ГЛАВА 27. Неожиданный разговор

В кабинете было темновато, совсем темновато. Зима, сумерки сгущались. А освещения, как на стадионе, не было.

– Ты бытовой маг, сделай себе свет, — напомнила белка, — кстати, зачем мы сюда пробрались?

– Не сейчас, Фирелль, — попросила я, — дома поговорим.

– А ищем мы, стало быть, бумажки?

– Их самые.

Послушав фамильяра, я извлекла свет из своей левой ладони, а правую использовала для обшаривания помещения.

Осторожно открыла ящики стола по очереди, боясь, что у Кормилла стоит какая-нибудь магическая сигнализация и он примчится, наплевав на Игры.

Чего только там не было! Зеленый полупрозрачный шар, в котором болтается нечто, похожее на закрытый глаз. Ой, а вдруг это камера наблюдения?

Я испуганно застыла со штуковиной в руке, соображая, что делать с этим.

– Чего ты магического глаза испугалась?

Фирелль запрыгнула на стол прямо передо мной.

– Видишь же, он спит. Если проснется, тогда прячь лицо.

– Оно передает изображение на какой-то экран?

– Вот фантазия! — восхитилась белочка. — Нет, глаз передает информацию в пространство вокруг себя. Вот в эту зеленую сферу. И потом можно считать, что он видел. Так что аккуратненько поставь, где взяла. Пока не разбудила.

Послушавшись к словам фамильяра, я решила быть еще осторожней. Мало ли, какие магические приспособления попадутся в этом столе. И кабинете в целом. Было жутковато, но вместе с тем ужасно интересно открывать для себя этот незнакомый, волнующий и волшебный мир.

Хотелось ли мне вернуться в свой, технологичный?

Трудно сказать. Разглядывая очередную необычность в виде сияющего кристалла, я вдруг подумала, что мне нравится такая “нормальность”. В которой можно читать мысли и взбивать яичницу бесконтактно.

– Хорошую вещь нашла, — одобрил фамильяр, — это неопасно, можешь взять и посветить себе этим кристаллом.

– Подержи, пожалуйста, — я сунула волшебный светильник белке в лапки, сообразив, что помощник мой все-таки не воображаемый и способен на реальные действия.

Зверек недовольно пискнул, но подсветка у меня появилась.

В среднем ящике стола оказались небольшие коробочки с травами или порошками, а также несколько бумаг. Достав их, я поняла, что это наблюдения за тремя студентами, которых Кормилл подозревает в покушении на принца!

Два имени мне были незнакомы, а вот третье… Ассия Ивли. Эта девушка учится на моем курсе, она же обнюхивала Кантарисса и попала к целителям после этого, правда, довольно быстро пришла в норму и вернулась к учебе. Я слышала, как Нурманн и Трамея обсуждали этот случай. И Трамея говорила, что у девочки видимо очень сильный организм, потому что она хоть сразу и выдала симптомы острого отравления, очень скоро восстановилась без помощи, просто выспалась и все прошло.

Интересно, почему Кормилл ее подозревает? Тут записаны ее передвижения, где она примерно могла находиться во время покушения на Кантарисса. Не может быть, что опытный безопасник записал ее в возможные преступники только из-за ее интереса к принцу. Так стоило бы вообще всех девушек академии взять под наблюдение.

– Поторопись, Жози, — одернула меня белочка, — для моих лапок кристалл тяжеловат. Да еще и хозяин может вернуться.

Сунув бумаги обратно, я занялась третьим ящиком - тоже бумаги, но на этот раз совершенно неинтересные, чисто рабочие материалы. Списки студентов по группам, адреса преподавателей и прочая служебная информация. Я досье на на них не собираю, так что мне это не пригодится.

В помещении имелся еще и огромный шкаф с большими дверьми. Открыв их, я увидела полки с коробками, в которых были архивные документы. Они были подписаны: “Менталисты, 2 курс, практика” и так далее. Тщетно я выискивала что-то вроде “Магические рецепты” или “Эликсиры”. Белка оказалась права, здесь Кормилл хранил только рабочие материалы. Или припрятал в одной из коробок то, что мне нужно, но чтобы это найти, понадобится не одна ночь.

Я была в отчаянии. Что же делать дальше?

И тут отчаяние мое увеличилось, поскольку в замке входной двери закопошился ключ!

