Глава 13.

Снимаем маски.

С какой-то тоской сняла с себя платье. Наверное, я первый и последний раз так красиво наряжалась. Погладила тонкую ткань. Все девочки в душе такие девочки. Даже если выросли и зачерствели, тяга к прекрасному у них остается навсегда. Этот званый вечер стал прививкой от подобного рода развлечений. Больным уколом, который будет напоминать мне, что не стоит лезть не в свою песочницу. А гости, что были в доме мэра, – это явно не мой уровень. Вернее, это я не их уровень. Как там говорится? Не жили богато – нечего и начинать. Если немного перефразировать, то можно эту пословицу применить и к данной ситуации. Не ходила по званым вечерам и нечего и начинать. Марта молча смотрит на меня, стоя у прикрытой двери.

– И что ты молчишь? – натягиваю шерстяное добротное платье, снимаю туфельки, обуваю грубые боты. Вот и пробило двенадцать, и превратилась принцесса в Золушку, а карета – в тыкву.

– Ты ж последнее время все время этого хотела, что сейчас не нравится? – язвит Марта. – Стою, помалкиваю, смотрю. Что не так?

– Вот такая стервоза Марта меня устраивает, а то как не родная, – я тоже хохотнула. Обмен колкостями с козой прошел успешно.

– Слушай, выкладывай, что произошло! А то ты меня уже пугаешь, – коза подошла ко мне и с беспокойством начала заглядывать в глаза.

– Давай подою, идем во двор, – игнорирую вопрос, но коза отрицательно мотает головой.

– Успокойся ты уже, доярка, – одергивает меня Марта. – Рассказывай!

– Я, в принципе, и здесь могу. Не обязательно куда-то ходить, – уперлась, так как прекрасно понимаю, как будет мучиться коза, если вовремя не подоить. Вымя болеть будет, а может и воспалится. А с лечением тут, я так понимаю, не шибко хорошо и лучше по врачам не ходить. Если ее не станет из-за моей оплошности и лени, я себе этого не прощу.

Я сходила за ведерком и низенькой скамеечкой, обтерла вымя козе влажным полотенцем и прямо в комнате начала доить, а заодно и рассказывать. Рассказывала все по порядку, вдумчиво, уходя полностью в воспоминания и погружаясь в ощущения. Марта молчала и слушала, а когда я закончила пересказ, она лишь тяжело вздохнула.

– И когда ты ему отдашь камень? – я отставила ведерко с молоком и пересела в кресло.

– По-хорошему надо сейчас и отдать, – накатывает усталость, и я просто откидываюсь в кресле. Нет сил шевелиться, не то чтобы что-то еще делать. – Показать письмо и отдать камень, но я так не хочу его отпускать. Он же сразу уедет, а я только начала чувствовать себя счастливой, нужной, любимой.

– А если не уедет? А если бросит все и останешься? – пытает меня вопросами коза. Я и сама себя извела этими вопросами, но ответ очевиден. Уедет. Долг, честь и все прочее, да еще и невеста там. А кто я? Я так, увлечение.

– Я знаю, что не останется. И не потому, что нет чувств, а потому, что долг для него превыше всего, – качаю головой. У меня нет обиды на Браяна, я даже горжусь им. – Если бы я была на его месте, то тоже не смогла бы остаться. Так что я все прекрасно понимаю.

– Мне кажется или где-то закралось «но»? – проницательность Марты поражает. Ей бы психологом подрабатывать. И сразу представила кабинет психологической помощи козы Марты.

– Да, я хочу ему рассказать все, – улыбка получилась какая-то вымученная.

– В смысле «все»? – уточняет коза. – Ты там с ума не сошла от любви, моя дорогая? Ты же понимаешь, чем это тебе грозит?

– Нет, не сошла. Я хочу, чтобы он знал, кто я такая, – если до этой минуты у меня еще были сомнения, то сейчас я в этом уверена полностью. Где-то внутри зародилась эта решимость, и отступать я не намерена.

– Ты понимаешь, что он обязан будет донести на тебя в инквизицию? – Марта нервно забегала по комнате. – Ты понимаешь, что тебя поджарят на костре?! – коза на меня практически кричит. Она подошла и встала передо мной и пристально сверлит взглядом, словно гипнотизирует.

– За что меня поджаривать на костре? Я же не ведьма, – встаю с кресла, и именно в этот момент дверь медленно открывается.

