ГЛАВА 31. Учение и мучение

– Присаживайтесь, Ли… Жозериль, — пригласил меня Кантарисс.

Он сегодня наш профессор? Уму непостижимо. Нет, с одной стороны, мне было ужасно интересно, какой он преподаватель. С другой стороны…

Ох, да нет, со всех сторон интересно, с какой на этого шикарного мужчину ни посмотри… А я ведь и со спины уже успела, и потрогать.

Я попыталась тряхнуть головой так, чтобы откинуть с лица хоть часть волос, потупила взор и скоренько протопала к свободному месту, уселась, разложила учебники и плотный блокнот для лекций, достала перо, благо вечные чернильницы на столах водились в изобилии и с собой их таскать не надо.

— Что вы знаете о ментальной магии? — спросил Тарис, и я сразу же заслушалась.

– Она очень опасная! — пискнула Агамиль. — Можно нечаянно отдать ментальному магу весь свой ум.

– Хм, — усмехнулся Кантарисс, — в таком случае, она опаснее скорее для самого менталиста. Ведь не каждое сознание хочется присвоить. Порой люди транслируют чистейший бред. Поэтому ошибочно думать, будто бы менталист только и делает, что читает мысли каждого проходящего мимо человека.

– А я бы не удержалась! — снова встряла Агамиль. — Ведь это так интересно! А порой и поучительно. Вот посмотрел в голову профессора и книжки читать не надо, вся информация уже у тебя. Иди экзамены сдавай.

— Вы действительно считаете, что преподаватель постоянно в уме перебирает содержание последнего прочинанного учебника? — удивился принц.

В аудитории засмеялись.

Позади меня раздалось шипение. Что это, еще один василиск завелся?

Между лопаток мне что-то ткнулось. Обернувшись, я увидела недовольную физиономию Ассии. Девчонка перевесилась через свой стол и недовольно шипела:

— Прибери свою копну! Я не вижу принца из-за тебя!

Ох, майонез меня пробери! Вспомнив, как выгляжу, я захотела влезть под стол целиком. Вот бы Ассия обрадовалась.

Ассия… я тут же вспомнила, как Кормилл и Тарис обсуждали тайну, связанную с ней, и на всякий случай заревновала.

Однако примять или как-то утрамбовать красотищу на голове стоило, потому что время от времени Тарис поглядывал в мою сторону… или это он на Ассию так смотрит?

Градус ревности подскочил еще чуть-чуть.

А что, если…. если у них был страстный роман, а потом Кантарисс стер ей память? И может быть, сделал это не в первый раз.

А если и не в последний?

То-то он так спокойно заводит дружбу с девушками на ночных аллеях и легко рассказывает о своих семейных проблемах.

Потом - хлобысь и половина памяти в корзине.

– Держи! — сидевшая впереди меня Агамиль протянула мне ленту. Все же хорошая она девчонка, пора к ней присмотреться. У любой попаданки должна быть подружка. А у меня только белочка. И принц.

Поблагодарив Агамильку, я кое-как прибрала свою шевелюру в хвост, и, надеюсь, перестала быть одуванчиком.

Прислушалась, что рассказывает наш чудесный сегодняшний преподаватель. Это и правда было интересно. Кантарисс разбирал вчерашний случай с ментальной дракой двух студентов и давал правила техники безопасности.

– Записывайте, — велел он, — можете по пунктам. Если на вас идет агрессивный ментальный маг, ведите себя как при встрече с бродячей собакой. Не показывайте ему свой страх, постарайтесь не совершать резких движений, не глядите ему в глаза… можете конечно попытаться покормить.

Студенты захихикали. А я поняла, что он намекает на ночную шарлотку. Или слишком много о себе думаю?

— А вообще, конечно, лучше поставить ментальный щит. Простейший может сотворить даже начинающий маг любого профиля. Вот эту технику и запишем.

Мне понравилось, как учит нас Кантарисс. Иронично, уважительно, без пренебрежения или наоборот, панибратства.

Лекция пролетела очень быстро. А под конец, когда все выходили из помещения, Кантарисс окликнул меня.

Остальные студенты ревниво и завистливо посмотрели в нашу сторону.

— Отойдем, — сказал Тарис.

Найти укромное место было сложно, но он знал тут все закоулки и отвел в крохотную комнатку при аудитории, что-то вроде лаборантской, где хранились учебные пособия.

– Лиза, — негромко произнес Кантарисс, — сегодня ночью ты очень расстраивлась, когда я пытался тебя прочитать. У меня это вышло урывками, не бойся, я не успел раскрыть все твои тайны. Но хочу, чтобы ты больше мне доверяла. Это позволит сделать общение проще.