– Давай в шкаф! — велела не потерявшая присутствия духа белка.

Действительно, я девушка некрупная, вполне могу втиснуться между коробок. Запрыгнув в шкаф, постаралась закрыть за собой дверцы. Сложная задача делать это изнутри. Но когда вам грозит встреча с темным колдуном во время несанкционированного обыска его кабинета, все под силу!

Я справилась.

И тут же в помещении послышались голоса. Один из них - Кормилла, а второй… принца Кантарисса! Ушам своим не верю. Хотя мелодичный и волшебный тембр высочества ни с чем не спутаешь. Поверьте влюбленной девушке. Да и потом, безопасник к нему обращался как подобает.

– Слушаю вас, ваше высочество, — пророкотал он миролюбиво.

– Детис, Огги, вы остаетесь снаружи.

Звук закрываемой двери.

– Кормилл, вы ведь не хотите ментального воздействия?

– Нет, конечно, принц. И разве я этого заслужил? Разве не доказывал свою преданность вашему высочеству?

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

– Да прекратите уже вашвысочкать, — раздраженно сказал принц, — вы, верно, намекаете на Ассию? Я этим не горжусь. Но если мне покажется, что вы меня шантажируете, сам скажу правду отцу и братьям.

– Я понимаю это, ваш…принц. О чем же вы решили поговорить со мной в таком угрожающем тоне?

– О том, что видел у вас в кабинете совсем недавно.

Тут уж напрягся не один Кормилл, но и я в шкафу. Так что пространства больше стало, ибо я в струнку вытянулась.

– Вы и студентка-первокурсница, Жозериль. Та, что делает для меня десерты, а сегодня была наблюдателем на играх.

– Я понял, о ком вы, ваш…

– Разумеется, поняли. Ведь вас что-то связывает очень близко. Бедная девочка была весьма напряжена, когда я зашел. Если вы принуждаете ее к чему-то, Айдан, это недопустимо.

– Я… не….э-э-э… принц…

В первый раз слышала, чтобы он так растерялся. Но с другой стороны, прекрасно его понимаю. Если менталист устроит ему дознание и протрясет закоулки сознания, последствия будут неприятными для Кормилла.

– Так что я предлагаю вам рассказать мне правду. Учитывая ваши заслуги и мое к вам доверие.

– Конечно, ваше высоч… правитель. Скажу все как есть. И уверен, вы меня поймете как мужчина.

О божечки! В чем он собирается ему признаться, как мужчина?

– Девочка прониклась ко мне, так скажем, не совсем допустимыми чувствами, принц.

Девочка тебя ненавидит, Кормилл! Уж не знаю, насколько, по-вашему, допустимо испытывать ненависть к тому, кто заставляет приворожить любимого человека и василиска к капризной третьекурснице!

– То есть, вы хотите сказать, это она вас преследует?

– Вы, конечно, можете проникнуть в ее сознание…

– Но не буду. Вы прекрасно знаете все насчет этики нашего учебного заведения. И о правилах моего отца.

– Я и сам поддался ее чарам, мне все труднее сопротивляться, принц. Жозериль очень привлекательная особа. В ней есть свое очарование.

– Да, несмотря на свои особенности, она милая.

Особенности? О чем это он, интересно?

– Но даже студенты с ментальными расстройствами имеют право на уважительное отношение, — продолжил Кантарисс, — хотя это еще меньше вызывает желание лезть девочке в мысли. Безумие слишком заразно.

Безумие? Ментальные расстройства? Мне хотелось завыть в какую-нибудь коробку. Любимый василиск считает, что я буйнопомешанная? И только поэтому не хочет читать мои мысли. При этом ему, кажется, нравится моя тайная ипостась, которую он, тем не менее, принял за дурнушку. Вот сейчас я точно с ума сойду.

– Я все это понимаю, принц, но с сердцем своим ничего не могу поделать. Хоть и пожизненно женатый человек. Нас с Жозериль связала преступная связь. И я пытаюсь с ней совладать. А несчастная девочка продолжает приходить ко мне ежедневно. Остается ее только успокаивать и обещать когда-нибудь быть вместе. Ну, вы понимаете как никто, наверное.

