх позабыли? Где это видано, на жителей Светлого Леса нападать! Ваше Высочество, – обратился он к принцу дома Утренней Зари, – вот чувствую, по вашу душу приходили. Надо бы узнать, с кем у них сговор был.

– Надо жалобу подать королевским атшарам, чтобы земли свои лучше охраняли, – предложил кто-то из воинов.

– Разберёмся, – буркнул Тенонель и обратился к воинам: – Выставить охрану вокруг поляны. Ослад, а ты охранное заклинание установи, чтобы уже не думалось. И вообще, надо было сделать это сразу, а не после того, как на нас напали.

– Да кто ж знал, – ворчал маг, обходя поляну по кругу, – что на катьярских землях так неспокойно стало.

Тенонель посмотрел проницательным взглядом на свою воспитанницу.

– А я пойду посплю немного. – Тания решила сбежать от разговора.