Тарис извлек из кармана прелестную вещицу. Что это?

На ладони принца лежал миниатюрный змей. Василиск? Он был выполнен как ювелирное украшение. Изонутое скрипичным ключом тело, раскрытая пасть. А в нижней петле этого “ключа” - драгоценный голубой камень. Манящий, мерцающий. Из спины змея вырастают две петельки, кажется, золотых. Явно чтобы просовывать туда пальцы. Какая интересная бижутерия.

– Очень красиво! — восхитилась я. Он хочет сделать мне подарок? А как же приворот? Зельюшко выдохлось? Травка некачественная попалась, или подделку подсунули на черном магическом рынке?

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

– Это магический радар, — пояснил принц, — этот настроен на ментальное воздействие, видишь, камень синий? Как и моя магия. Если тебе покажется, что я тебя просматриваю, возьми артефакт в правую руку. Самоцвет стал красным — значит не показалось. Поняла?

– Тарис! — я захлопала ресницами. — Это… так великодушно с твоей стороны! Спасибо!

– Не стоит, — услыбнулся он.

И тут же испортил красоту момента, сказав:

— Хочу, чтобы такая вещь, как недоверие, не портила наше дружеское общение.

Меня царапнуло по сердцу дважды.

Во-первых…. дружеское общение…

Во-вторых… недоверие. О каком доверии может идти речь, если я сначала наломала дров, а теперь пытаюсь превратить их обратно в дерево? Как в песне поется, фарш невозможно провернуть назад… или нет, там по-другому. Тут камешек вспыхнул алым.

— Фарш? — удивился Кантарисс. — Так-то я просто хотел проверить при тебе работу радара. Ты всегда думаешь о работе?

– Ага. Сама не знаю, почему, — вымученно улыбнулась я, — еще раз спасибо, принц.

Кивнув ему с признательностью, я дернулась к двери, когда он остановил меня:

– Эй, а поцеловать в знак благодарности?

Вспыхнув, я чмокнула подставленную щеку, чуть не потеряв сознание от его чувственного аромата. Яблоки и хвоя… А когда губы скользнули по едва заметной щетине, чуть не застонала.

Ох, Кантарисс, смогу ли я когда-нибудь признаться, что же успела натворить до того, как начала узнавать тебя ближе?

Но сначала я постараюсь исправить свою ошибку. И прямо сейчас отправлюсь к Кормиллу изучать рецепт отворотного зелья.

Крокодил, то есть Кормилл, был на месте. И даже, кажется, слегка меня ждал. Возможно, ему тут просто впечатлений не хватает, хочется больше движухи. Вот он и воспринял мой вызов с энтузиазмом… хотя, если продолжать в этом духе, я могу додуматься, что он и всю эту акцию с приворотом завел, чтобы на свадьбе погулять.

– Не передумала? — губы вытянулись в тонкую улыбку. Глаза резали без ножа на тонкие ломтики.

– Ни в коем разе, — холодно заявила я, заходя в кабинет и усаживаясь напротив, — вы обещали книгу.

– Получишь, — кивнул он, — одно условие: на полях пометок не делать, ключевые слова не подчеркивать. Конспектировать и выписки делать можешь. Я тебе даже подскажу, что смотреть.

Кормилл пододвинул ко мне древнюю книгу. Удивительно, что я все буквы там понимаю.

– С третьей по сто пятьдесят вторую страницу - описание состава первого компонента и его действие.

Я охнула.

– Но тебе достаточно заглянуть на сто сорок шестую. Именно там в первый раз пойдет речь об отвороте. Видишь, как я добр?

– Сказочно, — буркнула я, погружаясь в чтение.

Да, буквы хоть и понятные, а текст очень сложно читается. И полно всяких трудных слов типа “элементали” и “артефактории”.

Я погрузилась в чтение, вычленяя нужные мне названия. Минут через двадцать наконец смысл текста начал до меня доходить и я смогла вычленить называния нужных мне компонентов. Из первого зелья их следовало взять три. И заготовить особым образом, чтобы добавить в отворот.

– У вас есть все эти штуки? — спросила я.

– Конечно, — кивнул безопасник, все еще наблюдая за мной, как за неведомой и очень забавной зверушкой.

– И вы мне их дадите, — сказала я с утвердительной интонацией.

– Дам, иначе играть не так интересно, тем более что у меня почти все это в наличии. Я же готовился. Но готовить будешь сама. И учти - парочку ингредиентов придется все-таки самой поискать. Потому что в приворотном зелье они не нужны, а для антидота требуются. Тут уж я морочиться не стану.

