ГЛАВА 33. Лиза. Подготовка к Новогодию

Седьмая порция в деле. То есть в принце. Я и без памятки наизусть могла сказать, как она действует. Неосознанная грусть, тоска, что не поддаётся объяснению…тоска по ней. Но по кому, жертве пока не понятно.

Бедный мой принц. Я знаю, что такое любовная печаль.

Наверное, он подумал, что у меня снова тараканы в голове устроили бунт, потому что улыбнулся слишком по-доброму и даже рукой помахал.

Но нужно было заниматься ужином, ведь лимонад это не весь десерт. Так, маскировка для зелья, которое следует подать холодным, как месть.

— Шеф, —- позвала я Фельезера, —- завтра я очень буду нужна? Так много ещё знаний охватить не успела.

Но ответ мне дала Иора.

— Да, тут у нас руки наперечёт и каждый пальчик в деле. До Новогодия осталось меньше недели. Завтра сразу как сможешь, приходи. Будем рисовать схему зала и расписывать кто что готовит из праздничного меню.

Действительно, вот-вот наступит местный новый год. А у нас считай что и не готово ничего для предстоящего бала.

Придётся как-то совмещать работу на кухне с изучением отворотного зелья. Надо от уборки после ужина отказаться всеми правдами и неправдами.

Что ж одной неправдой больше.

До ужина мне еще нужно было приготовить десерт принцу, я не слишком выдумывала, взбила для него ягодный мусс. Нехитрое блюдо что называется, зашло “на ура”. Правда, это ура было чуточку унылым.

Василиск-менталист улыбнулся мне, но в этой улыбке была горечь, которую не способен подсластить десерт.

Поспешив уйти, чтобы не видеть результат наших с Кормиллом интриг, я помогла убрать посуду и убежала к себе. Не каждый вечер быть мойщицей!

Упав без сил на кровать, забылась таким тяжелым сном, словно уже начинала каменеть.

С утра, впрочем, чувствовала себя вполне бодро и даже на занятия не опоздала. Правда, учебный день не принес ничего интересного. Скучная история, приготовление зелья от веснушек и простенький зачетик по новогодним обрядам.

А вот дальше было веселее.

У нас на кухне, кажется, работников стало вдвое больше, и все друг другу мешались. Фельезер бегал с такой скоростью, что я его еле узнала. Не думала, что он вообще так умеет.

Все шкворчало, пахло, дымилось, парило, булькало. Ароматы стояли несусветные. А посреди всего этого безобразия стояла Иора с полотенцем в руках. И неодобрительно взирала на суматоху.

– Откуда все эти люди? — шепотом спросила я Эска.

– Прибыли из королевского дворца Оридора. В помощь нам и с уговором, что основное меню лежит на нас. Вот в такой теплой обстановке мы будем работать до праздника.

— А-а-а-а! Крыса! Огромная рыжая крыса! — истошно завопил женский голос.

Разумеется, в роли рыжей крысы выступил мой фамильяр.

Фирелль передвигается так ненавязчиво, что я ее иногда не замечаю. А остальные - да. Хорошо, они ее хотя бы не слышат. Говорящая белочка приходит только ко мне.

– Жози, не прохлаждаемся! — Фельезер подходил ко мне, хлопая в ладоши. Но не в качестве аплодисментов, естественно. Так делают, когда хотят призвать к тишине и обратить внимание. Резко, звучно. Хлестко, словно по щекам.

– Ты и так приходишь на работу последней. Бегом знакомиться с пекарями его высочества! Они будут тебе помогать.

Помощниками оказались два худых и очень похожих друг на друга парня. Совершенно не выглядят кондитерами. Нервные какие-то, желчные. Сами явно мало сладкого едят. И мне с ними выстраивать сотрудничество!

Из десертов на Новогодие планировались сладные корзиночки с кремом, муссы, мороженое, пастила и торты пяти видов, нарезанные кусками как ассорти.

Мы сразу поругались из-за рецептов. У нас оказались совершенно принципиальные расхождения по поводу оформления десертов. Мальчики - Рипс и Каран настаивали на однотонных, лаконичных дизайнах. Мне же виделось что-то более сочное, фруктово-ягодное, с разноцветной глазурькой.

