Глава 9 Завтрак с иглами

Аделина

Рассвет застал меня в состоянии странной, тревожной ясности. Сон после визита императора и осознания попытки отравления был поверхностным, прерывистым. Я просыпалась от каждого шороха, прислушиваясь к стене, где скрывался потайной ход. Но тишина была абсолютной. Только потрескивание догоравших в камине углей нарушало ночную тишину.

Утром, как всегда, пришла Мирэн. Но её обычная тихая услужливость сегодня была окрашена беспокойством. Её бледные пальцы дрожали, когда она помогала мне натянуть сложное утреннее платье — лёгкое, воздушное, цвета утренней зари, но стесняющее движения не меньше парадного наряда.

— Госпожа, — начала она, избегая моего взгляда в зеркале. — Мне... мне сказали внизу. С сегодняшнего дня вам не разрешено приносить еду в покои.

Я замерла, чувствуя, как внутри что-то неприятно сжалось. — Что? Почему?

— Распоряжение управляющего дворцом, — прошептала Мирэн. — Все участницы отбора, размещённые в Восточном крыле, должны принимать пищу вместе. В общем зале на третьем уровне. Завтраки, обеды, ужины... Это... это часть программы. Для «сплочения и знакомства».

Сплочения. Слово прозвучало как злая насмешка. Меня хотели отравить вчера вечером, а сегодня заставляли сидеть за одним столом с теми, среди кого мог скрываться убийца. Или та, кто его нанял.

— Отлично, — пробормотала я, чувствуя, как раздражение поднимается комом к горлу. Всё моё стремление к минимальному контакту, к стратегическому отступлению — всё рушилось. Меня вытаскивали на свет, заставляли играть по их правилам. — Просто отлично.

Мирэн кивнула, её лицо выражало полное понимание и сочувствие.

— Госпожа, но если вас опять попытаются отравить… - начала Мирэн.

— Нет, — резко сказала я, обернувшись к ней. — Не факт. После вчерашнего... они будут особенно внимательны. И здесь я совсем на виду. Они точно будут действовать теперь куда изощреннее.

Мирэн кивнула с новой решимостью, как солдат, получивший задание.

Зал для завтраков оказался просторным, светлым помещением с высокими окнами, выходящими в сад. Длинный стол, накрытый белоснежной скатертью, ломился от яств: серебряные блюда с фруктами, тёплыми булочками, копчёным мясом, сырами, джемами, которые переливались на свету, как драгоценные камни. Запах свежей выпечки, кофе и шоколада витал в воздухе, но не вызывал аппетита, а лишь усиливал тошноту от нервного напряжения.

В зале уже находилось около двух десятков девушек. Они сидели небольшими группами, образуя живописные, сияющие островки. Их утренние наряды были менее формальными, чем вечерние платья, но от этого не менее дорогими и изысканными. Шёлк, кружева, лёгкие шали. И повсюду — этот неземной блеск кожи, волос, глаз. Магия, проснувшаяся в них, делала их похожими на существ из иного, более яркого мира.

И я среди них — в своём простом (по их меркам) платье, с обычными волосами, аккуратно убранными Мирэн в сложную, но лишённую магического сияния причёску. Как чёрно-белое пятно на цветной гравюре.

Разговоры, которые велись за столом, вращались вокруг одной темы: свиданий.

— ...и он повёл её в Огненные Сады! Представляете? Туда, куда не ступала нога посторонней уже лет пятьдесят! — щебетала одна из сестёр Дюпре — та, что полнее, Анжела. Её глаза были широко раскрыты от восхищения.

— А Император лично показал ей Древний родник, — вступила её сестра, Марианна, с завистью в голосе. — Говорят, вода в нём обладает свойствами... усиливать магическую связь. Это явный знак внимания!

