26

Я открыла глаза. Факел в коридоре почти догорел. За решеткой стоял высокий мужской силуэт.

Сердце забилось быстрее. Вернулся. Рейгар сдержал слово.

Я подалась вперед, кутаясь в плащ.

— Не думала, что когда-нибудь это скажу. Мой голос хрипел после сна. — Я ненавижу тебя всем нутром. Но я рада, что ты пришел.

Силуэт в коридоре дрогнул. Мужчина сделал медленный шаг к решетке. Желтые отблески огня упали на фигуру за прутьями. Свет выхватил из темноты безупречный светлый камзол, расшитый золотом. В этом сыром, грязном подземелье светлая ткань резала глаз.

— Серьезно? Вкрадчивый, бархатный голос резанул по нервам. — Ты правда рада меня видеть?

Дыхание застряло в горле. Это был не Рейгар.

Кэрриан подошел вплотную к ржавому железу. Его черные зрачки пульсировали в полумраке. Он не мигая смотрел на то, как я судорожно стягиваю края темного мехового плаща на груди.

Его губы растянулись в понимающей, хищной усмешке. Он коротко кивнул на темный мех в моих руках.

— А, понимаю. Кэрриан тихо рассмеялся. Звук отразился от стен сухим, ледяным эхом. — Это ты не мне. Мой братец всегда был сентиментальным идиотом. Но этот кусок шерсти не спасет тебя от того, что случится утром.

Я плотнее стянула края плаща. Сердце забилось где-то в самом горле.

Его пальцы скользнули по ржавому металлу.

— Сразу после рассвета за тобой придут маги инквизиции. Они проведут ритуал подавления. Твою магию запрут в клетку. Ты больше не сможешь выпустить свой золотой свет.

Его ноздри раздулись. Он шумно втянул воздух.

— А потом тебя приведут в мои покои.

Кэрриан резко просунул руку сквозь прутья.

Я отшатнулась назад, больно ударившись лопатками о стену.

Он усмехнулся, обнажив кончики клыков.

— Я не стану укладывать тебя на шелковые простыни. Ты будешь спать на холодном полу у моей кровати.

Его голос понизился до глухого шепота.

— Я буду брать тебя грубо, грязно, до тех пор, пока твое тело не забудет о гордости. Ты будешь умолять меня остановиться. Будешь плакать и скулить. А когда боль станет невыносимой, ты сама начнешь раздвигать ноги, чтобы заслужить глоток воды.

Воздух в камере снова стал удушливым.

— Ты станешь очень послушной, ручной девочкой. Он медленно облизнул губы. — Будешь беспрекословно исполнять любую мою волю. И клянусь, именно от этого, я получу истинное наслаждение.

Я заставила себя поднять подбородок. Мышцы спины одеревенели от напряжения.

— Скорее я перегрызу тебе глотку во сне.

Мой голос дрогнул, но прозвучал достаточно громко.

Кэрриан отрывисто рассмеялся.

— Обожаю диких. Их ломать гораздо интереснее.

Он отступил от решетки. — До утра, моя малышка.

Кэрриан развернулся и неспеша пошел прочь по коридору. Его шаги стихли. Темнота казематов снова сомкнулась вокруг моей клетки.

Спустя несколько минут у верхней лестницы послышался тихий шепот.

— Что эта человечка натворила? Голос молодого стражника дрогнул. — За что ее лорду Кэрриану отдают? Ты же знаешь его увлечения. После него здоровыми девки не уходят.

— Заткнись. Резкое шипение второго гвардейца оборвало его. — Жить надоело? Наше дело охранять. Что высшие лорды со своим скотом делают, нас не касается. Стой тихо и не лезь не в свое дело.

В коридоре повисла мертвая тишина. Темнота казематов снова сомкнулась вокруг моей клетки.

Слова стражника пульсировали в голове. Здоровыми девки не уходят.

Дыхание участилось. Грудь сдавило ледяным обручем. Я подтянула колени к подбородку и до боли вцепилась пальцами в волосы.

Я опустила взгляд на тяжелую шерсть плаща Рейгара.

Он сказал мне ждать.

Чего именно мне нужно было ждать? Ждать его помощи?

Или мне нужно было просто покорно сидеть на полу и ждать утра? Ждать магов и палачей?

Он тоже дракон. Высший лорд.

Отличается ли Рейгар на самом деле от своего брата-садиста? Или мне только хочется верить, что он другой?

Нужно думать. Нужно искать выход.

Мой взгляд судорожно заметался по камере. Глухие каменные стены. Железная решетка толщиной с мою руку. Ни единого окна. Магия заблокирована проклятым камнем.

Если дождаться инквизиторов? Ритуал подавления лишит меня последних сил. Меня скуют и поволокут в покои Кэрриана. К горлу подступила едкая тошнота. Я живо представила его маслянистые черные глаза и холодные пальцы на своей коже.

Нет. Я не позволю этому ублюдку сломать меня. Не стану покорной игрушкой в его пыточной.

Я опустила взгляд на свои руки. Пальцы нащупали тяжелую металлическую застежку на плаще Рейгара. Слишком тупая.

Я перевела взгляд на каменный пол. Возле дальней стены валялся осколок камня, отколовшийся от сырого свода. Я подползла к нему на коленях. Пальцы сомкнулись на холодной, шершавой грани. Край был достаточно острым.

Сердце гулко билось о ребра. Если Рейгар не вернется. Если на рассвете за мной придут маги.

Я сжала камень так сильно, что острый край прорезал кожу. Горячая кровь скользнула по ладони.

Я не стану безвольной жертвой.

Я встану у самой двери. Я всажу этот осколок прямо в глаз первому, кто переступит порог. Пусть стража убьет меня прямо здесь, на этом грязном полу.

Живой я им не дамся. Я вырву Кэрриану глотку зубами прежде, чем он успеет ко мне прикоснуться.