– Опять намеки? — в голосе Кантарисса послышалась злость. — Что ж, если вы действительно пытаетесь справиться с ситуацией, до Новогодия я оставлю этот вопрос в покое. Но потом - будем что - то решать. Возможно, переведем Жозериль в другую академию. Я поговорю с братьями. Правда, не знаю, где будут рады слегка помешанному бытовому магу.

– Отличное решение, ваше высочество! — от радости Кормилл опять забылся.

– Но ты не расслабляйся. Так… погоди… — голос принца вдруг зазвенел. — Здесь есть кто-то. Я уловил вспышку сознания.

Проклятье! Меня засекли!

– Кажется, я слышу что-то. Какой-то шорох.

И правда, от страха я шевельнулась и одна из коробок сдвинулась.

– Да это белка! — с облегчением в голосе сказал Кормилл.

– Вы думаете, мыслительный импульс белки можно принять за вспышку разума? Хотя, я немного устал сегодня на Играх. Да и волна была нечеткой. Так что вы правы. Мне пора, Кормилл. И учтите, я слежу за вами. Обидите бедную девочку, пеняйте на себя.

Какой же он милый! Считает меня придурковатой и влюбленной в это чудовище, но защищает.

– Я провожу вас, принц.

Дверь открывается.

– Ваша охрана куда-то отошла, по правилам я должен сопроводить вас до нее.

– Что ж, давайте.

Оба вышли, дверь закрылась на ключ и я смогла перевести дух. Резко открыла шкаф, думая, куда теперь податься. А если в коридоре кто-то есть? Или Кормилл решит вернуться?

– Не бойся, тут никого! — подскочила моя спасительница. — Но ты оказалась права, в кабинете есть неприметная дверца. Не знаю, куда она ведет.

– Думаю, пока не стоит это выяснять. Кормилл может вот-вот вернуться.

Открыв замок своей магией, я выглянула в коридор. Было пусто, но слышался звук шагов.

Быстро убежав и заперев за собой, я спряталась за колонной в виде змеи.

Вскоре появился Кормилл и снова зашел в свой кабинет. Правильно я убежала. Теперь мне нужно было вернуться к себе и обдумать много всего интересного.

Что связывает принца с Ассией, например? Судя по намекам, которые мужчины друг другу отвешивали, это какая-то неприглядная история.

Я вышла на улицу, направляясь к своей комнатке, белка прыгала передо мной. Толку от нее оказалось больше, чем я думала.

– Фирелль, а почему здесь нет факультета бытовой магии? — спросила я помощницу.

– А вас очень мало, чтобы целый курс открывать.

– Да ладно! — удивилась я, - мне кажется все владеют такой магией.

– Только основами, да и то при помощи заклинаний. Здесь в моде разрушительные, боевые умения. А вот спокойное домашнее волшебство давно забыто. И мы, бедные фамильяры, тоже ходим неприкаянные. Драконий край хоть и перешел к василискам, мало что изменилось в сознании.

Мы добрались до комнатушки. И тут я вспомнила. Принц Кантарисс просил передать Лизе, что сегодня выползет на ночную прогулку.

В нерешительности я села на кровать. Что мне делать?

Всей душой я рвалась на эту встречу. Как Жозериль, как Лиза… неважно. Пусть даже мне приходится говорить изменным голосом.

– Куда-то собралась? — белка невозмутимо прыгала по кровати.

– Да. Встретиться с принцем Кантариссом, но уже от имени другой девушки.

– Кажется, я мало что о тебе знаю, — озадачилась Фирелль, — не такая ты простая девушка, так морочить голову менталисту.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

– Он сам же придумал слишком много правил, которые не может нарушить. Поэтому не лезет ко мне в голову. Так бы моя история закончилась за один вечер.

– Не надо за вечер. Мне так интереснее!

Я залезла под кровать, где лежал рулон фольги. Запаслась на всякий случай. Начала обматывать голову плотным слоем.

– А принц не зря думает, что ты того…— белочка постучала лапкой по своему крохотному черепу.

– Может и того, но так спокойнее. Ты со мной не ходи, ладно?

– Да чего я на улице забыла? Спать лягу.

Поверх фольги я повязала платок, чтобы не шуршало. Так теплее будет. Нашла плотный шарф, завязала нижнюю половину лица, голос будет звучать более глухо. Накинула плотный плащ-пальто с капюшоном. Маскировка закончена.

