ГЛАВА 28. Шестой компонент

– А вот скажи мне, девочка Жозериль, отчего ты притворяешься кем-то другим? — этот вопрос, сказанный мультяшным голоском, заставил меня открыть глаза ранним утром лучше всякого будильника.

– Оттого, что я и правда другая, — пробормотала я спросонок.

Фирелль энергично запрыгала по кровати.

– Другая - это какая?

Белка уже заглядывала мне в лицо.

– Не местная. Совсем не местная. Категорически.

Я вспомнила, что белку слышу только я. Так что моей тайны она не выдаст. Если догадается, в чем она.

Фамильярша присвистнула.

– Погоди. Так ты что - иномирянка?

– Какая смышленая белочка!

Я села в кровати, соображая, который час и не опаздываю ли на занятия.

– По-честному, что ли?

Белка прыгала по мне, как отбойный молоток. Хорошо, что меховой.

– Честнее некуда.

– Так вот откуда у тебя такая экзотическая для местных магия! Вы в вашем мире все бытовые чародеи?

– У нас вообще магии нет, — вздохнула я.

– Так не бывает! — заявила белка. — Без магии и самого мира бы не существовало. Просто вы ее не замечаете.

Я задумалась на какие-то секунды. А что, если наше электричество - это и есть прирученная бытовая магия. Но потом тряхнула головой. Не о том сейчас беспокоиться нужно.

– В общем, теперь ты знаешь мою главную тайну. Я тут застряла и не знаю как вернуться назад. Фонтан, через который я сюда угодила - обратно меня пускать не захотел, дно его чаши очень крепкое. Кормилл сказал, портал закрылся сразу же.

– Кормилл, стало быть, в курсе.

– Ага.

Я спустила с кровати ноги, планируя встать и собираться. Но Фирелль одолевало любопытство.

– И теперь старому пройдохе от тебя что-то надо. Надеюсь, не то, о чем подумал принц?

– Ой, нет, конечно! — я замахала руками так энергично, что сквозняком чуть не скинула белку с кровати. — Но если я тебе скажу, то нарушу договор о молчании?

– Кровью подписывали?

Я кивнула.

– Скорее всего, нет, но лучше не рисковать. Ты же наверняка не помнишь, есть ли там пометка о магических существах?

– Не помню. С перепугу так поняла, что никому нельзя рассказывать.

– Чисто технически, ты его уже нарушила, поскольку сказала,что он есть. Но дальше уж молчи.

Интересно, а как Кормилл смог рассказать Элевилль, что я привораживаю принца в ее интересах, не нарушая договора? Вероятно, сделал это заранее. Каков хитрец, был уверен, что мне ничего не останется, как согласиться. Нет, хорошо что я на юридическое не пошла. Не умею просчитывать вот это всё.

Испугавшись последнего замечания белки, я принялась себя ощупывать. Не начинаю ли каменеть?

Нет, все в порядке, если не считать, что мышцы немного болят после вчерашних спортивных активностей.

Я уже начала привыкать к этому расписанию. Умылась, собралась. Перехватила какой-то пирожок в буфете на первом этаже общежития. Еще недавно я и не замечала, сколько там общественной жизни протекает. Спасибо Элевилль, просветила.

Мне предстояло неприятное - пойти к своему мучителю за шестой порцией приворотного зелья.

Она должна будет внушить Тарису “сны о ней”. Без лица и внятного образа, для закрепления любовного предвкушения. Можеть быть, хоть это ощущение безопасности мира для него притупится?

В кабинет Кормилла я зашла без стука. Если уж я влюбленная в него девица, мне так и положено.

Колдун стоял у окна, эффектно заложив руки за поясницу, и задумчиво глядел в рассветное небо.

– Ты как-то по-хозяйски зашла, Лиза, — сказал он, едва обернувшись ко мне.

– Надоели эти церемонии, — отрезала я, — настроение с утра боевое.

– Это замечательно, — он изобразил свою ехидную улыбку. Сказала бы - змеиную. Но с некоторых пор змеи кажутся мне самыми симпатичными созданиями во всех мирах.

– Тебе сегодня предстоит не самая простая задача.

– Да я уже поняла, что с каждым разом вы все усложняете этот квест.