На пороге стоит Браян. Полагаю, он слышал весь наш разговор.

– А кто ты? – мне кажется, мужчина даже побледнел от услышанного. Да, точно! Он все слышал. И становится неловко, и хочется поскорее все объяснить, чтобы он не подумал что-то не то, потому что он слышал только то, что говорила я. Марту же он не слышал и потому мог что-то додумать. А я этого не хотела. – Человек, говорящий с животными? Что еще ты умеешь? Может, еще призраков видишь? – я нервно хохотнула от его предположений, которые попали в точку.

– Присядь и давай поговорим, – прошу я мужчину, и он проходит в комнату. Марта спряталась за креслом, одну мордочку высунула и смотрит на нас во все глазищи.

– Говори, – отрывисто бросает Браян. – Хотя нет, подожди. Камень, – мужчина не просит, он требует. Я иду к комоду, на который положила сумочку, и достаю из нее сложенный конверт. Разворачиваю и кладу на раскрытую ладонь алый, как капля крови, камень. Мужчина берет его в руки, крутит, рассматривая, и уходит. Я растерянно смотрю ему вслед.

– Это куда он пошел? – Марта приходит в себя первой.

– Не знаю, – я слышу, что Браян зашел в соседнюю комнату. Щелчок дверцы шкафа и вот он уже идет обратно, держа в руке коробочку с украшением, что я видела у него в комнате. Он повозился немного, и вот уже алый камень на своем месте. Он положил украшение в коробочку, а коробочку разместил между нами, меня же усадил на кровать.

– Вот теперь рассказывай все. И не смей лгать, – чеканит мужчина, а мне становится обидно от его слов. Можно подумать, я от нечего делать не говорила правду. Не очень-то хотелось курицей гриль стать, если меня за ведьму примут.

– Я попаданка, – я решила зайти, так сказать, с козырей и вывалить главное. Но мужчина не удивляется, пораженно не ахает и в обморок от шока не падает. – По твоей реакции мне понятно, что ты знаешь, что это значит.

– История королевства сталкивалась с этим, – кивает Браян, то и дело поглядывая на украшение, что лежало между нами. Я тоже на него взглянула. С ним ровным счетом ничего не происходило. – Дальше, – подгоняет меня мужчина. – Зачем пришла в наш мир? Какие у тебя цели? – ощущение, что на допросе.

– Нет у меня никаких целей. И ни зачем я не приходила, – хмурюсь. – Я умерла в своем мире и попала в тело Майи в этом мире. Я не знаю, почему так произошло. Меня зовут Кошкина Майя Леопольдовна.

– Как ты умерла? – мне кажется, в какой-то момент мужчина даже дышать перестал, так он был шокирован моим ответом.

– Меня сбила машина, – отвечаю и снова вижу полное непонимание. – Давай я все расскажу по порядку. Я начала рассказывать про мой мир и про мою жизнь. Все, что помнила и хотелось рассказать. И, конечно же, про мужа-тунеядца, которого всю жизнь тащила на своем горбу. Что прожила довольно бестолковую жизнь. И если вспомнить моменты счастья, то даже ничего толком и не приходит на ум.

– Ты была замужем? – пораженно говорит Браян. Я уже начинаю жалеть, что решила рассказать. И не из-за костра инквизиции, а потому, что факт моего замужества в прошлой жизни, видимо, слишком шокировал мужчину. – А дети? Дети есть? – мужчина даже за плечи меня схватил и встряхнул в ожидании ответа.

– Нет, детей нет, – отрицательно качаю головой. Стеринг смотрит на украшение. Да что он там увидеть хочет? Это что, детектор правды, что ли?

– Продолжай, – просит мужчина, и я, кивнув, возобновляю рассказ. В этот раз я не обходила подводные камни и рассказала все. Про магазин, драку со старушкой и то, как сбила меня машина. Как пришла в себя на огороде и как поняла, что произошло. Естественно, с некоторой гордостью поведала, как погоняла Зельду и Громхильду лопатой и как сводной сестренке комом земли в лицо попала. Я рассказывала каждую мелочь. Важную и неважную. Про украденное письмо короля я тоже рассказала.

– А я-то удивился на вечере, почему ты не отреагировала, что мое инкогнито рассекретили, – вижу, что первый шок прошел, и мужчина уже воспринимает некоторые курьезные ситуации с юмором.

