ГЛАВА 25. Лиза. Переполох в академии Оридора

Я сидела в своей комнатке, на расстеленной кровати, и в который раз изучала шпаргалку Кормилла:

“Первая доза – настроение заинтересованности

Вторая – общительность

Третья – привязка к образу (неосознанная)

Четвертая – романтичное настроение, предчувствие любви (смутное)

Пятая – ощущение безопасности, открытость новому, доверие миру (чтобы снять защиту)

Шестая – сны (о ней, но проснувшись - не может вспомнить ее лицо)

Седьмая – непонятная тоска

Восьмая – смутный образ, который будет преследовать (запах и силуэт)

Девятая – увлеченность, желание любить, ищет глазами Ее и не находит

Десятая – Прозрение – это она (бесповоротно, действие не отменить)”

Тарис принял пять порций. И теперь открыт новым эмоциям без критического настроя к происходящему.

Завтра будет перерыв, а потом снова придется подсыпать или подливать ему колдовское зелье. Моя душа протестовала так, что вокруг пальцев сами собой появлялись ядовито-зеленые нити магии, завиваясь в спирали. Фирелль пояснила, что так выражается негативная энергия и в таком состоянии мне совершенно противопоказана готовка. Иначе могу и народ потравить.

Еще одной причиной моего токсичного состояния было … даже стыдно об этом говорить.

Сегодня вечером я специально сама вызвалась помыть посуду, чтобы вернуться как можно позднее, прогуляться по аллее и встретить прекрасного василиска.

А он не появился.

Я прошлась три раза туда-обратно. Добрела до охраняемого домика принца, увидела свет в его окнах.

Не хватало еще снежками в стекло кидаться с криками: “Ваше высочество, выходите гулять!”

Поймав себя на этой мысли и устыдившись, я и отправилась к себе. Перечитывать скудную инструкцию к приворотному зелью.

Завтра у меня свободный от этой мути день. Я, пожалуй, постараюсь не обслуживать ужин в вип-зале. Отпрошусь, сославшись на подготовку к зачетам. И правда, схожу в библиотеку, почитать об отворотах.

А еще нужно найти Элевилль и взять ее в напарницы. Ведь кто, как не она, так же как и я заинтересован в излечении принца от приворота?

План казался мне изящным и очень разумным. Я даже повеселела и увидела, что кислотная зелень приобретает приятный светло-салатный цвет, спирали распрямляются а потом свечение и вовсе исчезает.

– Учишься гармонизироваться, правильно! — Фирелль запрыгнула на мое ложе. — Сейчас тебя даже на кухню пускать можно, для людей готовить.

– Что-то не хочется, — зевнула я, — время позднее уже. Пора спать, завтра снова на учебу.

А утром я чуть было не проспала. Очень уж выдохлась накануне. Спешно собравшись и наскоро расчесавшись, обратила внимание, что белки нет. Ускакала куда-то по своим фамильярским делам. Могла бы остаться и разбудить вовремя. То же мне, помощница.

На входе в учебный корпус меня ожидало необычное нововведение. Обыск!

– Что такое, уважаемые? — попыталась выяснить я, пока охранники деловито перетряхивали мои учебники и просили вывернуть карманы.

– Не велено распространяться! — вежливо, но твердо ответствовал молоденький безопасник в новенькой форме и брошкой в виде красного яблочка на лацкане.

– Чисто, можете идти! — разрешил мне второй досмотрщик.

А за мной уже скопилась очередь таких же припозднившихся студентов.

Что за переполох с утра?

Я обратилась с этим вопросом к всезнайке Агамиль.

– Ой, Жози, ты не представляешь, какой ужас вчера был! — оживилась она. — На его высочество покушались. Снова! И в этот раз почти успешно.

Сердце в моей груди разрослось как желатин в воде. Казалось оно перекрывает мне дыхательные пути.

Я вчера обижалась, что он ко мне не выходит. А Тарис в это время мог быть ранен!

В голове голосом Кормилла зазвучало: “ощущение безопасности, открытость новому, доверие миру “.

А что, если он был слишком беспечен и поэтому пострадал? И вообще, может это и есть цель Кормилла? Ослабить мощь василиска и напасть на беззащитного принца.

Я толком не слышала, что еще рассказывала Агамиль. Да и смысл лекции почти не понимала.

Скорее, скорее, разделаться с занятиями и придумывать, как спасти Кантарисса.

По окончании лекции, на выходе я столкнулась с той девушкой, что отравилась, втянув яблочный аромат принца. Ассия, кажется.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Вид у нее был потерянный, видно, до сих пор не отошла еще. Интересно, почему же на меня это не действует? Но размышлять об этом времени не было.

Я понеслась отпрашиваться с кухни. Делала я это сбивчиво и эмоционально.

– Бедняжка, ты еще от яблока прийти в себя не можешь, — вздохнула Иора, — Фельезер, отпусти на сегодня девочку. Пусть лечится.

Я благодарно сжала руку матроны и помчалась в корпус боевой магии. Благо туда мог зайти любой.

Третьекурсников нашла быстро, стояла на выходе, выискивая взглядом Элевилль, когда она тронула мое плечо сзади.

– Решила все же принять мою помощь по подготовке к зачетам? — спросила девушка.

– Да, — я энергично кивнула. — И еще одно дельце к тебе есть. Но это строго между нами.

— Интересно, — задумчиво протянула Элевилль, — ну, пойдем в библиотеку, там есть индвидуальные кабинки для штудирования. Возьмем книги, а заодно и поговорим.

Я с облегчением вздохнула и пошла за ней.