– Что? — растерялся Кормилл.

Мне нравилось разбавлять речь словечками из своего мира, тем самым ввергая его врасплох. И да, я начала уже злиться. На него, на себя, на ситуацию. Еще немного, и решусь на какие-нибудь дерзости.

– Давайте мне новый компонент, Кормилл, и рассказывайте, как его использовать.

– А вот командовать тут буду я! — жестко сказал негодяй.

– И что вы мне скомандуете?

– Дам новый компонент и расскажу как его использовать, — буркнул колдун, направляясь к столу, — что-то не нравятся мне эти перемены в тебе. Сделать с ситуацией ты все равно ничего не сможешь. А вот глупости совершить - запросто.

– Без лекций, сударь. Вы не моя бабушка.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

– Осторожнее, девочка! — теперь он ощерился на меня и кажется, даже клыки сверкнули. Я не уточнила, есть ли в этом мире вампиры. Кормилл бы за одного из них сошел.

– Вот, — он протягивал мне очередной мешочек из плотной черной ткани, — там совсем немного.

Я взяла предлагаемое. Пощупала.

– Это замазка какая-то?

– Паста.

– И как ее давать?

– В замороженном виде.

– Первосходно, — разозлилась я, — он ее прямо со льдом должен схрумкать, или все же могу более щадящие варианты придумать? Типа мороженого.

– Чем тверже структура, тем лучше. Эти ваши мягкие штуки, которые берут ложечкой, не особенно подойдут.

На лице его было написано самодовольство. Дал мне очередное злодейское и трудновыполнимое задание, и доволен.

– А на вкус оно какое? Или опять самой пробовать?

– Что? — он с лица спал, кажется. — Ты что-то сама попробовала?

– Нет, не волнуйтесь так. Понюхала только. Иначе уже вашей племяннице сумки бы таскала наверняка.

– Не шути так, — он перестал улыбаться, — прочь свои ручонки от моего колдовства!

– Тогда я и принцу зелье дать не смогу. Но воля ваша.

Кормилл заметно начал злиться. Это было опасно, но мне очень понравилось. Так тебе, гад подколодный.

– На вкус эта порция похожа на мякоть персика, — сказал он сквозь зубы.

– Вот и чудненько, — постаралась я изобразить беспечность, —- значит сегодня на десерт у принца персиковый фруктовый лед.

Я неслась на занятия, потому что опаздывала. А на зельеварение мне успеть очень хотелось. Очень меня увлекал теперь этот предмет. Даже не зная рецепта нужного мне зелья, я должна уметь правильно подогревать, смешивать, взбалтывать и так далее. Гадкий мешочек с персиковым компонентом прожигал карман и совесть.

Успеваю! Галопом вбежала в аудиторию и врезалась в такую же опоздашку.

– Ой, извини, пожалуйста! — притормозила я. И увидела, что это Ассия. Ее личность меня сейчас тоже изрядно волновала. Не давал покоя разговор Кормилла и Кантарисса. Что у нее было с принцем? И почему она сейчас бросается его обнюхивать, а он злится до раздвоения языка?

– Девушки, встаем на свои места за столом практики! — возвестила Трамея. — Сегодня будем учиться готовить мандрагору правильной прожарки для зелья долголетия.

Не уверена, что мандрагора входит в рецепт антидота, но чем хару не шутит, пока Элоир спит?

Я увлеклась разведением и поддержанием пламени правильной высоты и яркости, когда услышала шепот над ухом:

– Ты специально вчера залезла на принца?

Вздрогнув, я решила что это Агамиль. Она меня вечно преследует и всегда все узнает первой.

Но это оказалась Ассия. Видимо, мы одинаково друг другом заинтересовались.

– Ты была на Играх? — ответила я ей вопросом на вопрос.

– Да! И все видела. Ты и мой принц!

Ох, что-то слишком много желающих владеть сердцем Кантарисса в моем окружении. Хотя, чему удивляться?

Он принц, и воистину прекрасный. Менталист, который старается не пользоваться своим даром направо-налево, из этических соображений. Мудрый правитель, который сумел решить проблему грабительских налогов, обдирающих атраморцев при прежних хозяевах этих земель… Проницательный сыщик, что сумел раскрыть банду фальшивомонетчиков. И много всего другого, о чем рассказывают в академии. И что я почувствовала сама, говоря с ним.

