Глава 21

Вечером я долго не могла заснуть, смотря на спящего Великого, но под утро меня сморило так, что я едва могла разлепить веки. Лишь навязчивая мысль о первом испытании, которое состоится сегодня, заставила меня подскочить на кровати и распахнуть веки. Нервно оглядевшись, я заметила Рейтана в чем-то похожем на доспехи: грудь прикрывали кожаные пластины с таким же интересным рисунком, как и на наплечниках, а вот наручи были металлические с серебряным отблеском. Почему-то мне сразу подумалось, что они не простые, а магические.

Взгляд Рейтана пробежался по моему телу, которое прикрывала легкая ткань сорочки, и поднялся к моим глазам. Я замерла, прикусив губу и ощутив приступ смущения. Ведь взгляд Великого был достаточно красноречив, пронзая меня укоризной. В причинах этого взгляда я не сомневалась. Дело в том, что которую ночь подряд Великий неожиданно засыпал, едва начиная меня ласкать. Вчера он даже старался не приближаться ко мне, смотря насмешливо: догадался, что не просто так он отключается, не добираясь до моего тела.

А я что?.. Я тут ни причем! Однако чувствую свою вину — возбудила и не дала…

— Не думаешь же ты, что я поверю в свою внезапную привычку засыпать с тобой в постели? — спросил он, обходя кровать. Резко сдернув одеяло, он притянул меня к себе так стремительно, что я только пискнуть успела. Его губы практически прикоснулись к моим, дыхание опалило. — Рядом с тобой ни один мужчина в здравом уме и здравом теле не заснет. Или ты хочешь, чтобы я поверил в свою недееспособность?

— Ну что вы, о Великий, с таким обширным гаремом как у вас никто бы не посмел обвинять вас в недееспособности, — ехидно произнесла я, прищурившись. — А ваше внезапное желание отойти ко сну могу связать исключительно с усталостью после тренировок.

— Да неужели? — хмыкнул он и обвел пальцами линию подбородка. — Лиля, Лиля… сколько всего ты скрываешь?

Я промолчала, смотря в глаза цвета темного шоколада с желтыми крапинками. Рейтан наклонился, подарив легкий поцелуй, который неожиданно для нас обоих перерос в страстный и напористый. Я сама обвила шею мужчины руками и прижалась ближе. Когда он отстранился, я глухо прошептала:

— Тебе ведь ничего не грозит? Всё ведь будет в порядке?

— Не волнуйся, — проговорил Рейтан, — я один из сильнейших. Вот увидишь, приду первым.

Мне не нравилась подобная самоуверенность, она внушала еще больший страх, но я лишь улыбнулась и поцеловала мужчину в гладкий подбородок. Рейтан поднялся на ноги, взял ножны и прикрепил их в поясу, после чего направился к выходу. Опомнившись, я тоже поднялась на ноги и начала второпях одеваться.

Сегодня цитадель была открыта буквально нараспашку: те самые окна-двери, заставленные металлическими запорами, сегодня были отодвинуты в сторону на каждом ярусе, открывая зрителям вид на смертельные круги-дорожки вокруг цитадели — первым испытанием была гонка на своеобразных колесницах, запряженных ящерами. Самые лучшие места были наверху, оттуда можно было видеть абсолютно каждый участок круга, переходя с одного места к другому. И, разумеется, сегодня там была настоящая толкучка, поэтому мне пришлось занять место на два яруса ниже и разместиться у одного из смотровых открытых окон.

Колесницы, если можно было так назвать платформу, соединяющую два колеса, больше похожую на гироскутер, подъехали к старту под завывания толпы. Я тут же выхватила статную фигуру Рейтана. Невольно отметила и Халифа, который поднимал кулак вверх, вызывая улюлюканье толпы. Они с Рейтаном перекинулись парой фраз, после чего на балкон вышла группа монахов. Они подняли руку вверх, призывая "трибуны” к тишине.

— Да начнется Отбор Пустыни! — объявили монахи, после чего прозвучал звук, похожий на выстрел из ружья, и запряженные колесницы устремились вперед.

Сердце замерло в ожидании первой опасности, и она не задержалась: песок под лапами ящеров разошелся, но все Великие преодолели пропасть благодаря магии, но не спешили убирать щиты: в любую секунду их могла ожидать опасность.40393c

Стрелы, магические вихри, невидимые опасности, которые были доступны только взорам Великих — это и многое другое приходилось преодолевать повелителям. Колесницы уже отдалились друг от друга, каждый Великий с разным временем проходил те или иные испытания, к тому же, у всех они были разными, смотря на какому кругу они ехали. Но вперед вырвались два всадника — Рейтан и Халиф. Они скрылись за поворотом, и зрители потекли по круговым каналам на другую сторону, чтобы иметь возможность наблюдать за участниками. Мое сердце обливалось кровью, жалобно сжималось, безумно билось, а я просила лишь одного — чтобы это поскорее закончилось.

Начался третий круг. Последний, решающий. Рейтан сражался с невидимым противником, легко отбивая удары мечом в одной руке и не забывая управлять колесницей другой. Халиф едва справился со своим последним испытанием и бросился вперед, чтобы догнать Рейтана. В этот момент я заметила темные щупальца, исходящие от правителя Первого хааспата, и подалась вперед, ожидая, что вот-вот Рейтан заметит чужую силу.