Я так разозлилась на них, что меня немного отпустило.

Мы были заняты битвой за новогоднее меню, поэтому десерт Кантариссу сегодня понесла сама Иора. Я не возражала, мне тяжело было смотреть на принца, я представляла, как он теперь, должно быть, мучается.

Кое-как не без помощи матроны отстояв свое право на цветные десерты, я отправилась наконец к Кормиллу.

– Долго же тебя сегодня ждать пришлось, — приветствовал меня крокодил, — цени мое дружелюбие, Жозериль. Я своими руками помогаю тебе создавать зелье, которое обесценит результаты моего труда! И зачем, спрашивается, я это делаю, как не по доброте душевной?

– Потому что иначе я расскажу все принцу и мы будем стоять в императорском саду, держась за руки. Увековеченные в камне.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Кормилл вздохнул. Я была права. Стал бы он мне помогать, ага.

Да и не верит он, что у меня получится. Ведь привороженный принц должен сам захотеть принять отворот, а этого может и не случиться, если зелье Кормилла подействует как надо. Кантарисс влюбится в Элевилль по самый хвост и захочет с ней быть.

Каюсь, я из тех, кто взяв в руки бумажную книгу, смотрит на последнюю страничку, чтобы узнать, останутся ли в живых главные герои.

Фолиант с рецептами я тоже открыла на финальной главе и прочитала, какой будет реакция человека после принятия десятой порции.

“Все предчувствия, сны, томления, мысли и мечты, которые преследовали его на протяжении всего времени воздействия зелий, сложатся в единую картинку, обретая полную ясность. И станет понятно, что вот он, ответ на все вопросы. Любовь всей жизни. Смысл его бытия”.

И как после этого доказывать, что столь сильные чувства - результат недобросовестной магии?

Но я еще поборюсь.

Целеустремленно взяла в руки книгу, принялась читать и выписывать нужные мне названия, пропорции и действия. Я уже заканчивала с четвертым компонентом, когда в кабинет безопасника зашла Элевилль. Увидев меня она удивленно спросила:

– Почему ты изучаешь этот рецепт? Дядя, ведь она так может сделать отворот.

– Пожелаем ей удачи, Элли, — хмыкнул Кормилл, — я позвал тебя, чтобы дать важные инструкции. С завтрашнего дня ты должна попадаться на глаза принцу Кантариссу. Чтобы твой облик входил в его сознание. Теперь самое время. А Жозериль выдаст твоему будущему жениху восьмой компонент, который как раз направлен на формирование смутного образа. Его будет преследовать запах и силуэт, который он пока не сможет соотнести ни с чьим конкретно.

Кормилл подал мне крохотный мешочек.

— Там порошок, который нужно всыпать в любую еду. Важно сделать это непосредственно перед приемом. Не во время готовки. И один из компонентов этой порции - слеза моей племянницы.

— Обалдеть! — не удержалась я. — Как ты себя до слез-то довела? Луковицу понюхала?

– Нет, – возмутился Кормилл, — подойдет только искренняя слеза печали. С Элевилль пришлось поработать. Я напомнил ей, что она тоже подписывала соглашение, почти такое как ты.

Так вот почему Элли в курсе происходящего и может обсуждать нюансы этого грязного дела.

А задачку, между тем, мне дали серьезную. Всыпать приворотный порошок в блюдо практически на глазах у принца!

Зажав постылый мешочек в кулаке, я возвращалась к себе в комнатушку. Учебники и бумаги были в просторной матерчатой сумке на плече.

Выйдя на улицу, вначале замерла от неожиданности. Как преобразился и двор перед учебным корпусом, и аллеи, уводившие от него!

Везде была подсветка, и не какие-то белые безликие огоньки или бьющаяся в эпилептическом припадке иллюминация. Мягкий, размытый точечный цвет, переходящий один в другой, без мигания.

Пушистые ели, присыпанные снегом, обведены по контуру, будто вокруг кисточка прошлась, а краска светилась.