– А Кантарисс в курсе, что он твой?

Трамея увлеченно что-то объясняла студентке, которая успела поджечь край стола, поэтому я могла поговорить с Ассией.

– Еще нет. Но он все чувствует. Он же менталист! — с гордостью сказала Ассия. Будто она и правда его девушка. — Понимаешь, Жози, есть знание, которое приходит к нам свыше! И я просто знаю, что он - мой истинный. А я его.

Нет, ее всё же не долечили. Отравление яблоками в полный рост.

– Нет у нас ничего с Кантариссом, — попыталась я ее успокоить, чтобы она мне свою мандрагору за шиворот не сунула, — он просто узнал меня и попросил стать наблюдателем, вот как раз потому что у нас ничего нет.

Ассия с сомнением на меня посмотрела. На лице ее отразилась работа мысли. Уж не знаю, поверила ли, но отстала.

После зельеварения мы повторяли подвиги василисков на “Истории”. Я рассеянно слушала Нурманна, думая о том, почему нам ничего не рассказывают дальше отца пяти братьев-королей. Кем был их дедушка по отцовской линии? С материнской понятно - жена императора, Арианна, наследница короны в государстве, которое чуть ли не было уничтожено мятежниками. Но явился Вазилисс и обратил всех нападавших в камень. Жаль, что отец принцессы Арианны успел погибнуть к тому времени.

Но Вазилисс оказался не только смелым, но и очень дальновидным политиком. А также успешным завоевателем. Он не только сохранил королевство, которым правили до него родители Арианны, но и значительно расширил его границы, превратив в империю. Очень удобно, когда у тебя пятеро сыновей, родившихся в один день. И хочется каждому дать порулить и не разругаться.

Хотя, насчет “не разругаться” - не очень получилось, судя по тому, что рассказывает Тарис.

Это Андарисс и Алидисс у них не разлей вода. С остальными сложнее.

Мне надоело слушать про королевское семейство и я начала думать, как заставить одного симпатичного василиска захотеть фруктовый лед в разгар зимы.

Пожар в кафе устроить не вариант.

Придется действовать убеждением и личным обаянием. Но вначале лакомство следовало приготовить, причем по памяти. Потому что в местных поварских рецептах я видела муссы, желе и мороженое. А фруктового льда не заметила. Возможно, потому что его там не было.

Придя на кухню, я долго и сосредоточенно сидела, приложив пальцы к вискам, пока не забеспокоились все, даже белка, которая при посторонних хранила молчание.

– Вспомнила! — закричала я, видимо, так внезапно, что Иора подскочила, вылив на себя только что тщательно взбитые ею сливки.

– Чего ты вспомнила, дурная? — выругалась матрона. Она со мной не церемонилась, но все равно очень мне уже нравилась.

– Рецепт льда фруктового, что в каких пропорциях класть. Но мне нужны будут палочки. Чтобы замораживать вокруг них лакомство.

– Рецепт льда? — удивился шеф-повар Фельезер. — А не холодно его есть в такую погоду?

– Не на улице же! — я надеялась, что моя беспечность не выглядит наигранной. — И вообще, я готовлю рецепт только для первых лиц, которые ужинают в кафе с принцем Кантариссом. А у них там тепло.

– И верно, там порой так нагреют, что у меня бюстье плавится, — неожиданно поддержала меня Иора.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

– Вот, значит мой десерт господа оценят, — обрадовалась я, — вот только надо понять, как можно заморозить его аккуратными и красивыми брусочками на леднике.

– А как же твоя бытовая магия? — спросил в недоумении шеф.

– Она на это способна? — спросила я радостно. И кажется, поразила своим неведением всех. Удивленной выглядела даже курица в руках шеф-повара. А Фирелль красноречиво на меня смотрела, метя хвостом как злая кошка.

Мне стало стыдно. Какая я нерадивая студентка все-таки. И шпионка никудышная, сейчас вот опять невероятно близка к провалу. Я как Штирлиц, которого выдает волочащийся за ним парашют.