– Я тогда и решила, что обязательно все тебе и расскажу, – признаюсь мужчине.

– А до этого момента ты хотела скрыть, кто ты? – Боаян становится серьезным.

– Не то чтобы скрывать, но я хотела побыть с тобой вдвоем, – признаюсь, потупив взгляд. – Я первый раз в жизни ощутила, что значит быть любимой. Что значит, когда о тебе заботятся, – отчего-то эти слова вызвали слезы. – Я люблю тебя, – мое признание вырывается неожиданно. Даже я не поняла, как это так у меня произошло.

– Я тоже люблю тебя. Поэтому ты не переживай, что я сообщу о тебе инквизиции или вообще кому-то, – мужчина держит меня за плечи, заставляя смотреть ему в глаза. – Я, наоборот, прошу… нет, я просто умоляю, никому больше не говори ничего о себе.

– Хорошо, – киваю, вытирая слезы, а Браян порывисто обнимает меня.

– Это очень важно. И очень опасно, – продолжает говорить мужчина, целуя в макушку. – И ты права, я уеду. А ты останешься здесь совершенно одна и беззащитна, – от его слов щемит сердце, и я прижимаюсь к мужчине еще сильнее. Растворяюсь в этих объятиях, грею в них душу. Вот именно сейчас я понимаю, как же была до этого одинока. И да, я думала про то время, когда еще не попала в этот мир. Я была одна, хотя у меня были друзья и подруги, знакомые, коллеги. Но моя душа была одна. Не было близкого и родного человека, который мог бы отогреть мою душу. И вот меня занесло не пойми куда, только чтобы я ощутила это чувство, поняла, каково это – любить. – Не плачь, любимая, – Браян гладит меня по голове. – Я клянусь, я вернусь. Я сделаю все, но я вернусь. Верь мне, пожалуйста, – я могу на это только кивнуть в ответ, слишком много эмоций во мне бурлит в этот момент, что горло сдавливает спазмом и я не могу говорить.

Мужчина обнимает меня, шепчет что-то нежное, и я успокаиваюсь понемногу.

– А что это за украшение? – я смотрю на камень. За все время, что мы говорили, с ним так ничего и не произошло. – Это детектор какой-то? – вижу, что мужчина не понимает, что я имею в виду. – Индикатор?

– Это королевский артефакт правды, но без камня он не работал, – объясняет мне Браян. – Наша семья из поколения в поколение была хранителями королевской сокровищницы артефактов. Громхильда, которая в девичестве была просто Хильдой, работала в одной довольно обеспеченной семье. Король бывал в этой семье с визитами и в какой-то момент потерял в их доме камень. Он выпал из украшения, и Его Величество не сразу это заметил. Естественно, когда заметил, то его начали искать. Но, как ты уже поняла, камень не нашли. Все эти годы наша семья занималась поисками артефакта, так как именно камень был главной деталью. Там служила твоя мачеха, только она называла себя тогда просто Хильдой, а уже выйдя замуж, вернула себе свое полное имя – Грольхильда. Видимо, она и нашла камень, но, вместо того чтобы вернуть его, она решила, что он пригодится ей в будущем.

– Так ты прибыл сюда из-за камня? – мы перебрались повыше на подушки и устроились поудобнее. Было много чего, что хотелось бы обсудить. Мужчина держал коробочку с украшением в руках.

– Не совсем, – качает головой Браян. – Я действительно приехал искать ведьму, которую я, кстати, нашел. И не одну, – рассмеялся Стеринг, а я возмущенно отстранилась и села на постели.

– В смысле? – я запыхтела от возмущения. – Ты на что это намекаешь? На меня, что ли?

– Я прибыл сюда из-за отчетов мэра, – мужчина потянул меня на себя, и я снова легла к нему на грудь. – Естественно, господин Бонжиоли приукрасил ситуацию с урожаями. Они стандартные для этих мест, но мэр оказался нечист на руку. И самое логичное, что он придумал, – это воровать часть урожая. По отчетам следовало, что в долине все время то одно, то другое случается. Потому и возникла мысль про ведьму, – посмеивается Браян.

– Но ты сказал, что нашел ведьму, и притом не одну, – я растерялась. Я-то думала, что это ведьмы тут насылают неурожай.

– Все верно, одна из них дрыхнет у тебя за креслом, – посмеивается мужчина.