Я вышла на улицу, миновав тот самый пост с посылками для студентов из дома, о котором рассказывала Элевилль. И почему я не замечала его раньше? Потому что у меня в этом мире есть только белка.

Дойдя до места, где уже дважды видела Кантарисса в облике василиска, я вдруг поняла, что понятия не имею, когда он здесь появится. Часов при мне не было, не полагалась такая модная штучка простым студенткам. Вот получу первое жалованье на кухне и возможно, смогу купить. Хотя по намекам Эскалора я уже поняла, что меня надули и оплату назначили очень маленькую. Но, может, сверхурочные за дежурство у менталистов поправят дело.

Я шла по припорошенной снегом дорожке, любуясь белым покровом, искрящимся в тусклом свете фонарей. И услышала шипение за своей спиной. А потом - звук скольжения огромного тела.

Обернувшись, уже без страха смотрела на длинное, мощное тело василиска, покрытое плотной синеватой чешуей.

Он был прекрасен и в этой ипостаси. Великий змей, таящий в себе угрозу, открыто демонстрирующий свою силу. Даже рога, венчающие голову, смотрелись величественной короной. Глаза, пронзительные, зеленые, с вертикальным зрачком, светились ярче фонарей.

А я стояла и любовалась им, закутанная в ворох одежд, с надвинутым на лицо капюшоном. Таинственная, как средневековый ниндзя.

– С-с-с-страс-с-с-ствуй, Лис-с-за…

– Доброй ночи, Тарис, — ответила я ему, стараясь замотаться в свой плащ плотнее. Мне казалось, он способен и сквозь него меня увидеть.

Между тем, принц уже принял человеческий облик и смотрел, улыбаясь.

– Интересно, когда ты перестанешь меня бояться и откроешь наконец свое лицо, — сказал он вдруг.

Я промолчала.

– Жозериль - твоя подруга? — поинтересовался он вдруг. — Вы с ней учитесь на одном курсе или вместе работаете на кухне?

Я и не знала, что ему сказать. Скажу “да” - а если он проверять пойдет?

– А может ты вообще придумала это имя, Лиза? — продолжал спрашивать Кантарисс. — Уж очень странно оно звучит. Но знаешь, мне даже нравится эта загадочность. Поэтому можешь не сообщать мне правду.

– Принц, — решилась я, — поверьте, у меня нет никаких преступных замыслов. И свое лицо я скрываю по другим причинам.

– Верю, — кивнул он, — в тебе нет враждебности, иначе я бы считал это еще в первую нашу встречу, когда немного подглядел в твое сознание. Видишь, сейчас я этого не делаю. Иначе ты могла бы это почувствовать.

– Спасибо, Тарис, — обрадовалась я.

Совсем не хотелось, чтобы менталист принялся сейчас пробиваться сквозь свернутый мною кокон. По правде говоря, я не верила, что его он может остановить надолго. Это яд на меня не действует, а ментальная магия вполне.

– И коль скоро для меня ты - почти бестелесная тень, говори мне тоже на “ты”.

– Но… ваше высочество! Это неуместно! — сопротивлялась я, хотя мне очень самой хотелось допустить в наши отношения, такие незримые и бесконтактные, немного интимности.

Я прекрасно понимала, что Кантарисс вот так спокойно общается с девушкой, которая скрывает лицо и может оказаться государственной преступницей, потому что открыт сейчас миру. А до этого на него действовали другие компоненты зелья, делающие его более общительным. Но так хотелось поверить в сказку о принце и золушке!

– О чем вы, то есть ты, хотели со мной поговорить? — спросила я Тариса.

– Мне беспокойно отчего-то, Лиза, — принц задумчиво шел по дорожке, и кажется, любовался снежными шапками на еловых ветвях.

Я чувствовала насыщенный яблочный аромат, исходящий от него, даже через шарф, плотно облегающий нижнюю часть моего лица.

– Кажется, я упускаю нечто важное. Да и после разговора с Кормиллом на душе какая-то гнусь.

– С Кормиллом? Это же наш безопасник? — я постаралась притвориться не очень сведущей.

– Странно, что у тебя вызывает это какие-то вопросы, — хмыкнул Кантарисс, — если Жозериль твоя подружка, ты должна знать о нем очень много. Влюбленные девушки ищут повода поговорить о своих сердечных симпатиях. Или она хранит увлечение в тайне?