– У тебя самая удачная магия для кухарки, — вздохнул с завистью Эскалор, — я вот огненный в основном, могу жаровню запалить. Ну и немного телекинезом владею, вещи перемещаю. Удобно посуду мыть и ножом пользоваться. Но вот так чтобы воду замораживать, быстро охлаждать или разогревать еду в мгновение ока - это к бытовикам. Потому что если я буду греть мясо, то просто его сожгу.

– Девочка лишь недавно открыла свои способности, — вздохнула Иора, — нам надо чаще ее мотивировать их использовать.

– Она и без способностей звезда, — внезапно подала голос помощница повара Элари с противоположного конца кухни, — все только и говорят, что о том как она его высочество оседлала на Зимних Играх.

– Зря ты, кстати, не осталась! — просиял Эскалор. — Я вчера пятое место занял!

– Поздравляю, — искренне сказала я, — соперники у тебя были достойные.

Дальше я вскочила и принялась за десерт. Мякоть персика мне следовало добыть из плодов, затем приготовить сахарный сироп, смешать с фруктовым пюре, добавить немного воды… найти в этой кухне лимонную цедру.

Действовала я четко, готовила с удовольствием, чувствуя, как льется из моих пальцев приятный молочного оттенка свет, делая персик еще сочнее и мягче.

Формы для льда я смастерила сама, нашла упругую упаковку от продуктов, изготовленую из чего-то, напоминающего то ли твердый силикон, то ли мягкий пластик. Есть и тут другие материалы кроме бумаги и картона. Палочки для мороженого мне настрогал Эскалор.

Пришло время разливать сладость по формочкам, тут-то и был самый ответственный момент. Я должна добавить в одну из них приворотное зелье.

– Фирелль! — прошептала я. Белка подпрыгнула ко мне, тревожно выкатив бусинки глаз.

– Нужна твоя помощь. Отвлеки их!

Фирелль очень не хотелось безобразничать. Но лицо мое было и серьезным и умоляющим сразу. Поэтому белка вздохнула и совершила головокружительный прыжок со стола на шкаф через всю кухню. Я и сама чуть не отвлеклась, страшно за нее стало.

Повара заругались, кинулись за белкой, которая гремела половником по кастрюле. А я быстро смешала пасту из мешочка с пюре, и влила в крайнюю форму. Палочка в ней была перевязана атласным бантиком синего цвета.

Запомнить. Не перепутать. Заморозить!

Дальше было дело техники. Я в свежевыглаженном костюме повара и официантки сразу вкатила тележку с тридцатью кусочками вкуснейшего персикового льда в полутемное помещение кафе.

За то время, пока меня тут не было, оно стало еще более новогодним.

С потолка свисали скрученные змеями гирлянды, они светились тусклыми разноцветными огоньками, имитирующими чешую. И только что не шипели.

Очень ненавязчивым звуковым фоном играла местная новогодняя музыка. Как странно. В моем мире праздник уже прошел, а здесь к нему только подбирались. Жаль, толком встретить свой Новый год мне не удалось.

Передо мной вырос Детис. Начальник охраны принца больше не казался мне опасным противником. Его легко было обезоружить. Что я и сделала.

– Наше вам! — обворожительно улыбаясь, протянула великану палочку с мороженым, только-только из формочки. От фруктового льда сразу заструился пар.

– Почему оно дымится? — с подозрением спросил телохранитель.

– От разницы температур, уважаемый господин, — градус улыбки еще повысился, того гляди весь свой лед сама и растоплю, — пробуйте. Настоящему мужику и дымящийся лед нипочем.

– Дерзишь! — заметил Детис. И все еще колебался.

Но тот угощение перехватил из моей руки наш ректор! Давно его не видела. А господин Арширон лакомка, оказывается.

– Это для всех? — спросил он, облизываясь. — Его высочество очень хвалит ваши десерты, дорогуша. Так что не могу отказать себе в удовольствии.

– И не отказывайте, угощайтесь, — предложила я.

Тогда и Детис сломался. Покорно взял другой десерт, осторожно лизнул, затем куснул.

– Жубы ломит!

– Ничего, все не проломит, — успокоила я его, — могу идти дальше?

Телохранитель кивнул, держась за щеку. А кто виноват, что у него такой рот вместительный и укус мощный?