Я медленно налила себе чашку травяного чая, стараясь быть незаметной. Из обрывков разговоров сложилась картина. После испытания знаний были объявлены кроме меня еще две победительницы: Селина де Вальер и ещё одна девушка из древнего, но не самого могущественного дома — леди Лилиан из рода Монфор. Император, согласно правилам, должен был провести с каждой из них свидание. От своего я отказалась в пользу посещения императорской библиотек.е

Леди Лилиан, судя по всему, выбрала (или ей было предложено) посещение знаменитой Галереи Предков — длинного зала с портретами всех правителей Таргонии, начиная с первого дракона. Церемониально, почётно, безопасно. Совершенный выбор для демонстрации благосклонности без намёка на личный интерес.

А вот леди Селина... её выбор был смелее. Она попросила показать ей Огненные Сады — легендарное место во дворце, где в специальных каменных чашах горело вечное пламя, подпитываемое магией самого императора и вулканическими жилами под дворцом. Ходили слухи, что только те, в ком течёт истинная сила, могли находиться там без дискомфорта. Тот факт, что Император согласился и провёл там с ней почти час, говорил о многом. Или о его тактическом расчёте — создать «фаворитку», чтобы отвлечь внимание от... Или... о чём-то большем.

— Конечно, библиотека — это тоже... своеобразно, — раздался вдруг чистый, звонкий голос, разрезающий общий гул.

Все взгляды невольно устремились на меня.

Аделина

Селина подхватила эту нить разговора и добавила:

— Но надо отдать должное оригинальности выбора. Некоторые, кажется, предпочитают пыльные фолианты живой истории и... теплу настоящего огня.

Она замолчала, а потом продолжила.

— Но что еще остается предложить, когда нет огня и страсти магии.

Укол был мастерски нанесён — вроде бы не мне, но все прекрасно поняли, о ком речь. О библиотеке после испытания говорили все — мой «выбор» казался настолько странным и неуместным, что стал предметом насмешек. «Свидание с книгами», «милость для учёной мыши», «жалкая попытка показать себя начитанной и эрудированной, чтобы не ударить в грязь лицом».

Леди Лилиан лишь мягко улыбнулась, отведя взгляд. Она не стала ввязываться в словесную дуэль. Умная девушка.

Я опустила глаза в свою тарелку, куда положила кусочек булочки. Аппетита не было, но есть нужно было — демонстрировать слабость было нельзя. Я методично, почти механически, ела, стараясь не слышать продолжения разговоров, которые теперь всё больше касались моего «неудачного» свидания и моей «бедной, неразвившейся» магии.

— Игнорируй, — прошептала Элиана в моей голове. — Они хотят реакции. Хотят, чтобы ты вспыхнула, опозорилась. Твоё спокойствие для них хуже любой язвительности.

Я так и делала. Сидела, ела, пила чай, смотрела в окно на расстилающийся за ним сад. Мысли были далеко — о предстоящем посещении сокровищницы, о том, что нужно искать, о том, как связать ожерелье с фениксом и угасающую магию рода. Этот шум, эти взгляды, эти колкости — всё это был лишь фон. Шумовой помехой в серьёзной работе.

Как только я закончила, я мягко отодвинула стул и, кивнув сидящей рядом по несчастью девушке (которая смотрела на меня с нескрываемым любопытством), направилась к выходу. Мирэн, стоявшая у стены вместе с другими служанками, тут же сделала шаг вперёд, чтобы последовать за мной.

Выйдя в прохладный, тихий коридор, я вздохнула с облегчением. Воздух здесь не был пропитан духами, завистью и притворным смехом. Я решила не сразу возвращаться в свои покои — там меня ждало лишь тягостное ожидание. Лучше прогуляться в сад, подышать настоящим, не дворцовым воздухом.

— Элиана! Постой!

Голос заставил меня обернуться. По коридору ко мне быстро шла девушка. Высокая, стройная, с каштановыми волосами, уложенными в модную, но не вычурную причёску, и умными карими глазами, в которых светилась искренняя, на первый взгляд, радость. На её лице играла улыбка, но в уголках глаз читалась лёгкая неуверенность.