Принц сказал это каким-то раздраженным тоном. Наверное, его действительно злило, что в академии, которая ему подчиняется, происходят такие непотребства. Начальник департамента безопасности, примерный семьянин, заводит шашни с первокурсницей. Как бы мне хотелось сказать ему, что это неправда!

– Если у нее и есть такое непонятное увлечение, то наверняка она не захочет о нем распространяться, — осторожно сказала я.

– Какой же я дурак. Выдал чужой секрет.

Принц вздохнул.

— Ничего, я уже обо всем забыла.

– Совсем обо всем? — зеленые глаза Кантарисса проникли мне в душу, минуя все те слои одежды, что я на себя навертела. Казалось, он даже сумел поймать мой взгляд.

– Когда я с тобой, то всегда обо всем забываю, — сказала я и тут же пожалела о своих словах. Как неосмотрительно!

– Лиза… — начал Тарис и вдруг коснулся моей руки!

Да, сегодня я сидела на нем верхом, прижимаясь всем телом, и мы бились с неприятелем, стоя спина к спине… но это не было таким личным, как этот жест.

Меня вначале пронзило холодом, а затем обдало жаром.

– У меня тоже чувство, будто я давно с тобой знаком, — сказал принц.

А потом, не успела я обрадоваться, заключил:

– Извини, что повторяюсь, но так даже лучше. Оставайся невидимкой. Моим ночным видением.

– А ты не очень склонен подпускать людей близко, — не выдержала я. Что ж, если я его воображаемая подруга, могу что угодно говорить.

– Это верно, — кивнул он, — единственный человек, которому я мог открыться - мой брат Эшерисс. Но мы с ним в ссоре. И от этого мне очень плохо. Вероятно, поэтому так странно себя чувствую. Не могу предтставить, что в это Новогодие мы с ним не поздравим друг друга.

– Что же у вас случилось?

– Вкратце, с Эшем произошла странная история. С потерей памяти. Я предложил покопаться слегка в его голове, чтобы восстановить пропавшие воспоминания. Но он мало того что отказался, еще и решил, что я к этому причастен. И самое неприятное, мне сказали, он уверен, будто я претендую на его королевство! Будто мне своего мало. Быть королем, знаешь ли, очень ответственно. Ну, вот зачем мне два королевства?

Я тоже не представляла. Но со мной все понятно - я женщина. Нам вообще не хочется управлять королевствами, как правило. Хватит и небольшой корпорации. Или большой. А лично для меня и этого не надо. Я бы хотела царить в сердце любимого человека, который сейчас стоял передо мной, жаловался, что скучает по брату и предлагал мне остаться ночным видением. Даже не подругой!

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

А Кантарисс продолжал:

– Мало того, как мне стало известно, Эш считает, что я и сейчас веду какую-то чуть ли не шпионскую деятельность, чтобы хитростью забрать его трон. Ума не приложу, как с ним быть. Говорить со мной он отказывается. Считает, что я могу попытаться на него воздействовать, запудрить мозги. Даже письма мои до него не доходят. После происшествия с Эшем я еще аккуратнее использую ментальную магию. Зачем нужен дар, если из-за него ты теряешь самых близких?

Я погладила руку Тариса. Надо же, и у королей проблемы как у обычных людей. Недоверие близких. Потеря контакта с самым любимым из братьев. Как же ему, должно быть, одиноко!

Теперь мне не казалось странным, что великий принц-василиск ищет общества невзрачной ночной тени.

– Тарис, обещаю, что этот разговор не уйдет дальше моих ушей, — сказала я с чувством.

– Я знаю, Лиза, — спокойно ответил он, — уверен в этом. Иначе не проронил бы ни слова.

– Ваше высочество! — услышали мы взволнованный голос. Через минуту на дорожке появился Детис.

– Тебе лучше исчезнуть! — прошептал Кантарисс. — Иначе от него не отделаться. И от нее.

Ох, батюшки светы! Следом еще семенила Иора!

Я с неохотой отпустила руку Тариса и ускользнула между деревьев, слыша стенания матроны:

– Принц! Как можно уходить одному, без охраны? Ведь вы круглосуточно подвергаетесь опасности! Те, кто на вас покушаются, могут и ночью нагрянуть.

Она была права. Кантарисс слишком беспечен. И я в этом виновата, как никто другой.