Что ж. Надеюсь, несколько волшебных специй у меня и самой достать получится. Интересно, как их тут заказывают? Без интернет-шопинга. Придется разбираться.

Я выписывала в блокнот с жесткими коричневатыми листками названия нужных мне ингредиентов. Внимательно прочитала еще сто страниц о второй порции зелья, от нее требовалось два компонента.

Чувствуя, что мудреные названия в моей голове уже водят хоровод, я все равно собиралась взяться за третье описание.

– Ты ведь уже почти не понимаешь смысла того, что читаешь, — не выдержал Кормилл, который за мной и не наблюдал, ему прискучило. Последний час он провел в своей подсобке и сейчас вышел, неся в руке маленький непрозрачный пузырек, как флакончик с духами.

Подойдя ко мне почти вплотную, сунул вещицу под нос, так что я вначале и правда решила, будто он предлагает оценить парфюм, и осторожно понюхала. Но склянка оказалась запечатана.

– Это задание на завтра, — сухо сказал Кормилл, — пить охлажденным. Так что суп или горячий чай не пойдет.

Я хотела уточнить, обязательно ли именно пить, но тут в кабинет ворвалось непредвиденное обстоятельство. Возмущенное и румяное.

– Что творится! — возопила Иора, вытянув руки вперед. И я машинально взглядом поискала в них одеялко или пледик. Очень уж это напомнило ее первое появление в моей жизни, когда она пыталась закутать принца после фонтана.

Поспешно выхватив флакон у Кормилла, я спрятала его в карман.

– Постыдились бы! Женатый человек! Вот и деток двое же у вас, и родственница тут обучается. Какой вы девочке пример подаете?

Иора уперла руки в бока.

– Не совсем вас понимаю, госпожа, — начал Кормилл.

– Зато я хорошо все тут у вас понимаю, — личный повар принца Кантарисса негодовала, — ищу свою деточку, Жозериль, попросить для его высочества десерт сготовить. И где она? В объятиях немолодого безобразника!

– На что вы намекаете? — Кормилл отступил от меня на пару шагов, чтобы показать, как мы вообще-то с ним не обнимаемся и не собирались даже.

– Намекаю? Я прямо так прямым текстом вам все и сказала. Шеф-повар мне сообщил, что вчера Жози задержалась на кухне и одна перемыла всю посуду. Поэтому сегодня ее от работы освободили. Но принц вдруг начал расспрашивать, чем его сегодня удивит наш мастер десертов.

Он обо мне спрашивал! Как же это мило! Но радовалась я рано.

– Я поискала тебя какое-то время. А потом сказала принцу, что девочка отдыхает и не знаю, где ее можно найти, чтобы попросить об услуге… и его высочество предположил, что она, вероятно, здесь! И при этом сделал такие глаза…

Кормилл скрипнул зубами.

– Надо извиниться теперь перед касатиком. Я ж ему сказала, что он совсем в женщинах ничего не понимает, и такая как наша Жози не будет при любой возможности бежать к … вам, Кормилл.

Она вздохнула.

– Матрона, я уже освободилась и с удовольствием приготовлю десерт. Если еще успеваю.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

– Пока я бегала тебя искала, время ужина уже скоро подоспеет. Уж ладно, обойдемся сегодня.

– Это не то, что вы подумали, — проблеяла я, понимая, насколько глупо звучит такая отмазка, — видите, у меня тут книжка. По зельеварению. Господин Кормилл любезно согласился рассказать мне о некоторых интересных составах.

Безопасник быстро убрал книгу со стола, пока Иора не успела прочитать, какие именно составы меня вдруг заинтересовали.

Иора увидела блокнот и перо с чернильницей, ее взгляд чуть смягчился.

– Да кто я такая, чтобы судить! — сказала она уже спокойнее. – Но раз эта связь помогает тебе учиться, может не все так плохо.

Эта связь!

Мне казалось крайне важным, чтобы у Иоры сложилось обо мне верное впечатление. Ну, то есть чтобы она не думала, будто я бегаю за Кормиллом, и смогла это донести до Кантарисса…

Хотя умом я и понимала, что так, возможно, и лучше. Мне все равно с Кантариссом не быть, даже если я его расколдую.

Мне придется потом, когда это закончится или сразу сбежать куда-то, или во всем ему признаться. Потому что иначе я не представляю нормальных человеческих взаимоотношений. И тогда… как он на меня посмотрит тогда?

Я окаменею от его взгляда, даже если он не соберется меня убивать.