Я обернулась. Это была Лилиан, Лили… Подруга Элиан, когда ты училась в императорской академии.

Лили подошла ближе, её улыбка стала немного нервной. — Прости, что окликнула так. Я... я просто очень рада тебя видеть. По-настоящему. Когда я услышала, что тебя включили в список... я не поверила. А потом увидела на первом сборе участниц в зале... — Она сделала паузу, её взгляд скользнул по моему лицу, ища что-то знакомое. — Я так надеялась, что мы сможем поговорить.

Я смотрела на неё, оценивая. Искренность казалась настоящей. Но в этом дворце всё могло быть иллюзией. Однако... союзники были нужны. Информация. И Лили, судя по воспоминаниям Элианы, была умна, наблюдательна и не принадлежала к лагерю открытых врагов вроде Селины.

— Лили, — сказала я, позволив себе небольшую, осторожную улыбку. — Я тоже рада тебя видеть. Хоть обстоятельства... изменились.

Её лицо осветилось. — О, не говори! Всё это... — она оглянулась, понизив голос, — ...вся эта история с отбором. Я до сих пор не могу поверить, что мы все здесь, ведь это бессмысленно. Мы все знаем, что ранее отбор имел смысл, когда еще существовали истинные. Но... я рада, что ты вернулась. Что твоя немилость закончилась. Я всегда надеялась...

Она запнулась, словно боясь сказать лишнее. — Надеялась, что мы сможем снова общаться? — мягко закончила я за неё.

Она кивнула. — Как прежде.

Вот этого я обещать не могла. «Как прежде» умерло вместе со старой жизнью Элианы и с моим попаданием в этот мир. Но... — Как прежде, наверное, не получится, Лили. Слишком много воды утекло. Слишком многое изменилось — во мне, в тебе, вокруг. — Я увидела, как её лицо омрачилось, и поспешила добавить: — Но я не против... начать общение заново. Возможно, найти новые точки соприкосновения. В конце концов, старых друзей во дворце много не бывает.

Последняя фраза была сказана с лёгкой иронией, но и с намёком на правду. Лили уловила и то, и другое. Её глаза заискрились пониманием.

— Да, — сказала она твёрже. — Друзья — это роскошь, которую здесь мало кто может себе позволить. Я буду рада... новой дружбе, Элиана. Осторожной, но настоящей.

Мы помолчали, и этот момент тишины был более красноречив, чем любые клятвы.

— Ты куда? — спросила Лили, оглядывая коридор.

Аделина

— В сад, — призналась я. — Подышать. От всех этих... ароматов голова кругом идёт.

Она усмехнулась. — Отличная идея. Может, я составлю тебе компанию? Если, конечно, ты не против. И если... это не сочтут за «недозволенный сговор».

— Думаю, прогулка в саду ещё не считается государственной изменой, — ответила я, и мы пошли по коридору к выходу в парк.

Пока мы шли, Лили осторожно, ненавязчиво, сообщила несколько полезных вещей: какие участницы из нашего крыла с кем дружат, кто на кого косо смотрит, какие слухи ходят об истинных фаворитках. Ничего сенсационного, но это была карта местности, и я была благодарна за неё.

Выходя в сад, я подумала, что, возможно, не всё так безнадёжно. Враги были явные. Но, кажется, появлялась и первая, очень осторожная, союзница. Не друг — ещё нет. Но потенциальный партнёр в этой сложной игре.

После утренней прогулки в саду с Лили что-то внутри переключилось. Страх и желание спрятаться не исчезли, но появилась крошечная точка опоры. И когда пришло время обеда и снова понадобилось идти в этот яркий, шумный, враждебный зал, я сделала это с чуть большей твёрдостью.

Я вошла и сразу же увидела её — Лили, она уже сидела за длинным столом, отодвинувшись от основной группы, где царила Селина де Вальер. Она поймала мой взгляд и легонько кивнула на свободное место рядом с собой. Это был не просто жест. Это был публичный знак.