И на лапах лежали прекрасные румяные яблочки, приманивая меня своими боками.

Рот непроизвольно наполнился слюной и я поняла, что с самого обеда ничего не ела. Прихватить пару нарядных плодов, или это уже вандализм и осквернение новогоднего дерева? Все равно что елочной игрушкой перекусить.

Я рассмеялась своим мыслям.

Какая высокая мораль, Лиза! У тебя в руке зелье, призванное лишить воли короля этого государства, а ты думаешь, насколько же этично схомячить яблочко с елки.

Сдернув ароматный плод, впрочем, с ветки, которая не бросалась в глаза, я быстрым шагом метнулась к общежитию.

Идя вперед, поймала себя на том, что прислушиваюсь, не скрипит ли снег, нет ли звуков скольжения большого змеиного тела.

Но нет, Кантарисс сегодня гулять не вышел. Или не выполз.

Я поднесла яблоко к носу, вдыхая его аромат, сдобренный морозной свежестью. В памяти услужливо возникла сцена эстафеты на Зимних играх. Мои ноги обвивают торс Кантарисса, а нос чуть ли не утыкается в его шею, чуть ниже линии роста волос. И запах яблок дурманит как никогда в жизни.

Войдя в комнату, я увидела тень, что метнулась от двери к столу и непроизвольно вскрикнула.

– Нервная ты какая-то, — заметила Фирелль, которая уже прыгала по столешнице, словно всегда здесь была.

– А нечего вот так неожиданно появляться! — обиженно сказала я.

– Я - твой фамильяр. Подразумевается, что ты готова видеть меня каждую секунду твоей жизни.

– Ужас какой, – кажется, меня слегка передернуло, отчего белка немного расстроилась.

– Интересно, у меня одной такой маг бестолковый? — произнесла она задумчиво, явно адресуя вопрос небесам. Или где там живет их Элоир.

– Нормальные маги достались кошечкам и совушкам, смирись, — я решила не оставаться в долгу.

– Это вот сейчас обидно было, — Фирелль дернула носом, — зато у меня хвост круче чем у всех.

– Согласна, давай лапу.

Ссориться с единственным другом не стоило. Да и в целом белка мне досталась симпатичная.

Достав блокнот, в который я выписывала названия нужных мне ингредиентов и рецептуру приготовления, решила перед сном еще раз все это перечитать.

– Фирелль, а скажи, где у вас тут берут недостающие травки и корешки для зелий?

Из восьми компонентов, которые я уже успела вычленить, двух у Кормилла не было, по его словам.

– Смотря что надо, — белка сунула нос в мой блокнот. Неужели она еще и читать умеет?

– Вот, какой-то селафиум и ранторион.

– Какие замудреные штуковины, — белка заколотила хвостом по столу, — селафиум это редкая трава, которую собирают далековато отсюда, в самом Кралионе, представь себе. И стоит она дороговато. Тебе придется растрясти кубышку, если она у тебя есть.

– Пока нету, я еще даже заплату ни разу тут не получала. Пора бы попросить. А ранторион что такое?

– Камень. Его купить проще, но придется самой толочь, потому что он теряет силу через полчаса после измельчения. Так что бери обязательно в целом виде.

– А заказать-то это все как? По каталогу?

– Не знаю, что такое эта твоя каталога. Но магические ингредиенты покупают на рынке. Здесь наверняка такой есть, уточни у вашего преподавателя по зельеварению.

Что ж, завтра надо будет осторожно вызвать Трамею на разговор. Времени у меня не так много. До бала в честь Новогодия, где я должна буду дать принцу последний компонент, а следом убедить выпить отворот, оставалось всего ничего.

– Фирелль, скажи мне, что будет, если подмешать в любовное зелье биологический компонент другого человека. Не того, на кого привораживают?

Эта мысль вдруг пришла мне сама собой и показалась весьма удачной.

– Это как, плюнуть туда что ли?

– Фу, чего ты такое придумала! Ну вот, скажем, там слеза одной девушки. А другая подойдет и тоже капнет случайно. Не удержится и расплачется, допустим. Потому что сама любит того человека, которого привораживает к другой.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

– У тебя в голове такое, что и хару не разобраться! — потрясенно сказала белка. — Но сразу скажу тебе - идея не очень. Ты ведь у Кормилла рецепт отворота выискиваешь?

