Глава 14. Помощь или Вернуть зверя

Сегодня Дранкива проснулась специально пораньше, чтобы прочитать Тание лекции до начала занятий. Она шла бесконечными коридорами и размышляла, как ей попасть в комнату, которую она с вечера замкнула привычным способом.

"Громко постучусь и немного подожду, потому что она услышит, но подойти открыть дверь сразу не сможет. Ей придётся сначала развязать себе ноги. — Прибавила шагу. — А может, просто сразу выбить дверь? — Свернула в нужный коридор. — Нет, так нельзя. Значит, буду стучать до позеленения".

Остановилась возле двери, подняла кулак и замерла. Дверь была приоткрыта.

"Ах ты ж! Всё же смогла распутаться, и снова гуляла ночью. — Прошла внутрь, взяла со стула платье и рубашку и ещё раз посмотрела на выход. — Вот только странно, почему дверь оставила открытой?" — Двинулась к кровати. — Бедненькая, так сильно вчера умаялась, что спит до сих пор.

Орчанка посмотрела на кровать и застыла. Из рук вывались вещи. Она отказывалась поверить своим глазам: Таня лежала в какой — то неестественной позе вниз лицом, а её спина… Дранкива от ужаса задохнулась: ей в первый момент показалось, что на спине нет кожи. На негнущихся ногах подошла ближе и наклонилась. Спина сплошь была покрыта вспухшими красными рубцами.

— Тания, — тихо позвала орчанка и вздрогнула — настолько неузнаваемо прозвучал собственный голос. Осторожно дотронулась до её плеча. — Та — ня, очнись!

Девушка застонала и повернула голову. Её веки затрепетали, и она медленно открыла глаза, но в них не было узнавания. А у орчанки глаза сделались огромными от удивления: на лице у Тани больше не было усов. И шерсти на ногах тоже не было. Дранкива кинулась к шкафу, вытащила чистую простынь и прикрыла спину подруги.

— Больно, — едва выдохнула Таня, всхлипывая в подушку.

— Послушай, — орчанка тяжело опустилась на колени рядом с кроватью и отодвинула волосы с лица девушки, — я сейчас заверну тебя в эту простынь и отнесу в целительскую к эльфам. Они помогут.

Но то ли прикосновение, то ли напряжённый голос орчанки подействовал, но Таня посмотрела на неё осмысленно, по щекам потекли слёзы и она тихо произнесла:

— Нельзя к эльфам, — язык отказывался ворочаться во рту, — нельзя, чтобы узнали.

— Кто это сделал? — орчанку трясло. — Кто это был? Я убью его. — Подорвалась бежать неведомо куда. Таня протянула руку, пытаясь удержать её, но промахнулась. Дранкива заметила этот жест и вернулась к кровати. — Потерпи немного. Я позову помощь! С такими ранами ты сама не справишься.

— Нет — нет, нельзя, чтобы узнали, — взмолилась Таня, даже постаралась приподняться на кровати. — Я смогу. — И рухнула обратно. — Я должна справиться.

— Почему нельзя, чтобы узнали?

— Меня предупредили, что накажут ещё сильнее, если я кому — нибудь расскажу.

— Сюда больше никто не войдёт, — в глазах орчанки горела лютая ненависть. — И никто тебя больше не обидит.

— Дранкива, если сейчас поднять шумиху, мы сделаем только хуже. — Таня изо всех сил старалась взять себя в руки, но слёзы почему — то всё текли и текли. — Мы тогда никогда не узнаем, кто это был. А вдруг он так же раньше истязал Танию? Он меня бил и приговаривал "истязаем тело, укрощаем дух", словно проделывал это прежде, и ни раз, и постоянно спрашивал о какой — то печати, которая у меня была, но я её сняла с себя.

Дранкива сощурилась, вспоминая, как выглядел тот медальон, который ей пару раз доводилось видеть на шее у Тании, присела на корточки рядом с кроватью.