Но он не замечал. И, казалось, никто больше не видит этой магии. Никто, кроме меня. Сердце сковал страх, особенно когда ящер Рейтана внезапно зарычал, встал на задние лапы и упал навзничь. Рейтан потерял равновесие, но, попытавшись его остановить, запутался правой рукой в темных щупальцах: казалось, он сам не мог понять, что с ним происходит, но именно это замешательство стоило ему дорого…

Слишком дорого.

Невидимый голем, с которым он сражался, пронзил грудь Рейтана призрачным мечом. Повелитель успел лишь перекатиться, привстав на предплечье и закашлявшись кровью. Я закричала и резко вскочила на ноги. Халиф приостановился, будто желая помочь Рейтану, но я видела — он хотел его добить. Черные щупальца уже пробирались к ране Рейтана, в то время как сам повелитель пытался подняться на ноги. Он же убьет его! Неужели этого совсем никто не видит?..

Черные дымчатые канаты уже опутали ноги Рейтана, вызывая у Великого замешательство. Халиф не сходил с колесницы, делая вид, будто мечется между помощью Рейтану и тем, чтобы бросить его. В итоге он спрыгнул с колесницы. В это время мимо пронеслись несколько Великих, поднимая песок — никто не остановился. Халиф подал руку Рейтану, но тот ничего не мог сделать — в данный момент он был опутан невидимыми чарами, которые отчаянно пытался разорвать.

Со стороны казалось, что правитель Сархаата весьма опрометчиво отказался от помощи, поэтому Халиф хмыкнул, забрался обратно на колесницу и умчался вперед, догонять опередивших его правителей. Он не просто хотел выиграть, он целенаправленно собирался избавиться от Рейтана.

Он собирался его убить.

Из-за чего? Была ли их вражда прежде нашего с Халифом знакомства? Или его слова о том, что фасхаати становится свободной только со смертью своего "хозяина”, были настоящей угрозой? Неужели из-за простой жажды обладать мной он решился на такое?

Нет, не верю! Скорее всего он понимает, что именно Рейтан является его главным соперником, убрать которого надо в первую очередь. Бесчестный, беспринципный, не обремененный моралью Великий Первого хааспата мчался вперед, уже догоняя сражавшихся впереди правителей.

На моих руках заискрила магия. Я испугалась легких электрических разрядов, которые образовались между пальцами. Я не знала, как она действует. Хотелось отомстить Халифу, бросить магию ему под ноги, чтобы он наткнулся на оголенный меч голема, но…

Нет, не могу. В первую очередь нужно помочь Рейтану. Но как? Я направила ладони в его сторону, магия продолжала искрить, но ничего не происходило. Давай же, давай!

Неожиданно цитадель охнула и по ней прошлась волна негодования и страха, которую я ощутила каждой клеточкой своего тела: приближение эйфина.

— Ну же, Рейтан, — шепнула я в пустоту, сжимая руками каменный косяк, — вставай, ты сможешь.

Но он не мог: к шее подбирался опасный дымчатый щуп, а моя магия продолжала искрить, ничего не делая. Как же ею пользоваться? Я будто не знала, где находится предохранитель, как отключить его, уничтожить, снять — не знала. По щекам заструились слезы. Эйфин вынырнул из песка совсем рядом с Рейтаном: двое Великих, что были позади всех, бросились к огромному червю во вторых ипостасях.

Эйфин плевался ядом, от которого ловко уворачивались Великие. Цитадель не спешила закрываться, зрители продолжали следить за действием. Эйфин взревел, проткнутый копьями, он издал последний рык и выплюнул слюну в сторону Рейтана. Он не сможет увернуться. Я выбросила руки вперед, и к мужчине помчался разряд, похожий на электрический.

— Что она делает? — шепнул кто-то рядом.

— Она собирается убить своего хозяина! — вскричал еще кто-то, но я уже не обращала на них внимание, с облегчением наблюдая, как заряд уничтожает не только ядовитую слюну, но и темные путы.

Прозвучал гонг. Испытание окончено. Рейтан откашлялся, на песок упали капли крови, а из рваной раны на груди продолжала расползаться красная лужа. Но главное, что он был спасен. Ворота уже открылись, из них вышли монахи с носилками. Мои руки тряслись, а на висках выступила испарина. Мне бы самой сейчас не помешали носилки, ведь я была выжата как лимон.

— Жив, — прошептала я, закусив губу. — Он обязательно будет жить.

Но радовалась я ровно до того момента, как мне на запястье легли чужие руки. Я попыталась дернуться, но куда там: двое здоровых детины держали меня крепко, не выпуская. Вокруг меня люди застыли: кто смотрел на меня с ненавистью, кто — с интересом. Но жалости не было ни у кого. Я же едва держалась, чтобы не упасть в обморок.

— Ты пыталась напасть на повелителя, на своего хозяина, — сказал один из "детин”. — Ты предстанешь перед судом.

Кажется, мне конец. Какие наказания в Амитане к предателям?..