Я кивнула.

– Так он вот потом может не подействовать. Слишком много информации и приворот снимется криво.

Значит, не вариант. А я надеялась сбить с толку злую магию. Плакать от горя и чувства вины над тарелкой принца теперь не стоит.

Решив, что ничего удачного мне в голову уже не придет, я легла спать.

А на следующий день пришла в академию пораньше и первым делом нашла Трамею. Услышав, какие мне нужны ингредиенты, магистр зельеведения выпучила на меня глаза.

— И зачем тебе такие сильные колдовские препараты? — спросила она. — Отравить собралась кого-нибудь? А потом к жизни вернуть? Какие странные игрища!

– Почему, магистр? — удивилась я.

– Потому что селафиум — это сильный яд, а ранторион – противоядие к нему. Вместе их бывает кладут в одно зелье, но это должен быть очень странный состав.

– Я точно не собираюсь никого травить, честное слово! — попыталась заверить я преподавателя. — Изучаю свойства разных магических природных компонентов, читаю рецепты. И видела, что в одном лекарстве их применяют одновременно. Решила попробовать.

– Ладно, — глаза Трамеи загорелись, — меня очень радует твой интерес к предмету. Ранторион у меня есть у самой, два камня осталось, один, так и быть, подарю тебе. Завтра заберешь. А вот селафиум придется покупать. Я договорюсь со своим поставщиком, но деньги нужны будут. Примерно восемь кралионов. Это многовато, конечно, но если брать самой на рынке, будет все двенадцать.

Что ж, придется Фельезеру уже и раскошелиться. А то я работаю за еду, можно сказать, при этом заработок копится понемногу. Да еще и сверхурочные за шабаш менталистов забрать можно.

Долго ждать возможности поговорить с шефом мне не пришлось. В аудиторию зашла Иора и начальственным тоном сказала, что на сегодня мне разрешили отлучиться с занятий, поскольку я очень требуюсь для подготовки новогоднего стола.

Что ж, это упрощает дело.

На кухне был тот же сумасшедший дом, что и накануне, и два моих помощника приятнее не стали. Мы вновь с ними схлестнулись на почве десертов.

Вскорости снова подошла Иора и спросила, смогу ли я взять сегодня на себя десерт для принца.

– Его высочество сказал, что хочет отведать то странное и прекрасное блюдо с необычным названием “журлотка”. Или “шурмотка”, точно не помню.

– Наверное, он о шарлотке, — кивнула я, — могу сделать, это недолго.

В уме я уже прикидывала, удастся ли дополнить мой любимый пирог посыпкой прямо при подаче. Что ж, есть еще напиток, в случае чего. Бисквит требует, чтобы его запивали.

– Коли это так вкусно и быстро, может ты и на бал такое приготовишь? — заинтересовался Фельезер.

– Все блюда уже согласованы! — возмутился один из моих горе-помощников.

– И к тому же, то что принцу хорошо — другим яд, — осторожно сказала я, — в составе этого пирога есть яблоки. На его величество Кантарисса они не действуют.

Иора смотрела на меня весьма недоверчиво. Неужто ей неизвестно, что слухи об опасности яблок слишком преувеличены?

– Кантарисс точно уже ел твою “шурмотку”? — спросила она с подозрением. —- Именно по такому рецепту?

– Да, не сомневайтесь, можете у него спросить. Рецепт я ему рассказывала.

– Что ж, делай, — разрешила матрона, — но понятное дело, охрана в этот раз пробовать не будет.

– Я сама при вас могу кусок съесть, — пообещала я, — на меня яблоки тоже не действуют.

– Так ты василиск? — по-детски обрадовался Эскалор, отбивающий кусок мяса.

– Нет, к сожалению, — вздохнула я, — просто пищеварение хорошее.

И отправилась на наш склад выбирать редкие зеленые яблочки. Их было совсем немного, но мне и надо-то было чуть-чуть.