— На тебе раньше и правда было украшение в виде прямоугольной пластины, — свела вместе указательный и большой палец, оставив небольшой зазор. — Она вот такого размера, и на ней написаны какие — то символы. Я скажу, довольно примечательная вещица. На тебе ведь ничего подобного нет?

— И не было с того самого момента, как я впервые открыла глаза в этом мире.

— Ладно. Потом поговорим об этом. — Протянула руку и сама вытерла слёзы со щеки девушки: — Прошу тебя, не плачь! Я за помощью. — Она ринулась к выходу: — Нам срочно нужен эльф.

— Дранкива, — Таня остановила орчанку возле самой двери. — Пусть тогда это будет Тенонель. Прошу тебя.

— Ты уверена?

Таня кивнула.

— Пойду, принесу его в твою комнату…если, конечно, дастся живым в руки.

— У — ху — ху, — то ли засмеялась, то ли застонала Таня, — просто скажи ему, что мне нужна его помощь. Думаю, он не откажет.

— Хорошо. — Дранкива недоверчиво скривила губы. — Я скоро.

А через какое — то время дверь распахнулась настежь, со всего маху врезаясь в стену. Тенонель влетел внутрь и зашарил тревожным взглядом по комнате. И только через мгновение за его спиной показалась запыхавшаяся Дранкива. Недовольно глядя на эльфа, она вошла в комнату и закрыла за собой дверь.

— Я здесь, — тихо произнесла Таня с кровати, пытаясь спрятать голову под простынь.

Тенонель перевёл взгляд в ту сторону, откуда пришёл голос…и зарычал. Девушки от неожиданности вздрогнули, насколько это не вязалось с образом преподавателя по естествознания. Он слегка откинул простынь и отшатнулся. Создавалось ощущение, что ему трудно дышать. Но нужно отдать должное: эльф взял себя в руки, присел рядом, закрыл глаза и повёл ладонью над спиной девушки.

Дранкива почувствовала, как вокруг неё заплескалась сила; её было столько, что можно было вылечить целый отряд больных. Она передёрнула плечами, словно отряхиваясь от капелек воды. Орчанка не видела, что происходит с ранами Тани — да и навряд ли ей удалось бы сейчас выдержать такое зрелище, — но слышала, как та стонет. Продолжая водить рукой над спиной Тани, эльф глухим голосом произнёс:

— Срочно позови сюда Ротасия. Раны едва затянулись, а нужна её собственная регенерация, но зверь не откликнется мне. — Орчанка трясущимися руками ухватилась за ручку и открыла дверь. — И, Дранкива, — остановил её Тенонель, — пожалуйста, не привлекай к себе излишнего внимания. Здесь нужно будет разбирательство провести и дознаться, кто это сделал. — Дранкива кивнула. Эльф продолжил: — И я тебя попрошу, постарайся чуть помягче сообщить Ротасию о том, что случилось, а не так как мне: "Танию избили, нужна ваша помощь".

Как только орчанка скрылась за дверью, Тенонель перевёл обеспокоенный взгляд на девушку, хотел убрать волосы с лица, но рука настолько дрожала, что пришлось сжать пальцы в кулак и какое — то время так посидеть. Успокоился, наклонился, отвёл волосы, приподнял верхнее веко и заглянул. Отшатнулся. Зрачок был расширен на всю радужку, а так бывает, когда испытываешь невыносимую продолжительную боль.

— Потерпи. — Он гладил девушку по голове, едва сдерживаясь, чтобы снова не зарычать. — Помощь уже близка. — Наклонился и прошептал прямо в ухо: — Мы обязательно найдём, кто это сделал.

Многострадальная дверь вновь с грохотом отлетела к стене — в проходе стоял Ротасий. Выражение на его лице напугало Тенонеля. Он медленно поднялся с кровати. Как раз в этот момент за спиной преподавателя по трансфигурации появилась злая и запыхавшаяся Дранкива; недовольный взгляд, которым она сверлила спину Ротасия, тут же сменился на виноватый, как только встретился с осуждением в глазах эльфа.