– Марта? Коза? – я снова удивленно села. – Да быть такого не может!

– Сама у нее спроси, – предлагает мне мужчина, и я поворачиваюсь к креслу. Там действительно показалась моська Марты, которая все это время лежала и изображала, что спит сном праведника, а на самом деле слушала весь наш разговор. Я настолько привыкла к ее присутствию, что даже не обратила внимания, что она не ушла из комнаты, а просто легла так, чтоб меньше мозолить нам глаза.

– Марта, ты слышала, что сказал Браян, – я строго смотрю на козу. – Это правда? Ты ведьма?

– Нет конечно! Ну что ты веришь всему, что говорит этот мужчина! – завозмущалась коза, а мужчина показывает мне украшение. Камень в этот момент не только светился, он просто подсвечивал все веточки и изгибы украшения, словно по цветку потекла кровь, и украшение стало живым. Очень красиво, конечно, но получается, что Марта врет. Мужчина демонстративно показывает коробочку с украшением козе, и та недовольно морщится.

– Ты ведьма, – сейчас я уже не спрашиваю, я говорю утвердительно.

– Ну и что такого? Если что, прозвище “ведьма” означало: знающая, ведающая. А не то, что вы сейчас хотите мне сказать. Просто нас всегда боялись, а раз боялись, то стремились истребить. Вот и отнеслись негативно. А я, между прочим, ничего дурного не сделала! – возмутилась Марта.

– И какое ты поколение уже козой срок отбываешь? – со знанием дела Браян смотрел на Марту, а та снова закатила глаза.

– Ну, второй, – недовольно отвечает коза.

– А всего сколько? – я пораженно смотрю то на мужчину, то на козу. Она говорила вполне понятно и не нуждалась в переводчике.

– Всего два и есть, – фыркнула Марта.

– Ты умеешь нормально говорить? – я думала, что меня сложно удивить, но Марта из раза в раз умудрялась это делать. – А почему раньше по-другому со мной говорила?

– Ну, чтобы не спалиться, – и при слове “спалиться” Марта начинает гоготать. – Уж прости за тавтологию.

– За что попала в тело рогатой? – интересуется мужчина.

– Ну так, отравила одного, – видно, что Марта не в восторге от того, что приходится рассказывать свою подноготную.

– А говоришь, ничего никому плохого не сделала, – смеется Браян. Мужчина тянет меня обратно в свои объятия, и я возвращаюсь, но мы полулежим так, чтобы видеть Марту.

– Он заслужил! – парирует коза. – Домогался, начал козни строить, баб красивых в селах изводить. Вот я и избавила мир от придурка, – ворчит рогатая собеседница. – Я, между прочим, получила снисхождение и от вины не отказывалась. А такой срок дали, потому что не раскаялась. Я им сразу сказала, что если б у меня второй такой случай подвернулся, я бы его и второй раз кокнула, – горделиво приосанившись, говорит коза.

– А они – это кто? – я растерянно смотрю на Марту, а потом и на Браяна. Просто он говорил с козой так, словно хорошо понимает, о чем речь, и не удивлен ее рассказом.

– Инквизиция, – отвечает вместо мужчины Марта.

– Инквизиция может сделать так, что человек станет козой? – я думала, меня Марта ранее удивляла. Как же я ошибалась. Меня удивляет теперь все.

– Здесь не такая инквизиция, как в твоем мире, – хмыкает коза.

– А ты откуда знаешь, какая она в ее мире? – прищуривается Браян. Он то и дело посматривал на украшение, проверяя слова козы. Но оно как один раз засветилось и потухло, так больше и не меняло свой цвет.

– Ну, я же тебе говорила, в прошлой жизни я была козой у старушки. А она больно умная была и к старости заимела привычку читать вслух, вот я и получила образование от лучших ваших классиков, – ухмыляется Марта. – Я у нее в доме, между прочим, жила, в деревенском, и телевизор смотрела. И там тоже много интересного узнала, – объясняет коза.

– Телевизор? – переспрашивает Браян.

– Это такая коробочка, – начинает умничать коза, – в которой бегают человечки. Там все как в жизни. Обнимаются, целуются, все дела.

– Кто бегает? – мужчина уставился на козу, а я пыталась сдержать смех, но у меня не получается. В итоге я смеялась, пока не заболел живот, и лишь потом, переведя дыхание, остановила поток объяснений от козы.