Я подошла и села. Справа от меня оказалась ваза с экзотичными цветами, слева — Лили. Своеобразный живой щит.

— Надеюсь, твой аппетит вернулся, — тихо сказала она, наливая мне воды из хрустального графина. — Повара сегодня, кажется, превзошли сами себя. Устрицы из Северных морей, говорят просто великолепны.

— С моим нынешним опытом, я бы предпочла что-то, что можно проверить на яд взглядом, — так же тихо парировала я, и уголок её рта дёрнулся в улыбке.

Наша тихая беседа не осталась незамеченной. Особенно для тех, кто привык видеть меня в роли изгоя. За мной наблюдали все, как и леди Селина.

Она не сказала ни слова. Она просто смотрела на меня и Лили своим ледяным, оценивающим взглядом, медленно потягивая вино. Её молчание было опаснее любой колкости. Но и оно разбилось о наше маленькое единство. Я просто ела свой суп, а Лили делилась какими-то безобидными дворцовыми сплетнями.

Когда подали основное блюдо — запеченную птицу в соусе из лесных ягод, — ещё одна кандидатка, юная и восторженная девушка из знатного аристократического дома, решила, видимо, проявить себя и своё остроумие перед другими кандидатками.

— Леди де Фламме, — начала она с фальшивой сладостью в голосе, — а правда ли, что в вашей библиотеке в поместье есть книги, которым по тысяче лет? Должно быть, так скучно — читать про то, чего уже нет.

Это было явная отсылка на отлучение Элианы от двора и тому, что Элиана коротала последние семь лет, проводя это время в родовом поместье.

Я подняла на неё глаза. — Скучно? Интересно. Это как смотреть на корни дерева. Не самое красивое зрелище, но без них и кроны бы не было. А насчёт «чего уже нет»… — я сделала небольшую паузу, позволяя своему взгляду на мгновение стать отстранённым, будто вспоминая что-то. — Иногда прошлое оказывается удивительно живучим. И напоминает о себе в самый неожиданный момент.

Мой тон был абсолютно спокоен, но в нём прозвучала неуловимая угроза. Девушка смутилась и поспешно отвернулась к своей тарелке. Лили под столом легонько коснулась моей руки — знак одобрения.

Вечером, за ужином, атаки стали ещё жалобнее. Кто-то из девушек «случайно» обронил замечание о «правильном» этикете, которого я, якобы, не придерживалась. Кто-то попытался завести разговор о моде, намекая на моё «скромное» платье.

Каждая их попытка зацепить, вывести из равновесия, разбивалась либо о невозмутимость Лили, либо о моё спокойное, немного отстранённое, но твёрдое парирование. Я не играла в их игру на их поле. Я играла в свою. Я была не вызывающей жертвой, а странной, непонятной величиной, которую нельзя было классифицировать и потому нельзя было легко победить.

К концу ужина на нас уже почти не обращали внимания — слишком скучно было биться головой о камень, который не издавал желаемых звуков боли или гнева. Рядом со мной образовалась небольшая зона относительного спокойствия.

Когда мы вставали из-за стола, Лили тихо сказала: — Они злятся не потому, что ты слаба. Они злятся, потому что не понимают тебя. А что нельзя понять, того нельзя контролировать. И это их бесит больше всего.

Я кивнула. Она была права. Мой первый день в открытом противостоянии закончился не скандалом и не поражением. Он закончился пониманием, что иногда лучшая защита — это не отвечать на вызовы их оружием, а демонстрировать полное равнодушие к самим правилам их игры.

Я с осторожностью относилась к Лили, пусть она и была некогда подругой Элианы. Но я не забывала про историю случившейся со мной в другом мире, где лучшая подруга предала меня. Иметь опору среди сиятельных аристократок было приятно, но я планировала проверить интересы и планы Лили прежде чем действительно опираться на нее в серьезных вещах.