— Чего — о — о? — протянула орчанка, разводя руками. — Я смягчила, сказала только: "Тание нужна ваша помощь, её ночью побили…как бы".

— Что происходит? — Комната была пропитана страхом и болью, и Ротасий ощущал это каждой клеточкой своего тела. Обращаясь к Тенонелю, сам он медленно двинулся к кровати, но когда увидел Танию, не сдержал гневного возгласа: — Кто это сделал?

— Ничего не знаю, а она не сможет пока ничего рассказать, я специально ввёл её в сонное состояние.

— Я могу рассказать, — робко предложила Дранкива, переминаясь возле двери и не решаясь подойти ближе, — хотя я сама не так уж много знаю.

— Сейчас расскажешь, — благосклонно кивнул Ротасий и обратился к Тенонелю: — Нужно позвать Раблус Ен. Она должна быть в курсе происходящего!

— Обязательно, но сначала нужно помочь ей. — Тенонель потянул тонкую простынь, оголяя спину девушки. Боясь причинить боль, он так и не рискнул опустить задранную к шее рубашку. К тому же на девушке снова были цверги. — Она не сможет сама справиться с этими ранами.

— Да кто же мог такое сотворить с ней? — в голосе Ротасия прозвучали гнев и презрение. — Дранкива, дай чистую простыню, и нужна чистая вода, желательно кипячённая. Придётся сходить на кухню.

Орчанка бросилась к шкафу, достала полотенце и простынь, всунула в руки растерявшемуся эльфу и хотела уже бежать выполнять поручение, но услышала, как оба преподавателя издали изумлённый возглас. Ротасий убрал простынь, пропитанную кровью, и они увидели связанные ноги.

— Её связали и истязали, — голос эльфа больше походил на рык.

— М — м — м, — привлекла к себе внимание орчанка, — нет, это я её связала. — Она виновато пожала плечами. — По её просьбе. Она слишком боялась, что снова проснётся на крыше.

Мужчины переглянулись между собой. Тенонель швырнул на стол стопку с бельём и бросился развязывать путы на ногах Тании. Он старался лишний раз не смотреть на её раны. Ни один из мужчин не заметил, как орчанка исчезла; они обратили на неё внимание лишь тогда, когда она вернулась, ставя на стул небольшое ведро с водой, от которой шёл пар.

А дальше всё происходило стремительно. Ротасий освободил девушку от рубашки, просто разрезав её, разорвал простынь и принялся уверенно смывать кровь со спины, а Тенонель подошёл к кровати и продолжил водить руками над её телом. А Дранкива тихо начала рассказывать, что ей было известно со слов самой Тании.

Ротасий накинул на Танию чистую простынь, аккуратно подсунул длинный край так, чтобы можно было перевернуть её на спину, и она оставалась укрытой. Было страшно и больно смотреть на безвольную девушку в руках преподавателя. Дранкива с силой зажмурилась, сбиваясь с мысли, тяжело вздохнула. Тенонель понимающе посмотрел на орчанку и обратился к преподавателю по трансформации:

— Ну что, вывожу её из этого состояния?

— Нет, не нужно. — Он наклонился и подложил ещё одну подушку ей под голову. — Мне так проще будет дозваться зверя.

Голос дракона поплыл по комнате, окутывая, обволакивая, заставляя довериться, поверить. Он то поднимался выше, то переходил в страстный шёпот. Но всё было бесполезно. Таня не реагировала.

— Невозможно на это смотреть. — Тенонель подошёл ближе и наклонился. — Она выглядит так, словно умерла. — Два тревожных взгляда встретились. — Разбужу её.

— Нет, — рявкнул Ротасий, наклонился и просунул руки под тело Тании, осторожно поднял её с кровати и посадил к себе на колени. Широкая ладонь легла на затылок девушки, голова которой запрокинулась назад. — Я хочу ещё кое — что попробовать.