Прости, Тарис. Я обязательно всё исправлю. Пусть Кормилл и сомневается в моем успехе. Но чутье подсказывает - всё получится.

Не буду скрывать. Я и правда чуть не разрыдалась, когда готовила все необходимое для шарлотки. Ладно, не чуть. Пока выбирала яблоки, особенно. Ведь тогда меня никто не видел. Но помня слова моей белки, старалась не капать слезами куда попало. Ведь так я могу сделать только хуже Кантариссу.

– Надеюсь, твоя шурмотка сумеет восстановить утраченные силы принца, — сказала Иора, когда я уже поставила бисквит выпекаться, — тем более что он основное блюдо изъявил откушать полегче. Мол, после него намерен заглотить твой пирог вместе с тарелкой. Поэтому на ужин у его высочества грибной супчик с лапшой.

Шарлотку я постаралась сделать такую маленькую, какую возможно. Чтобы на одного Кантарисса только. Так что загладывать не так уж много придется.

– А куда его высочество сегодня тратит свои силы? — поинтересовалась я у матроны.

– Они с сыщиком, Аликом, бродят по стихийником и пытаются найти владелицу побрякушки, — ответила она, неодобрительно поджав губы. По ее реакции я поняла, что Иора считает затею своего подопечного дикой.

– Какой побрякушки? — вклинился любопытный Эскалор.

– Ее якобы оставила иномирянка в фонтане, — сердито выдала Иора, — будто это единственная девица, способная швыряться кулонами куда попало.

Кулон?

По спине змейкой скользнуло нехорошее чувство.

– А как выглядит этот кулон, знаете? — осторожно спросила я.

– Знаю, конечно. Мужик с луком.

– Репчатым? — не понял Эск.

– Боевым! — Иора посмотрела на повара так, словно его самого застала в фонтане с моим талисманчиком.

А что украшение мое, я не сомневалась ни на секунду.

– И они могут найти хозяйку с помощью магии? – я старалась не выдавать своего страха.

– Могут. Если им сил хватит проверить каждую девушку, которая подходит по приметам. Лица-то принц не видел.

Иора спохватилась.

– Ох, я тут болтаю, а вы уши развесили. Информация не должна выйти за пределы кухни, поняли?

Мы с Эскалором закивали с жаром, а больше рядом никого и не было кроме нас. Остальные носились по кухне и не видели ничего, кроме сковородок и кастрюль.

Итак, мой кулон со Стрельцом у Кантарисса и его сыщика. И они отлавливают его владелицу . Не знаю как, но наверняка не по запаху.

Ладно, пока бояться смысла нет. На кухню они вряд ли с проверкой придут, у них еще куча студенток неохваченных.

А мне главное не думать о кулоне, пока я угощаю принца “шурмоткой”. И насчет денег пора с начальством поговорить.

— Шеф! – подступилась я к Фельезеру. —- А когда у нас день зарплаты?

— Два раза до смены луны, — ответил начальник не особенно понятно для меня. Но скорее всего это означает, что дважды в месяц.

– Ох, деточка, какой же я невнимательный, — вдруг расстроился он, — все уже получили свои колечки, как раз когда ты брала день на учебу.

Фельезер торопливо отвел меня в дальний угол кухни, где стоял шкафчик, похожий на морозильную камеру. Только с большим замком, будто для отпугивания полуночных “жрецов”. Или жрунов.

Скоро он уже отсчитывал мои кровные колечки.

— Вот, и десять сверху за менталистов.

Местная валюта оказалась крупненькой, заняла все мои ладошки. Пришлось достать ленту из волос и нанизать деньги на нее.

Теперь у меня было, на что заказать ингредиенты к противоядию.

На что ты потратила свой первый заработок в новом мире, Лиза? Приготовила отворотное зелье местному правителю.

Я издавала звуки погремушки при передвижении, но это создавало приятное чувство обеспеченности.

Шарлотка благоухала, как ей и положено, когда я вынула ее из печи. Коллеги втянули аромат, оценивающе покивали головами, но просить кусочек не решились. Там же эти ужасные яблоки! Я и так произвела революцию в готовке, поскольку испекла пирог с отравой и еще не сидела в кутузке.