Я продвигалась к столику правителя Атраморы, стратегически раздавая мороженки сидящим на своих местах преподавателям и руководству академией. Бдительно присматривала за палочкой с ленточкой, как бы ее кто не цапнул. И в случае чего готова была бить по рукам.

– О, моя напарница! — голос Кантарисса вновь вывел меня из равновесия, а яблочный аромат чуть не заставил забыть обо всем на свете.

– Добрый день, принц, — я неуклюже присела в реверансе.

– Каждый раз пытаюсь понять, что за упражнение вы делаете при моем появлении, — озадаченно сказал принц.

Я стояла подле его огороженной ложи с последним фруктовым лакомством в руке.

– Сегодня вы меня оставили напоследок, на десерт, так сказать.

Щеки мои запламенели, неудержимо захотелось приложить к ним свое же творение, в целях охлаждения.

– Давайте, мне уже интересно, что вы приготовили, — поторопил меня Тарис, — а то вчера я остался без сладкого… точнее, Иора состряпала мусс, но это не так интересно как ваши необычные блюда.

Он взял свое мороженое, понюхал. Потом лизнул. А я стояла и смотрела, как мужчина, в которого я влюбляюсь с каждым днем все больше, привораживается к Элевилль Кормилл.

– Очень экзотично, — одобрил принц, — ледяное лакомство в мороз, очень даже в вашем духе. Надеюсь, вы приготовите мне его и летом.

– Обязательно, — тихо ответила я.

К столику принца подбежал взволнованный Детис.

– Ваше высочество Кантарисс, простите, что отрываю, — сказал он, чуть ли не задыхаясь от переживаний, — вы срочно нужны. Без вас не обойтись. Беда на факультете менталистов.

– Я нужен в их корпусе?

Кантарисс облизал палочку и положил на тарелку.

– Нет, они подрались в фойе, тут, рядом.

– Ментальный удар? — спросил Кантарисс, и его губы сжались в тонкую линию.

Детис кивнул. Принц отодвинул меня и бросился к выходу. Не тому, который вел в столовую. Подозреваю, здесь их вообще несколько в неожиданных местах.

Я завороженно пошла следом.

Мы выпрыгнули в общем фойе, где обычно было столпотворение. А сейчас студенты выстроились чуть ли не хороводом, и смотрели на что-то.

– Разойдитесь! — велел Кантарисс таким властным тоном, что толпа раздвинулась в ту же секунду, и не спешила смыкаться когда принц прошел к месту происшествия. Поэтому я смогла рассмотреть, что там случилось.

Один из студентов лежал на полу, глядя вверх стеклянными глазами. Второй сидел рядом и тер свою макушку так интенсивно, словно собирался соскрести с нее все волосы.

– Что тут такое? — спросила я ближайшую ко мне студентку. Она сначала явно собиралась отмахнуться, но взглянув на меня, узнала. После вчерашнего я стала легендарной личностью.

– Парни подрались из-за девчонки и применили ментальный разряд, — сказала она, — одновременно. Тот, что на полу, оказался послабее.

– И что теперь?

Девушка пожала плечами.

– Возможно полное стирание памяти. Но опытный менталист, такой как наш принц, может помочь.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Я смотрела, как Кантарисс присел на корточки перед пострадавшим, взял его голову в руки, и что-то скомандовал. В глазах парня, кажется появилось осмысленное выражение. Не могу ручаться на сто процентов, все же я стою не рядом.

К принцу приблизилась долговязая мрачная фигура Кормилла.

– Отлично, что вы тут, Айдан, — сказал принц, не отрываясь от несчастного, — сейчас оформите протокол происшествия.

Протокол. Кормилл будет занят, возможно, долгое время. А вот его кабинет - свободен!

И это мой шанс проникнуть в его потайную комнатку, что обнаружила Фирелль. Стоило подумать о ней, как белка тут же появилась на моем плече.

– Вперед, на дело! — прошептала я ей.

И моя недавняя собеседница посмотрела сперва с недоумением, а потом с каким-то пониманием.

Но мне некогда было заниматься физиогномикой, я спешила в логово колдуна. Очень спешила! И довольно скоро уже стояла у двери. Убедившись, что никого нет рядом, вскрыла замок, зашла.