Его голос вдруг изменился и стал похож на шёпот, от которого у Дранкивы волосы дыбом встали и по коже пошёл мороз. Зажмурилась ещё сильнее, прижимая к ушам руки.

— Что ты творишь? — гневно зашипел Тенонель. — Это же мёртвый язык!

Но Ротасий не ответил, а вдруг заулыбался. Тания открыла глаза и смотрела на него. Девушка немного приподнялась в его руках и, чуть наклонив голову, прислушивалась к словам, а потом резко села, отодвигаясь. Ротасий перестал обнимать её и просто говорил и говорил. Распахнул объятия, приглашая вернуться к нему. И Тания доверчиво прильнула к его груди. Простынь поползла вниз, открывая голые плечи, и грозила совсем свалиться. Мужчина, ни на минуту не переставая говорить, ласково погладил девушку по голове и прихватил сползающий край ткани. Что — то спросил и довольно заулыбался, когда Таня кивнула. Она освободила руки из плена простыни и вцепилась в его костюм, застонала, пряча лицо на груди.

У Данкивы глаза на лоб полезли, когда она услышала скрежет зубов. С любопытством посмотрела на Тенонеля: на щеках перекатываются желваки, кисти рук сжаты в кулаки до хруста в костяшках, а сам напряжён, как натянутая тетива. Ротасий поднял голову и посмотрел на эльфа. Его взор горел торжеством: он смог дозваться зверя и сейчас тот запустил регенерацию тела. Мужчина придерживал одной рукой ткань на девушке, а другой гладил её по голове.

Как долго это продолжалось? Тенонелю показалось, что вечность. А дальше ещё хуже: девушка вдруг подняла голову, благодарно дотронулась до щеки Ротасия и счастливо бросилась к нему на шею, тихо смеясь. "Да, создатели, на это же невыносимо смотреть!" — эльф рванул к милующейся парочке, протянул руку и что — то прошептал.

Тания дёрнулась, зависая с протянутой рукой возле щеки преподавателя по трансформации.

"Ротасий! — она в ужасе взирала на мужчину, на коленях которого сидела. — Что я делаю в объятиях у Ротасия? Я ведь просила Дранкиву привести эльфа. И она его привела… кажется. — Посмотрела на свою руку, отдёрнула и смущённо улыбнулась. Раздалось вежливое покашливание. Посмотрела в ту сторону, откуда пришёл звук. — А вот и эльф. — Вымученно улыбнулась и этому преподавателю тоже и покраснела. — Что происходит?"

— Как ты себя чувствуешь? — недовольно глядя на эльфа, тихо поинтересовался Ротасий у Тании. Ему не хватило каких — то мгновений, чтобы установить тесную связь с её зверем.

— Я не знаю, — честно созналась Таня, потянулась посмотреть на свою спину, но дальше голого плеча ничего не увидела. Двумя руками вцепилась в простыню там, где находилась рука Ротасия. Смущённо произнесла: — Но у меня больше ничего не болит. — Их взгляды встретились: тёмное золото с искорками и нереальная зелень. — Не понимаю, что произошло, — вздрогнула, когда рука мужчины слегка коснулась её открытых плеч, заикаясь, продолжила: — но я больше не испытываю боли.

— Я позвал твоего зверя. — Взгляд Ротасия прошёлся по румянцу на щеках девушки и по пушистым рыжим ресницам. Едва заметно улыбнулся одними губами, взгляд так и оставался холодным и колючим. — Сказал ему, что если не станет тебя, не будет и его. Он вылечил тебя, запустив регенерацию тела.

— Спасибо, — поблагодарила Таня, первой отводя взгляд.

— Но в этом не только моя заслуга, — Ротасий приподнял бровь; всё это время он наблюдал за лицом Тенонеля. — Чтобы ты не чувствовала боли, Тенонель усыпил тебя и долгое время поддерживал в таком состоянии.