– Браян, это как картина, но только люди на ней движутся, – попыталась теперь уже я объяснить. – В моем времени это уже не коробочка, а плоский монитор, действительно очень похожий на картину. Ты словно в окно к кому-то заглядываешь и видишь все, что там происходит.

– Но это не магия? – уточняет мужчина настороженно.

– Нет, исключительно технологии, – качаю головой. Браян облегченно вздыхает. Видимо, напрягли его объяснения Марты, и он уж было подумал, что я ведьма под прикрытием, а артефакт просто не сработал на мне. – А кто вторая ведьма? Громхильда? – я вспомнила, что мужчина сказал, что встретил не одну ведьму. А что, злая мачеха вполне могла быть ведьмой в классическом ее понимании. Злая, жадная, наглая и хитрая. Хотя есть еще Зельда. И она прям копия мать.

– Нет, Громхильда нечиста на руку, но до ведьмы она не дотягивает, хотя очень старалась, – качает головой Браян. – Кстати, ее-то из того богатого дома и выгнали, потому что заподозрили не только в воровстве, но и в попытке делать отвары разного рода, – рассказывает Стеринг.

– Какого рода? – заинтересованно спрашивает коза.

– Скорее ее отвары предназначены для спасения огорода от вредителей, заморозков и чего-то подобного, – расплывчато объясняет мужчина.

– Да, согласна, какая-то она не такая ведьма, бытовая, – посмеивается Марта.

– Так кто тогда еще одна ведьма? – я в замешательстве. – Зельда? – список кандидатур на этих двух дамах закончился.

– Нет, снова не угадала,– Браян уже откровенно забавляется. – Это ты!

– Что? – я растерялась. – Да с чего ты взял?

– Это бред какой-то! – возмущается коза. – Если бы она была ведьма, уж поверь, я бы заметила.

– Как правильно заметила Марта, ведьма – это не та, кто порчу наводит на людей, а та, которая обладает каким-то даром. И вот у тебя тоже есть дар, именно поэтому ты попала в этот мир, – объясняет мужчина. – Ты не первая попаданка в наш мир, и все они обладали какими-то уникальными способностями, каким-то даром. Об этом говорится в тайных книгах. И потому я уверен, что ты одна из тех, кто имеет дар. Просто ты еще сама не знаешь об этом. Он или скрыт, или ты упорно не обращаешь на него внимания, – объяснил Браян. А я задумалась о том, что же у меня может быть за дар такой.

– Если только дар влипать в неприятности, – посмеиваюсь, так как ничего другого на ум не пришло.

– Ты очень добрая, – вдруг отзывается коза.

– Спасибо конечно, но что-то на сверхспособности не тянет, – я рассмеялась.

– А еще ты видела мадам Клод, – вдруг выпалила коза.

– И что в этом удивительного? – озадачен мужчина.

– В этом не было бы ничего удивительного, если бы мадам Клод не почила некоторое время назад, – многозначительно хмыкает Марта.

– Ты видишь привидений? – Браян пребывает в шоке.

– Не только видит, она с ними еще и общается, – многозначительно хмыкает рогатая подруга, которая решила выдать меня с потрохами, раз уж решили мы все про всех рассказать. Прям всю подноготную вываливает.

– Ну, спасибо, Марта, – я криво усмехаюсь и поджимаю губы.

– И скромная, – добавляет мужчина тихо. Он нежно улыбается, глядя на меня и мое возмущение поведением Марты. – И самая красивая, – добавляет он и наклоняется ко мне ближе. Его губы накрывают мои, и реальность перестает существовать. Я не слышала: ушла ли коза из комнаты или нет, но в тот момент мне было все равно. Были только я и он, и наша любовь. Она соединила наши души и тела, и я нежилась в мужских объятиях, понимая, что я запомню этот миг навсегда. Даже если он не вернется, если мы никогда не увидимся, я буду помнить эту ночь любви и единения. Уснули мы под утро, но поспать нам не дали. Нас разбудил Пьер, секретарь мэра. Он привез письмо от короля и своим стуков в окна домика поднял всех на уши. Затем его боднула Марта и выгнала с участка. И бедолага ждал, пока к нему выйдет кто-нибудь. Стоял у калитки и боялся даже шагу сделать во двор. Боевая коза Марта была на чеку и берегла двор от посторонних.