Проникнуть в крохотную подсобку тоже труда не составило.

Как же тут жутко!

На стенах висели маски с горящими глазами. Гроздья когтей, клыков и прочих колдовских атрибутов. Но главное - я увидела стопку толстых, старинных по виду книг.

В какой из них нужный мне рецепт приворотного зелья?

– Вот в этой посмотри, лапочка, — белка подтолкнула ко мне внушительный том в обложке из облезлой кожи. Книга проехала по полу и остановилась у ног.

– Надо же, как ты догадалась, что в этом сборнике есть нужный мне рецепт? — восхитилась я.

– А ты сама посмотри, — посоветовала фамильярша.

Взяв в руки книгу, я разобрала называние, запрятанное в вензельках и завитушечках:

“Рецепт зелья любовного о десяти компонентах”.

Рецепт? Вся эта книга - рецепт?

Открыв ее, я беспомощно уставилась в оглавление. Так и есть. Десять частей, и каждая посвящена отдельной порции.

Сколько же там разных травок в составе? Я это противоядие буду искать до конца жизни… Который, видимо, вот-вот наступит. Потому что дверь в каморку открылась и голос Кормилла произнес:

– И как ты это объяснишь, Лиза?

Он смотрел на меня с доброжелательностью крокодила, только что слезу не пустил.

– Думала, вы помогаете принцу разбираться с происшествием, — я постралась сохранить спокойствие, пусть мне и очень хотелось завизжать и кинуть в него книгой.

– Зашел в кабинет за формуляром, чтобы оформить акт о нападении, а тут ты, — он усмехнулся, — как хорошо, что у нас академии столько бюрократии. Иначе не удалось бы поймать воришку с поличным.

Он подошел ближе и забрал книгу рецептов. Или рецепта.

– У меня есть несколько минут поболтать с тобой. Пока принц приводит в чувство обоих бедолаг. Им повезло, что в академии проводится проверка и единственный человек, который может их спасти, находится в этих стенах.

Все это звучало как приятная светская беседа, но конечно же таковой не являлась. На лице Кормила сохранялось на редкость кровожадное выражение.

– Итак, зачем тебе этот рецепт? Хочешь проверить, соблюдаю ли я дозировку? И лучше бы тебе сейчас сказать мне правду.

– А то что? — я бесстрашно посмотрела на безопасника. — Кормилл, вам удалось меня запугать, когда я только-только сюда попала и еще ничего тут не знала. Растерялась и не сумела сделать верных выводов. Очень сожалею сейчас об этом.

– Слишком запоздалые сожаления, Лиза.

Кормилл указал мне на низкую табуреточку, веля сесть. Сам же устроился на высоком стуле. Умеет сохранять зрительное преимущество.

– Я подслушала ваш разговор с Кантариссом, — при этих словах Кормилл вздрогнул, — и знаю, что он вам угрожал ментальным досмотром. Или допросом. Не знаю, как это правильно назвать.

– Освидетельствованием.

– Слишком длинно, — поморщилась я, — мне противно этим заниматься. Не хочу больше иметь отношение к преступлению, которое вы с вашей племянницей творите. Вы меня шантажируете тем, что расскажете о моем попаданстве? Но и вам есть что скрывать. Если Кантарисс узнает, чем вы занимаетесь, стоять вам в саду его родителей в качестве украшения.

– Вот как ты заговорила! — Кормилл наклонился ко мне. — И сама погибнуть уже не боишься?

Я подумала пару секунд и решительно ответила:

– Нет!

И в тот момент сама себе верила. Да, я готова рискнуть собой ради принца. Для меня это уже стало очевидно.

– Какое похвальное самопожертвование!

Безопасник криво усмехнулся и демонстративно поаплодировал мне.

– Значит, ты предлагаешь рассказать принцу правду? И тебе не страшны последствия? Правильно я понимаю?

Я просто кивнула.

– Тебе все равно что ты либо окаменеешь из-за нарушения нашего договора, либо загремишь в тюрьму, откуда не выходят. Потому что ты иномирянка и представляешь опасность для Атраморы, и к тому же привораживала ее правителя?

– Совершенно верно. Но и вы безнаказанным в этом случае не останетесь.