– Вот сборник ответов на задания тестов по истории, о нем не все знают. Я только на втором курсе случайно его нашла. А это - древнейший документ. “Шпаргалки на пятьсот случаев бытовой магии”. Почти нелегальный.

Элевилль деловито выкладывала на стол передо мной книги. Слушая ее, я понимала, что действительно эти пособия мне будут полезны, и если найти время на их изучение, я вполне могу войти во второй семестр с приличными оценками.

Но не это меня сейчас волновало. Собираюсь ли я всерьез обучаться в академии магии? И удастся ли мне вообще пережить этот учебный год? Может быть я закончу свои дни в виде каменной статуи, если принц узнает, что я та самая попаданка из фонтана и к тому же опаиваю его зельем. Василиски умеют взглядом обращать в гранит. Или мрамор, точно не помню. Буду я стоять холодная и твердая. И не единой морщинки последующие тысячи лет. Прекрасный памятник себе. Нерукотворный.

– Спасибо тебе, Элевилль, — искренне поблагодарила я свою неожиданную помощницу, – мне и правда невозможно наверстать все, что пропустила.

– Да уж, — она присела за стол, — это ж надо, явиться в академию под Новогодие. Хотя, мне кажется, ты не только именно сюда только-только приехала.

Я напряглась. Уж не рассказал ли ей дядя о моем происхождении?

– Ты не местная, это понятно, — продолжала девушка, — у тебя тут никого нет. Не приезжают родственники в гости, не видела чтобы письма или посылки приходили.

– А как бы ты увидела? — удивилась я.

– Их приносят на первый этаж общежития в твоем корпусе. Я и сама там живу. В другом крыле. Хотя у тебя, конечно, особенная комнатушка. Как посмотрю,ты даже не в курсе, что существует такая доставка. Значит тебя и не интересует возможность что-то получить от родных.

– Я же сирота!

– Точно, дядя говорил. Правда, я ему не особенно поверила. Решила, что он тебя чем-то шантажирует, нашел где-то, заставил оформиться в академию и выполнить его задание.

– Ну да, сама бы ты не согласилась, — напомнила я.

– Меня бы и к еде не подпустили. Дядя щепетилен в таких вещах, как правдоподобная легенда.

– Слушай, ты такая сообразительная, прямо мисс Марпл, — восхитилась я.

– Кто? — не поняла Элевилль.

Действительно, откуда ей знать детектива-любителя, придуманного Агатой Кристи. Это я в детстве зачитывалась ее расследованиями.

– Не важно, — уклончиво ответила я, — там где я жила, это такая женщина-следователь. Очень известная.

– Интересное имя, Мисс, — задумчиво протянула Элевилль, — она тоже из василисков?

– Нет, наверное.

– Хотелось бы больше услышать о тех краях, откуда ты родом, — сказала моя помощница, — но и тебе стоит вливаться в местную жизнь. Сходи хоть разок на Зимние Игры. Это интересно. Они сегодня вечером тоже будут. Поговаривают, туда и его высочество собирался. Если не побоится.

– Элевилль, если ты так любишь всякие выводы и следствия, может и раскроешь, кто подстроил все эти нападения на принца Кантарисса?

– Может, и раскрою, — улыбнулась она, — ты об этом хотела поговорить? Или какое там у тебя дельце?

– Ах, да! — спохватилась я, засовывая взятые книги в холщовую сумку. — Я по поводу приворота.

– Ну-ка, ну-ка! — заинтересовалась Элевилль. — Придумала оригинальный рецепт, как в него засунуть новую порцию?

– Странно, что у тебя это вызывает такой отклик! — удивилась я. — Нет, это другое. Ты знала, что к приворотному зелью можно подобрать отворот?

– Конечно, — кивнула она, — это же на первом курсе проходят. Вижу, вы как раз до этого дошли. Но многокомпонентное средство обезвредить почти невозможно.

– Да, я уже спросила Трамею. Но все-таки есть варианты. Только мне нужна будет твоя помощь, чтобы их подобрать. Надо знать точный состав каждой дозы. Ты можешь подобраться к своему дяде, войти в доверие. Зайти в лабораторию. И в справочной литературе ты вон как замечательно разбираешься.

– И зачем мне это делать? — Элевилль смотрела на меня, прищурившись.

– Как зачем? — опешила я. — Ты ведь боишься василисков и вообще змей. И замуж за менталиста идти не хочешь.

Элевилль задумчиво рассматривала свои ногти. Блестящие, отполированные, ровненькие. Розовым лаком покрыты.

– Это раньше было, — сказала наконец она, — до вчерашнего дня буквально.

– И что изменилось? — не поняла я.

– Я столкнулась в коридоре с принцем Кантариссом. Он оказался вполне милым молодым человеком. Не таким я его себе представляла. А еще вспомни, как он себя героически повел, когда ты его дымом коптила. Спас всех, кто рядом был. Очень впечатляет.

Это была катастрофа.

– То есть, ты решила довести действие приворотного зелья до конца? — мне не хотелось самой верить в то, что я говорю.

– Да, верно, — спокойно кивнула она.

Где та милая, немного испуганная девочка, которую я встретила в первый раз в кабинете Кормилла? Передо мной сидела барышня, точно знающая, чего она хочет. Собственно, они с Кормиллом родственники. Чего я еще ожидала?

– Так что, спасибо тебе за беспокойство, Жози, — Элевилль поднялась со своего места, — но продолжай делать, что уже делаешь. Я с радостью стану женой принца Кантарисса. И обращайся, если потребуется помощь. С уроками или еще чем по учебе.

Она улыбнулась, помахала мне рукой и вышла из кабинки.