Мне все же удалось отлучиться, чтобы передать деньги Трамее. Она похвалила меня за рвение к знаниям и пообещала заказать нужную травку уже сегодня.

Надо бы ускориться с изучением рецепта, вдруг еще какие-то добавки выписывать придется из других государств. А у меня совсем мало времени. Поэтому я решительно заявила Фельезеру с Иорой вместе, что накормлю принца его пирогом а дальше все, пойду учиться.

– Тем более меню Новогодия мы уже на сотый раз обсудили!

Начальству пришлось согласиться. Все-таки, формально я тут числюсь студенткой.

Что ж, пришло время угощать Кантарисса. Первое блюдо Иора уже укатила лично, ее грибной супчик благоухал божественно, надо сказать. Готовила она великолепно. Интересно, видела ли она Кантарисса малышом? Хотя это вряд ли. Принцу тридцать лет, а Иоре вряд ли намного больше пятидесяти. Может, правда, она на работу вышла с ранней юности.

Вип-кафе для благородных представителей общества и академии сегодня было совсем уж как Лас-Вегас. Столики внутри чуть ли не искрились, все очень по-новогоднему. Против воли я начала даже ощущать праздничную атмосферу. Хоть основная часть торжеств и пройдет мимо бедной сиротки. Некому мне подарков делать.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

– О, ты приготовила, что я просил? — принц просиял, увидев блюдо с выпечкой.

– Приятного аппетита, ваше высочество, — я церемонно поклонилась, лихорадочно соображая, как его теперь отвлечь, чтобы всыпать порошок. Крикнуть: “птичка”? А что, он меня все равно считает неадекватной.

Но мне неожиданно помогли.

– Принц! — к столу Тариса подошел молодой человек в строгом костюме с миллиардом пуговичек. Это мундир какой-то явно. Лицо при исполнении.

– Может нам собрать студенток разных курсов в одном большом зале? — спросил служивый. — Мы только стихийниц проверили. А занятия уже на сегодня закончились, остались только факультативы для самых упорных.

Пользуясь тем, что принц повернулся для поддержания беседы, я быстро открыла мешочек и постаралась равномерно распределить посыпку по кусочкам пирога, стараясь попасть на яблоки.

– Ал, я думаю у многих возникнут вопросы, почему принца так волнует случайно оброненный кем-то кулон, — сказал Тарис вполголоса.

Сыщик покосился на меня, и принц его успокоил:

— Лиз… Жозериль можно доверять.

Кровь прилила к моим щекам.

Как же больно это слышать. Мне можно доверять! Очень хочется, чтобы это было правдой.

Поскорее бы их Новогодие. И я исправлю ошибку, а потом обязательно расскажу Кантариссу, куда сама ввязалась и его невольно втянула.

За своими моральными метаниями я чуть было не пропустила очень важный момент.

Кантарисс с удовольствием принялся за пирог, а сыщик все так же стоял у его стола, глядя на лакомство голодным и чуть любопытным взглядом.

– Если у тебя нет аллергии на яблоки, можешь попробовать, — щедро разрешил ему Тарис.

– Там есть яблоки? — оживился Ал, — всегда хотел узнать, каковы они на вкус. Мой папа рассказывал, что в детстве бабушка делала яблочное варенье! Наверное, под воздействием высокой температуры яд разрушается.

О, ужас! Он схватил кусок пирога и откусил!

Уж не знаю, сколько там было посыпки. Мне и в голову прийти не могло, что кто-то здесь добровольно согласится пробововать что-то с яблоками!

– На вторую порцию не рассчитывай, самому мало, — предупредил Кантарисс.

– Ваше высочество! — раздалось позади меня. — Я пригласил сегодня на ужин свою племянницу и решил выразить вам свое почтение.

Ну, конечно. Кормилл не отходя от кассы, что называется, решил сразу продемонстрировать принцу образ дамы, что будет его теперь навязчиво но неявно преследовать.

– Привет, Жози, — дружелюбно улыбнулась мне Элевилль.

И что теперь будет, интересно?