– Какая ж дура! Правильно принц считает тебя сумасшедшей настолько, что даже мысли твои читать боится. Чтобы ментальную заразу не подхватить.

Это был удар под дых.

– И как ты видишь дальнейшее развитие событий? Положим, кто-то из нас говорит принцу правду и мы подвергаемся его королевскому гневу и гонениям. И в итоге обращаемся в прекрасную парную статую. Но что с ним самим будет, ты подумала?

– Он получит противозелье и перестанет быть таким беспечным, доверчивым и готовым влюбиться.

– Ах, так ты здесь, чтобы найти состав отворотного зелья?

Кормилл потряс книгой, которую все еще держал в руках.

– Ты права, тут оно точно есть. А ты в курсе, что он сам должен захотеть, чтобы отворот подействовал?

– Да, нам говорили это на практикуме.

Почему он так спокоен? Мне казалось, человек, главные жизненные планы которого вот-вот разрушатся, должен рвать и метать. Что именно тут можно порвать и разметать без риска взорваться или отравиться, я толком не знаю. Но моим понятиям, Кормиллу положено быть вне себя от ярости и отчаяния. Не то чтобы мне сильно хотелось это увидеть… но его уверенность сейчас выглядит странной.

– А на вашем практикуме говорили, когда нужно давать антидот?

– Да, — кивнула я со знанием дела, — когда объект приворота принял компонент, в котором есть часть той, к кому привораживают.

– Верно, но это не всё. После того, как это случилось, отворотное зелье готовится к каждому из компонентов. Каждому из десяти, Лиза. То есть, если процесс запущен, его надлежит завершить. Таков закон магии. И противозелье нужно принимать сразу после десятой порции. Забавно, да? Не веришь - можешь почитать. В этой книге всё написано.

– А что будет, если прервать прием?

– Магия, которой владеет тот, кого привораживают, обернется против него. Менталист, например, может сойти с ума. А кто у нас Кантарисс?

Кормилл посмотрел на меня с издевкой и явным превосходством.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

– Есть еще один вариант его спасти. В десятой дозе, которую принц должен получить в Новогодие, будут главные частицы всех остальных. И если ее примет кто-то другой, по своему желанию, магия пойдет вспять. Но для того, кто на это решится, последствия будут, опять же, катастрофическими. Потому что это не просто пищевые добавки, Лиза.

С какой стороны ни посмотри, ситуация ужасная. И получается, я должна дать принцу оставшиеся четыре порции. А потом каким-то образом уговорить захотеть выпить отворот. После того, как он, согласно ужасному рецепту, поверит, что обрел свою единственную.

– Что, сложно выбрать? Думаю, мы закончили разговор.

Кормилл сделал мне знак вставать, сам тоже поднялся и собрался идти к выходу, когда я отчетливо сказала:

– Нет! Мы не закончили. Кормилл, или вы снабжаете меня всем необходимым, чтобы приготовить отворотное зелье, или я прямо сейчас иду к принцу. Я дам ему остальные дозы, раз уж без этого все равно не обойтись. Но приложу все усилия, чтобы нейтрализовать последствия.

Безопасник замер в раздумьях. А потом сказал:

– Предлагаешь мне игру, Лиза? Что ж, это может оказаться интересным. А то я, признаться, уже заскучал слегка. Завтра отпросись с кухни, чтобы подготовиться к экзаменам. Принц уж как-нибудь перетерпит без твоих десертов. И приходи ко мне, дам почитать книгу.

– Договорились. Руки уж пожимать не станем, если вы не против.

– Абсолютно, — хмыкнул негодяй, — ох, Лиза, зря ты так за него беспокоишься. Уверяю тебя, принц Кантарисс - не такой лапочка, каким ты его себе представляешь. И умеет пользоваться людьми. Девушками особенно. Когда-нибудь я тебе расскажу о его похождениях. Может, тогда образ Кантарисса померкнет в твоих влюбленных глазках.

– Почему я должна вам верить? Вы вечно плетете интриги.

Мы вышли из потайной комнатки и краем глаза я увидела мелькнувшую тенью Фирелль.

– Да можешь не верить, — Кормилл пожал плечами, — если не боишься, что потом тебе будет больно. До завтра, Лизавета!