— Я благодарна вам за помощь. Обоим! — А сама нашла глазами Дранкиву и благодарно улыбнулась ей, потом украдкой посмотрела на эльфа. На его лице не было больше привычной холодности, скорее, замешательство и что — то ещё, когда он бросал взгляды на преподавателя по трансформации. "Кстати о птичках: я до сих пор сижу на его коленях". Спустила ногу на пол. — Можно, я на кровать перейду?

— Конечно можно, — Ротасий поднялся с кровати, держа её на руках, словно она ничего и не весила, — но чуть позже. Сначала мы идём к Раблус Ен. — Почувствовал, как девушка вся напряглась, стиснул ещё сильнее, успокаивая. — Ты должна рассказать всё, что произошло ночью, вспомнить каждое слово, что произносил тот, кто тебя истязал — это важно.

— А можно, я сама пойду? — прошептала Таня, боясь взглянуть на Тенонеля. Она почему — то почувствовала, что ему это не понравилось. — Мне вполне по силам. Правда!

— Ты уверена?

— Да. — Ноги коснулись пола, но Ротасий всё равно продолжал удерживать её рядом с собой. Упёрлась одной ладонью ему в грудь. — И мне нужно сперва что — то на себя надеть. Я ведь не могу пойти к ректору в одной простыне.

Ротасий отпустил её, отступая на шаг, с интересом оглядел с головы до ног. Собрав одной рукой в кулак два угла вместе, другой она потянула край ткани вверх на груди, чтобы она не свалилась. Взгляд у мужчины стал смешливым:

— А что? Это идея!

Раздалось вежливое покашливание эльфа.

— Я пошутил, — Ротасий поднял руки вверх в виноватом жесте, но глаза его смеялись.

Таня развернулась, чтобы подойти к стулу, где она оставляла с вечера своё платье, сделала шаг, другой, покачнулась и тут же оказалась в объятиях…на этот раз у эльфа. Тенонель притянул её к себе, поддерживая под локоть и за талию.

— Давай, я тебе помогу, — это подошла Дранкива. Она протянула руку к Тане, а сама переводила недовольный взгляд с одного преподавателя на другого. — Так быстрее будет.

Тенонель нехотя выпустил девушку из своих рук и бросил взгляд на Ротасия, тот понимающе усмехнулся.

— Не знаю, что происходит, но мне это совсем не нравится, — совсем не смущаясь, что её могут услышать, проворчала орчанка, усаживая Таню на кровать. — Сиди. Сейчас платье принесу.

Таня кивнула. Не поднимая головы, расправила складки на простыне, снова заложила их. Она ощущала на себе взгляды мужчин и готова была сквозь землю провалиться. Недовольно приподняла верхнюю губу. Замерла.

"Усов нет! — Чтобы окончательно убедиться, потрогала щёки. Потянула простынь вверх, открывая взору ноги. — И шерсть исчезла! — Провела ладонью по совершенно гладкой коже и улыбнулась. Спохватившись, посмотрела на преподавателей. Мужчины с одинаковым выражением лица взирали на её голые лодыжки. — Ой! — Прикрыла колени".

Дранкива подала Тане платье и уставилась на преподавателей, которые так и продолжали рассматривать на девушку. Орчанка жестом показала им, что стоило бы отвернуться. Мужчины переглянулись между собой и смущённо повиновались.

— Я готова, — позвала Таня, опираясь на руку орчанки. — Можно идти к ректору.

Но было видно, что она едва держится на ногах.

— Я могу понести тебя, — предложила Дранкива, чувствуя, как дрожит рука девушки.

Но Таня не успела ничего ответить: её подхватил на руки Тенонель и вышел вместе с ней из комнаты. Дранкива проводила взглядом преподавателя по естествознанию и с любопытством посмотрела на Ротасия. На его лице ни один мускул не дрогнул, когда их взгляды встретились, он просто развернулся и молча вышел из комнаты.

— Да уж… — многозначительно протянула Дранкива, последовав за ним.